Уроки Картографии [Lessons in Cartography]

      Стадион в замке Эвермор был заполнен бушующим морем болельщиков, одетых в черное, разбавленных небольшой частью ликующих вспышек оранжевого. Игра длилась вечность, выжимая из Лисов всю силу до последней капли. Падение иерархии Воронов превратило их в нестабильную, яростную машину, одержимую разрушением всего на своем пути в своих тоске и несчастье. Даже с пятью другими игроками в составе и еще одним годом опыта, Лисам по-прежнему приходилось упорно бороться за каждое очко и каждый пас.              С последним звуковым сигналом всём вокруг Нила закружилось и мир остановился, словно в бреду. Все взгляды устремились на табло, а Нил истерически расхохотался, увидев его. Счет 8:7 в пользу Лис. Этого было достаточно, чтобы вывести их в полуфинал. Этого было достаточно, чтобы закончить сезон Воронов.              Нил слышал победный крик Дэн сквозь рев своего пульса. Дрожа, он сорвал шлем и повернулся к дальним воротам, где стоял Эндрю. Сквозь брешь в скоплениях измученных игроков даже с третьей четверти корта Нил видел, как дрожат колени вратаря. Мэтт был первым, кто крепко обнял Нила. Ники бросился на них и чуть не сбил с ног, когда Дэн подбежала к ним. Нил рассмеялся и крикнул им в ответ: «Мы проходим в полуфинал!», выворачиваясь из их рук. Лиззи появилась как раз вовремя, чтобы толкнуть его бедром, прежде чем он смог вырваться из их ликующей толпы и отправиться к дальним воротам. Его колени дрожали, когда он пересекал пустой участок корта. Огонь в его ногах отдавался в легких, заполняя их дымом, задушив его слабые попытки сделать вдох. Все в нем было таким уязвимым и готовым истечь кровью.              То, как менялся язык тела Эндрю, предупредило Нила об опасности за секунду до того, как тело врезалось ему в спину и швырнуло на блестящий пол корта. Одна рука вцепилась в перед его джерси, а другая ударила его по щеке. Боль пронзила лицо, и перед глазами вспыхнуло белое пятно. Эндрю оранжевой яростью оказался там в одно мгновение, два Ворона были отброшены от Нила, оставив его глотать воздух. Двери корта с грохотом распахнулись, позволяя шуму визжащей, кровожадной толпы просочиться внутрь. Слюна капала изо рта, когда он сильно кашлял. Эндрю рывком поднял его на ноги, и Нил увидел через весь корт, что другие Лисы устроили тотальную схватку.              Эндрю перетащил Нила, избегая драки, во внутреннюю зону, где Ваймак поймал его и толкнул вниз, на скамейку рядом с Аароном, чтобы Эбби могла осмотреть его. Нил смотрел, как вратарь метнулся обратно на корт, с намерением защитить своего кузена и Кевина. Крики толпы на стадионе заставляли воздух дрожать и нервировали Нила. Они были окружены людьми, которые отчаянно хотели увидеть, как они истекают кровью.              Судьям и охранникам понадобилось не менее пяти минут, чтобы растащить противоборствующие команды. Пока Эбби проверяла Нила на предмет переломов или сотрясения мозга, Лиззи, спотыкаясь, ушла с корта, держа свой шлем под мышкой, и одарила его маниакальной и окровавленной улыбкой. Один уголок ее рта был окаймлен гневным красным началом синяка, а на одной из ее темных бровей был небольшой порез.              — Это было весело! — сказала она, радуясь.              — Я надеюсь, что тот другой выглядит хуже, чем ты, — сказал Аарон.              — Естественно, — ответила Лиззи.              Эбби определила, что с Нилом все в порядке, если не считать распухшей щеки и нескольких синяков на ребрах, поэтому она пошла проверить Лиззи и остальных. Вскоре Эндрю вернулся с Ники и Кевином, идущими за ним. Он отодвинул их в сторону и подошел к Нилу, чтобы осмотреть его лицо.              — Я в порядке, — сказал Нил.              Эндрю отпустил его лицо и холодно посмотрел на него сверху вниз. Остальная команда собралась во внутренней зоне, некоторые в синяках, но все без переломов, и Эбби заявила, что никто серьезно не пострадал. Всей командой они покинули внутреннюю зону корта и направились в раздевалки. Крики фанатов Воронов преследовали их до самых дверей.              Ваймак отослал Брук и Дэн общаться с прессой, так как он не доверял Нилу сохранять самообладание в стенах Эвермора, и он не был достаточно жесток, чтобы отправить Кевина под камеры. Как бы он ни пытался это скрыть, Кевин выглядел бледным и потрясенным от того, что снова оказался на этом корте. Нападение со стороны его бывших сокомандников, вероятно, также не добавляло его психике устойчивости. К счастью, Кевин был между Мэттом и Ники, и единственным свидетельством насилия был только синяк, растянувшийся на его руке.              Эндрю оставался рядом с Нилом, пока тот переодевался. Его глаза проследили за новыми синяками, расползающимися по ребрам Нила, и все его тело излучало тихую ярость. В общем, вечер прошел именно так, как Нил и ожидал, с тех пор как Ваймак сказал им, что их последний смертельный матч будет против Воронов на их собственной территории. Для команды, которая никогда не проигрывала до финала, Нил мог представить себе, какие потери эта игра принесет Воронам, и это заставило его немного ухмыльнуться про себя.              Команда покинула Замок Эвермор в окружении группы охранников. Эндрю был спокоен, но любой, кто смотрел ему в глаза, видел тлеющую в них угрозу насилия. Ночной воздух был прохладным, а стоянка была забита недовольными фанатами, одетыми в черное. Нил не мог слышать свои мысли из-за криков, и его измученный, пропитанный паникой разум вернулся к бунту, который вырвал его из команды год назад. Споткнувшись, он наткнулся на Эндрю. Эндрю поймал его железной хваткой и, нахмурившись, поддержал.              — Ты в порядке, чувак? — спросил Кевин, повышая голос, чтобы его услышали.              Нил кивнул и потянул за ремень сумки на плече. Эндрю держал руку на спине, зарывшись пальцами в его толстовку, направляя его вперед и удерживая рядом. Команда загрузила свои сумки, а затем Эндрю, не теряя времени, подтолкнул Нила к задней части автобуса. Уверенным толчком он усадил Нила на сиденье у окна и сел рядом, прижавшись к нему от плеча до бедра, хотя там было достаточно места, чтобы свободно усесться. Кевин остался со старшекурсниками в середине автобуса, а первокурсники сидели впереди у небольшого телевизора. Ваймак раздал команде закуски и бутылки Gatorade вместе с пакетами со льдом для тех, у кого были сильные синяки. Эбби вывела автобус с парковки, и команда отправилась в долгий путь обратно в Южную Каролину, счастливая, что покидает территорию Воронов.              Нил рухнул на сиденье и медленно заставил свои легкие снова дышать. Эндрю поглядывал на него каждые пару минут, прежде чем его это выбесило. Он выхватил пакет со льдом из руки Нила и засунул его ему под толстовку, чтобы прижать к тому месту, где, как он помнил, был самый сильный синяк. Нил зашипел от удара холодом по разгоряченной плоти и попытался вывернуться, пока Эндрю не загнал его в угол, и ему некуда было деваться.              — Больно, — пожаловался Нил.              — У тебя было и хуже, — Эндрю уставился на его разбитую щеку и покачал головой. — Нахуя ты снял свой шлем?              — Ну, очевидно, потому что я знал, что они собираются наброситься на меня из ниоткуда, блядь, — невозмутимо сказал Нил.              — Я думал, ты завязал с тем, чтобы тупить.              Нил вздохнул.              — Не могу побороть свою истинную натуру.              — В один прекрасный день я сам тебя убью, — прорычал Эндрю.              Нил вздрогнул, от того, что Эндрю слишком сильно надавил на пакет со льдом.              — А сейчас ты разве не этим занимаешься?              — Замолчи.              Нил попытался расслабиться под крепкими руками Эндрю и позволил ему приложить лед к ребрам без дальнейших жалоб. Его адреналин и паника уступили место голоду, поэтому он развернул свой батончик мюсли. Он отломил небольшой кусочек и поднес его ко рту Эндрю, предлагая ему откусить, так как он, скорее всего, тоже был голоден. Эндрю сурово посмотрел на него на мгновение, прежде чем наклониться, чтобы взять кусочек ртом с кончиков пальцев Нила. Нил откусил следующий кусок и вздрогнул, пережевывая.              Нил смотрел, как желтый свет уличных фонарей на шоссе скользит по лицу Эндрю, пока они мчатся на юг. Карие глаза Эндрю вспыхивали золотом, когда свет попадал прямо на его радужки, и Нил обнаружил, что странно очарован этим в своем полубредовом состоянии.              Голова Кевина показалась из-за спинки сиденья перед ними, и на его лице было серьезное выражение. Его глаза опустились туда, где рука Эндрю была засунута под толстовку Нила, но ни одного из них это не заботило настолько, чтобы Эндрю убирал руку.              — Ваймак только что сказал мне, что КРЭ думает о роспуске Воронов, — сказал Кевин. — Видимо, уже в течение некоторого времени.              Комитет по регламенту Экси расследовал деятельность Воронов весь год, внимательно следя за всеми перемещениями нового тренера, выслеживая, что происходит вокруг кампуса Эдгара Аллана. Нил не мог представить, чтобы они нашли что-то положительное. Вороны были с надломленной психикой, изолированы от своих сверстников и подвергались пыткам со стороны своего покойного короля. Жан не стал бы выступать против Воронов, но состояние, в котором он покинул гнездо в прошлом году, говорило само за себя.              — Ты же не думаешь, что они это сделают, да? — тихо спросил Нил. Ичиро, казалось, никогда не заботился о самой игре, но доход, получаемый от Воронов и Замка Эвермор, был слишком велик, чтобы он мог полностью игнорировать такое.              Кевин выглядел потерянным.              — Я бы хотел, чтобы они это сделали, но у босса слишком серьезные связи. Я не думаю, что из этого что-то выйдет.              — Это не имеет к нам никакого отношения, — заметил Нил.              — Я знаю, но мы должны быть осторожны, если он решит, что нам нужно напоминание, — его взгляд на Эндрю был кратким, но многозначительным. Сердце Нила похолодело.              Эндрю выглядел скучающим.              — Пока вы двое не дадите им причину, они ничего не сделают. На вашей карьере можно заработать слишком много денег.              Кевин кивнул и повернулся, чтобы сесть перед ними вместо того, чтобы вернуться к остальным. Да, они были в безопасности, но иногда казалось, что их головы лежат на плахе. Топор мог опуститься в любой момент. Что еще хуже, так это мысль о том, что что-то случится с Эндрю или Лисами из-за оплошности Нила. Он проглотил жгучий позыв к рвоте.              — Я не дам им повода, — решительно сказал Нил по-немецки.              — Мне насрать, дашь ли ты им повод. Они так и так не получат тебя.              Это успокаивало, хотя и причиняло ему боль. Эндрю остался с Нилом, они были связаны чем-то большим, непостижимым, от этой мысли у Нила подкашивались колени, но крепло его сердце. Он хотел сказать Эндрю, чтобы он бежал, чтобы спасал себя, если дела пойдут плохо. Он хотел попросить Эндрю остаться, несмотря ни на что. В конце концов, он ничего не сказал, потому что знал, что Эндрю уже принял решение, и было бессмысленно пытаться изменить его. Выживут они или умрут, они будут вместе.              Нил переместился, чтобы сесть поудобнее, и взял у Эндрю пакет со льдом, чтобы прижать его к себе. Глаза Эндрю следили за движением руки Нила под толстовкой.              — Я могу поцеловать тебя? — тихо спросил Нил.              Эндрю потянулся и потер слой засохшей крови возле уголка рта Нила, где треснула губа.              — Поспи немного, придурок. До кампуса еще долго.              Нил кивнул, зевая. Он был измотан, да и Кевин был прямо перед ними. Если бы он застал их за чем-то, хотя бы отдаленно напоминающим привязанность, он бы начал свою хорошо отрепетированную лекцию о сложностях, когда ты спортсмен-гей, которую Нил не хотел слушать снова. Он сделал еще несколько болезненных укусов батончика мюсли, прежде чем откинуться назад в угол между сиденьем и металлической рамой окна, чтобы немного поспать.              Через несколько часов его разбудило торможение автобуса. В горле пересохло, а распухший синяк на щеке болезненно пульсировал. Тихо застонав, он уткнулся лицом во что-то жесткое, что служило ему подушкой. Его глаза распахнулись, и перед его взором предстала плотная серая ткань спортивных штанов Эндрю. Он спал на бедре Эндрю, согнув одну руку под его коленом, но не мог припомнить, чтобы засыпал таким образом. Он поднял голову и увидел, что Эндрю отодвинулся достаточно, дав Нилу место, чтобы лечь на бок, и одна его рука покоится на плече Нила. Эндрю спал прямо, уткнувшись подбородком в грудь, и между его бровями залегла небольшая морщинка. Когда Нил попытался сесть, Эндрю проснулся и сонно моргнул, глядя на него.              — Извини, — хрипло сказал Нил, возвращаясь на свое место. Каждый мускул вспыхнул болью в знак протеста. Эндрю потянулся, вытянув руки перед собой, с хрустом в плече и позвоночнике.              Автобус следовал по узкой дороге, ведущей к пустой стоянке для отдыха, которая представляла собой небольшое здание, состоящее из туалетов с тремя торговыми автоматами и несколькими металлическими скамейками перед входом. За мощеными дорожками простиралась лужайка, усеянная несколькими деревянными столами для пикника, питьевыми фонтанчиками и мусорными баками. За всем этим стоял темный лес, образуя зловещую стену, нетронутую уличными фонарями.              Эбби припарковала автобус на одной из длинных площадок стоянки, предназначенной для больших автомобилей. Рычание двигателя стихло, и внезапная тишина разбудила большую часть всей команды.              — У нас привал, — тихо объявил Ваймак. — Эбби собирается вздремнуть, так что всем лучше вести себя тихо.              Эндрю поймал взгляд Нила и склонил голову в сторону выхода из автобуса в немом вопросе. Нил кивнул, и они встали, чтобы пройти по проходу и выйти вслед за Ваймаком. Они пересекли пустую стоянку и сели на тротуар рядом с тренером, Нил сидел посередине. Эндрю закурил две сигареты и протянул одну Нилу, а Ваймак закурил свою.              — Как ты себя чувствуешь, малыш? — спросил Ваймак.              — Как будто кто-то ударил меня по лицу.              — О, хорошо, на минуту я забеспокоился, что они повредили твой саркастичный рот. Какое облегчение.              Эндрю запрокинул голову и приоткрыл рот, позволяя дыму вылиться ленивым, бесформенным облаком. Нил прикусил губу и заставил себя отвести взгляд от бледной шеи Эндрю и острого выступа его кадыка.              Откашлявшись, Нил спросил:              — Что вы слышали о КРЭ и Воронах?              Ваймак издал ворчащий звук, который означал, что он не хочет говорить об этом, но все же ответил.              — Они не в восторге от того, что находят, но не собираются предпринимать никаких серьезных действий против Эдгара Аллана. Университет Эдгара Аллана настолько богат, что там даже поссать спокойно нельзя, обязательно попадёшь на пачки купюр. Но у них будет новый тренер. Никому этого не говорите. Предполагается, что какое-то время об этом следует молчать.              Нил фыркнул.              — Дайте угадаю, еще один бывший ворон?              — Нет, на этот раз посторонний. КРЭ не сдвинется с места в этом вопросе.              Даже Эндрю выглядел несколько заинтересованным.              — Вороны съедят его заживо, — пробормотал Нил.              — Не наша проблема, — Ваймак бросил сигарету на асфальт, рассыпав искры ярко-оранжевого цвета.              Тренер поднялся на ноги, застонав, когда его колени подогнулись, и сказал:              — Вот, держи. Эндрю сказал, что они нужны тебе на этих выходных, — он бросил связку ключей рядом с кроссовком Нила и оставил их.              Нил взял ключи и посмотрел на Эндрю, который пожал плечами и ответил:              — Ты хотел пойти поплавать.              — Ты не собираешься угрожать мне, чтобы я не усердствовал?              — Ты и раньше никого не слушал, я очень сомневаюсь, что начнешь сейчас.              Нил ухмыльнулся.              — Мои ребра не так уж и плохи. Это был едва ли хороший удар.              Эндрю тяжко вздохнул. С того места, где они сидели, они могли видеть, как несколько других Лис вылезают из автобуса, чтобы размять ноги; яркий цвет их командных толстовок делал их легко узнаваемыми. Некоторые направились в туалеты, а остальные слонялись вокруг автобуса.              Эндрю мягко провел кончиком пальца по перекрестным шрамам на тыльной стороне правой руки Нила. Нил переложил сигарету в левую, чтобы Эндрю мог лучше изучить шрамы.              — Когда у неё суд? — спросил он.              Нил не мог скрыть своей дрожи.              — Я еще не знаю.              Эндрю задумчиво хмыкнул, прежде чем оттолкнуть руку Нила. После того, как их сигареты догорели до фильтров, они отбросили их в сторону и присоединились к своим сокомандникам. После того, как все воспользовались возможностью посетить уборную и купить закуски из автоматов, Ваймак сел за руль, и они продолжили свой путь.