Уроки Картографии [Lessons in Cartography]

      В понедельник Эндрю высадил Ники в пункте проката автомобилей недалеко от аэропорта в Колумбии, прежде чем вернуться домой, чтобы загрузить машину и поехать к побережью. У Кевина в телефоне был навигатор, так что Эндрю последовал за Лексусом на юго-восток, с тихими вздохами возмущения по поводу осторожного вождения Кевина.              Остров Палмс был барьерным островом побережья Южной Каролины, и заслужил свой титул из-за реки, отделяющей его от материка. Они поехали по 517-ому шоссе через реку к Бульвару Палмс, и обе машины остановились у винного магазина на углу, чтобы запастись выпивкой.              Когда они выехали на ровную спокойную дорогу к своему арендованному дому, Нил вдруг понял, почему Эллисон попросила так много денег. Назвать его «домом» было суровым и почти жестоким преуменьшением. Широкая лестница вела ко второму этажу и по обеим сторонам были парковочные места, надежно спрятанные под широким навесом. Особняк выглядел так, словно стоял на сваях и поднимался в высь на четыре этажа, царственный и элегантный.              Кабриолет Эллисон уже был припаркован у дома. Кевин подъехал к другому крытому парковочному месту, поэтому Эндрю припарковался рядом с грузовиком Мэтта на открытом воздухе.              Эндрю выключил зажигание и спросил:              — Сколько денег Эллисон попросила тебя скинуть?              — Пятнадцать штук, — ответил Нил.              Эндрю усмехнулся.              — Твоя сентиментальность определенно уменьшила твой бумажник.              Эллисон видела, как они остановились, и стояла наверху лестницы, скрестив руки на груди.              — Вы довольно долго! Кевин, Аарон, тащите сюда свои задницы и выбирайте себе комнаты. Нил, Эндрю, вы двое на верхнем этаже.              По обе стороны от стеклянных двойных дверей находилась широкая веранда с плетеными стульями и столами. Интерьер дома был в приятных оттенках желтого и кремово-белого; он был мягким, уютным и располагающим. Первый этаж был выложен золотым камнем с неброскими цветочными мозаиками через каждые пять квадратов в стиле рустик. Прямо впереди узкий коридор вел в большую солнечную гостиную с низкими столами и мягкими креслами перед стеной с окнами. Раздвижные стеклянные двери в центре вели на заднюю террасу. Слева от входа находилась гостиная в кремовых цветах с массивным телевизором с плоским экраном, установленным на стене над камином и через арку она выглядела как главная столовая. Справа была блестящая лестница, ведущая на верхние этажи.              Дэн перегнулась через перила на площадке второго этажа и закричала:              — Нил, это офигенное место!              На втором и третьем этажах было по пять спален, с каждой стороны широкого коридора. Мэтт и Дэн взяли комнату с большой двуспальной кроватью на втором этаже, а у Эллисон и Рене были собственные комнаты с двуспальными кроватями на третьем. Лиззи и Шина, которых подвезла Эллисон, делили комнату с двухъярусной кроватью на третьем этаже между комнатами старших девочек.              Особняк сужался к верху, поэтому на четвертом этаже располагались только две огромные спальни, которые делили между собой террасу в задней части, откуда открывался вид на океан. Комната Нила и Эндрю была большей из двух, с огромной двуспальной кроватью и нишей с диваном, телевизором и мини-холодильником. Сама комната была почти такой же большой, как та, что они делили с Кевином в Башне. Кровать была покрыта плюшевым белым одеялом с большими белыми подушками и небольшими зелеными подушками цвета морской волны. Эндрю тут же столкнул их на пол, объявив нелепыми, прежде чем пройти в гостиную, чтобы поставить бутылки виски, которые он купил для них с Нилом, в мини-холодильник.              Их ванная была выложена темной сине-зеленой плиткой, а в дальнем конце находилась большая душевая из кристально чистого стекла. Глубокая ванна на ножках стояла снаружи душа под окном с прозрачными белыми занавесками и двумя горшками с папоротниками на проволочных подставках по обеим сторонам.              — Пятнадцать штук, — пробормотал Эндрю про себя, распахнув балконную дверь и выйдя на резкий солнечный свет, ярко осветивший его волосы.              Нил последовал за ним и прислонился к дверному проему. Он чувствовал запах соленой морской воды на ветру, и как где-то кричит одинокая чайка. За деревянными перилами он мог видеть темный океан, уходящий к горизонту, огромный, голубой и непостижимый. Нил смотрел, как ветер ерошит светлые волосы Эндрю, и безуспешно пытался отвлечься от воспоминаний о ночи смерти матери. Эндрю посмотрел через плечо, щурясь от света, отражающегося от белой краски, и заметил его выражение лица, явно говорившее, что ему дурно.              — Захватил себе изоленту? — сухо пошутил он.              Нил отошел от двери и вышел из комнаты, чтобы найти остальных внизу.              Лиззи и Шина сидели вместе на задней террасе, которая тянулась через весь дом и была заставлена шезлонгами и маленькими столами. Нил нашел Мэтта и Дэн с Эллисон на кухне, современном чуде из нержавеющей стали и белого мрамора. Кухня была спрятана под лестницей, недалеко от главного коридора, ведущего из прихожей, с длинной барной стойкой и островом. Дэн сидела на одной из блестящих столешниц, ее босые пятки стучали по дверцам шкафа, и ела клубнику из миски, пока Эллисон и Мэтт делали ставки, забеременеет ли Кейтлин от Аарона до выпуска.              — А вот и капитан! — позвала Дэн, ухмыляясь и разводя руками, словно ожидая, что Нил подпрыгнет и обнимет ее.              Мэтт тоже одарил его широкой улыбкой.              — Здорово, чувак! Давно не виделись.              Нил хрипло рассмеялся.              — Да, целую вечность.              Эллисон оперлась бедром о край стойки и скрестила руки на груди.              — Что ты думаешь о своей комнате?              — Она правда хороша.              Нил открыл холодильник и обнаружил небольшую армию бутылок с водой, пластиковых коробок со свежими фруктами и несколько бутылок пива и другого алкоголя на полках у двери.              — Я устроила Лиззи и Шину в одной комнате, так что комната рядом с твоей будет пуста. Ты внес половину, так что ты и твой домашний монстр заслужили приватность.              Нил ощетинился на ее прозвище для Эндрю, но решил не начинать ссору в первый день их отпуска.              — Где остальные? — спросил он, вытаскивая бутылку с водой и откручивая крышку.              Эллисон ответила:              — Аарон сидит на крыльце и ждет появления любви всей своей жизни. Надеюсь, она не забыла забрать Брук и Райли. Кстати, как мальчики сюда доедут?              Нил пожал плечами.              — Я думаю, у Колби есть машина.              Дэн согласно хмыкнула.              — Думаю, у него какой-то дерьмовый маленький седан. Кевин проверяет бассейн с Рене. Вы его видели?              — Здесь есть бассейн?              Эллисон усмехнулась.              — Конечно, здесь есть бассейн.              — Зачем нам бассейн? Вон же целый океан.              Эллисон моргнула так, что ему показалось, будто он упускает что-то очевидное, и ей жаль его за это.              — В бассейне есть подогрев, там чисто и это приватно, — объяснил Мэтт. — Там также есть джакузи.              Дэн сунула в рот еще один кусочек клубники и широко улыбнулась.              — Это будет лучший отпуск в моей жизни.              Входная дверь распахнулась, и радостное              — Привет, привет! — раздалось из холла.              — Кейтлин! — пропела Дэн. — Как ты, детка?              — Я в порядке, дорогая! Как вы? — прокричала в ответ Кейтлин.              — Фантастически!              Брук появилась у входа на кухню с широко раскрытыми глазами.              — Это потрясающее место.              Нил мог слышать, как Аарон и Кейтлин разговаривают друг с другом, когда они поднимались наверх в свою комнату. Райли врезалась в Брук и обняла ее за талию, оглядываясь через плечо на просторные комнаты.              Эллисон махнула рукой.              — Идите, найдите свою комнату, вы двое. Хорошие комнаты уходят быстро.              — За те деньги, которые мы заплатили, пусть будут только хорошие комнаты, — смеясь, сказал Мэтт. Дэн с энтузиазмом кивнула.              Нил выпил половину бутылки с водой, прежде чем выйти на террасу, и, конечно же, внизу был бассейн. Кевин и Рене уже переоделись. Рене сидела на краю, опустив ноги в воду, а Кевин плавал кругами, несомненно, уже беспокоясь о том, что поблизости нет спортзала. Нил спустился по лестнице и обнаружил, что под главной террасой находится стол для пинг-понга, гриль, крытая джакузи и несколько шезлонгов. С другой стороны бассейна было еще несколько ступеней, которые вели вниз к травянистой лужайке, а за ней была деревянная дорожка, ведущая к пляжу.              Первокурсники прибыли через час; Ники и Эрик приехали через полчаса после них, а потом все Лисы собрались в гостиной, чтобы обсудить, что приготовить из еды. Эндрю сидел на подлокотнике кресла Нила и не вмешивался в разговор. Ники предложил гамбургеры и хот-доги, чтобы дать Эрику «всеамериканский кулинарный опыт», но Кевин возразил и предложил вместо этого более здоровые варианты.              После десятиминутной перепалки Мэтт крикнул им обоим:              — Эй, эй, пусть решает новый капитан. Капитан? Что ты предложишь?              Желудок Нила сжался, когда все взгляды обратились на него. Даже не-Лисы выглядели ожидающими.              — Я не знаю. Мэтт, почему бы тебе с Кевином не пойти выбрать что-нибудь вместе. Где-то здесь есть продуктовый магазин. Мэтт, ты возьми гамбургеры и все такое, а ты, Кевин, возьми немного овощей. В холодильнике уже есть фрукты.              — Мы с Райли могли бы позаботиться о десерте, — мило предложила Кейтлин.              — Конечно, — сказал Нил. — Ники, Эндрю, вы можете начать готовить напитки?              Ники отсалютовал ему и тихонько заговорил с Эриком, переводя фрагменты разговора, которые тот не смог понять. Вскоре после этого группа разошлась, и Нил последовал за Эндрю на кухню. Он сел на стойку, а Эндрю и Ники начали смешивать напитки в шейкере. Эрик завис в дверях, наблюдая за своим парнем и излучая удовлетворение.              — Итак, Эрик, как продвигается твоя работа? — спросил Нил по-немецки. Он мало разговаривал с Эриком за те несколько раз, что видел его, но проявлял сочувствие, зная, как неловко может быть тусоваться с Лисами в качестве постороннего.              Эрик моргнул и выглядел так, будто не заметил Нила, прежде чем уголки его рта тронула улыбка, и он начал рассказывать Нилу о своей карьере. Нил, конечно, знал все это от Ники, но делал вид, что слышит это впервые. Как только Эндрю и Ники наполнили несколько стаканов, Нил и Эрик начали разносить напитки остальным.              Это был настоящий хаос, особенно после того, как алкоголь начал литься рекой, а смех и громкие разговоры, казалось, заполнили каждый уголок массивного дома. Было почти уютно. Лиззи и Брайан выпили по два пива каждый, а затем устроили гонку от входной двери до самого берега. Аарон, казалось, следовал за Кейтлин повсюду, и Нил видел, как он улыбался ей так, как никогда не улыбался в присутствии своих сокомандников. Ники и Эрик провели последние несколько часов в бассейне, пока Мэтт учил Кевина пользоваться грилем. Дэн прислонилась к Мэтту и болтала с Рене, которая свернулась калачиком в шезлонге в тени под главной террасой. Брук и Райли обнявшись на диване возились с пультом от телевизора, а Колби сидел на полу перед ними.              Через некоторое время Эндрю поднялся на балкон покурить, а Нил остался на кухне один. Кексы, которые сделали Кейтлин, Райли и Брук, все еще пеклись в духовке, и Нил предложил достать их, когда сработает таймер. Он довольствовался тем, что пил воду и слушал, как смех его семьи отражается от стен и разносится по ветру через открытые окна и двери.              К его удивлению, Джек вошел и прислонился к дверному проему, выглядя угрюмым и нерешительным. Под его глазами и во впадинах щек пролегали тени, одежда свисала мешком на его худощавом теле. Кое-кто из команды подозревал, что он немного похудел, и Брайан сказал, что в последнее время он не ел вместе с остальными. Однако его жалкий вид не вызывал сопереживания в груди Нила.              — Ты собираешься отозвать своего пса? — спросил Джек после долгого молчания.              Нил барабанил кончиками пальцев по мрамору.              — Нет у меня пса.              — Тот выродок, которого ты зовешь бойфрендом?              — У него есть имя.              Джек нахмурился и выглядел почти как раньше. Он опустил свои длинные рукава, чтобы зажать их концы в кулаках, и оглянулся через плечо в поисках признаков более агрессивного близнеца-Миньярда.              — Ты не можешь сказать ему, чтобы он оставил меня в покое?              — Не жди, что я окажу какую-либо услугу после всего того дерьма, которое ты натворил за год. Никто не собирается прикрывать тебе спину, если ты постоянно пытаешься надрать их задницы.              — Вот оно? Я один раз проебался и теперь ты просто позволишь ему убить меня?              Нил приподнял плечо и сделал еще глоток воды.              — Если хочешь получить прощение за даром, найди церковь. Если тебе нужна моя помощь, придется собраться, блядь, и вести себя так, будто ты в курсе, что значит быть частью команды.              Джек тяжело вздохнул и хмуро посмотрел на стену.              — Кевин играет лучше. Вся его жизнь — это экси. Как, черт возьми, Тренер решил, что твоя неопытная задница достойна быть капитаном?              — Кевин — лучший нападающий, которого я когда-либо видел, но он всех бесит. Он думает, что всем нужно то же, что и ему, и в конечном итоге он доведет всех до предела. Быть капитаном не значит быть лучшим игроком, это значит, что ты способен заставить людей слушать тебя и сотрудничать между собой.              — Я все еще думаю, что ты бесполезен.              — Я все еще думаю, что ты капризный ребенок. Но когда мы вернемся на корт в июне, мы — команда, это ясно?              — Ладно.              — Прекрасно.              Эндрю обошел Джека и бросил на него предостерегающий взгляд, прежде чем открыть холодильник, чтобы взять себе пива. Джек побледнел и, не сказав больше ни слова, вышел из кухни. Когда таймер запищал, Нил спрыгнул со стойки и надел прихватки, прежде чем вынуть формы для выпечки из духовки. Он отложил их в сторону на охлаждающие полки, а затем подошел к Эндрю, чтобы украдкой поцеловать, пока у них еще была пара минут для себя.              Лисы и их спутники сдвинули шезлонги вместе в беспорядочную кучу вокруг края бассейна с мелководьем, чтобы поужинать с тарелками на коленях и напитками, стоящими между босых ног. Когда небо потемнело, Дэн рассказала им о своей новой квартире, а Эллисон поведала о Нью-Йорке. Рене немного проболтала о том, что подумывает о том, чтобы присоединиться к Корпусу мира. Ники не продержался долго, прежде чем отложить свой недоеденный гамбургер и забраться к Эрику на колени, а Эрик, казалось, совсем не возражал. Они тихо говорили по-немецки, в то время как другие игнорировали их и продолжали говорить о том, какая страна может понравиться Рене больше всего.              Пока они общались, Нил обнаружил, что может игнорировать запах океана и постоянно падающие тени. Слушать, как девочки строят планы на новую жизнь вдали от Пальметто, было больно, но эта боль была предпочтительнее воспоминаний о бензине и обугленных костях.              После ужина две чирлидерши раздали украшенные ими кексы. Они смешали странный оттенок оранжевого из красных и желтых пищевых красителей и использовали пластиковый пакет для сэндвичей с отрезанным уголком, чтобы выдавить лисьи лапы поверх белой глазурью. Эндрю не посмотрел на Кейтлин, когда она предложила ему порцию, поэтому Нил вежливо сказал ей, что Эндрю не хочет десерт. Пока Нил медленно ел свой, он заметил, что Эндрю смотрит на глазурь в уголке его рта, и мысли пошли совсем не в том направлении. Однако Аарон был слишком близко, чтобы он мог даже подумать о том, чтобы действовать в соответствии со своими развратными мыслями. Ники и Эрик были так счастливы друг с другом, и Нил не хотел рисковать испортить это, провоцируя гнев Аарона.              Нил только начал думать, что, может быть, поездка на пляж все-таки идет хорошо, когда кто-то предложил разжечь костер сейчас, когда стемнело. Эллисон заказала много дров, когда бронировала дом, а Мэтт подумал купить все необходимое, чтобы приготовить сморы, когда он был с Кевином, так что все согласились, что костер — отличная идея. Когда колено Эндрю ударилось о его колено, Нил понял, что Эндрю ничего не скажет за него. Ему предстояло решить, спуститься ли им на пляж или подняться в свою комнату.              Нил упрямо проигнорировал предупреждающие сигналы в голове и помог перенести охапку дров через лужайку, вниз по деревянной дорожке и на песок. Мэтт и Брайан уложили дрова в виде неровной пирамиды и воткнули щепки в нижние промежутки. Очевидно, первокурсникам было хорошо знакомо увлечение Брайана огнем, поэтому Лиззи и Колби побежали босиком по волнам, чтобы на всякий случай наполнить пару ведер водой.              Нил уставился на свои ботинки, наполовину утопающие в рассыпчатом золоте, но все, что он мог видеть — это рюкзак, полный костей и черного песка. «Почему мы здесь останавливаемся, мама?». Нил взглянул на пламя, охватившее бревна, и вместо этого увидел яростный бензиновый ад, пожирающий внутренности старой машины, металлический каркас вырисовывался тонким черным силуэтом на фоне адского оранжевого пламени. «Помни, чему я тебя учила. Скажи это. Не оглядывайся назад. Не останавливайся. Не…»              Тошнота перекатилась у него в животе. Его горло сжалось. Нил чувствовал, как силы покидают руку его матери, видел, как жизнь угасает в ее глазах. Треснуло полено, и в воздух взметнулись тлеющие угли. Он чувствовал запах горелой плоти. Он был с разбитым сердцем и совсем один.              Эндрю толкнул его локтем в ребра, и вспышка боли ворвалась сквозь ментальную тюрьму Нила. Его взгляд был тяжелым и жестким.              — Иди внутрь, — прорычал он.              Нил, спотыкаясь, отошел от костра и назойливого шороха волн. Он двигался на автопилоте, шагая по газону и поднимаясь по бетонным ступеням. Он поднялся по лестнице и ворвался в дом. «Не оглядывайся назад. Не останавливайся».              Он не останавливался, пока не оказался в их с Эндрю спальне. К счастью, балконные двери были закрыты, и в комнате пахло лавандовыми свечами на прикроватных тумбочках, а не морским воздухом и дымом. Эндрю предвидел это, подготовился. Дрожь сотрясала неуверенное тело Нила, и он едва успел пройти половину комнаты, как рухнул на колени, задыхаясь. Он согнулся на коленях, потянув себя за волосы и прижавшись лбом к мягкому ковру. Его разум был захвачен водоворотом, ревущим от материнского гнева и наполняющим его рот вкусом крови и дыма.              «Не оглядывайся назад. Не останавливайся».              — Не доверяй никому, — прошептал он, заканчивая мантру вслух. Сдавленный всхлип вырвался из его груди, пока он продолжал повторять обещания, данные своей матери, обещания, которые он нарушил.              Две руки схватили его за плечи и вытянули в вертикальное положение в объятиях, от которых пахло стиральным порошком, одеколоном и дымом от костра. Плечи были слишком широкими, туловище слишком длинным, голос слишком нежным, чтобы быть единственным человеком, о котором Нил мог думать в своей панике.              — Нил, все в порядке. Ты в порядке. Я держу тебя, чувак.              Это был Мэтт, с опозданием понял Нил. Его глаза горели, а грудь словно ввалилась, но он был слишком растерян, чтобы чувствовать смущение. Он схватился сзади за футболку Мэтта и держался изо всех сил.              Мэтт гладил Нила по затылку и бормотал что-то успокаивающее.              — Все будет хорошо. Просто дыши. Ты в порядке. Ты будешь в порядке.              Нил тяжело дышал, прижимаясь к плечу Мэтта, и быстро моргал, пока комната вокруг них снова не стала ясной. Медленно, все его части осели беспорядочной кучей в настоящем. Мэтт не отпускал его, пока Нил не отстранился, и даже тогда он держал одну руку на его плече. Мэтт наклонил голову, чтобы заглянуть Нилу в глаза.              — Ты со мной?              Нил кивнул и вздрогнул.              — Моя… пляж… Моя мать умерла на пляже, — история вылетела у него изо рта прежде, чем он успел запихнуть ее обратно, и он задавался вопросом, когда его секреты стало так легко отпускать.              Мэтт слушал и изо всех сил старался скрыть свой шок, когда Нил рассказывал ему, как тело его матери было приклеено к виниловому переднему сиденью ее собственной кровью, как он быстро решил сжечь все, кроме того, что ему было абсолютно необходимо.              Когда Нил закончил рассказывать ему о рюкзаке, набитом костями, Мэтт сморгнул слезы и тихо сказал:              — Мы бы никогда не привели тебя сюда, если бы знали. Мы можем… дерьмо, мы можем собраться и уехать завтра, если хочешь. Если тебя беспокоят деньги, мы с Эллисон…              — Нет, — прохрипел Нил. — Нет, я не хочу уезжать. Я хотел, чтобы мы все хорошо провели время — девочки разъедутся, и я не знаю, когда увижу их снова, и я просто хотел совершить последнюю поездку всей командой.              Мэтт заключил его в еще одно объятие, менее отчаянное, чем первое.              — Ты будешь видеть их все время, Нил. Мы семья. Мы можем навещать Дэн на выходных, если хочешь. Ты сможешь общаться по видео с Рене на моем телефоне. Эллисон, вероятно, будет звонить тебе каждый день, чтобы жаловаться на твой дерьмовый прикид.              Нил грубо рассмеялся Мэтту в плечо.              — Полагаю, я все еще осваиваю это.              — Все в порядке, — усмехнулся Мэтт.              Нил посмотрел на дверь, почти ожидая, что остальные тоже будут там, и с облегчением увидел, что дверной проем по-прежнему пуст.              Мэтт заметил, что он смотрит, и сказал:              — Эндрю сказал мне подняться сюда.              — Он так сказал?              — Ну, не так много слов — он как бы просто посмотрел на меня, понимаешь? Не думаю, что другие заметили. Ники размазал зефир по рубашке Аарона, так что там, наверное, началась битва.              Нил провел рукой по лицу.              — Тебе следует вернуться туда. Извини я…              — Все хорошо. Ты будешь в порядке?              Нил кивнул и выдавил слабую дрожащую улыбку.              — Да, спасибо.              — Отлично. Кстати, предложение все еще в силе. Скажи слово, и мы уберемся подальше от пляжа. И не беспокойся об остальных — я скажу им, что ты пьян, или устал, или что-то в этом роде.              Нил еще раз поблагодарил его, и Мэтт взъерошил ему волосы, прежде чем оставить его в покое. Когда он завернул за угол, Нил услышал, как он тихо сказал:              — Господи, Эндрю! Надень колокольчик или что-то такое.              Мгновение спустя Эндрю появился в темном дверном проеме, засунув руки в карманы.              Нил тяжело сглотнул и сказал:              — Спасибо.              — Я ничего не делал, — пренебрежительно ответил Эндрю. Это было неправдой, и они оба это знали.              Эндрю подошел к мини-холодильнику и достал бутылку виски. Он сел перед Нилом, их колени соприкасались, они передавали виски вперед и назад, пока зазубренные края Нила не стали достаточно гладкими, чтобы можно было прикоснуться. Эндрю вцепился пальцами в воротник Нила, чтобы поднять его на ноги и толкнуть обратно на кровать. Нил отдался горячим рукам и глубоким поцелуям Эндрю, его быстрой и грубой форме утешения. Эндрю снял с Нила одежду и сжег все затянувшиеся мысли о его прошлом, когда он целовал и облизывал тело Нила. Как только у Нила встал и он начал задыхаться, Эндрю сполз вниз, чтобы проглотить его целиком. Он не отпускал, пока Нил не задрожал и не был полностью разбит.