Эйфория

      — Чё, встало, да?..       Горшок опрокидывает Князя на пол, сделав подсечку под колени и чуть не ударив головой. Хватает за запястья, вжимает в половицы, впивается губами в губы.       — Да встало, бля… Ах ты!.. Чуть не зашиб… медведь бешеный… — Андрей смеётся в поцелуй, стонет, отвечает.       — Но не зашиб же? — Горшок тоже смеётся, снова целует Князя, грубовато лапает член сквозь штаны. — И стоит вон как уже…       — Не-а, не зашиб… — Андрей ёрзает под Михой, стягивает с себя футболку. — Стоит, на тебя всегда стоит…       — Ага… и на тебя тоже… — Горшок широко лижет его в подбородок, помогает раздеваться, сжимает пальцами сосок.       — М-м-м, Миха… Сладкий, бля… — Андрей опять лезет целоваться, тянет Миху на пол на себя.       — И ты… — Горшок на секунду приподнимается, чтобы стянуть и свою футболку, ложится на Князя, придавливая его собой к полу, снова жадно целует в губы и берётся за пряжки ремней.       Андрей оглаживает плечи, лопатки, загривок Михи, с жадностью смотрит, как тот расстёгивает его ремень, пробует возиться со своим, — но Горшок только опять целует его и укладывает обратно.       — Лежи, лежи… я сам… — он окончательно стаскивает одежду с себя и с Андрея, ёрзает, притираясь, прихватывает губами подбородок, смеётся. — Что, не жёстко лежать?       — Да ничё… — Андрей тоже смеётся, подставляется поцелуям, обвивает Миху руками и ногами. — С тобой везде сладко… хорошо…       — И на полу… и в подворотне бы, да?.. — Горшок ловит губами губы Князя, потом проводит по ним пальцами; Андрей прихватывает фаланги, чуть царапая их зубами. — Знаю… везде бы дал… оближи, Андрюх…       — И в подворотне, да… где хошь… только тебе… — Андрей вбирает пальцы Михи в рот, сосёт, стараясь получше увлажнить, лижет между ними языком.       — Только мне… — эхом отзывается Горшок, жадно смотрит в лицо Князя, на свои пальцы, исчезающие во влажной жаркой глубине рта. Наконец вытаскивает их, подсовывает руку под Андрея, гладит его между ягодиц, дразнит края входа. — Чё, могу ладонь тебе под голову подложить… чтоб затылком об пол не начал биться… — с усмешкой говорит он и проталкивает два пальца на фалангу внутрь.       — Подложи… вот всегда заботливым был… — Андрей обхватывает Миху за шею, тянет ближе, вовлекает в поцелуй. — Горячий ты, Мишка…       — И ты… как духовка, а?.. — Горшок смеётся, подсовывает вторую ладонь под растрёпанный затылок Князя, между головой и жёстким полом. — А заботиться… как о тебе не заботиться, ну… — он проталкивает пальцы глубже, чуть сгибает, проворачивает, и Андрей протяжно стонет ему в рот.       Я позабочусь о тебе, Андрюха. Я правда хочу. Позаботиться… и чтобы ты — только мой…       Я ведь смогу, да?..       И у нас всё получится.       Должно получиться.       Вместе.       Вдвоём.