Да, Господин

      Кто тут еще? О чем они говорят? Почему так плохо слышно?.. Ладно, меня это уже не должно волновать. Пора действовать. Придется перетерпеть эту ужасную боль единожды, чтобы ее не было больше никогда. Вдох. И выдох. Раз. Два. Три. И… Вперед, Антон! Закончи свою никчемную жизнь быстро и без раздумий.       Смешки от взаимных недовольств замолкли, как только младший резко толкнулся от пола, в порыве чуть не упав носом вперед от пронзающей боли, и принялся бежать. Арсений замер от неожиданности и непонимания происходящего, сумев только проследить за траекторией больного. Оцепенение сошло лишь тогда, когда парень схватился за ручку бритвы.       — Антон, стой! — Сообразив план, мужчина вскочил на ноги, надеясь вовремя перехватить.       Однако лезвие уже коснулось кожи, выпуская теплые капли наружу.              Господин? Он попросил остановиться? Нет, не может быть. Просто показалось, уже с ума схожу. Нужно как можно скорее закончить с этим.              За недолгую задержку успел сориентироваться Сергей. Схватив чужое запястье с бритвой, он перевел его за спину и прижал, что вынудило паренька ослабить хват и простонать. Остриё выпало, металлической ручкой звонко стукнувшись об плитку и «призвав» Антона в реальный мир. Мир, где есть лишь боль да страх.              — Антон! Тош, ты чего? — Подлетел Арсений и как можно скорее обвил пошатывающееся тело.              — Нет! — Я всё испортил. Почему ты, блять, такой медленный! Что теперь делать? Сука, я не хочу мучительной смерти. Пожалуйста, нет. — Я не хочу! Отпустите! — Дёрнувшись пару раз, Антон резко скрючился от пронзившей боли. Благо Попов успел поддержать за руку, и он не упал.              — Антон, ты чего? — перепуганный таким поведением прошептал мужчина.              Однако парень ответить не смог. Боль оказалась в разы сильнее предыдущих. В глазах вновь начало темнеть, веки сами собой слипались, тело постепенно расслаблялось, а звуки еле доходили сквозь шум двигающейся по сосудам крови.              — Антон! Открой глаза, пожалуйста. Ты опять потеряешь сознание. Чёрт… — заметив, что парень всё больше ослабевает, ругнулся старший. — Где скорая?!              — Арс, не паникуй, пожалуйста. Я схожу вниз — проверю. А его положи лучше куда-нибудь. И руку промой, чтоб не подцепил ничего, — кивнув в сторону кровоточащей полоски вдоль запястья, добавил Сергей.              — Сука, — беспомощно выдохнул старший, провожая взглядом друга. — Что же ты творишь, Антош? Неужели я настолько тебя напугал…              Следуя совету, Арсений переложил отключившееся тело на кровать и, промыв руку влажной тряпочкой, замотал ее бинтом, найденным в аптечке под раковиной. После обработки смог лишь присесть рядом, ожидая возвращения друга. Желательно со скорой помощью.       

———

             — Давно сознание потерял? — продолжился опрос новоприбывшего врача.              — Первый раз — не знаю. Второй — пару минут назад. Он вскочил резко, побежал, а когда я его подхватил, потерял сознание.              — Полагаю, по головной части никаких проблем не было. Нет ни ран, ни гематом, если еще встать смог сам и пробежаться, то вряд ли что-то серьезное есть, хотя не стоит исключать шоковое состояние. Для тщательной проверки лучше в больнице полежать.              — Ясно. Обязательно в больницу класть? Можно ли как-то дома «отлежаться»?              — Можно, но я бы не советовал. Нужно сдать анализы и пройти некоторые аппараты. Просто так сознание не теряют в любом случае, никаких видимых причин, — пожал плечами доктор, будучи не в курсе явной причины недуга — секса. — Удобнее больному будет в палате. Он под присмотром врачей целый день, не нужно мотаться в город и думать о лишних затратах.              — Хорошо. А можно положить в платную больницу?              — Да, конечно. Это сугубо его решение. Но в платную мы отвезти не сможем, только своим ходом.              — Хорошо. Тогда сами поедем.              — Проследите тогда за тем, чтобы он лежал и, если очнется, не давайте хотя бы полчасика вставать. В больнице Вам помогут со всем.              — Да, спасибо. Вас проводить?              — Будьте добры.              — Сереж, присмотри пока. Я заодно Позову наберу.              

———

             Проводив врачей, Арсений присел на ступеньки, ведущие в дом, и запрокинул голову назад. Глаза сами собой закрылись, оставив его наедине с мыслями.              Что произошло? Почему всё так? Почему я вновь оплошал? Серый прав. Пора заканчивать этот ужас. Он не заслужил такого отношения к себе. Он ребёнок, которому «посчастливилось» встретиться с мразью. Он совсем мал.              

———

             — Приветствую Вас, достопочтенный Арсений Сергеевич. Чем обязан? — весело заговорил давний друг, по совместительству главный врач частной клиники.              — Привет, Дим. Дело очень важное. Мне нужна палата в клинике через максимум час. За любые деньги, — голос не походил на привычный «Поповский», что вызывало нескончаемое количество неозвученных вопросов у человека по ту сторону трубки — никогда и ничего не могло вывести на такие эмоции Арсения, по крайней мере, почти ничего, кроме некоторых прошлых воспоминаний.              — Ты убил кого-то? — с усмешкой предположил Дмитрий, не воспринимая звонившего всерьез — любитель розыгрышей, что уж поделать, доверия нет.              — Не до смеха сейчас. У меня… — Как объяснить-то? - Мой… — Кто, блять? Похищенный? Друг? Парень? Какой-то ребенок? Кто же это, Попов? Хер с горы, да? Именно так! — В общем, один парень тут падает в обморок и… — пытается покончить жизнь самоубийством. Хорошее описание, ничего не скажешь.              — Ясно. Ты один? Рядом никого в более осознанном состоянии? — Ухмыляющиеся издевки над другом — это всея правитель сего мира. Даже если ситуация не самая радужная. Жестоко? Аморально? Возможно. Будет ли кто-то от них отказываться? Вряд ли. Такова сущность человека.              — Я в достаточно осознанном состоянии, — волнение от ситуации ни разу не разбавлялось вопросами такого характера, только детская злость и обида накапливалась в вечно строгом голосе человека.              — Да-да, естественно. Поэтому не можешь связать двух слов, — мысленно закатив глаза, будто отстаивающему свои слова подростку, ответил мужчина.              — Дим, палату, пожалуйста. Можем на месте обсудить?              — Тебе очень повезло, что сейчас не велик спрос на медицинское обслуживание. Врач нужен?              — Не знаю, — невнятно проговорил Арсений, опустошенным взглядом уставившись в каменную дорожку под ногами. Засунь свою никчемную важность в интереснейшее место и подумай уже о других. Урод.              — А если точнее?              — Я не хотел бы обсуждать некоторые вещи с кем-то. Но, полагаю, ему врач нужен будет, — тяжело вздохнув, ответил он в надежде на отсутствие последующих расспросов.              — Ясно. Как подъедете — позвоните мне сначала. Помогу, чем смогу. Точно никого рядом нет? — на этот раз без доли шутки решил узнать врач, дабы понимать картину будущей встречи лучше.              — С нами еще Матвиенко. Спасибо за помощь, я в долгу.              

———

      — Вы как тут? — зайдя в комнату, начал Арсений. Антон в той же позе лежал на кровати, Сергей же на голос вышел из ванной. — Ты чего там?              — Арс, зачем ему в комнате собственная аптечка с кучей обезболивающего, пластырями, мазью для заживления гематом и детским жирным кремом? У тебя все мозги вниз переехали? Вообще не следишь за своим поведением? — строго вопросил мужчина, всем своим видом показывая желание приложить давнего друга к чему-нибудь твердому.              — Блять… Я уже понял, что являюсь редкостным ебланом. Только хуже делаешь всем этим. Давай его в машину, пожалуйста. Без вопросов и упрёков.              — Ой, бедняжка. На совесть ему давит это. А Антону прям прекрасно, он прям рад. Смотри, лицо сияет от радости. — Взглянув на побледневшую кожу парня, Арсений поджал губы и сжал челюсти.              — Серёж, пожалуйста, позже. Давай его сначала отвезём?              — Сам донесешь? — осуждающе вздохнув, мужчина принял просьбу — жизнь паренька поважнее разборок будет. — Я пойду машину свою заведу и сиденье опущу.              — Донесу.              — Выходи через пару минут.              С громким хлопком дверь отделила коридор от комнаты.       Старший убрал телефон в карман брюк и медленно подошел к изголовью кровати, где ранее расположилась голова пострадавшего. Ладонь опустилась на его лоб, легкими движениями отодвигая непослушные пряди. Парень выглядел болезненно, как вампир. Его кожа всегда была бледна, но это никогда не цеплялось взгляду, сейчас же она казалась какой-то неправильной, странной, будто принадлежала человеку, сидящему в заточении с самого рождения. Проведя большим пальцем по щеке, Арсений наклонился и трепетно поцеловал теплый лоб.              — Пора идти, Антош. Прости, что я такой еблан. Обещаю, вылечишься — больше никогда меня не увидишь.              Вновь вздохнув, мужчина ненадолго отошел к двери, чтобы открыть ее и освободить проход. После поднял тело парня на руки, прижимая к себе, и отправился к выходу из дома.       

———

      — Арс, что дальше делать будешь? — мельком поглядывая на салонное зеркало, чтобы видеть собеседника, всё же осмелился спросить Сергей.              — Не знаю. Надеюсь, Дима поможет, и у него нет ничего серьезного.              — А дальше? Ты ведь не хочешь с ним расставаться.              — Хочу — не хочу, а надо. Ему так лучше будет. Какое-то время в палате полежит, думаю, потом у тебя. Я пока квартиру куплю, отремонтирую, работу поищу. Наверное. Я ни в чем не уверен, Серёг. Просто плыву по течению. — Закончив фразу, Арсений опрокинул голову и уставил взгляд в потолок транспорта.              — Оставишь его одного после всего ужаса? — Мужчина пытался докопаться до «правды», так как вовсе не считал, что друг имеет такое уважение к молодому парню, чтобы оставить его, даже любя.              — Не коверкай слова. Он пролечится у психолога, заведет еще друзей. Один не останется. В любом случае, без меня ему будет лучше.              — Удивительно, — прошептал водитель, но выражение не прошло мимо.              — Что?              — Ты и вправду его любишь. Или мастерски прикидываешься, что вряд ли. — В ответ послышалась лишь горькая усмешка.              Болезненная любовь. Вновь.              Арсений повернулся к противоположному окну и продолжил следить за сменяющимся пейзажем, временами опуская взгляд ниже — на лицо пострадавшего. Иногда он «очухивался», моргал с закрытыми глазами, но быстро «терялся» и не реагировал на разговоры или касания. Впрочем, в моменте это было к лучшему — Попов не смог бы с ним пообщаться из-за стыда, страха и переживаний, а Сергею стоило следить за дорогой. Мужчины лишь записывали время «подъема» и «ухода» на листочке, дабы позже показать врачу.              Дорога заняла около часа. Когда машина остановилась, младший всё же открыл глаза и прошелся мутным взглядом по салону. Незнакомое место за окном заставило его тело вздрогнуть от страха, сердце забилось быстрее, в горле встал ком. Он попытался позвать своего Господина — каким бы сильным не было чувство вины, мужчина казался самым безопасным во всём мире, — однако тот вышел из машины на улицу вместе с неизвестным для больного человеком пару минут назад и не мог услышать полюбившегося голоса.       Не имея боле сил, Антон закрыл глаза и пропал во всепоглощающей тьме.