Cherish/Ценить

Они сыплются на поле со всех сторон, тени всех форм и размеров. Некоторые из них имеют облик животных — ящериц и змей, птиц и жуков, белок, бурундуков и крошечных кроликов, а другие больше похожи на маленькие шарики и другие фигуры. Они путаются вокруг наших ног, устремляются к волосам и лицу, скользят по ногам и обвиваются вокруг талии. Когда они меняют цвет, переходя от оттенков фиолетового к лавандово-серым и обратно, мои друзья приходят в ярость. Они начинают пытаться сбросить их с себя. — Грейс, берегись! — кричит Мейси, огонь пляшет на кончиках её пальцев, когда она прицеливается в группу умбр возле моих ног. — Всё в порядке! — говорю я ей, прыгая перед ними. В этот момент по моей спине проползает огромная змея и обвивается вокруг моей шеи. — Они не причинят вам вреда. — Ни хрена они не сделают! — рычит Флинт, хватая с ноги теневую ящерицу и отбрасывая её как можно дальше в поле. Джексон дотягивается до летящей на него теневой птицы и выхватывает её из воздуха. Секунды спустя он отправляет её в другую сторону, перевернувшись через хвостовые перья. Иден выпускает изо рта ледяную струю в пару гигантских теневых пауков, которые лежат у её ног, а затем с рычанием убегает, прежде чем они успевают попасть в неё. — Серьёзно, остановитесь! — кричу я. — Это не те тени, что на Испытаниях. Это умбры. Они не пытаются причинить вам вред. Они просто хотят поздороваться. — У них очень агрессивный способ здороваться, — отвечает Хизер. Но, видимо, она решила мне поверить, потому что перестала ёрзать и позволила маленьким любопытным умбрам перемещаться по ней и вокруг неё. Иден шипит, когда одна из них оказывается слишком близко к горлу Хизер, и пытается вмешаться, но я встаю между ними. — С ней всё в порядке, Иден. Я клянусь. И она в порядке, несмотря на то, что десятки умбр в данный момент ползают по её бокам и путаются в рубашке, штанах и волосах. Хизер смеётся, когда один из них наклоняется и целует её, похоже, в щёку. Затем она слегка вскрикивает, когда другой из них начинает дёргать её за косички. — Давай, малышка, — говорю я, протягивая руку к тому, кто дёргает её за волосы. Она протестующе пищит, но в конце концов сдаётся и перебирается на мою руку и прямо по ней, чтобы зарыться в мои кудри. — Если это не теневые монстры, могу я спросить, что это за хрень? — требует Джексон, счищая с себя последние капли умбры. Остальные существа, очевидно, решили не обращать внимания на моих враждебных друзей, потому что теперь они кишат Хадсоном, Хизер и мной. — Это умбры, — повторяю я. — Теневые питомцы, но настоящие. Если взять их в руки, а не сражаться с ними, то можно увидеть, что у них есть масса. Они просто выглядят как тени. — Теневые питомцы, — повторила Иден неубедительно. Но, по крайней мере, она перестала пытаться их заморозить. Джексон и Флинт, похоже, тоже воздерживаются от суждений. Они больше не атакуют умбру, но оба всё ещё находятся в боевой стойке. Мэйси же, напротив, просто идёт напролом, опускается на землю и позволяет умбрам кишеть вокруг неё. — Ты уверена, что это хорошая идея? — спрашивает Иден, придвигаясь к ней ближе, словно желая защитить её. — Всё в порядке, — отвечает она, и её смех звучит как звонкий колокольчик, разносящийся по воздуху. Такого смеха я давно не слышала от своей кузины, и мягкая улыбка приподнимает уголок моего рта. Но теперь, когда все остальные под контролем, я переключаю своё внимание на попытку уговорить саламандру умбру отпустить мои кудри настолько, чтобы я смогла опустить её на землю. Остальные понимают намёк и сползают обратно в фиолетовую грязь, но саламандра не двигается с места. Она продолжает скользить по моей шее, пробираясь между локонами и забираясь в воротник рубашки каждый раз, когда я пытаюсь её схватить. Я поворачиваюсь, чтобы поделиться своей забавой с Хадсоном, но вижу, что он стоит совершенно неподвижно. Его кишат умбры, десятки маленьких существ обвивают, скользят и когтят его по груди, по плечам, по ногам. Но он, кажется, даже не замечает этого. Вместо этого он смотрит куда-то вдаль, стиснув челюсти и напрягая горло, словно каждый вдох даётся ему с трудом. И тут меня осеняет. Ни одна из умбр, которые в данный момент вьются вокруг него, не является Смоки. Опустошение захлёстывает меня, и я одним рывком сокращаю расстояние между нами. Я была так уверена, что она будет здесь — уверена, что временная шкала сбросится и для неё, поскольку она была поражена огнём дракона времени. Хадсон тоже. И теперь, когда её здесь нет, когда мы ошиблись… это всё равно что потерять её заново. — Мне очень жаль, — говорю я ему, обхватывая руками его талию и прижимаясь к нему так крепко, как только могу. — Мне очень жаль. Он не двигается. — Хадсон, малыш. — Я хочу сказать ему, что всё в порядке, хочу сказать, что она должна быть где-то в Царстве Теней, и мы перевернём это место вверх дном, пока не найдём её. Но я уже не знаю, так ли это. Я ожидала, что она будет ждать его здесь — ожидала, что она бросится в его объятия и будет ворковать с ним, как она делала это с первой минуты знакомства с ним. А теперь, когда её здесь нет, когда все его надежды рухнули… Я не знаю, что ему сказать. Я не хочу больше ничего обещать. Давать ему ложные надежды — это жестоко. Слёзы жгут глаза и забивают горло, когда я прижимаюсь к нему лицом и держусь так крепко, как только могу. То, что я не нашла её здесь, — это огромная дыра внутри меня. Я не могу представить, каково это для него. — Что с ним? — спрашивает Джексон, сидя рядом с нами. Он звучит так же потрясённо, как и я. — Ничего, — отвечает Хадсон голосом, который я не слышал от него с той ночи в моей комнате, когда он просил меня остановиться. Просто остановиться. Тогда я не понимала, что он имел в виду, но теперь понимаю, и, услышав этот голос от него, возвращаюсь в тот момент. — Я в порядке. — Ты не выглядишь нормально. — Джексон не придуривается. В его тоне и в руке, которую он положил на другое плечо Хадсона, звучит неподдельное беспокойство. Я знаю, что он не понимает, что здесь происходит, — для него нервозность брата возникла из ниоткуда, — но мне всё равно хотелось бы, чтобы он просто прекратил это. — Нам нужно идти. — Хадсон проводит рукой по моим волосам, а затем мягко отстраняет меня от себя. — Никто из вас не ел уже слишком много часов, чтобы считать, а Мэйси и Хизер нужно отдохнуть. — Я уверена, что мне сейчас лучше, чем вам, — говорит Мэйси, поднимаясь на ноги. — Мы можем вам чем-нибудь помочь? Хадсон качает головой. — Я в порядке, — повторяет он, поворачиваясь к дому. И моё сердце снова разрывается. Потому что он двигается так, будто сломан, будто каждая его частичка болит, а я не могу ничего сделать, чтобы это исправить. Я не могу сказать ничего, что помогло бы найти её. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на наших друзей, у всех на лицах озабоченное выражение, они либо наблюдают за Хадсоном, либо старательно не замечают его. Джексон отступает на несколько шагов назад и идёт позади брата, его плечи напряжены, словно он готов подхватить его, если тот упадёт. Остальные уступают ему место, кроме Мэйси, которая подходит к нему с другой стороны и берёт его за руку. — Я в порядке, — говорит он в третий раз, глядя на неё сверху вниз. — Да, я тоже, — отвечает она. Но она не убирает руку. И он не отпускает её. — Что, чёрт, происходит? — шепчет мне Джексон, но я лишь пожимаю плечами. Слишком сложно объяснить отношения Хадсона и Смоки в одном-двух предложениях, и я не могу сказать больше прямо сейчас. Не сейчас, когда он в таком состоянии. — Позже, — шепчу я в ответ. Затем я обхватываю Хадсона за талию и крепко прижимаю к себе, пока мы идём к фермерскому дому Арнста и Мароли. Солнце ещё высоко в небе, а значит, они могут работать на полях. Но если не бродить по их земле в поисках, к чему мы ещё можем прибегнуть, то дом покажется нам лучшим вариантом. Тем более что как только мы обогнули поле, то увидели Тиолу, спускающуюся по ступенькам старого дома. На спине рюкзак, в руках ведро, за спиной несколько кошачьих умбр. Она смотрит вниз, болтает с ними, то и дело бросая им лакомства. Только закончив кормить их, она наконец поднимает взгляд. Её взгляд устремляется на Хадсона, и на несколько секунд её рот открывается. Затем она издаёт восторженный визг и бежит прямо к нам.