Edgerunner

Для Юнги радость вынашивать ребёнка для своего мужа. Для него радость поддерживать сопротивление, улыбаться в глаза людям, которые не поверят, что беременный человек способен каждый день встречаться с кем-то в лесу, когда он показывает им, как он проводит там время. - Вы знаете, что секс на природе полезен для здоровья ребёнка? - Юнги говорит прямо и с обидой, как это может делать только настоящая глупая жена, годная лишь для размножения. Стражи порядка каждый день встречаются с такими и не разбирают настоящих мотивов их действий, соглашаясь с тем, что разрешение на выезд в лес получено официально. - Зачем Вам проезжать в доме на колесах, раз Вы предпочитаете сношения на траве? - Юнги состраивает оскорбленное лицо, прежде чем его губы задрожали и он даже выдавил из себя парочку слезинок. - Я же не могу ехать в город грязным. - хватает, чтобы приставы толкнули этого языкастого под бок. - Хорошо, тогда простите за беспокойство. Надеюсь, у Вас с малышом все будет в порядке. - Женщина кивает Юнги, исчезая за дверью, пока парень всё ещё улыбается ей в след, закрывая дверь. - Конечно у нас всё будет в порядке, чего надеяться-то. - Юнги придерживает одной рукой живот, недовольно вздыхая и облокачиваясь спиной на дверь. Он немного стоит, выравнивая дыхание и жмурясь.

***

Юнги прикусит губу, жалобно смотря сверху вниз на Хосока, пока тот целует его бедра. - И я им сказал, что совокупления на природе очень полезны для здоровья нашего ребёнка, и они ушли.. - он судорожно хныкает, донельзя чувствительный сейчас, когда Хосок прикасается к его бедру так нежно. - Молодец, крошка. Сам как себя чувствуешь? - Юни улыбается, слыша тихую похвалу. - Хорошо. Намного лучше, во всяком случае. Ах, да, ты же останешься со мной на эту неделю? - Конечно, я же обещал. - он замечает улыбку и гладит Чона по волосам, слегка притягивая к своей писе. - Да-да, хорошо, позаботься о нас в таком случае. - он знает, что его мужчина никогда ему не откажет в близости и тихо визжит, почувствовав укус в опасной близости от нежных частей тела. - Позаботься, а не сожри! Тихий смех обласкивает его кожу, пока Чон не облизывает сочные половые губы, смачивая их собой и мешая природную смазку младшего со своей слюной. В нём все ещё теплится желание трахать до звёзд свою пару, но он лишь ластиться к беременной полости, до ужаса счастливый тем, что Юнги согласился выносить их ребёнка. Юнги всегда избегал этой темы, или, стеснялся в каком-то смысле. Хосок предложил ему закрепить их союз, и потом Мину было некуда деваться. И теперь он, с пузожителем, делает слишком много. Чон переживает за него, всегда переживал, оставляя его одного. Теперь их больше, и его удивляет, как его возлюбленный выходит из западни всегда чистеньким и нетронутым. Это не имеет смысла, когда Хосок вылизывает Юни до тихих стонов сверху, пока он мнёт плотную сиську. Чон наверное завидует ему, в том смысле, что тот может прикоснуться к этим сиськам всегда и мять этот сочный жир когда заблагорассудится, а у него такой возможности нет. Хотя завтра он всё исправит. Но он не жалуется. Он давно прекратил жаловаться на любые моменты в их семейной жизни, особенно, когда Юнги доказал ему свою полную верность в моменты ожидания Чона с миссий. Он не имеет право требовать больше, чем позволяет сделать эта мамочка. Хлюпанье смазки размазывает мысли, Мин тяжело дышит сверху, то и дело норовя кончить. - Н-нет, Хосок-и, т-трахни.. - он урчит, игриво потягивая его за волосы вверх, чтобы посмотреть на поплывший взгляд и испачканное им лицо. - Ну же.. Хосок подхватывает Юнги на руки, перенося на кровать и зацеловывая его, выслушивая небольшое недовольство, пока он мешкает с освобождением своего члена. Юни более властный в постели, да и в других сферах жизни он вытесняет руководство Чона, хотя и не отнимает его заслуг. Он всё еще любит его всем сердцем, особенно когда они трахаются. Сейчас время для более нежного проявления любви, ведь он очень устал и просто желает разрядки для своего тела, которое так любит Хосок. В жизни за этим смешно наблюдать. Хосок предпочитает действовать в тени, принимая куда более важные решения, чем Юни. Но о Юнги знают, его видно и слышно, и поэтому кажется, будто тот взял в свои руки большую часть дел сопротивления, в то время как Чон, можно сказать, вышел из игры. Это не имеет значения, когда младший скулит от долгожданного члена внутри. Он трахает его медленно, наслаждаясь тихими всхлипываниями куда-то в плечо. Сейчас он до ужаса чувствительный и невозможно близок к грани, когда клитор разрывается от фейерверка ощущений. - Как думаешь, кто у нас будет? - шепчет Хосок, приостанавливаясь и посмеиваясь над нуждающимся Мином. - Ребенок, я, во всяком случае, надеюсь.. - он мяучит, когда Хосок издевается над ним и слабо стучит по острым плечам, начиная хныкать. - Ты такой вредный, фу. - Так трахни меня, ну.. - его просьба выполняется, когда в киску толкаются размашисто и вкусно, заставляя его требовать поцелуи. Хо улыбается для него, целуя подставленные губки и мягко прикусывая их, ощущая цепкость чужих ноготков на своей коже. Да, Юнги тот ещё привереда, до ужаса охотливый на нежности. Он заботится о нём, когда доведя Юна до оргазма, зацеловывает и ласкает. Мягко оглаживает живот и заливает спермой его бедро, выслушивая усталые реплики мужа. Завтра их ждёт ленивый день, на который они оба много работали. - Сполосни хотя бы полотенце и вытри сперму свою... - Я подумаю. - Хосок ловит недовольство Юнги, целуя его и уходя в ванную. Он остаётся один, уже привычным движением укладывая руку на живот и зевая. В принципе, можно и поспать. Хосок заботливо вытирает его и воркует, зацеловывая кожу. Любовно смотрит на живот, прикасаясь к нему и усмехаясь. - Ты когда мне список имён дашь? - Юнги смотрит на него, когда тот ложится рядом и приобнимает Мина. - На неделе обязательно. - и улыбается, чмокая в нос. - Хосок-а, если ты мне его не дашь, я назову его так, как называю сейчас. - капризничает, прежде чем Хосок игриво кусает его за плечо, вынуждая фыркнуть.

***

Юнги тихо сопит на его плече. Все вокруг тихо и мирно просыпается, в то время как Хосок уделяет все своё внимание своему мужу и крохотному "пузожителю", как назвал ребёнка Мин. Лаская кожу, которую перед сном он заботливо обмазал увлажняющей сывороткой от растяжек, он задумывается о том, какой Юнги по-настоящему смелый для него. Неосознанно он плачет, обнимая маленькое тело и улыбаясь, прижимаясь щекой к животику. Так он впервые почувствует толчки, его глаза засветятся от счастья, когда он шепотом начнет разговаривать с неугомонной крохой внутри, неожиданно активно проявляющей признаки жизни. Юнги аккуратно откроет глаза, когда услышит что-то лишнее из череды звуков и надумает опять засыпать, пока не прислушается. - Интересно, а Юнги уже знает, что ты толкаешься? Наверное, если ты пойдёшь в меня, он будет злиться. - он хихикает, целуя куда-то в пупок и немного щекоча натянутую кожу. - Ага, если он пойдёт в тебя, я буду рожать второго. - сонный голос Юни заставляет Хосока мгновенно среагировать и подскочить к его лицу, аккуратно целуя в щёку. - Обещаешь? - Угу.. - кивает, поворачиваясь к мужу и закидывая ногу на его тело. - Живот такой тяжелый... Всё ещё сонный, он выглядит очаровательно, когда причмокивает, вновь уходя в царство Морфея. Хосок продолжает шептать всякое, пока не замечает, что Юни опять спит. Аккуратно целует в макушку, укладывая руку на упругую ягодичку и тоже стараясь заснуть, довольно улыбаясь. Потом, он конечно, не удержится и вернется опять к разговору с "пузожителем", пытаясь узнать, какое имя ему больше нравится, но молчаливые толчки его тоже устраивают.