Сквозь призму карих глаз

      5 июня 1995 года.       Драко проснулся в крайне скверном настроении, несмотря на то, что сегодняшней ночью ему посчастливилось спать в своей спальне: по причине зыбкого беспокойного сна на «новом» месте ему удалось крепко заснуть лишь под утро, но всего через каких-то пару часов в его окно затарабанил клювом школьный филин.       — Проклятая тварь, я убью тебя, — монотонно пробубнил Малфой, рывком отпирая окно.       К лапе филина было прикреплено письмо. Драко небрежно сорвал конверт с лапы и, оставив голодного филина сидеть на подоконнике в ожидании угощения, поковылял обратно к постели.       На конверте значился лишь получатель, графа отправителя пустовала. Смутно знакомый почерк заставил Драко нахмуриться. Любопытство пересилило усталость, и сон как рукой сняло. Малфой вскрыл конверт и незамедлительно извлёк немногословное письмо, при виде которого его глаза широко распахнулись, а сердце с удвоенной скоростью начало ударяться о рёбра.       С пожелтевшего пергамента прямо под коротким поздравлением на Драко смотрел он сам: обрамлённый бестолково торчащими цветами, с налётом лёгкой высокомерности во взгляде, вошедшей в привычку. Расслабленный. Спокойный. Настоящий.       Малфой и узнавал себя, и словно видел впервые. Его ни разу не снимали исподтишка. Изображение не двигалось, но он мог поклясться, что оно выглядело живее любой его колдографии: никакого искусственного лоска и фальшивых эмоций.       Так вот, каким она его видела. Чистым, несмотря на душевную грязь.       Отчего-то в груди стало слишком тесно, к горлу подобрался ком. Драко неотрывно смотрел на фото, жадно впитывая каждую незначительную мелочь, желая запомнить себя настоящего. До этого момента он находил себя отвратительным, с искажёнными чертами, уродливой душой, но всё оказалось не так. Он был другим. Совсем не таким, каким стремился казаться.       И скорбь о безвозвратно ушедших часах, днях и годах затопила его несчастное сердце: вся жизнь Драко была насквозь пропитана ложью. Он просто терял драгоценное время своей жизни.       И осознание этой истины было лучшим подарком.