Пожестче

      Тэхен коротает очередной перерыв между клиентами, сидя на диванчике около ресепшена, и усиленно делает вид, что читает книгу — тот самый фантастический роман, в котором пока не продвинулся дальше второй страницы. На самом же деле массажист ведет скрытое наблюдение за своими коллегами, пытаясь выявить странности в их поведении. Хитрые переглядывания? Косые взгляды? Подозрительная мимика? Неприкрытые насмешки? Любые намеки, говорящие о том, что кто-то из сотрудников салона слышал недвусмысленные звуки, доносившиеся вчера из кабинета массажиста Ким Тэхена.       Джин. Как всегда с непроницаемым лицом кирпичом. Что-то смотрит в компьютере. Тут никаких зацепок. Вечный покерфейс.       Юнги. Сейчас с клиентом. Тэхен видел Мина утром — тот опять облизывал взглядом Джина, а потом в комнате для персонала громко возмущался из-за чертова ливня, который залил ему все горшки с цветами на балконе. Тут тоже все, как обычно.       Девочки-косметологи. Опять сплетничали на кухне, обсуждая ногти, волосы, мужчин, реснички, губы, мужчин, туфли, одежду, распродажу туфель, распродажу одежды, а потом опять мужчин. Тэхен честно пытался прислушиваться к их разговорам, пока пил свой утренний кофе из кофемашины. Но после очередной фразы про «обувные магазины» его мозг отключился и отказывался включаться, пока Тэхен не сменил объект своего наблюдения.       Хваса. Мастер маникюра и педикюра. С девочками-косметологами не дружит, держится особняком. Сидит на втором диванчике прямо напротив Тэхена, положив ногу на ногу и залипнув в телефоне. Почему она ошивается здесь, а не в своем кабинете? Неужто ждет приема у директора Кима, чтобы настучать на Тэхена? Подозрительно.       А вот и Намджун. Выходит из своего кабинета и проходит мимо ресепшена, направляясь в туалет. Хваса поднимает голову и дежурно улыбается директору, после чего вновь утыкается в свой телефон. Если бы она спешила доложить начальнику о непристойном поведении коллеги, неужели она бы не побежала вслед за ним? Не в туалет, конечно. Но она бы наверняка отреагировала на появление Намджуна более эмоционально. Значит, тут тоже все чисто.       Сыльги и Джексон. Сладкая парочка, состоящая из мастера по лазерной эпиляции и еще одного массажиста. Как обычно, напропалую флиртуют у всех на виду и не видят никого, кроме друг друга. Вряд ли стали бы стучать на Тэхена, даже если бы что-то услышали. Им бы самим не мешало, наконец, потрахаться, а то их сексуальные флюиды всех уже задолбали.       — Ты сегодня какой-то подозрительный.       Тэхен вздрагивает. Уйдя глубоко в свои рассуждения, он даже не заметил, как к нему подошел Чимин и присел на диван рядом.       — Что с тобой? — Пак отхлебывает кофе из своей кружки и вопросительно приподнимает брови.       — Все нормально. Просто задумался, — Тэхен захлопывает книгу, понимая, что притворяться читающим дальше бессмысленно.       Чимин понятливо кивает и вновь шумно сербает свой кофе, а Тэхен вдруг прищуривается и вперивается взглядом в Пака. Так-так-так, а вот этого персонажа надо бы рассмотреть поподробнее.       — Почему ты так на меня смотришь? — Чимин хихикает.       Смеется? Странная реакция. Может быть, он что-то скрывает?       — Что ты слышал? — без обиняков спрашивает Тэхен.       — Ты о чем? — на лице Пака искреннее недоумение.       — Ты знаешь, о чем.       Чимин зависает на несколько секунд, а потом тяжело вздыхает и опускает глаза. Попался.       — Говори, — подгоняет Ким, а у самого внутри резко становится как-то неуютно. Неужели Чимин, этот белокурый милашка-кудряшка, сольет его руководству из-за одной дурацкой ошибки?       — Ладно, — Чимин виновато сводит брови к переносице. — Но это вышло случайно! Я не хотел подслушивать! Просто мимо проходил, а из-за закрытой двери все было слишком хорошо слышно…       «Блять, блять, блять!» — мысленно матерится Тэхен, коря себя последними словами за глупую беспечность.       — Ну, в общем… — Чимин понижает голос и оглядывается по сторонам, убеждаясь, что их никто не услышит. — Это было очень громко! Он так кричал! Я удивлен, что больше никто не обсуждает это. Наверно, потому что это случилось вечером, и у многих мастеров не было последнего сеанса, вот его крики никто и не услышал.       «Да уж, — соглашается Ким. — Повезло так повезло. Хотя бы не так много свидетелей».       — И что ты… — Тэхен запинается и прочищает горло. — Что ты планируешь делать? Расскажешь Намджуну?       — Боже упаси! — Чимин округляет глаза. — Я похож на самоубийцу?       — Но ты же не виноват. Что он тебе сделает?       — В смысле что? Наорет на меня!       — За что? — Тэхен нервно усмехается со странной реакции Пака.       — За то, что уши развесил там, где не надо! Скажет, что я хожу, сплетни собираю вместо того, чтобы работать! Мне моя работа еще дорога! Поэтому я буду молчать. Да и ты сам помалкивай, незачем людям знать об этом, а особенно директору Киму.       — Можно подумать, в моих интересах рассказывать подобное, — Тэхен закатывает глаза.       — Вот и отлично, — Чимин залпом допивает свой кофе и поднимается на ноги. — В любом случае, это не наше дело, личная жизнь на то и личная. Тем более развод. Надеюсь, Намджун-ним со всем справится и избавится от этого балласта, а то эта сумасшедшая истеричка все соки из него высосала. Я никогда не слышал, чтобы он ТАК громко кричал. Ну, ладно, я пошел работать. Приходи после обеда, как будет окно, там новая серия нашей дорамы вышла.       Чимин уходит на кухню мыть кружку, а Тэхен тупо смотрит ему вслед, приоткрыв рот от удивления. Что это за разговор немого с глухим только что произошел?..

***

      Вопреки опасениям Тэхена, никто косо на него не смотрит и на ковер к директору не вызывает. Обстановка в салоне спокойная, коллеги ведут себя, как обычно, и спустя несколько дней массажист окончательно расслабляется и забывает о своей паранойе.       За эти дни они еще больше сближаются с Чимином, который вдруг решил, что общий секрет может стать отличным поводом для начала крепкой дружбы. Пак зовет Тэхена вместе пообедать или выпить кофе, дожидается его, чтобы непременно вместе посмотреть дораму, угощает перекусами, которые таскает из дома и на кимову долю, и без умолку трещит обо всем на свете. Если бы Тэхен не знал, что Чимин безумно влюблен в Юнги, то подумал бы, что Пак за ним ухлестывает — настолько активно тот проявляет свою дружескую инициативу. Чимина в его жизни стало очень много, но Тэхен, который обычно раздражался от слишком шумных и назойливых людей, внезапно ловит себя на мысли, что совсем не против такого близкого общения с Паком. Чимин веселый и слегка наивный, но при этом милый и заботливый, а Тэхен, видимо, очень истосковался по искренности и заботе, раз впервые за долгое время позволяет кому-то нарушить свои личные границы.       — Ого-о-о! — с искренним восхищением тянет Чимин, когда пятничным утром, пока полусонные работники салона только раскачиваются перед началом рабочего дня, курьер службы доставки внезапно приземляет на стойку ресепшена огромный букет цветов.       — Просили доставить в салон «Euphoria Spa». Распишитесь за доставку, — курьер сует под нос Паку ручку и документ на планшете с зажимом.       — А кому букет? — заинтересованно спрашивает Чимин, но подпись все-таки оставляет.       — Там внутри карточка, — поясняет курьер, после чего поспешно прощается и быстро отчаливает.       Рядом с ресепшеном словно из ниоткуда материализуется Хваса и пронырливыми наманикюренными пальчиками выуживает из пышных кремовых пионов плотную открытку.       — «За умелые руки и восхитительные пальцы», — зачитывает вслух девушка и громко смеется. — Оригинально! Так, признавайтесь, кто у нас здесь пальцевый обольститель?       — Тут и подпись есть, — Чимин проворно вырывает карточку у нее из рук. — Джей Кей, — произносит он, копируя американский акцент, отчего стоящие рядом коллеги начинают дружно гоготать.       Не смешно разве что одному Тэхену, который, услышав цветочное послание, едва не пролил себе на рубашку горячий утренний кофе. Ведь он быстро смекнул, кто такой «пальцевый обольститель» и что за Джей Кей прислал ему букет. Спасибо, что прямым текстом не написал: «Умелому массажисту Ким Тэхену, который восхитительно трахнул меня пальцами. С уважением, Чон Чонгук».       — А что это у нас тут за веселье с утра пораньше?       В дверях показывается припозднившийся Юнги, и Чимин тут же принимается объяснять ему причину всеобщего смеха, сияя как начищенный пятак от возможности поговорить со своим крашем.       Тем временем Тэхен, которому совсем не до смеха, делает вид, что очень заинтересован содержанием своего телефона и под шумок ускользает на кухню. Там, как обычно, традиционное утреннее собрание девочек-косметологов, но Тэхен предпочтет сейчас слушать про ногти и туфли, нежели принимать участие в поисках обладателя шикарного букета. Он ни за что не сознается, что букет прислали ему.       От нечего делать Тэхен с телефона заходит на сайт для работников салона, чтобы посмотреть в Google-таблицах свое расписание на день, и все-таки давится пресловутым кофе. Этим вечером к нему на массаж опять записан Чон Чонгук.

***

      — Я готов.       Чонгук выглядывает из кабинета, сообщая массажисту о том, что он переоделся.       Тэхен, который несколько минут подпирал стену в коридоре, тут же заходит за ним следом и щелкает замком, запираясь изнутри.       — Пожалуйста, ложитесь на мат, как в прошлый раз, Чонгук-щи, — вежливо говорит Ким, привычно доставая из шкафчика эфирное масло.       С тех пор, как они встретились у ресепшена десять минут назад, каждый из них вел себя подчеркнуто уважительно. Они оба упорно делали вид, что на прошлом сеансе ничего особенного не произошло.       Чон снимает свой халат и откладывает его на стоящий рядом стул для вещей.       Тэхен поднимает глаза на клиента и замирает около шкафчика с бутыльком масла в руке.       Чонгук абсолютно обнажен.       — Я разве не оставил вам одноразовые трусы? — хрипло спрашивает Ким, скользя взглядом по подтянутому животу с ярко выраженными косыми мышцами и невольно упираясь взглядом в пах.       — Я решил сегодня их не использовать, — негромко отвечает Чон, продолжая стоять в противоположном конце кабинета и взирать на массажиста своими цепкими жуково-черными глазами.       Тэхен непроизвольно сглатывает. Что за игру затеял этот бесстыдник? Второй раз подобной ошибки Ким не допустит. Он чуть с ума не сошел в прошлый раз, гадая, слышал ли кто-нибудь из коллег непристойные стоны из его кабинета.       — Ваше право. Накрою вас простыней, — Тэхен якобы безразлично пожимает плечами и подходит ближе к мату. — Ложитесь на живот, пожалуйста.       Чонгук делает два шага вперед, но вместо того, чтобы лечь, как было сказано, подходит ближе к своему массажисту. Буквально врывается в чужое личное пространство.       — Простыня нам тоже сегодня не понадобится, — говорит серьезно и смотрит исподлобья прямо в глаза.       Тэхен так близко Чона еще не видел, и тоже почему-то не может оторваться от его глаз — темных, глубоких, бездонных, словно два колодца.       — Ну, раз вы не стесняетесь, можем обойтись и без всего, — наконец находится с ответом Ким.       — Если бы я стеснялся, я бы не пришел сегодня на массаж с пробкой в заднице, — спокойно выдает Чон и подходит еще ближе.       У Тэхена сбивается дыхание и сердце ухает куда-то вниз. Они стоят так близко, что почти касаются друг друга кончиками носа. Он чувствует чужое теплое дыхание на своем лице и с трудом сдерживается, чтобы не поплыть. Обстановка слишком интимная, и в этом кроется самая настоящая опасность.       — Вы не по адресу, Чонгук-щи, — бормочет Тэхен. Он рвано дышит и сильнее сжимает в руке флакончик с эфирным маслом, словно пытаясь найти в нем дополнительную опору. — Я массажист, а не эскортник.       — Будь вы эскортником, я бы стал вашим постоянным клиентом, Тэхен-щи, — томно отвечает Чон и закусывает губу.       Тэхен раздувает ноздри и приоткрывает рот, пытаясь вытолкнуть из легких кислород, которого внезапно стало слишком много. Что за дьяволенок ему попался?       — Я смотрю, вы и так стали моим постоянным клиентом, — Тэхен опускает взгляд на чужие губы, блестящие от слюны, но тут же возвращается обратно к глазам. — Я не буду с вами спать, Чонгук-щи. По крайней мере, не на работе. Это непрофессионально.       — В прошлый раз вас это не остановило, — хмыкает Чон и вновь облизывает свои губы юрким розовым язычком.       — Прошлый раз можно считать за обоюдное помутнение.       — Что еще за помутнение?       — Рассудка, Чонгук-щи. Непреодолимая сила. Вам знакомо такое понятие?       — Разумеется, Тэхен-щи. Я практикующий юрист. Непреодолимая сила — это чрезвычайные обстоятельства, которые делают невозможным надлежащее выполнение обязательств. Однако вы в прошлый раз справились со своими обязанностями более чем надлежащим образом.       Тэхен усмехается. Язык у Чона явно подвешен что надо. Юрист? Определенно. Но и Тэхен не пальцем деланный.       — Рад, что вам понравилось обслуживание в нашем салоне, Чонгук-щи, — Тэхен приторно улыбается. — Однако экстра-услуги мы больше не оказываем. Либо вы сейчас ложитесь, и я делаю вам обычный массаж, либо мне придется прервать сеанс и доложить руководству салона о домогательствах.       С лица Чонгука слетает недавняя бравада, и теперь его можно назвать даже испуганным.       — Нет-нет, стой, подожди, — Чон хватает Тэхена за руку и нервно сглатывает. — Я-я… Я не хотел, чтобы у тебя сложилось обо мне превратное впечатление. Я подумал… Подумал, что ты тоже этого хочешь. Ты ведь тоже кончил в прошлый раз, я хоть и был не в себе, но все почувствовал. И поэтому… Ну… В этот раз я подготовился…       Он почти что стеснительно опускает глаза и розовеет щеками, а Тэхен дивится этому контрасту. Минуту назад перед ним стоял практически дьявол-искуситель, который томно закусывал губу и спокойно вещал о пробке в заднице. А сейчас перед ним какой-то смущенный мальчишка с пятнистым румянцем, запинающийся при разговоре на взрослые темы.       — Я хочу, — подтверждает Тэхен. Глупо отнекиваться и врать, если это и так очевидно — стоит опустить глаза на его пах, где из штанов выпирает полувозбужденный член. — Но ты мой клиент, а мы в общественном месте, на моей работе, где вокруг куча людей. И если я тебя трахну, совсем тихим ты быть не сможешь. Я помню, как ты голосишь. К тому же, — Ким приподнимает пальцами подбородок Чонгука и заставляет его посмотреть на себя, — я люблю, когда громко и звонко.       Чонгук прерывисто выдыхает и прикрывает глаза, а Тэхен еле сдерживается, чтобы не впиться жадным поцелуем в этот маленький розовый рот.       — Тогда… Может, мы могли бы… — начинает было Чон, но Тэхен его опережает.       — …поехать ко мне, — заканчивает за него Ким. — Я живу один, поэтому нам никто не помешает. И там я смогу, — он понижает голос и медленно проводит большим пальцем по нижней губе Чонгука, — смогу вдоволь трахнуть твою попку, которую ты так тщательно для меня готовил. Пожестче — так, как тебе нравится.