Питерское воспитание

31 декабря 2003 года

      — Ты купил колбасу?! — словно фурия, Катя настигла растерянного Антона прямо у входа. Он еще не успел закрыть дверь, а ему показалось, что его выпрут обратно.       — Н-нет, — взгляд у парня был испуганный, зрачки расширились, ему и самому уже захотелось сбежать на улицу. — Всё разобрали. Там остались какие-то дешёвые сосиски.       Смирнова упёрла руки в боки и смотрела на Антона с осуждающим и нахмуренным выражением лица. Она чем-то напомнила ему его мать. И это не умаляло страха перед ней, скорее наоборот.       — И что там теперь делать без колбасы?       — Не знаю. Почему вы не подумали об этом заранее? — Петров сжимал вспотевшими ладонями белый магазинный пакет. Ему было жарко в зимней одежде. И зачем коммунальщики так сильно накручивают отопление в квартирах?       — А что, только мы должны об этом думать?! Думаешь, раз мы женщины, то кухня и готовка у нас постоянно в голове? — староста надвигалась на парня, как хищная пантера на антилопу.       — Я так не думаю! — поспешил оправдаться Антон. Он резко поднял руки вверх, будто сдавался, и пакет с продуктами шумно упал на пол. «Хорошо, что там не было яиц. Иначе, я лишился бы своих».       — Ну и рукожоп ты, очкарик, на, — Бяша, всё это время наблюдавший из-за угла, засмеялся, словно барашка. Катя перевела взгляд на него и парень тут же стушевался.       — Сейчас я тебя отправлю за колбасой, — Смирнова подняла пакет с пола и гордо прошла на кухню, одарив Бяшу надменным взглядом. Там её ждали ещё две девушки: Полина и Аня.       Компания для встречи Нового года у них собралась небольшая — всего шесть человек. Ребята хоть и проучились вместе всего четыре месяца, но уже было понятно, что дружбы в этой группе не будет. Все разбились на компании по три-четыре человека и вне своего маленького круга общались исключительно по учёбе. Квартиру забронировали ещё осенью, потому что спрос на аренду в Новый год всегда огромен, и всего на одну ночь. Катя, как староста, пригласила всю группу. Кто-то просто проигнорировал, кто-то сказал, что встретит праздник в кругу семьи. Бабурин Семён громче всех высказывал желание напиться как свинья, но в итоге решил остаться с бабушкой. Или она его просто не отпустила? В общем-то, для собравшихся здесь в этот вечер, это было не так уж и важно.       — Чё, Антошка, — стоило только Антону пройти в гостиную, то он сразу увидел по-хозяйски расположившегося на диване Рому. Он сидел, широко поставив ноги, занимая тем самым места больше, чем ему было необходимо, — Мегера тебя ещё не сожрала?       — Нет, но очень хотела, — Петров усмехнулся и поспешил наконец снять с себя верхнюю одежду.       — И сдалась ей эта сырокопчёная колбаса… Будто без неё Новый год не наступит.       — Если ты будешь много трепать языком, Пятифанов, он для тебя и не наступит, — Смирнова выглянула из-за стены и пронзила шатена острым, словно кинжал из дамасской стали, взглядом.       — Ой-ой-ой, как страшно, — Рома даже не посмотрел в сторону девушки и продолжал щелкать каналы на пульте, смотря в экран телевизора. Уже во всю крутили советские фильмы, сюжет которых с праздником мог быть и не связан, но они всё равно ассоциировались именно с ним. В итоге, парень остановился на MTV, где играл какой-то популярный попсовый трек.       — Пятифан, — притихший рядом с товарищем Бяша, внезапно подал голос, — мы алкашку-то намешивать будем?       — А чё её намешивать? Если кто-то хочет водку с соком, пусть сам и делает. Я эту бурду сладкую пить не буду, — Рома поморщился.       — Очкарик, на, — Бяша подсел к Антону и с хлопком опустил руку на его плечо. Петров от неожиданности вздрогнул, — а ты чё пить будешь?       — Я… а я…       — Головка от хуя? — брюнет снова заблеял, смеясь. — Рожай давай уже, на. Что пить будешь?       — Я не пью, — Петров нахмурился и уставился взглядом в пол. Ему казалось, что сейчас его засмеют ещё больше и придётся сбегать с этой вечеринки.       — Значит, нам больше достанется, — сказал Пятифан, глядя на Антона. В глазах Ромы не было и намёка на насмешку. Это удивило Петрова и… насторожило. Вот так просто? А как же подразнить непьющего парня? Или они что-то задумали? Нужно держать ухо востро.       Время шло — до долгожданной полночи и боя курантов оставалось всего несколько часов. Стол почти был накрыт, а поэтому появилось время немного расслабиться и открыть первое шампанское для поднятия настроения, да и просто поболтать, чтобы узнать друг друга получше. Хотя были в этой компании люди, которые знали друг друга уже очень давно. Бяша и Пятифан были друзьями детства, куда один — туда и другой. Неудивительно, что они были одноклассниками, а теперь стали одногруппниками. Правда, экономический профиль — всё же не то, что приносило удовольствие этим ребятам. Бяша особо долго не думал куда ему пойти, раз Ромка поступил на экономиста, значит, и он станет им. Но отчего же Пятифанов подался туда? Причина была проста и очевидна, и стояла прямо сейчас на кухне, перемешивая оливье. Полина Морозова. Красавица, умница и скрипачка. Они с Ромой знакомы лет с десяти, с того самого момента, когда отец Пятифанова и дедушка Полины решили встретиться, чтобы вспомнить былые деньки и службу в Афганистане. Их — нескладных детей — просто поставили друг перед другом и очень настойчиво намекнули, что их дружба обрадует двух взрослых мужчин.       С тех самых пор Рома Пятифанов понял, что эта девочка, которая выросла в прекрасную девушку, будет его. Подругой, дамой сердца, женой — всё равно. Просто она будет его, потому что он так решил.       Но годы проходили, а взаимности так и не случилось. Все попытки завоевать девушку были тщетны. И даже сейчас Полина избегала любого контакта с Ромой. Она запросто могла вообще отказаться приходить сюда, как только узнала, что и шатен будет здесь. В чём же тогда дело?       — …было не просто, — а вот и то самое дело, из-за которого Морозова сегодня здесь. Петров сидел за столом и рассказывал о жизни в сибирской глуши, откуда он приехал в Петербург.       Полина, услышав голос Антона, сразу пришла в гостиную с миской салата в руках. Рома встал, чтобы помочь девушке поставить тару, но та так изворотливо обошла его, что шатен остался глупо стоять с вытянутыми вперёд руками, пока Полина ставила салат на стол. Неловкость сковала тело Ромы, кончики ушей покраснели, и он, чтобы никто не заметил его смущения, пошел на балкон покурить.       «Этот очкарик… Антон Петров. Всё портит. И до этого не просто было, а тут ещё и он. Полина так и вертит хвостом перед ним. Неужели не видно, что он педик? — Пятифан размышлял, делая долгую затяжку, после чего шумно выдохнул дым и усмехнулся своим следующим мыслям. — А если и не педик, то просто на баб не стои́т».       — Бяша, а вы покупали фейерверки? — Морозова сидела на диване рядом с Антоном и каждый раз норовила задеть его колено своей рукой. Он смущённо улыбался и глядел в её сторону украдкой. Петрову нравилось внимание Полины, но сам попыток сблизиться он не предпринимал. Боялся чего-то.       — Купили-купили, — ответил Бяша, открывая вторую бутылку шампанского. — Запустим после курантов.       — Отлично! — Аня Трофимова громко хлопнула в ладоши. Небольшой алкогольный градус уже успел ударить ей в голову. И без того веселая и шумная девушка ещё больше оживилась.       — Где же застрял Рома? — Смирнова сказала это нарочито громко и перевела взгляд на Морозову. — Полина, не поискать ли тебе своего друга?       — Он мне не друг, — скрипачка дернула плечами, будто её до костей пробрал холодный ветер. — И он не маленький, чтобы потеряться в квартире.       — Он пошел на балкон, — неожиданно вклинился в разговор девушек Антон и поднялся с места. — Я схожу за ним.       Полина едва успела открыть рот, чтобы хоть что-нибудь сказать блондину, но он уже скрылся во мраке коридора, где ради экономии не горел свет. Рука Морозовой безвольно опустилась на всё ещё теплое место, на котором сидел Антон.       — Какая прелесть, — сказала Катя и, словно кошка, прогнулась в спине прежде, чем пересесть с кресла на диван.       — Что? — брюнетка растерянно поглядела на старосту.       — Мальчики, похоже, неплохо ладят.       — Ах, ты об этом… — Полина с сомнением вгляделась вглубь коридора и слегка прикусила вторую фалангу указательного пальца. — Мне так не кажется.       — Ну, время покажет, — Смирнова усмехнулась.       Антон робко приоткрыл балконную дверь, впуская в тёплую квартиру морозный воздух с лёгким шлейфом табака. Пятифанов стоял возле окна, упёршись локтями в узкую оконную раму. Глаза его были закрыты, грудь то равномерно вздымалась, то опускалась. Казалось, что он о чём-то глубоко задумался.       — Тебя все потеряли, — тихо сказал Петров, прервав умиротворение шатена. Тот, не открывая глаз, шумно выдохнул.       — Я что — маленький, чтобы потеряться в квартире? — он говорил с ноткой усталости в голосе.       Блондин добродушно улыбнулся. Послышался смешок.       — Что смешного? — теперь Рома смотрел на одногруппника, развернувшись к нему лицом.       — Просто забавно, — Петров смущенно поправил очки. — Полина сказала то же самое.       — Ну, хоть в чём-то мы с ней схожи, — Пятифан грустно улыбнулся. Антон видел его таким впервые, но не в последний раз. — Чё, пойдем? Сколько там до обращения президента осталось?       — Меньше часа…       — Мы уже должны быть в хлам, братан! — Рома фривольно положил руку на плечо парня и повел его обратно в квартиру.       — Я же…       — Трезвенник, да, помню. Но я-то нет, — заразительный смех Ромы передался и Антону.

***

      — Один!       — Два!       — Три!       — Четыре!       — Пять!       — Шесть!       — Семь!       — Восемь!       — Девать!       — Десять!       — Одиннадцать!       — Двенадцать!       — С Новым годом, ребята! — Аня Трофимова радостно обняла стоящую рядом Полину. Послышались хлопки вылетающих пробок шампанского. Играющий гимн сменился «Голубым огоньком». Всё мерцало, буйствовало весельем.       — Надеюсь, что новый две тысячи четвёртый год принесёт всем нам только самое лучшее! — Морозова подняла свой бокал с шипучим напитком и посмотрела на Антона. Парню показалось, что девушка слегка подмигнула, но решил списать на то, что ему лишь мерещится из-за усталости в глазах.       Катя Смирнова в этот самый момент со странной хмельной улыбкой глядела на Рому Пятифанова, который, низко склонившись над коробкой с китайскими фейерверками, что-то бормотал себе под нос. У старосты был взгляд хищницы. И выбор её падал вовсе не на безобидную антилопу, а на дикого зверя, подобного ей. Эта девушка точно знала, что принесёт ей этот год. Она сама получит, что желает. В отличие от Полины, которая если бы и хотела что-то предпринять, то всё равно не возымела бы успеха. Её светловолосая мечта скромно отстранялась ото всех, включая её саму.       — Ну чё, на! — порядком выпивший Бяша держал в руках большую хлопушку. — Пойдем взрывать этот курятник?       — Нужно соблюдать технику безопасности, — Смирнова поправила свою шубку и уже стояла в коридоре.       — Зануда, — Рома с коробкой наперевес вышел из квартиры. За ним, словно гусята за своей мамой, выдвинулись остальные.       Они больше часа запускали на улице фейерверки. Дорогие, разноцветные и очень яркие. Взрослые ребята, как безбашенные дети, валялись в снегу, смеялись и пуляли друг в друга снежки. Даже Антон смог расслабиться в этот праздник. Это был первый Новый год за восемь лет, который он решил встретить в компании других людей.       «Они кажутся неплохими людьми. Может, этот год действительно всё изменит?»       Если бы он только знал…