Мышеловка

Подойти к поверженному клону и тронуть его носком сапога. Дать себе секунду на размышление, сожалеюще вздохнуть и без особого энтузиазма при помощи Силы свернуть тонкую старческую шею. Именно так, без сомнения: а быть может всё можно повернуть вспять? Увы, мозг деградировал настолько, что никакие методики от Плэгаса не помогут. И именно поэтому муун и отказался от клонирования своей особы: слишком велика возможность деградации умственных способностей, а высокомерный Плэгас терпеть не мог быть слабым. За спиной дёрнулся Вейдер, но тут же плотно закрылся щитами, чего-то сильно опасаясь. А вот Скайуокер-младший издал какой-то смешной звук, показавшийся Палпатину забавным. Но он после разберётся с заморочками ещё одного татуинца, сейчас надо довести до планомерного окончания текущую операцию. — Лорд Вейдер! Кажется, вам сейчас надлежит быть на борту вашего флагмана. Приказ поступит на ваш комлинк тотчас. Придерживайтесь того плана, который будет в нём описан. Приступайте к исполнению, — Палпатин двинулся к тронному возвышению вновь без особого энтузиазма. Но именно в это кресло было вмонтировано столько разной дряни и устройств, что его можно было смело считать автономной капсулой, где, вполне вероятно, можно было пережить и катастрофу. Кратковременная заминка от лорда от внимания Императора не ускользнула, так что добавить каплю недовольства в Силе — да раз плюнуть. — Не испытывайте моего терпения, Вейдер, — негромко произнёс Палпатин, усаживаясь в кресло. Расслаивать сознание, работая над этим проектом, было неимоверно трудно, где-то фоновым шумом бился голос Денеша, речитативом произносившего фразы, да ещё Люк Скайуокер бился в выставленные щиты недоумённым изумлением пополам с какой-то детской обидой. А и то правда: только-только наметил путь, а ему вновь задачку подсовывают интереснее некуда. «Учиться тебе, маленький, надо! Учиться и ещё раз учиться, да не набегом, а плотно и всерьёз!» Из своего задумчивого состояния Палпатина вырвало намерение Вейдера уволочь за своей тушкой и одного упрямца. — Лорд Вейдер, время! А сынулю своего оставьте здесь. Ему тут уже ничего не грозит. Да и гвардейцев пригласите, чего это они за дверкой пребывают? — Палпатин с пристальным вниманием смотрел, как с неохотой разжал пальцы на воротнике куртки мальчишки главком, явно преодолевая соблазн не прислушаться к приказу Императора. Благо дело, что принял, кто есть кто, а не ринулся в атаку за убиенного клона. А ведь был близок к этому! Пришлось бы жёстко отреагировать на такую атаку, да на глазах-то сынульки… Ладно, с проверкой на вшивость Вейдер справился, честь ему и хвала! Вот сыночек его самоуверенный свою проверку ещё не прошёл. А ведь не с пустыми ручками пришёл. На горбу своём и подарочек приволок от давних противников многолетней давности. Надо подумать, как спровоцировать мальчонку и открыть этот «подарочек». Палпатин вперил взгляд в напряжённые глаза «Татуинского стрелка», как обозвали Скайуокера в Альянсе, и пригрозил пальцем: — Даже не вздумай мне здесь свой норов показывать. Снисходительностью твоего папаши я не обладаю, а воспитанием твоим никто плотно не озаботился, так что стой, где стоишь и под руками не мешайся. — А иначе что? Убьёте? — Маленько покалечу, но не до смерти. Живым ты более ценен, джедай. Т-сс! — уже с угрозой прошипел Палпатин, сосредоточившись на голосе Денеша. — А вот и твои друзья по Восстанию прибыли. Что-то с задержкой, хм… Надо было видеть, как вскинулся Скайуокер и повернулся ровно к тому иллюминатору, которое показало весь остаток, который наскрёб Альянс, чтобы «нанести сокрушающий удар в самое сердце Империи». Ага, именно так пафосно бросила эту фразу Мон Мотма на собрании остатка Восстания, когда оглашали план набега на недостроенную станцию. Были там ещё интересные слова: «Император совершил непростительную ошибку». Совершенно позабыла стервочка, что Палпатин допускал лишь те ошибки в планировании, которые были ему необходимы для манипуляций другими. Потери в таких случаях минимальны, чем если пустить всё на самотёк. Судя по всему Мотма испытывала большое сомнение в успешности операции. Или расчёт был поставлен на вот этого Люка? Флот прибывшего противника оказался заперт между активированным щитом станции и вышедшим из-за планеты флотом Империи. Где-то там, далеко, на палубу своего флагмана, вот только что сошёл лорд Вейдер, полный мрачного удовлетворения. И Палпатин его понять мог: противоречивые приказы клона кого угодно в депрессию вогнать могли, Вейдер вон тоже сия стезя не миновала! То беги за повстанцами, то оставь их… Полная неразбериха. — Денеш, активируй приказ номер 3 по флоту, — открыв нужную линию связи негромко проговорил Палпатин, напряжённо отслеживающий линии Силы. Перевести взгляд в нужный сектор обзора и спустя пару мгновений увидеть то, что кольцо блокады оказалось более плотным. И это ещё не все было видно! Станция оказалась в круге блокады, как и остатки флота повстанцев. Именно на таком развитии событий и настаивал лорд, но клон разве слышал? У него были свои замороченные планы по перетягиванию Скайуокера на свою сторону, а что погибнут свои военные… Что ж, их долг таков — защищать своего повелителя! А что после рухнет всё, что есть — кому какое дело? Главное, что Люк Скайуокер будет рядом. Вот же чушь вучачья! Один — против тысяч верных, пусть и не полностью верных? Если мерять таким мерилом, то Империя уже пала. — Что вы… Что вы делаете? — сдавленный вопль от Скайуокера. Предсказуемо и не ново. — Гашу конфликт на корню, — категорично отрезал Палпатин. И цыкнул, — А теперь не мешай! Иначе хуже будет. Понятное дело, что смысл ловушки повстанцы и их командование просекли, но… Поздно реагировали господа. — Денеш, сеть противника взломана? Голубые ясные глаза уставились на Палпатина с подозрением. И то правда, с кем это разговаривает тот, кто занял трон. Сам с собой? Набуанец позволил себе улыбку, адресованную внимательному зрителю в лице этого недоджедая. — Открой мне канал связи с флагманом Акбара. Бедный-бедный татуинец. Глаза на лоб полезли однозначно, а лицо-то вытянулось… Красота да и только. Да, мы и так умеем. Люк смотрел на этого подтянутого мужчину, который вот так мимоходом смог повелевать Повелителем Тьмы и отдавать приказы, ничуть не смущаясь, что неподалёку лежит труп в чёрном балахоне того, кто был Императором, мог приказать вернуть в тронный зал гвардейцев, о которых парни между вылетами шептались, рассказывая небылицы. И всё это совершал этот незнакомец, от которого внутри узлом что-то завязывалось, с лёгкой грацией хищника, вышедшего на охоту. Люк как-то видел нексу, которая охотилась, так вот, этот вот хищник был во много крат опаснее той нексу. В последнее время Скайуокер научился доверять своей интуиции. В голове настойчиво билась мысль, что если добраться до Императора, такого одинокого на этом большом троне, такого беззащитного, без оружия… а вот он, Люк, до сих пор сжимает в руке сейбер. Один взмах верный клинка и голова владыки катится к подножию этого трона. Картина была так ярка и заманчива, что Люк переступил с ноги на ногу, ощутив сосущее изнутри желание приступить к воплощению в жизнь этой картины. Но внутри взвыло ощущение неправильности и Люка охватило беспокойство. «Убей Палпатина! Убей Императора…» Голос слышался шорохом волн, вибрируя и требуя… Люк вздёрнул голову, хмурясь, но стало лишь хуже. «Убьёшь Императора — и всё закончится… Война, друзья не погибнут… Лея не погибнет… Отец не погибнет…» Сглотнуть тугой ком и открыть прежде закрытые глаза, тяжело уставиться на внимательно смотревшего на него Императором. — Стой, где стоишь, Скайуокер, — тихо потребовал правитель огромной территории, сковывая взглядом и голосом. — Это не твои мысли и не твои желания. Отдели одного от другого. Ты это можешь. Можешь?! Люк запаниковал, когда его тело решительно перестало ему повиноваться и как та ваша марионетка скованно шагнуло вперёд. Сила вихрем закружила вокруг, указывая, что со своих мест двинулись алая гвардия. И замерла, повинуясь вскинутой в предупреждении рукой Палпатина, который всё так же продолжал сидеть на троне и не двигаться. — Борись с этим, иначе погибнешь, — едва уловимо шевельнулись тонкие губы Императора. Люк и хотел бы, но тело его жило своей жизнью, а сознание безуспешно билось где-то на задворках разума. Шаг… И проявившаяся тяжесть во взгляде серо-голубых глаз, заострившиеся черты лица владыки… Почему-то именно сейчас Люк осознал, что да, вот этот человек на троне — Император, умеющий не только карать, но и миловать. — Борись! — требование как есть и от него не увернуться. — Только ты можешь преодолеть этот приказ, сломать его! Борись, если жить хочешь! У мужчины на троне интересные глаза, солнечно-янтарные, выгоревшие из серо-голубых, пристальные, опасные глаза… Как и их владелец. Они удерживали Люка на плаву, в сознании, давали сил сопротивляться наплывавшему беспамятству, желанию продолжить движение. Палпатин мог бы убрать и сами ментальные закладки и самого Скайуокера скрутить в бантик, но это будет надлом, в который и просочится зараза метального блока закладки. А оба пропавших джедая были неплохими психологами и менталистами. Оба умели давать то, что все предполагали своими решениями. Зачем марать руки смертями других, когда есть более подходящие марионетки? Тот же Органа. Вложить в его разум желание создать отряд сопротивления власти Императора, а после подталкивать при редких встречах… Кеноби? Всё ещё обижен, что его ловко обвели вокруг пальца? Нет, для в чём-то прямолинейного мастера это слишком тонко. Йода. Вот этот мог. Более тонко Силу чуял, более ювелирно умел работать с сознанием, причём в его власти был весь Орден для оттачивания мастерства. Притвориться слабым — да, это и Палпатин умел, что тогда говорить про маленького лопоухого мастера-джедая? — Сделаешь ещё шаг — погибнешь, — спокойно произносит Палпатин, сдерживая вздох сожаления. Потому что Скайуокер делает ещё более решительно те самые два шага, недостающие до трона.