Что посеешь, то и пожнёшь...

Лишь двое Нефритов клана Лань продолжили сражаться, когда остальные члены их ордена остолбенели. Лань Сичэнь с мечом в руке ринулся к Не Хуайсану, явно намереваясь отомстить за дядю, но внезапно появившаяся неподалёку от него Вэнь Цин успела метнуть лекарские иглы, угодившие в его акупунктурные точки и мгновенно обездвижившие его. Несмотря на заёмную силу, Вэй Ину не удавалось победить ловко орудовавшего мечом Лань Ванцзи, пока последнего не сбил с ног ударом Цзыдяня Цзян Ваньинь. — Спасибо, Цзян Чэн. Скорее, заблокируй его меридианы, — воскликнул Вэй Ин. Тот бросил на него убийственный взгляд, но всё же выполнил просьбу, а для верности ещё и связал поверженного Лань Ванцзи Цзыдянем. — Сложите оружие, и мы сохраним ваши жизни, — раздался вдруг властный голос Вэнь Жоханя. Лишившиеся своих духовных инструментов и лидеров Лани предпочли выполнить его требование. Подходя по одному, они складывали на землю свои мечи и гуцини. Вэнь Жохань лично запечатывал их духовные силы, после чего часть Ланей оставлял возле себя, а остальных отправлял к Цзян Ваньиню. Когда разоруженные Лани и их союзники были поделены поровну между главами Вэнь и Цзян, Вэнь Жохань объявил, что часть пленников отправится в Цишань, а другая — в Юньмэн отстраивать разрушенные резиденции этих орденов. — А с этими двумя высокопоставленными подонками что мы будем делать? — пнув носком сапога связанного Цзыдянем Лань Ванцзи, спросил Цзян Чэн. — А это пусть их принуждённые к браку супруги решают, — постановил Вэнь Жохань. «Я бы отплатил Лань Чжаню той же монетой, да руки марать неохота», — хотел ответить Вэй Ин, но внезапно в его груди всколыхнулась тьма, заставив вспомнить о сотне изобретенных в заточении способов пыток. Всё его естество желало всласть помучить Лань Ванцзи, и глаза Вэй Ина засветились красным огнём преисподней. Он помотал головой, силясь отогнать наваждение, изо всех сил сопротивляясь этим недостойным желаниям, но тьма внутри него нашёптывала ему, что именно так, поддавшись ей, он сможет вернуть долг. Но если он поступит с Лань Ванцзи так же, как тот поступил с ним, то чем он будет отличаться от него? — Пусть убирается как можно дальше и никогда не попадается мне на глаза! — воскликнул Вэй Ин, отворачиваясь, чтобы не видеть всё ещё горевших яростью янтарных глаз, и внезапно почувствовал себя так, словно по его меридианам потёк расплавленный металл, а золотое ядро вспыхнуло жарким пламенем, стремительно превращаясь в обугленную головешку. От нестерпимой боли у него помутилось в глазах, и он не смог удержаться на ногах. — Вэй Ин! — вырвалось у Лань Ванцзи. — Вэй Усянь, твою ж налево, вот не можешь ты без театральных эффектов. Чего ты тут разлёгся, а, ну, вставай, придурок, — выругался Цзян Ваньинь. — Сам ты придурок. Ты что не понимаешь, что духовные силы Вэй-сюна истощены? — не сдержался Не Хуайсан. — Всё это время он с риском для жизни добывал важные для нас сведения, а ты… — Вэнь Цин, осмотри Вэй Усяня, — распорядился Вэнь Жохань. — Слушаюсь, — поклонилась ему та. Подойдя к Вэй Ину и опустившись рядом с ним на корточки, она пощупала его пульс и вынесла неутешительный вердикт: — Его золотое ядро разрушено. — То есть, Вэй Усянь больше не сможет быть заклинателем? — побледнев, пробормотал Цзян Ваньинь. — Не обязательно, — ответила ему Вэнь Цин. — Дядя, помните мой трактат о пересадке золотого ядра? — обратилась она к Вэнь Жоханю. — Да, но это — всего лишь теория, — заметил тот. — Теперь я могу проверить её на практике, использовав в качестве донора своего так называемого мужа, — на последних словах Вэнь Цин не смогла скрыть злорадства. — Молю, не калечьте старшего брата, лучше заберите моё золотое ядро, чтобы хоть часть меня навсегда осталась с Вэй Ином, — внезапно попросил Лань Ванцзи. — Второй молодой господин Лань, вероятность благоприятного исхода операции около пятидесяти процентов, поэтому вы оба можете понадобиться в качестве доноров, — с хищной улыбкой ответила ему Вэнь Цин. Лань Сичэнь лишь обречённо закрыл глаза, поняв, что просить о снисхождении к младшему брату бесполезно. — Вот уж воистину страшная месть! — восхитился Вэнь Жохань. — А-Нин, сможешь ассистировать сестре? — Конечно, — тотчас же кивнул тот. — Можете приступать, как только будете готовы. Эй, кто-нибудь, отнесите Вэй Усяня и молодых господ Лань в лекарский павильон, — распорядился глава Вэнь. Никто не придал значения, что в числе добровольцев, вызвавшихся нести пленников, оказался Цзинь Гуанъяо. Глава Цзинь, до конца юливший, желая быть хорошим для обеих противоборствующих сторон, в итоге был смещён со своего поста законным сыном, сразу присоединившимся к армии, возглавленной Не Минцзюэ и Вэнь Жоханем. Поэтому Цзинь Гуанъяо оказался теперь в крайне шатком положении, ведь ни брат, ни мачеха его не жаловали. Пока шедший рядом с сестрой и выслушивавший её указания Вэнь Нин нёс на спине Вэй Усяня, а Цзян Ваньинь, громко ворча, волочил за собой по земле связанного Цзыдянем Лань Ванцзи, низкорослый Яо, якобы выбившись из сил, неся на спине высокого Лань Сичэня, слегка отстал, затем вытащил из рукава слямзенный у Су Миншаня талисман перемещения и активировал его, влив в него все свои духовные силы. Расчёт был на то, что спасённый им от участи, которая для заклинателя была страшнее смерти, глава Лань теперь-то уж точно не откажет ему в своей благосклонности. А чтоб не рвался вновь на подвиги, Яо поразит его своими талантами в области парного совершенствования и докажет, что может быть гораздо лучшим супругом, чем какая-то ершистая девица. Услышав громкий хлопок от сработавшего талисмана и обернувшись, Цзян Ваньинь обнаружил исчезновение Цзинь Гуанъяо и Лань Сичэня и цветисто выругался. Вэнь Нин побледнел, а Вэнь Цин сухо произнесла: — Ну, вот, снова вероятность благоприятного исхода операции лишь пятьдесят процентов. И лишь Лань Ванцзи улыбался краешками губ, радуясь спасению брата.