Я влюбился в наркоту

"Живи еще хоть четверть века —

Всё будет так. Исхода нет."

По приезду к Олегу домой Дима оказался прижат к стене. Олег целовал его грубо, мокро и грязно. Напичканный веществами мозг не давал оценку действиям, но отрицать симпатию Шепса к Диме было нельзя. Она есть. Руки черноволосого парня Олег держал над его головой, а второй своей рукой шатен прижимал таз Димы к себе. Отстранился он из-за недостатка кислорода. Голубой тусклый свет освещал квартиру, но этого было достаточно для приятной атмосферы. Олег направил татуированного в спальню и кинул его на кровать, нависая над ним. —О чем ты сейчас думаешь?-спросил Дима. —О том, как хорошо ты выглядишь снизу.-ответил ему Олег и вовлек в поцелуй. Дима положил ладони на щеки Олега, поцелуй углубляет. Позже, черноволосый ладонь на грудь шатена кладет, а тот отстранился и начал футболку с Матвеева стягивать. Дима шею Шепса целует, засосы оставляет. Он ему был тоже не безразличен, хотя большую часть эмоций, как он думает, доставляют вещества, которые плывут по его венам. Татуированный пуговицы рубашки Шепса растегивает, пока тот отвечает Диме на поцелуи и сам к его шее тянется. Черноволосый и не особо против. Теперь они стали ещё ближе. Кожей касались чужой кожи. Олег не хотел останавливаться на достигнутом, поэтому начал с Димы низ стягивать. Штаны полетели в угол комнаты, а шатен Матвеева за шею кусает и болезненный стон из него выбивает. Дима за его шею в этот момент берется и сжимает, что медиума забавляет только. Олег с себя брюки снимает, по груди Димы проводит, ухмыляется довольно. Татуированный одной рукой за шею приближает Шепса к себе, язык по ракушке уха пускает. Олег вздыхает томно, глаза прикрывает от новых ощущений. Дима отпускает его, а тот достает смазку из подкроватной тумбочки, боксеры с черноволосого снимает и входит пальцем, растягивая. Дима руки в кулаки сжимает, вздыхает томно, пока Олег палец вводит, а потом двигать начинает, по простате попадая. Шепс из Матвеева стоны выбивает. Позже палец второй добавляет и двигается быстро, старается процесс ускорить. Дима лишь изнывает от удовольствия. Олег пальцы свои достает и на парня смотрит, терпение его испытывает. —Олег...-раздался голос Димы. —Ммм? —Не испытывай мое терпение. Войди в меня. —Повтори.-Олег ухмыляется довольно, продолжая смотреть на татуированного. —Блять...-раздалась секундная пауза.-Трахни меня. Олег был доволен. Он довел парня до адского желания. По лицу Димы все было видно. Шепс нижнее белье снимает, смазку добавляет и входит постепенно. Из уст Матвеева протяжный стон исходит. Шатен двигается постепенно, а позже черноволосый начал насаживаться сам. Олегу даже не приходилось ничего делать. Он резко вошёл в Диму и упал на кровать, усаживая татуированного на себя. Тот бедрами двигает, на член насаживается. Дима к шее Олега приближается и целует, засосы оставляет, кусает, когда на простату попадает. Ему было хорошо. Олег замедляет Диму и целует. Поцелуй был очень интимным, интимнее секса, которым они занимались. Шепс парня за бедра берет, помогает насаживаться, пока Дима изнывает от удовольствия и наслаждения. Он голову поднимает и ногтями в грудь Олега вбивается. Через время Олег достигает пика и кончает в парня, после чего кончает и Дима, громко простанывая. Он ложится на грудь медиума, дышит часто. Через минут 5-10 уходит мыться. Олег оделся и продолжил валяться на кровати, вспоминая недавние события. Ему было очень хорошо в этот момент. Он получил массу удовольствия. В это время татуированный из душа вышел и к Олегу ложится, тот и не против вовсе. Он прижимается к нему, вольную даёт на все, а Дима как кот мурлычет. Олег чувствует приятное тепло в груди. Он не планировал отношений с темноволосым, потому что часто такие "романы" с тусовок обрываются спустя неделю, но от этого паренька он чувствовал лишь тепло и ласку. Насчёт любви он не думал. Вскоре, они оба уснули в обнимку друг с другом. Утром Олег просыпается в пустой кровати. Он очень надеется, что темноволосый не ушел. Шепс начал ходить по комнатам и розыскивать Диму. Тот же стоял и курил на балконе. Олег обнял парня со спины. Дима дрогнул, но позже, как снег, расплавился в чужих руках, стал мягким, но продолжал быть холодным. Татуированный Олегу в лицу клубы дыма выдыхает и улыбается. —Доброе утро, Олеж. —Доброе, кот. Дима последнюю тягу делает и бычок кидает, к Олегу поворачивается и целует. Нотки табака оказываются во рту Шепса. Он буквально слизывает яд со старшего. Тот не сопротивлялся, в такт чужому языку двигался и ладони на щеки брюнета положил. Покалывание в груди Олега с новой силой затрепетало. В животе как бабочки, но они словно железные. Слишком опасная связь, чувства могут не оправдать себя и Олегу снова сделают больно, чего он категорически не хочет. Хватит! Натерпелся! Шатен от Димы отстраняется, улыбается мягко. —Пошли пить кофе... -Олег Диму обнимает, старается уловить какие-то чувства, эмоции, трепет. Черноволосый как лёд холодный, но с Олегом он словно тает, водой становится, которую и вылить можно, и заморозить, и выпить, и отравить. А что хорошего с ней можно сделать? Её можно любить. Парни вышли с балкона и сели на кухне. Начался небольшой диалог. Он протекал легко и непринужденно , пока не зашла тема родителей. —А ты один живёшь или родители уехали? Тебе же, вроде, 18 нет.-спросил Дима. —Нет, я один живу.-ответил Олег, выдыхая. —Тоже самое. Старший сжался слегка, как брошенный котенок. Лицо прикрыл, на случай, если слезу пустит. Чтобы не осудил никто. —А можешь рассказать почему?-спросил шатен с интересом. —Родители и мой младший брат отреклись от меня, из-за чего я и...-Настала пауза, будто чуть не проговорился о чем-то.-Начал курить, пить, употреблять. Олег заметил эту паузу, но решил не давить. Он видел, что Диме трудно об этом говорить. —У одного родители кукушки, а у другого их вообще нет.-Шепс усмехнулся. Ему были больно морально от этого. Больно и за себя, и за Димку. —Мне жаль... —Да ладно, все нормально.-нет, нихуя не так, но он как спасательный круг. Он хочет татуированному помочь, а не самому сопли распускать. Дима встать и уйти хочет. Видно эмоции зашкаливают. Он хотел выплакаться, но не при медиуме, чтобы тряпкой не казаться, но тот его за запястье хватает и обратно сажает. —Плачь. Я не осужу. Тебе это нужно. Эмоции нужно выпускать.. —Я заебался уже их выпускать... Черноволосый заплакал, а Олег подошёл и обнял его. —Столько видимо ужаса повидал, раз до сих пор не выпустил. Шепс его по спине поглаживает, успокаивает. Дима в грудь ему утыкается, прижимается, как брошенный ребенок. Олег для него — надежда на хоть какое-то счастье. Хоть какое-то счастье без дури в венах или синтетики в носу, без алкоголя и сигарет. Ощутить настоящее счастье, которое ему, пока, не дано.