Не завидуя никому на свете

- Можно войти? - раздался голос из-за моей спины, когда я открыл дверь квартиры. Я, как джентльмен, пропустил Ён Ми вперёд, в нашу скромную двухкомнатную квартиру. Скромную по советским меркам, конечно - я знал, что в Корее в квартирах больше комнат, но меньше места, где развернуться. Я помог девушке раздеться, вымыл руки и проводил её в гостиную. Папа уже немного помог мне, так как наш большой диван был разложен и превращён в спальное место. Я удивился, ведь обычно этот диван не раскладывался, а папе хватало пространства для сна. Впрочем, я посчитал это папиным проявлением гостеприимства, поэтому сразу эту тему у себя в голове закрыл. Гостиная наша была достаточно большой, и здесь запросто можно было устроить домашнюю дискотеку или квартирник. Большой цветной телевизор, проигрыватель для пластинок, катушечный и кассетный магнитофоны… у нас было всё, папа не отказывал себе в таких вещах. Шкафы, помимо стандартных сервизов да бокалов, были забиты книгами. Если кто-то любит книги, то папа их просто обожает. Здесь также был и папин рабочий стол, где он ночами часто что-то писал, чертил, считал… одним словом, занимался великими делами. - Это наша гостиная, здесь ты будешь жить, пока гостишь у меня, - сказал я. - Ой, какая большая комната! А где спишь ты? - ответила девушка, устраивая свои вещички в уголке. Я показал Ён Ми свою комнату. Она была где-то в полтора раза меньше гостиной, но мне этого хватало. Кровать, несколько стульев, шкаф, книжные полки, стол и старая радиола - вот и всё, чем я располагал. - Как же у тебя здорово! - заметила Ён Ми. - Но у нас сейчас не так много времени, нам нужно ещё доехать до папы и хорошенько осмотреться, а вечером уроки ещё сделать. - Какая же ты ответственная, - сказал я ей. - Редко таких встретишь сейчас у нас. Тут я вспомнил тот гол на физкультуре. - Слушай, Ён Ми, а почему ты тогда не стала забивать, а искала меня пасом? У тебя же был отличный шанс! - А это я тебе расскажу вечером! Я кое-что приготовила, так что ты скоро сам всё узнаешь! - Ну хотя бы коротко намекни! Мне же интересно! - Секрет! Я ответственная, спасибо, что сказал. А ты нетерпеливый! Вечером всё! Ён Ми хихикнула, выпила на кухне воды и стала одеваться. Я последовал её примеру, и уже через пару минут мы были на улице. До станции метро было идти буквально пару шагов, но этот путь мы каким-то образом растянули минут на 10, разговаривая обо всяких мелочах и рассказывая о себе. Из этих разговоров я узнал, что младшая сестра мамы Ён Ми является известной в Корее певицей, она поёт в составе одной популярнейшей музыкальной группы. На дальнейшие расспросы же был простой и короткий ответ от том, что мне нужно дождаться вечера. Я начал примерно понимать, что она может мне сказать, но пока что не стал забивать себе голову этими вещами. Мы спустились на нашу станцию. Ён Ми осматривалась, на глазах у неё был полнейший восторг. Взглянув на схему станций, она подозвала меня. - Никогда не думала, что метро может быть такое большое! Я часто пользуюсь нашим метро, оно ещё пока маленькое, но очень красивое. Приезжай к нам - увидишь! Пока мы рассказывали друг другу про особенности метрополитенов в наших городах, подошёл нужный нам поезд. Мы сели, попутно продолжая разговаривать о многом. Кажется, нам почти сразу удалось найти общий язык. Правда, в вагоне на нас частенько косились - всё-таки мы разговаривали по-корейски. Но это нас нисколько не заботило. Мы были погружены в мысли друг друга. Так мы и не заметили, как доехали до нужной нам станции. Я решил немного провести Ён Ми по Красной площади, нашей гордости. Сказать, что она была в восторге - значит, ничего не сказать. Она постоянно поворачивалась и спрашивала о каждом строении, каждой башенке. Я хорошо знал Москву, поэтому рассказывал ей о каждой детали как заправский гид. Перед мавзолеем Ленина Ён Ми остановилась. - А можно туда зайти? - Нет, сегодня мавзолей уже закрыт. Можем поехать в субботу, уроков не будет. - Я понимаю, но всё-таки хочется отдать дань памяти великого революционера. С этими словами Ён Ми поклонилась перед мавзолеем. Экскурсия заняла значительное время, но мы помнили о деле. Я подошёл к привратнику гостиницы. - Мне нужно в 765 номер к товарищу Кан Ун Чхолю. Привратник тут же кивнул и достал рацию. - Двенадцатый? Передайте в 765 номер - они прибыли. Понял. Убрав рацию, он тут же немного смягчился. - Извините, Павел Алексеевич, но так нужно. Добрый день, Ён Ми. Вы тоже извините. Сейчас к вам выйдет человек, он вас проводит. И действительно, тут же из подъезда гостиницы вышел парень в форменной одежде. Он увидел нас и тут же дал знак идти за ним. Мы шли по тёмным коридорам, где обычно “простые смертные” не ходят. Видимо, мы были здесь особыми гостями. Ён Ми пыталась прочитать всё, что написано на дверных табличках, но ничего, кроме фамилий, там не было. - А что тут? - спросила она, проходя мимо очередной двери. - Дверь как дверь, - сухо бросил наш проводник и нажал кнопку лифта. Я же уставился на эту дверь, на которой была только табличка с цифрой 8. Из-за неё слышались голоса… - ...таким образом, у товарища из 765 комнаты очень серьёзные намерения. Одного только понять не могу, Сергей Дмитриевич - с ним приехала дочь, но в гостинице она не живёт. Как вообще такое может быть? Ему что, плевать? - Не волнуйтесь, Дмитрий, этот вопрос был решён ещё давно. Кстати, мне только что передали, что эта самая дочь сейчас в гостинице в сопровождении… Большего я услышать не смог, так как подъехал лифт. Мы зашли в кабинку, и наш проводник нажал кнопку нужного этажа. Доехали мы очень быстро, и уже через пару минут мы стояли у двери 765 комнаты. Проводник постучался, и нам открыл Ун Чхоль. Мы поклонились ему, как это принято, и прошли в номер. Надо сказать, что я не думал, что номера в наших гостиницах могут быть такие роскошные и просторные. Папа много ездил по нашей стране и брал меня с собой, и то, что я видел, мягко говоря, разительно отличалось от того, что предстало перед моими глазами сейчас. - Как первый день в школе, Ён Ми? - обратился Ун Чхоль к дочери. - Очень хорошо, отец. Здесь учат немного по-другому, нежели у нас, но в целом, как я узнала, тут та же программа, что и у нас. - Павел, а каково мнение со стороны? - спросил Ун Чхоль у меня. - Она прекрасно дополняет наш коллектив. В её лице мы получили сильную и ответственную ученицу, к тому же, спортсменку. Я бы оставил её у нас подольше, но это навряд ли возможно. - Я понял, Смирновы держат марку. Ён Ми, ты всё забрала, что хотела? - Да, отец, - ответила Ён Ми из угла комнаты, держа в руках довольно увесистую сумку. - Пожалуйста, оставь нас с Павлом наедине, мне нужно ему кое-что сказать. Ён Ми покорно поклонилась и ушла в коридор. Как только захлопнулась дверь, Ун Чхоль заговорил. - Паша, надеюсь, ты понимаешь, какая на тебе ответственность сейчас. Я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть. Нет, конечно, преданность нашим Великим Полководцам - это так же дорого, как и семья. Но Ён Ми… Я должен сказать одну вещь. Она просилась в СССР исключительно ради тебя. Она влюбилась в тебя с того момента, как твой отец прислал фотографию в одном из писем. Держу пари, тебе она тоже нравится. Прошу лишь об одном - будь осторожнее. Я не против, если между вами что-то действительно будет - значит, это судьба. Сделай для неё всё, что в твоих силах. Подождите… я это действительно слышу? Отец той девушки, которая будет делить со мной всё это время квартиру, дал мне карт-бланш? И впервые он говорит как-то мягко, тепло… Обычно его голос напоминал стальной, а речь иногда была похожа на пулемётную очередь. - То, что вы мне сейчас поведали, для меня стало откровением, - честно ответил я. - Но вам не стоит волноваться. Тем более, раз уж такое дело… Вы правы, она мне тоже понравилась, просто если действительно дойдёт до чего-то более серьёзного, как мы сможем поддерживать это на расстоянии? - Не заморачивайся этим, Паша. Мы что-нибудь придумаем. Тут в номере раздался телефонный звонок. Ун Чхоль немедленно взял трубку. - Алло… да, Сергей Дмитриевич, они тут… позвать? А без этого никак, товарищ Борцевич? Хорошо… Павел, вас к телефону зовут. Я взял холодную чёрную трубку. - Добрый день, вы что-то хотели? - Здравствуйте, Павел Алексеевич. Хочу вам представиться: полковник КГБ Борцевич Сергей Дмитриевич. Я похолодел. Хотя у моей семьи подобных проблем не было, всё равно это не предвещало ничего хорошего. Голос из трубки продолжил. - Вам поручили очень ответственную задачу, и вы должны продемонстрировать истинную дружбу народов. Мешать мы вам не будем, так как мы знаем статус как вашего отца, так и наших гостей. Вы последние люди, за которыми мы бы следили. У меня отлегло после этих слов. Я продолжил слушать. - Вам всё понятно, товарищ Смирнов? - Да, товарищ полковник. - Тогда успехов вам и вашей спутнице! Зазвучали гудки, и я положил трубку. Дверь номера тут же открылась, и Ён Ми уже без сумки прошла внутрь. - Вы уже закончили? - поинтересовалась она. - Да, - ответил её отец. - Думаю, вам пора отправляться, время позднее. Ну что же, счастливой дороги и удачи! - Спасибо, отец! - сказали мы вместе, поклонились и вышли из номера. Я взял сумку Ён Ми и последовал за проводником. У двери с номером 8 я вновь остановился на секунду. Там вновь шли разговоры. - ...скорее всего, мы его потеряем. Но если так случится, это пойдёт на пользу и нам, и им. Мы попробуем новые кадры, а он получит там неограниченные возможности. - Сергей Дмитриевич, а вы не боитесь? - Дмитрий-Дмитрий… это же Смирновы. Сомневаться в них себе дороже… Я не стал слушать дальше и поскорее вышел на улицу.