Путь к сердцу

Восемь месяцев спустя… — Дженни! — крикнул Чонгук, выглянув из ванной. — Подойди к Джуми! Он снова скрылся за дверью и продолжил тщательно выбривать подбородок и щеки, осторожно снимая станком густую пену. Однако даже когда Чон вышел из душа, дочь не умолкла, продолжая надрывно плакать, а присутствия в квартире кого-либо еще не наблюдалось. — Дженни! — позвал снова Чонгук, обходя владения начиная с комнат, включая гостевую, заканчивая кухней и второй ванной. В детской по-прежнему разрывался младенец и Гук все же подошел к кроватке. — Ну привет, крикунья, — улыбнулся он дочке и неуклюже взял ее на руки. За минувшие три недели он видел малышку всего ничего, в основном все время проводя на работе, потому что заказов валом. График настолько плотный, что пожрать порой было некогда, не говоря уже о том, чтобы вырваться домой пораньше. Он подумывал о том, чтобы снизить нагрузку, но это не одного дня дело. Съемки и мероприятия расписаны на несколько месяцев вперед. До рождения Джуми он даже не помышлял о пересмотре своего отношения к жизни. А ведь теперь он не просто суперфотограф. В первую очередь — отец. Счастливый отец, надо сказать. Однако пока не взял этот маленький комочек, даже не задумывался о том, насколько это невероятное ощущение — держать в руках частичку самого себя. Дженни тоже была загружена под завязку. В роддом ее увезли непосредственно со съемочной площадки, а уже через месяц у нее было запланировано несколько проектов. В итоге оба решили, что обязательно найдут хорошую няню для малышки. Дженни обещала заняться этим, однако судя по тому, что чужого человека в доме Чонгук не наблюдал, из этой затеи пока ничего не вышло. Прижимая к груди все еще тихонько хнычущую малышку, Гук еще раз обошел квартиру, периодически зовя жену по имени. Узаконить свои отношения они так и не собрались, решив, что свидетельство о браке ничего не изменит. Оставили, как есть. Однако Чонгук считал Дженни той самой, с которой и в горе, и в радости, и далее по списку. Не отыскав любимую, он решил, что она выскочила на минутку в магазин или в аптеку. — Ну что, кроха, давай посмотрим, что тебя беспокоит, а потом уже плотно займемся поисками твоей мамочки. Стоило раздеть малышку, как в нос ударил резкий запах, спутать который с чем бы то ни было просто невозможно. — Господи, Джуми, — простонал Чон, морщась и отворачиваясь, — ну как так можно?! Ты же девочка! Однако, видимо, для малышки это был несущественный аргумент, потому как на личике не проскользнуло и тени вины. Вместо этого Джуми широко улыбнулась и, дернув ножками и ручками, хихикнула. — Ничего смешного не вижу, юная леди, — с напускной строгостью произнес Чонгук и кивнул в подтверждение своих слов. — Если бы я еще знал, что с тобой делать… — протянул он, упершись ладонями в край пеленального столика и нависнув над дочкой. — Вот ты наверняка в курсе, как нам справиться с этой проблемой. Но мне ведь не скажешь? Он говорил, чуть хмурясь и качая головой, а малышка лишь еще шире растянула губки и довольно пыхтела, получив свободу от немного надавившего памперса. — Что ж, возьмем помощь друга, — прошептал Чон и понесся в спальню за телефоном. Уже в детской разблокировал экран, собираясь позвонить брату, у которого вот-вот родится третий отпрыск и, если верить прогнозам врачей и результатам УЗИ, ему снова не повезет с наследником. Бедная Хёна! Чонгук мог только посочувствовать ей, поскольку Хосок пообещал, что рожать они будут до тех пор, пока он не получит сына. Чон так и замер на месте, наткнувшись взглядом на сообщение, полученное пять часов назад, еще глубокой ночью. «Прости, Чонгук, но я просто не готова. Я старалась, честно, но… Я не могу так. Слишком рано. Я должна подумать о своей карьере, а потом уже все остальное. Мне предложили хороший контракт в Европе. Прости. И поцелуй Джуми». — Какого черта? — прошипел Чон, чем напугал дочку, и малышка снова начала тихонько похныкивать. Однако он не обратил на это никакого внимания, нажав кнопку вызова. — Ну же, Дженни, возьми трубку! — Он сорвался на крик, пока слушал размеренные гудки. Но ни на этот звонок, ни на последующие три ответа не последовало, а когда он набрал номер Дженни в четвертый раз, услышал электронно-бездушное: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Перезвоните позже». — Черт, Дженни! — прорычал Чонгук, стиснув несчастный гаджет в большой ладони. — Ты не можешь так поступить! Плач младенца становился все громче, но даже он не мог прорваться сквозь рев Чона, исходивший из груди. Реальность навалилась тяжелым грузом, придавливающим к земле. Дженни ушла. Не соизволила поговорить, просто написала сообщение и отключила телефон. Чонгук надеялся, что это какой-то жестокий розыгрыш. Ладно он, но не могла же Дженни бросить дочь, которой еще и месяца нет?! Он бы понял, уедь она на несколько дней, чтобы успокоиться. Беременность и работа высосали из нее все соки. Гук пытался убедить ее хоть немного снизить нагрузку, однако Дженни продолжала пахать, как вол, без отдыха, опасаясь, что стоит ей снизить обороты, и интерес к ней, как к модели, угаснет. Вероятно, в случившемся была доля и его вины. Со дня рождения Джуми он не проявлял должной заботы, продолжая работать в прежнем режиме, хотя обязан был вести себя по-другому. Но ведь можно было поговорить, обсудить все, а не исчезать вот так, не сказав ни слова! Телефон в его ладони ожил и Гук принял вызов, даже не глянув на дисплей. — Дженни, слава богу! — Что? — раздалось недоуменное в динамике. — Чонгук, это Мэри. Съемка должна была начаться полчаса назад, где тебя носит?! — Мэри? — выдохнул Чон. — Скажи, что ты уже подъезжаешь, — почти умоляюще. — Босс в ярости! До него с трудом дошло услышанное. Он бросил беглый взгляд на часы и понял, что уже почти час пребывал в прострации. Джуми все еще плакала, памперс не поменян, ребенок не накормлен, а он, Чонгук, бился в истерике. Он сделал глубокий вдох, с трудом беря себя в руки, и выдохнул: — Придумай что-нибудь, а я буду через час. — Ровно столько ему понадобится, чтобы добраться до студии. Однако прогноз оказался слишком оптимистичен. Полчаса у него ушло только на то, чтобы хоть как-то отмыть малышку, надеть чистый памперс и натянуть комбинезон. Еще столько же, чтобы попытаться накормить ее. Инструкцию на детской смеси писали явно без расчета на то, что читать это будут не кандидаты наук, а начинающие родители. Чон облился кипятком, промахнувшись мимо горлышка бутылочки, потом долго студил смесь, а когда попытался дать ее младенцу, выяснилось, что крышка закручена плохо. В итоге малышку пришлось переодевать и она все еще была голодна. Влетев в студию спустя два часа после разговора с Мэри с люлькой наперевес, Гук сунул ее в руки несчастному ассистенту, бросив: — Джуми надо накормить! — а сам помчался в зал, где царила слишком напряженная атмосфера. — Ты что себе позволяешь?! — прошипел босс, тут же накинувшись на него. — У меня форс-мажор, — огрызнулся Чонгук, метнувшись к столу с аппаратурой. — Просто давайте поработаем, вместо того чтобы ругать меня. Это вполне можно сделать позже. Прицепив на «тушку» портретник, он направился к приготовленной фотозоне и замер, недоуменно оглядываясь вокруг. — Что? — фыркнул босс, пожимая плечами. — Некого снимать? — И тут же сам ответил на заданный вопрос: — Это потому, что съемка должна была начаться два часа назад. Как тебе известно, модели — люди занятые, а потому не могут себе позволить ждать гребаного фотографа два часа! — И повторил, повысив голос до крика: — Два часа, Чонгук! Ты опоздал на два чертова часа! — Я же сказал, что у меня был форс-мажор! — в том же тоне проорал Гук. — Да хоть землетрясение, хоть всемирный потоп! Ты даже не предупредил! — Форс-мажор на то и форс-мажор, что о нем невозможно предупредить! Мужчины кричали друг на друга, пока все остальные — визажист, стилист, декоратор, несколько ассистентов и менеджеров — прилипли к стенам и не отсвечивали. — Это серьезные вещи, Чонгук! — продолжал босс. — Ты не можешь проебать съемку. Твои модели не стажеры академии. Ты работаешь со знаменитостями, с элитой. Да что я объясняю! Ты в бизнесе не первый год! — Вот именно, Джейк! — прокричал Чон и дернул рукой настолько сильно, что камера выскользнула из его пальцев. И лишь проворность ассистента, среагировавшего мгновенно и подхватившего аппарат, спасла дорогостоящую технику от падения. — Я не первый год в бизнесе. И ты знаешь, что я всегда пунктуален. — Он перевел дыхание, но лишь затем, чтобы продолжить: — Сегодня все наперекосяк! — Да мне похер! — продолжал разоряться босс. — Джесси ждала тебя час, но у нее график, на который она не может наплевать. Голоса обоих уже хрипели от надрыва, но мужчины еще больше раздражались по мере накала страстей. — Один раз, Джейк! Я опоздал один раз! — Но это не отменяет того факта, что ты сорвал охренеть какую важную съемку! — босс замолчал, тяжело дыша и сжав ладони в кулаки от злости. Чонгук тоже заткнулся, понимая, что накосячил и оправданий не может быть никаких. Не здесь, где каждая минута на вес золота в прямом смысле этого слова. На некоторое время в зале повисла гнетущая тишина. Остальные все так же боялись пошевелиться. Однако Джуми не было никакого дела до происходящего. Ребенок хотел есть, а потому безмолвие разорвал недовольный детский плач. — Это еще что?! — обернувшись, вскрикнул Джейк, уставившись на Мэри, личного ассистента Чонгука, с люлькой в руках. — У нас что, детская съемка? — Это моя дочь, — выдохнул Чон, пройдя мимо офигевшего босса и взяв малышку. — Собственно это я и пытался тебе объяснить. — Что именно объяснить, Чонгук? — То, что меня, блять, Дженни бросила! Просто уехала, ничего не сказав. Написала одно чертово сообщение! — Гук замолчал, когда младенец в его руках разразился оглушающим ревом, прижал Джуми к себе, укачивая и поглаживая большой ладонью по спинке. Присутствующие оторопело глядели на парня. Новость шокировала, не меньше. Все считали Чонгука и Дженни практически идеальной парой. Они прекрасно смотрелись вместе; никогда не ссорились, по крайней мере на людях; все мероприятия посещали вдвоем; во время съемок понимали друг друга с одного взгляда, им даже слова не нужны были. И вдруг… — То есть как уехала? — недоуменно переспросил Джейк, обретя вновь дар речи. — На день? На неделю? — Навсегда! — рявкнул Чон. — Она смоталась в гребаную Европу! — В какую Европу, Чонгук? — все еще не понимал босс, вытаращив глаза на фотографа. — У нее же контракт! График, съемки, заказчики… — Вот и спроси у нее, — фыркнул парень. — Если найдешь, конечно. А заодно поинтересуйся насчет дочери. С этими словами Гук покинул зал и направился в свой кабинет, а Мэри посеменила за ним с планшетом в одной руке и пустой люлькой в другой. — Это правда? — несмело поинтересовалась девушка, закрыв за ними дверь. — Нет, это я так пошутить решил, — рявкнул Чонгук громким шепотом, стараясь не потревожить успокоившуюся малышку. Он нервно вышагивал по кабинету, пытаясь осознать все произошедшее и найти выход. — Прости, — осеклась Мэри. — Я не… — Она запнулась. — Черт, в голове не укладывается. — У меня тоже, — фыркнул Гук. — Может, она все же вернется? Просто решила отдохнуть несколько дней от всей этой суеты. — Я искренне на это надеюсь. Однако Дженни не объявилась ни через два дня, ни через пять, ни через десять. Как бы Чонгук сильно ни желал этого, мысленно посылая сигналы в космос, надеясь, что сила, которая, он твердо верил, есть там на небесах, услышит его и вернет жену. На утро одиннадцатого дня напряжение достигло критической отметки. Особенно когда няня, предоставленная агентством, не пришла. Не предупредила, не позвонила, не написала и даже не прислала чертового почтового голубя! Она, блять, просто не пришла! — Черт! Черт! Черт! — шипел Чонгук, бегая по квартире в поисках телефона. Пропажа обнаружилась возле умывальника в ванной с остатками зубной пасты и пены для бритья на экране. Быстро набрав номер, Чон зажал гаджет между ухом и плечом, и побежал в детскую, где в люльке лежала уже переодетая и накормленная Джуми. Увидев отца, малышка взвизгнула и дернула ножками, подарив Гуку беззубую улыбку. — Мэри, — крикнул он, едва в динамике послышался голос ассистентки, — прикрой меня! — Что, опять?! — выдохнула девушка. — Чонгук, ты не можешь поступить так снова! — Я уже выезжаю! Буду через сорок минут максимум! — Чонгук, у тебя есть двадцать пять, иначе Джейк просто прикончит тебя. И меня заодно! — Попроси Рози подольше повозиться с мейком. Или пусть Фил спрячет нахрен костюм. Блять, Мэри, придумай что-нибудь! — Чон уже вылетал из квартиры с люлькой наперевес, из которой доносилось довольное мурлыканье младенца. — Ладно, придумаю, — выдохнула девушка, понимая, что иного выхода у нее нет. — Только езжай осторожно. Сбросив вызов, Чонгук вскочил в лифт, едва приоткрылись двери, и нажал на кнопку паркинга. — Это уже входит у нас в плохую привычку, — нервно подергивая правой ногой, проговорил он, глядя на дочку сверху вниз. — Ну вот скажи, почему эта долбанная няня не пришла именно сегодня, когда у меня пересъемка с Джесси? Естественно, дочь ничего не ответила. Вместо этого сунула указательный пальчик в рот и принялась с удовольствием слюнявить его. — Не делай так, Джуми, — строго приказал он. — Это некрасиво. Но разве кто-то его послушал? Нет. Малышка добавила к указательному еще два пальчика и довольно фыркнула, на что Чонгук покачал головой и обреченно вздохнул.

***

— Джейк тебя прикончит, — пообещала Мэри, забирая у Чона люльку с Джуми прямо на ходу. — Я почти не опоздал! — крикнул он, ускоряясь до бега. — Полчаса, Чонгук! — бросила вдогонку ассистентка. — Ты опоздал на полчаса! Босс нетерпеливо мерил шагами коридор перед дверью в студию, где с таким же нетерпением ожидала певица. Та же самая, которая не дождалась Чона в прошлый раз. С огромным трудом съемку удалось перенести и вот опять. — Ты совсем охренел?! — довольно агрессивно поприветствовал Гука босс. — Что на этот раз: пожар или цунами?! — Прости, Джейк, — запыхавшийся Чон едва успел затормозить, чтобы не врезаться в мужчину. — Гребаная няня не пришла! — Мне плевать, Чонгук! В данный момент меня волнует только то, что тебя опять ждут всем табором! Видимо, прошлый раз ничему не научил. Джесси… — Да нахер Джесси! — заорал Гук. — Меня откровенно задолбало! Какого черта я должен стелиться перед всеми?! У всех графики, расписания, жизнь. У меня одного не может быть никаких проблем и форс-мажоров. — Он со всей дури долбанул кулаком в стену. — Да, — прошипел Джейк, — потому что ты — фотограф. И если у тебя назначена съёмка, ты обязан приехать на нее вовремя. И поверь, никого действительно не волнуют твои проблемы. Каждая минута простоя это огромные деньги. И то, что Джесси сейчас ждет, обходится мне в… — Нахуй Джесси! И нахуй тебя, Джейк! — Осторожно, Чонгук, — предупреждающе прошипел босс. — Это ты осторожно! Я ведь тоже могу выкатить счет за то, что вынужден пресмыкаться перед всеми этими модельками/певичками/актрисульками, которые цены себе не сложат, а на деле не стоят и ломаного гроша! Просто удачно раздвигают ноги перед толстосумами, усиленно пропихивающими их! — Чонгук! — попытался одернуть его Джейк, но Чон уже вошел в раж и с каждой секундой вскипал все больше. — Они даже позировать толком не умеют. Кто такая эта твоя Джесси? Очередная силиконовая кукла? Со сколькими она переспала, чтобы добиться такой популярности в считанные месяцы? И не надо мне рассказывать, что она суперталантлива. Она — никто! Просто очередная расфуфыренная пустышка, перед которой вы все стелитесь, стараясь угодить, а на самом деле думаете так же, как и я, но не осмеливаетесь и слова сказать в лицо! — Чонгук! — прошипел Джейк, дергая его за плечо. — График у нее? Простой? А кто мне возместит моральный ущерб, пока я прыгаю как обезьяна вокруг этих бездарных пустышек? Кто восполнит потерянные нервные клетки? — Гук ткнул указательным пальцем босса в грудь. — Или, может, ты мне заплатишь, а потом будешь им рассказывать, насколько сильно пострадал твой фотограф от их тупости? Что на это ска… — Да заткнись ты! — взревел Джейк, и до Чонгука запоздало дошло, что босс глядит куда-то за его плечо с выражением нашкодившего щенка на лице.