Картограф и Мир [The Cartographer and the World]

      На телефон Нила пришло уведомление в четвертый раз за десять минут. Эндрю посмотрел на него безразличным взглядом, прежде чем выпустить облако дыма по ветру. Они вышли на балкон, чтобы насладиться лучами солнца и никотином, но телефон Нила начал досаждать.              Прошло два дня с тех пор, как их группа прибыла в Гонолулу, и Эндрю уже поставил свой телефон на беззвучный режим навечно из-за неприличного количества сообщений, наводнивших групповой чат в течение дня. Поскольку Лисы разошлись по разным делам, они постоянно переписывались и присылали фотографии при первой же возможности. Аарон был единственным человеком, кроме Эндрю, который никогда не отправлял никаких сообщений, но обычно он появлялся размытым пятном на фоне фотографий Ники.              Нил был счастлив снова оказаться в кругу своей семьи и хотел проводить с ними больше времени, но проснулся этим утром, чувствуя себя измотанным и с легким похмельем. После завтрака он и Эндрю решили в тот день остаться в комнате вместо того, чтобы идти на пляж и смотреть, как Мэтт пытается научить девочек серфингу, как они планировали.              Когда на его телефон снова пришло уведомление, Нил открыл групповой чат и посмотрел на фотографию, которую прислал Ники. Вместо него и Эрика на фотографии запечатлен Аарон с кислой миной, вытаскивающий себя из колючего куста рядом с коричневой табличкой с надписью «ТРОПА». Было похоже, что в его волосах было несколько веток и травинок, прилипших к одежде. Сообщение под фото гласило:              Эрик хочет остРавить его здесь.              Эллисон немедленно ответила:              Объяснитесь.              Вы трое ладите? — спросила Рене.              Держитесь вместе!! — написал Мэтт.              Паасторожнее с ним, — добавила Дэн вместе со своей фотографией, подмигивая в камеру.              Ники прислал фотографию профиля Эрика. Он выглядел суровым и слегка раздраженным, и такое выражение у него могло быть только в присутствии Аарона.              Эрик толкнул его в кусты, потому что тот глупо пошутил. Но он учится.              Давай отправим Аарона в Европу, а Эрика оставим, — написала Эллисон.              Мэтт ответил: Нам придется поставить близнецов друг на друга, укрыв их плащом, чтобы обмен был честным. Извини, Нил, это ради благого дела.              удачи германия, — прокомментировала Дэн.              Нил поджал губы и напечатал:              Отправьте Аарона с зеркалом или чем-то таким.              Оуууу, ты хочешь оставить своего паааааарня, — поддразнил Мэтт.              Нил закатил глаза и сунул телефон обратно в карман. Глаза Эндрю прошлись по нему, глядя в бесконечную синеву на горизонте.              Он наблюдал, как Эндрю снова затянулся сигаретой. В их комнате Кевин проворчал что-то в телевизор со своего места на диване. Он пришел к ним, чтобы поговорить с Нилом об идее, которая у него возникла насчет стратегии Лисов, и посмотреть интервью Жана Моро в каком-то дневном ток-шоу. Кевин должен был вылететь обратно в Техас на следующее утро, но, похоже, он уже устал от отпуска. Нил понимал желание вернуться на корт как можно скорее, но сейчас он этого не чувствовал. Он был доволен.              — Ты снова пялишься, — заметил Эндрю. — Уже надоела новая игрушка?              — Если бы ты игнорировал меня хотя бы наполовину с таким же успехом, как тебе нравится представлять, ты бы не заметил, как я пялюсь.              — Твои инстинкты выживания заржавели. Если я сброшу тебя с края, падение убьет тебя.              Нил задумчиво хмыкнул и перегнулся через перила, чтобы посмотреть на стоянку, полную автомобилей, мерцающих на жаре. Он ухватился за перила одной рукой и наклонился еще дальше, согнувшись почти пополам, пока твердая рука не схватила его сзади за рубашку и не дернула в вертикальное положение. Нил ухмыльнулся, когда Эндрю бросил сигарету в пепельницу и прокрался внутрь, чтобы сесть рядом с Кевином на диван. Он присоединился к ним через минуту.              Телефон Нила зазвонил, как только он сел. Ники прислал им всем фотографию, сделанную с вершины Даймонд-Хед. Серые здания города возвышались над полосой зеленой травы и деревьев. Вверху было чистое голубое небо, а слева раскинулся океан, испещренный белыми полосами у бледного пляжа. Надпись гласила:              К черту походы.              Сидевший рядом с ним Кевин напечатал:              Почему у спортсмена из колледжа аллергия на физические упражнения?              Я тренировался всю ночь, братан, — ответил Ники.              Мэтт ответил: Мы слышали.              Весь остров слышал, — вмешалась Эллисон.              Ники ответил: По крайней мере, мы не трахаемся в общежитии, когда другие люди учатся, МЭТЬЮ!!              Справедливое замечание, — ответил Мэтт.              Несколько секунд спустя Дэн прислал фотографию дрянной ухмылки Мэтта. Пляж был залит солнцем и золотился за загорелыми плечами Мэтта.              Эллисон прислала: Кстати, тебе нужно купить бедной Рене затычки для ушей, потому что это ты нарушаешь ее график сна.              Прости Рене! — Ники опубликовал свою фотографию с преувеличенно хмурым взглядом. Рядом с ним Эрик выглядел самодовольным.              Я счастлива, что вы двое можете проводить время вместе! Не слушай Эллисон. Я уже купил себе беруши.              После нескольких минут тишины Дэн пошутила: Поговорим о хорошем. Например о том, как ты ЛЕЙжишь под кем-то.              Кевин бросил телефон на подушку и громко вздохнул.              — Идиоты.              Нил почти мог слышать нежность, спрятанную где-то в тоне Кевина, но не стал это комментировать. На экране телевизора Жан все еще сидел на коричневом диване, пытаясь ответить на вопросы о Гнезде и Воронах, не раскрывая ничего важного. Он вообще мало что мог сказать.              Неловкое интервью Жана закончилось пятью минутами позже, и Кевин нашел невнятный предлог для возвращения в свою комнату. Они знали, что он собирался позвонить Тее в третий раз за день. Нил переключал каналы, пока не нашел игровое шоу, и они продолжили смотреть молча.              В полдень Нил и Эндрю отправились в город и, в конце концов, наткнулись на небольшой ресторанчик, который казался самым подходящим местом для обеда. Стены были увешаны пластиковыми рамками с винтажными фотографиями и старыми листовками. Болтливые туристы с горящими глазами сидели вокруг столиков, перед которыми стояли миски и тарелки с едой. Запах солнцезащитного крема и духов смешивался с ароматами горячих блюд.              Они заняли место в углу, оставив несколько пустых столиков между собой и ближайшей группой загорелых блондинок в ярких бикини под белыми майками и джинсовыми шортами. Нил заказал тарелку с комбо для них с Эндрю на двоих, пока Эндрю смотрел в окно на людей, прогуливающихся по тротуару.              После того, как официантка поставила напитки и оставила их, Нил спросил:              — Хочешь пройтись по магазинам и выбрать что-нибудь для Бетси в качестве сувенира?              Не глядя на него, Эндрю ответил:              — Я выбрал вчера.              Нил кивнул. Он должен был догадаться. Эндрю провел с Рене три часа, пока Нил и Кевин бродили по Мемориалу авианосца              — Аризона.              Нахмурившись, Нил достал свой телефон и зашел в групповой чат.              Вы, ребята, что-то взяли для Ваймака/Эбби?              Ваймак сказал, что перерыва от нас достаточно, чтобы это само по себе было подарком, — ответил Ники.              Я взял кое-что традиционное для Эбби — Гавайскую книгу рецептов, — написал Мэтт.              Ники ответил: Боже, зачем?? Это станет таким отстоем для нас??              Для вас, ха-ха, я-то буду в Фили. ()              Как только принесли еду, Нил отключил звук телефона и убрал его. Эндрю пододвинул к себе миску с пипикаулой и зачерпнул половину риса из сервировочной миски на свою тарелку, оставив Нила с остальной едой. Эндрю разорвал один из кусков говядины пополам и съел его, пока Нил смотрел на тарелку с лау-лау.              — Предполагается, что листья съедобны? — спросил Эндрю.              Нил пожал одним плечом и обернулся на ближайший столик, чтобы посмотреть, как они это едят.              — Я так не думаю.              Он пододвинул тарелку поближе и осторожно развернул мешочек с листьями. Внутри он нашел больше листьев, похожих на шпинат и вареную свинину. После первого укуса он предложил немного Эндрю, но Эндрю проигнорировал его.              Они ели в приятной тишине, обмениваясь лишь несколькими комментариями о еде или о том, пойти или не пойти на пляж ночью с остальными. За день до этого Нил выходил с Кевином и Мэттом на пробежку и не почувствовал ничего похожего на панику, ступив на песок. У него было много воспоминаний о последней поездке Лисов на пляж, за которые он мог ухватиться, когда его разум почти обманывал его, заставляя думать, что он чувствует запах бензина на ветру.              Эндрю поделил поровну свинину калуа между тарелками, и они покончили с остатками риса, прежде чем перейти к сладким белым квадратикам хаупии. Нил откусил кусочек десерта, а остальное передал Эндрю.              Пока Эндрю заканчивал есть, Нил не удержался и снова проверил свой телефон. Было одно сообщение от Ники, в котором говорилось:              Гавайский Мак Дак лучше, чем наш.              Под ним была фотография левой руки Дэн с простым бриллиантовым кольцом на ее безымянном пальце, сверкающим на солнце и надпись от Мэтта:              Она сказала да!!!              Нил моргнул, глядя на фотографию. Он, конечно, знал, что это произойдет. Мэтт сказал ему около года назад, что хочет жениться на Дэн, что он планирует сделать предложение после выпуска.              Сообщение от Рене стало первым.              Я так рада, что вы двое нашли друг друга. Наблюдать за тем, как вы растете, чтобы уважать, поддерживать и любить друг друга, было потрясающе. Вы оба так важны для меня, и я не могу быть еще больше счастлива за вас.              Вы охерели? Не могли дождаться, пока я вернусь со снорклинга? — потребовала ответ Эллисон.              Мы знаем, что ты щаслива за нас, — ответила Дэн. Кроме того, ты хотела пасматреть рыбок, лохушка.              Да пофиг. Ебаные рыбы.              Нил отправил короткое «поздравляю», прежде чем сказать Эндрю:              — Дэн и Мэтт обручились.              Эндрю тупо посмотрел на него.              — Ладно.              Следующие три сообщения пришли от Ники.              Я думал, мы договорились, что ты подождешь до заката!              Ну то есть, поздравляю, но... у нас был план, чувак.              И кста, я совершенно не обижаюсь на то, что все женятся раньше меня... О, и Эрик тоже рад за вас, ДАЖЕ ЕСЛИ Мэтт — секси раздолбай, который не может придерживаться планов.              Спасибо, ребят!!! Ники, а кто еще женится? — спросил Мэтт.              Упс.              Кевин добавил:              Поздравляю. Не позволяйте свадебным планам стать сильным отвлечением.              Дэн, напомни мне отдать тебе свадебную папку позже, — написала Эллисон через несколько минут.              Отдать что???              Нил покачал головой и положил телефон на стол прежде, чем Дэн ответили на сообщение. Эллисон и Рене строили планы с тех пор, как Мэтт впервые поделился идеей сделать предложение. Если у Дэн не будет возражений, они, вероятно, поженятся уже в декабре. Нила попросили внести свой вклад один или два раза, прежде чем Эллисон решила, что он тут бесполезен.              — Я никогда не был на свадьбах, — сказал он.              — Я в шоке, — невозмутимо ответил Эндрю.              Нил не слишком задумывался о концепции брака — только иногда, когда он задавался вопросом, что в его отце убедило мать сказать: «Да». В доме его детства когда-то висела их совместная фотография в белом платье и черном смокинге над камином. Они оба были свирепыми существами, оба были готовы на невыразимые вещи по своим собственным причинам. Нил иногда задавался вопросом, как они оказались у алтаря с обещаниями вечности друг другу и клятвами, что покорят мир штурмом. Они тогда не могли знать, что их разлучит совместный ребенок.              Однажды он спросил Мэтта, почему тот вообще хочет жениться — разве недостаточно просто знать, что они будут всегда вместе? Мэтт объяснил, что хотел сделать это официальным с доказательствами того, что они взяли на себя обязательства друг перед другом. Он хотел собрать всех своих друзей и семью и провести целый день, празднуя тот факт, что они с Дэн выбрали друг друга. Он хотел поклясться перед всеми, что они будут продолжать выбирать друг друга до самой смерти.              Брак не был чем-то, что Нил когда-либо рассматривал возможным для себя, на самом деле, но он мог понять привлекательность желания получить доказательства на бумаге. Он подумал, что это похоже на то, что он чувствовал, когда официально стал Нилом Абрамом Джостеном.              Он посмотрел на Эндрю как раз в тот момент, когда Эндрю отвернулся от окна, чтобы посмотреть на него.              — Готов идти? — спросил Эндрю.              — Ага.              Они пошли обратно в отель, так как ни у кого не было планов на посещение каких-либо мест. Все три арендованных автомобиля их группы уехали; остальные наслаждались этим днем. Его телефон еще несколько раз вибрировал в кармане, пока они поднимались на лифте на свой этаж, но он проигнорировал сообщения.              Их комната была полна солнечного света и мягкой тишины. Нил тихо закрыл за ними дверь и присоединился к Эндрю посреди комнаты, повременив, изучая его профиль. Челюсти Эндрю на мгновение сжались, а глаза прищурились. Нил заметил момент, когда он принял решение. Их взгляды встретились, и что-то в животе Нила растаяло, как масло.              Эндрю притянул Нила к себе в медленном, томном поцелуе. Волнение мгновенно захлестнуло тело Нила, стирая все, кроме ощущения губ Эндрю.              — Я могу прикоснуться к тебе? — пробормотал он с надеждой.              Эндрю снова прильнул к нему и провел зубами по нижней губе Нила.              — Только к открытой коже.              Нил отстранился достаточно, чтобы осмотреть Эндрю. Немногое было выставлено на показ: его руки, полоска кожи между повязками и рукавами футболки, шея, уши, лицо. Он поднес правую руку Эндрю к губам, чтобы поцеловать центр его мозолистой ладони. Эндрю внимательно смотрел темными глазами, как Нил повторил тот же жест с левой рукой. Он слегка укусил основание большого пальца Эндрю, попробовав соль на его коже и отпустил.              Предвидя его следующий шаг, Эндрю склонил голову набок, чтобы Нил мог проложить дорожку влажных поцелуев вверх по его шее. Нил почувствовал дрожь Эндрю, а Эндрю, должно быть, почувствовал ухмылку Нила чуть ниже своего уха. Пальцы Нила переплелись с пальцами Эндрю между их телами, в то время как он пытался покрыть челюсть и горло Эндрю поцелуями, словно невидимыми штампами. Когда он добрался до другого уха Эндрю, то прикусил его мочку, прежде чем найти губы Эндрю для еще одного грубого поцелуя.              Нил посмотрел вниз, когда руки Эндрю вырвались из его рук. Он замер и наблюдал, как Эндрю стянул с себя повязки и позволил им упасть на ковер. Нил провел пальцами по рядам выпуклых линий на предплечьях Эндрю и надавил на сгибы его локтей. Только их мягкое дыхание, учащенный пульс Нила и кончики пальцев, скользящие по теплой коже Эндрю существовали в этом моменте.              Осторожно Нил поднес запястье Эндрю к губам, целуя рубцовую ткань. После третьего поцелуя Эндрю высвободил руку из хватки Нила, чтобы он мог потянуться за голову и сдернуть свою мешковатую футболку. Одежда упала, и сердце Нила подпрыгнуло.              Он положил руки на грудь Эндрю и поцеловал выступ его ключицы. Эндрю поднял подбородок, давая Нилу пространство, и Нил услышал как прервалось дыхание Эндрю, когда он погрузил язык в выемку у основания горла. Нил провел руками по бокам Эндрю и остановился на бедренных костях, сжимая.              — Все еще да? — пробормотал он в разгоряченную кожу Эндрю.              Эндрю судорожно сглотнул.              — Да.              Нил лизнул Эндрю в шею достаточно сильно, чтобы почувствовать взволнованный трепет его пульса. Его руки скользнули по крепким мышцам спины Эндрю к его лопаткам. Он улыбнулся в волосы Эндрю, когда тот вздрогнул. Он исследовал туловище Эндрю как можно больше, массируя маленькие круги снизу спины, проводя линиями вверх и вниз по обеим сторонам позвоночника, скользя ладонями по твердому животу, слегка пощипывая соски, пока они не затвердеют, и Эндрю снова вздрогнул.              Напряжение, медленно нарастающее между ними, резко оборвалось. Эндрю подтолкнул Нила к кровати и подступил сам, остановившись, чтобы за раз стянуть джинсы и нижнее белье. Последними были сняты и брошены носки туда же, куда и футболка. Эндрю встал перед ним, без одежды и со стояком, с жаром в глазах, который Нил был не способен игнорировать, даже если бы попытался.              Только к открытой коже.              Нил быстро сбросил оставшуюся одежду и встал на колени у ног Эндрю. Эндрю смотрел на него сверху вниз, с невозмутимым и настороженным выражением лица, но Нилу не нужно было видеть никаких признаков уязвимости, чтобы знать, что она есть. Чаще всего их правилом было Выше бедер. Иногда ноги Нила касались икр Эндрю, когда тот входил в него. Иногда его руки касались обтянутых джинсами бедер Эндрю. Нилу хотелось насладиться этим, но он также знал, что Эндрю предпочел бы поторопиться.              Нил сначала положил руки на икры Эндрю и двигал ими вверх с такой скоростью, которая позволила бы Эндрю привыкнуть к этому чувству, не приходя в смятение. Он слегка сжал крепкие мышцы бедер Эндрю, прежде чем провести ладонями по его заднице. Нил поцеловал головку его члена, когда он слегка дернулся, и Эндрю тут же зарылся руками в волосы Нила. В то время как Нил продолжал оставлять влажные поцелуи на нижней стороне члена, он исследовал теплые, голые ноги Эндрю слегка проводя по ним пальцами и мысленно отмечал, на каких местах у него сбивалось дыхание при прикосновении.              Запустив одну руку в волосы Нила, Эндрю использовал другую, чтобы направить себя в его рот. Нил снова сжал его бедра и принял столько длины Эндрю, сколько смог, прежде чем его горло протестующе начало жечь. Нил успокаивающе поглаживал его бедра сзади, в то время как сам насаживался на член ртом и отстранялся, быстро находя ритм, делавший дыхание Эндрю прерывистым. Он отвлекал себя от жгущего ощущения в горле, когда слишком глубоко взял Эндрю, сосредоточив внимание на дрожи в бедрах Эндрю, на его пальцах, сжимающих волосы Нила, и на сдерживаемых тихих стонах удовольствия.              — Нил, — предупредил Эндрю.              Нил отстранился на несколько дюймов, когда тело Эндрю напряглось. Он густо кончил на язык Нила и обхватил одной рукой остальную часть своего покрытого слюной члена, проводя себя через оргазм несколькими движениями. Когда Эндрю закончил, он тихо простонал и отстранился. Нил отпустил его, отстранившись назад, чтобы сглотнуть и отдышаться. Он вытер тыльной стороной ладони опухшие губы и посмотрел вверх. Розовый румянец окрасил блестящую от пота кожу Эндрю. Он напряженно и пристально смотрел на Нила, тяжело дыша и дрожа.              Его глаза переместились с распухших губ Нила на его ноющую эрекцию, все еще прижатую к животу Нила.              — Ложись на кровать.              Нил охотно повиновался. Как только его колено коснулось края матраса, Эндрю схватил его за плечо и перевернул на спину. Он зацепился руками за колени Нила, чтобы подтолкнуть его к центру кровати, прежде чем заползти вверх по телу Нила и сомкнуть их губы в безумном, неряшливом поцелуе. Возбуждение почти болезненно сжалось в паху Нила; жар распространился по нему, зажигая каждое нервное окончание. Его сердце колотилось, легкие не набирали достаточно воздуха, но ему было все равно, пока Эндрю продолжал целовать его так, будто это было последним, что они когда-либо делали.              Тем не менее, он почувствовал это, когда Эндрю колебался.              — Это «да», — прошептал Нил в губы Эндрю.              Теплая рука Эндрю обхватила его и сжала. Изо рта Нила в губы Эндрю вырвался смущающий вздох потребности. Он впился пальцами в плечи Эндрю, в то время как грубый ритм Эндрю заставлял его распадаться на части. Мир покрылся туманом. Пот собрался у него на пояснице и в складках согнутых коленей. За его веками вспыхнул свет. Эндрю глубоко проник языком ему в рот, хотя Нил едва мог оставаться достаточно сосредоточенным, чтобы как следует ответить на поцелуй. Его удовольствие было тяжелым болезненным ощущением, на грани того, чтобы быть раздавленным, прежде чем все напряжение в его теле исчезло за раз, и он кончил с именем Эндрю на языке. Эндрю заглушил глубокий стон Нила своими губами и продолжал дрочить ему, пока последние маленькие толчки его оргазма не исчезли.              Эндрю взял с тумбочки коробку с салфетками, пока Нил дрожал и пытался восстановить нормальный ритм дыхания. Пока его чувства приходили в себя, он лежал неподвижно и позволял Эндрю вытереть себе живот и грудь. Он хотел что-то сказать, но в горле пересохло, а его разум был скован.              Все, что он смог произнести, было:              — Эндрю.              Эндрю взглянул на него, прежде чем бросить комок грязных салфеток в мусорную корзину и пройти через комнату в ванную. Глаза Нила закрылись, и он погрузился в поверхностные мысли, прислушиваясь к шуму воды в ванной. Он открыл глаза, когда услышал, как вышел Эндрю. Зашуршала одежда, и балконные двери заскребли по ковру, впуская порыв теплого ветра.              Глубоко вдохнув, Нил стряхнул с себя желание уснуть и приподнялся на локтях. Его телефон снова завибрировал в сброшенных на пол джинсах. Эндрю стоял, прислонившись к перилам снаружи, в своей футболке и спортивных штанах, с сигаретой в зубах и не сводя глаз с Нила.              Слово «навсегда» повисло у него на языке, но он не чувствовал необходимости произносить его. Он знал. Эндрю знал. Этого всегда было бы достаточно.