Проклятое Божество

Под звуки, вопли и аплодисменты счастливого народа Небес, посередине широкой дороги, вдоль которой столпились ликующие люди, на дивных Лумах*проезжали пять всадников в сверкающих одеяниях и доспехах. Они махали в ответ одаривая жителей широкой улыбкой. Обоих девушек и троих мужчин приветствовали с долгой кровопролитной войны, длившейся ровно шестьсот лет между защитниками небес и монстрами, прозывающими себя Шемейнами. Шемейны были кровожадными тварями в огромном количестве, выбравшись из тёмного заоблачного измерения. Они творили хаос на небесных просторах, позволяя себе портить мирную жизнь бессмертных. Благодаря сильным и отважным героя, Шемейнов усмирили и заточили до последнего монстра обратно в тёмное заоблачное измерение. Самые великие пять защитников, прошедшие множество величайших битв за всю многовековую историю Небес, каждый раз одержав победу, являются воспитанниками Верховного Вусей Тяня. С самого рождения пятерым избранным на свет, была предначертана великая судьба - им суждено стать бессмертными воинами, чьей силе не будет равных. А их предназначение, как защитников, станет верная служба Вусей Тяню. С их появлением на небе, пятеро детей только и жили тем, что защищали и оберегали небеса. Они рождены для этого, охраняя покой и безмятежность бессмертных. Поговаривали, что небо сотряслось, приветствуя своих будущих защитников явившихся на свет в один день и время. С разных сторон неба младенцев забрал Вусей Тянь из рук родителей и воспитал так, как подобает воспитывать воинов. Приняв чужих малышей за собственных детей, Вусей Тянь вырастил их необычайно сильными и прекрасными, что словами трудно описать. Первого защитника небес звали Юнь Бэй. Узорчатые линии красного цвета на её лице расположены на щеках. Девушка горда, своевольна, неукротима, строга и величава. Красива собой и отважна, как львица. Несгибаемая характером и духом, которому никому не под силу сломить. Блондинка Юнь Бэй всегда ездила впереди своих товарищей, делая важное выражение лица, предъявляя лидерство, хотя на самом деле, вся пятерка равна между собой. Чуть рядом с ней ехал смуглый мужчина брюнет Сей Шун, с фиолетовыми узорами на скулах. Он самый крупный по телосложению по сравнению с остальными. Грозное лицо и напряжённый взгляд чёрных глаз ничуть не пугал, а наоборот завлекал. Стоило Сей Шуну улыбнуться, как из хмурого, строго, вспыльчивого и на вид дерзкого воина, он превращался в приятного, даже очень милого заботливого "отца". Характер у него простой. Вера в праведность и справедливость между всеми живыми была для него подобна священному завету, которому он поклонялся, строго соблюдая. Проще о нём сказать так, что прекрасно его описывало: не суди книгу по обложке. Немного позади Юнь Бэй и Сей Шуна ехали два близнеца шатена: девушка У Иньк и молодой парень У Минг. У Иньк умом не блещет, но берёт вверх своей очаровательной подростковой внешностью, из-за чего, выглядев моложе всех, позволяет себе проявлять легкомыслие и ветреное поведение. Любит хвастаться своим голубым узором на переносице. Непослушная и ведёт себя, как ребёнок. Кажется, наивной простушкой и весёленькой, глупой, беззаботной девчушкой, которая ни к чему не может относиться со всей серьёзностью, но не стоит недооценивать одного из пятерых защитников небосвода. Девушка У Иньк весьма сильная, не смотря на хрупкое тельце. К врагам безжалостна - ни щадит никого. Относиться ко злу с негодование, а к добру со всем милосердием. У Минг, имеющий синего цвета узор, также на переносице, её младший брат. Он по характеру - противоположность сестры. Не любит привлекать внимание, ведёт себя ниже травы, тише воды, и постоянно замыкается в себе. Почти никогда не разговаривает. А выглядит так, будто никогда не высыпается, ходит с заметными синяками под глазами и хмурым взглядом. Но, несмотря на этот заметный недостаток, по-своему он очаровывал и многих притягивал своей отстранённой аурой. Когда У Иньк достаёт и подшучивает над ним, он закатывает глаза и как только не обзывает сестру. Эта привычка брата раздражала У Иньк, и когда они начинали ругаться, о спокойной обстановке и тишине можно было забыть. Последнего защитника, ехавшего поодаль от брата с сестрой, был Ан Юанмэ. От этого человека так и веет добротой. Ан Юанмэ обладает спокойствием, как У Минг, но никто бы не мог подумать из посторонних и не приближённых к нему лиц, что порядочный, покорный и послушный Ан Юанмэ на самом деле ещё тот упрямец и своевольный тип. Как нестранно, это совсем его не портило, может даже немного красило. Многие не понимали, почему Ан Юанмэ сильно выделялся на фоне своих товарищей. Может из-за того, что неописуемо привлекателен или причина крылась в другом? Он напоминает чистого и светлого ангела, над которым возвышается нимб, а лучи солнца, освещающие его со спины, создавали эффект свечения вокруг его тела. Кожа воина бела подобно мрамору. Губы изящной формы. Длинные, светло-русые волосы убраны в высокий длинный хвост, закреплённый широкой драгоценной резинкой, а перед ушами свисали длинные локоны волос, заплетённые в две тоненькие косы. Глаза малинового цвета подчеркивали тёмные ресницы и медного цвета подводка на нижнем веке. На лбу красовался яркий узор цвета фуксии. В отличии от остальных, он носит более цветастую в пастельно-розовых и других бледно-натуральных тонов одежду, притягивая к себе взор, а с этим, и всеобщее обожание. Ан Юанмэ предпочитает носить бежевое ханьфу с расписными узорами по краям, сочетающие цветовую палитру восходящего солнца. Длинные рукава одеяния имеют плавный переход от бежевого к белому цвету, отличаясь гаммой розовых цветов. Также, как и все защитники, он носит несколько доспехов персикового оттенка: на плечах, талии, запястьях, пальцах, на коленях и локтях. Ан Юанмэ больше походил на Бога, чем на защитника, если бы не увесистая металлическая защита. Жители неба бросают под копыта Лумов пятерых всадников разные дары, забрасывая дорогу: букетами цветов, сладостями, игрушками, украшениями, рисом. А сверху, сидя на мостиках, сыпали на своих защитников множество различных лепестков. Триумфальное возращение пятерых героев на Главное Небесное облако сопровождается музыкальным оркестром. Дорога ведущая в храм Вусей Тяня, куда направлялись всадники, становилась шире и тогда пятёрка смогла поравняться и выстроиться в одну линию, проходя под следующим мостом откуда слышалось. - С возвращение, защитники! - С прибытием на Небесное облако! - Поздравляем с победой! - Да благословят вас Небеса! - Вечная слава нашим героям! Парень добежал до центральной дороги, но через толпу невозможно разглядеть всадников. Лью Чанг и подпрыгивал, и пытался забраться на что-нибудь высокое, но всё равно ничего не было видно, только макушки и спины людей. Тогда-то он решился, что надо пролезть как-то через толпу, расталкивая жителей. Это казалось лёгкой задачей, а на деле выглядело опасным препятствием, где его могли придавить и затоптать. Отчаянно он пробирался сквозь людей просачиваясь, как жидкость между щелей. Люди настолько сильно увлечены прибытием героев, что не замечают и не слышат парня просившего их немного расступиться. Наконец Лью Чанг смог протиснуться и оказаться в самом первом ряду. Пять защитников не успели ещё проехать мимо него, а наоборот, неспешно подъезжали. У Лью Чанга перехватило дух стоило взглянуть на всадников во всей их былой красе и величии. «Вовремя я» - подумал паренёк. Он хорошо разглядел всех четверых всадников. Но едва его глаза перешли к защитнику, ехавшего с боку, ближе всех по правой стороне людей и к нему, как сердце Лью Чанга «пропустило удар». Его взгляд приковали знакомые черты лица, которые искушали во снах. Только вот теперь, лицо этого человека имело натуральный цвет, было подвижным и живым. На памятнике Ан Юанмэ изобразили не совсем правильно, придав его лицу более мужественные и взрослые черты, отчего на вид казался хладнокровным и бесстрастным. В живом обличии Ан Юанмэ выглядел моложе, и гораздо привлекательнее, чем на статуи. Поистине, нет ничего на свете, что могло бы в точности передать красоту этого человека. Как бы Лью Чанг не хотел себе это признавать, но он знал - сейчас этот всадник просто проедет мимо и не соизволит мимолётным взглядом его одарить. Да что там, Ан Юанмэ даже не заметит его среди ликующей толпы. Он ничем не отличается и не выделяется среди них, из-за чего Лью Чанга не видно от слова совсем. Парень сливался со всеми подобно песчинке в пустыне, оставаясь неприметным. Почувствовав каплю грусти, Лью Чанг опечалился. С трудом сдержав порыв выкрикнуть имя защитника, чтобы привлечь его внимание хоть на пару секунд, Лью Чанг поблагодарил небо хотя бы за то, что оно позволило ему увидеть вблизи Ан Юанмэ. О большем парень не просил. Если подумать, он может вытянуть руку и без труда коснуться ноги проезжавшего всадника, когда тот с ним поравняется. Вот настолько Ан Юанмэ близок к Лью Чангу, но одновременно так недосягаем. Всадники подъезжали, а красивый защитник верхом на гордой Луме, украшенного с ушей до копыт украшениями, приближался, становясь всё ближе и ближе к парнишке. Внезапно для него, позади стоящие люди, стали толкаться. За своей спиной он услышал: - Вы мне на ногу наступили, - грубо сказал мужчина. - Успокойтесь. Я нечаянно, - извинился другой. - Эй! Вы меня локтем ударили, - сказал кто-то ещё, находясь почти вплотную к Лью Чангу, едва не вытолкнув его на дорогу. - Аргх, мне не видно. – Проворчала женщина. - Осторожно, перед вами же люди стоят, - обратилась к неугомонному человеку девушка. - Ой! – выкрикнула вдруг маленькая девочка, той самой девушки, но среди возгласов народа её услышал только парень, стоящий перед ней – сам Лью Чанг. Он обернулся, чтобы посмотреть, что случилось, как неожиданно девочка упала, сбив его с ног. Потеряв равновесие, парень вывалился из толпы прямо на дорогу, не представляя, что в этот самый момент Лума подошла совсем близко. Всадник моментально среагировал. Успев заметить упавшего мальчика, он резко потянул на себя поводья. Если бы не отличная реакция седока, четырёхкопытное наступило бы на паренька, появившегося из неоткуда перед животным. Послышалось громкое ржание Лумы, вставшей на дыбы. Несколько людей замолчали при виде зрелища. Лума, стояла на задних ногах и фыркала, махая передними, будто отгоняла от себя хищника, защищая своего наездника. Люди нервно заговорил: - Что с Лумой? - Смотрите! Там лежит мальчик! – крикнул старик, показывая на него пальцем. - Что? Откуда там ребёнок? Как он там оказался? - Его толкнули. Я сам видел! - Надо ему помочь. - Но на праведные слова пожилой старухи, никто не отреагировал. Увидев, как перед ним Лума встала на дыбы, парень испугался, что животное ударит его копытом, когда он попробует отбежать в сторону, и свернулся калачиком защищая руками голову. Всадник что-то сказал Луме и она, успокоившись, аккуратно встала на передние ноги, не задев валяющегося человека. Все всадник остановились в изумлении. Народ замолчал. В этом затишье только слышались постукивания копыт. Отойдя назад, Лума опустила голову, давая всаднику рассмотреть паренька. В позе эмбриона Лью Чанг не долго находился. Подняв голову, он заметил, как все взгляды обращены на него и на кого-то ещё. - Кто-нибудь, уберите мальчишку с дороги! – крикнула защитница Юнь Бэй, пребывавшая в лёгком раздражении. Она не любила, когда что-то шло не так, как должно было. Этот малец испортил их возвращение такой глупой выходкой, из-за чего всадникам пришлось остановиться. Что за ситуация «вытолкнули из толпы?! С дурным настроением Юнь Бэй хотела подозвать стражу, чтобы те увели ребёнка, но она так и осталась восседать в седле с открытым ртом, не произнеся ни звука, увидев слезающего с Лумы Ан Юанмэ. Подойдя к Лью Чангу он обратился к нему: - Ты не ушибся? Сильно перепугался? Подняв голову на человека, парнишка впервые увидел на красивом лице беспокойство. Чуть махнув головой, он робко ответил - «нет». Не замечая, что происходит вокруг, внутри юноши творилось чёрт знает что. Творящая суматоха прошла и Лью Чанг поспешил подняться, как тут же болезненно согнулся приседая. - По-моему он всё-таки поранился, - догадалась У Иньк, с любопытством и некими озорством смотря на Лью Чанга. Сей Шун подтвердил её слова кивком, произнеся: - Он пострадал, неудачно упав. У него кровь на ноге. - Чего вы так заволновались? – С насмешливой интонацией заговорила Юнь Бей. – Нет тут причин для сочувствия. Его рана бесследно заживёт быстрее, чем сверкнёт молния. Он же не бессмертный, чтоб днями выжидать полного выздоровления. Ань Юанмэ встал на одно колено перед Лью Чангом схватившего за коленную чашечку, и прикоснувшись к его рукам, попросил показать рану. Травма оказалась не очень серьёзной, Лью Чанг содрал слой кожи, но кровь без остановки поступала наружу. - Нужна помощь, - сообщил Ан Юанмэ и обратился к возмущённой Юнь Бэй. – Перестань злиться, а то ты нас испепелишь своим сердитым взглядом. Юнь Бэй, поглядывая на обоих, хмыкнула и отвернулась. К всадникам спешили стражники, но их опередили трое ребят подбежавших к Лью Чангу. Один из них, самый высокий, вышел вперёд перед всадниками со словами: - Мы его друзья. Просим прощение за доставленные неудобства нашим защитникам, - с поклоном сказал Цей Хуан, пока Су Вонг и Ши Мису помогали Лью Чангу подняться. С лёгкой улыбкой Ан Юанмэ ответил, вставая: - Всякое может произойти на таких мероприятиях, где есть столпотворение. Впредь, будьте внимательны и осторожны, а то вдруг случиться непоправимое. - Обязательно. Спасибо за понимание и поддержку, - откланявшись, Цей Хуан пошёл за друзьями уводящие друга к неподалеку стоящему фонарному столбу. Взобравшись на Луму, Ан Юанмэ продолжил со всеми остальными защитниками путь под бурные голоса толпы. Когда друзья расспрашивали Лью Чанга о произошедшем, последнее что он видел с искренним воодушевлением – это въезжающих на территорию храма всадников и затылок Ан Юанмэ скрывшегося за закрывающимися воротами стены, отгородившей его от него. Лью Хэйнь спокойно сидела на балкончике, занимаясь вышивкой. Умело она пополняла свою коллекцию лоскутков с разноцветными, тонкими и ярким нитями. Мастерицу, занявшейся тонкой ручной работой, сперва, отвлёк звон колокола. Уколовшись, женщина облизнула капельку крови и, выйдя, получила от соседей вести о прибывших защитниках. Обрадовавшись вместе со всеми, Лью Хайнь не стала покидать дом, не желая толпиться с народом, и вернулась к вышивке. Спустя час её отвлёк второй шум, раздавшийся внизу. Кто-то пришёл, не скрывая своего визита громким шумом, вынудив хозяйку вскочить с места и бегом спустить по лестнице. К её облегчению или же наоборот, это был её сын с разбитой перебинтованной коленкой. Не без помощи Цей Хуана и Су Вонга, он прыгал на одной ноге, нечаянно опрокинув табуретку. Подогнув больную ногу, он улыбнулся, заметив негодующий взгляд матери: - Не переживай. Вечером уже буду бегать. - Какое там! – Воскликнул Ши Мису. – Тебе как минимум надо до завтрашнего утра в кровати отлёживаться. - Что произошло? Подрались? – Расспрашивала Лью Хайнь, собирая со всех полочек лекарства. Сын поспешил всё разъяснить матушке, чтобы та понапрасну не беспокоилась. После услышанного из уст Лью Чанга, волнение как рукой сняло. - Ничего такого. Меня нечаянно толкнули, и я неудачно упал. - Несносный ты мальчишка. – Ущипнула женщина сына за нос. – Спасибо, что помогли дойти ему. Дальше мы сами. – Сказала женщина друзьям. - Не стоит благодарить нас. Мы не за что не бросили бы его, а то без нас он бы пропал. – Отшутился Су Вонг, помахав вместе с Ши Мису на прощанье. - Как только тебе станет лучше, дай знать. – Попросил Лью Чанга Цей Хуан, обняв по-братски. Поклонившись Лью Хайнь, он также ушел со всеми, пожелав скорейшего выздоровления. Узнав о случившемся во всех подробностях от сына, женщина надеялась, что Лью Чанга не отругали за прерванное торжественное прибытие защитников. Парень честно сказал, что защитница Юнь Бэй выразила своё недовольство взглядом, не более того. Так что причин для переживания нет, и мать не пришлось утешать длительное время. Обработав рану, парнишке оставалось подождать её заживления. Как и сказал Ши Мису, на вид с несерьёзной раной Лью Чангу придётся не вставать до утра, чтобы не напрягать ногу. - Вот твоя мечта их увидеть осуществилась. Теперь можешь спать спокойно. – сказала Лью Хайнь. Собрав лечебные средства, и чмокнув в лобик сына, женщина вышла из комнаты. Ещё находясь в приятном расположении духа после встречи с Ан Юанмэ, Лью Чангу теперь казалось, что он вообще не сможет спать, постоянно думая о нём и вспоминая его приятный голос, добрейший взгляд, и губы в искренней улыбке. От Автора: Лума (название состоит из двух иероглифов - 鹿 [lù] олень , и 马 [mǎ] лошадь = [lùmǎ] олень+лошадь). Тело лошадиное, а морда оленья с рогами вне зависимости от пола.