Проклятое Божество

Ровно пять дней Лью Чанг послушно сидит в четырёх стенах. Рана на коленке исчезла вечером того же дня, как он её получил, но он по-прежнему валялся на кровати думая о том, сколько он ещё проторчит дома. В день прибытия пятерых всадников, ближе к полудню, хлынул дождь, и на протяжении домашнего лечения не переставал лить. - Того гляди нас затопит вместе с поднебесной, - проворчал Лью Чанг, ненавидя торчать сутками дома. В комнате подростка находилось то, чем он мог себя занять пять проливных дней, избавившись от бездельничества. Это - рисование. Искусство он полюбил в раннем детстве, вляпавшись в забавную ситуацию. Всегда внимательно наблюдая за действиями мамы, Лью Чанг проявлял интерес ко всему, к чему прикоснётся её рука. Будь-то хрупкая фарфоровая посуда, разбившаяся вдребезги, дорогая керамическая ваза, также последовавшая за посудой в мусорную корзину в виде горсти осколков. Тяжёлый упавший ящик с одеждой, едва не раздавивший ребенка, горячая выпечка о которую нехило обожгло пальцы несмышлёное дитя или съеденные острые приправы, отозвавшиеся в желудке и во рту мальчика жгучей болью. Из-за детского неугомонного любопытства, он не переставал совать нос туда, куда не следует, зная, что зачастую его приключения выходят ему боком. И в очередной раз, заметив, как однажды Лью Хайнь убирает коробку, ставя её на высокую полку, Лью Чанг не сдержался от идеи узнать, что же лежит там. Дождавшись, когда мама выйдет из комнаты, он сообразил принести лестницу. Облокотив её о стену под полкой, забыв закрепить, непутёвый ребенок полез наверх. Вскарабкавшись, Лью Чанг притянул увесистую коробочку к краю и заглянул внутрь. Внутри находились маленькие баночки с красками. Приняв краски за неплохие игрушки, мальчик увлеченно стал размазывать ими руки, смешивая жидкие цвета. Потихоньку, не заметно для него, лестница отодвигалась всё дальше и дальше. И вот, когда Лью Чанг почувствовал ощутимое движение вниз, он попытался удержаться не за полку, а за коробку, дабы не упасть, но вместо этого утянул её за собой. Услышав грохот, Лью Хайнь вбежала в комнату, знатно перепугавшись. Благо её испуг прогнала озорная улыбка её сына, с головы до пят измазавшегося радугой. Он сидел на полу среди пролитой краски, рисуя вокруг себя кляксы. По лицу ребенка было ясно, что ему очень весело. От своего художества Лью Чанг долго находился в восторге, и тогда Лью Хайнь подарила сыну набор свежих красок, кисточек и свитков для рисования. Не прогадав с подарком, сын выразил несказанную радость, приступив к своему искусному хобби. Благодаря рисованию, Лью Чанг изобразил множество выдающихся картин для себя, ни разу не столкнувшись с какой-либо проблемой при их создании. Но рано или поздно создатель любого искусства сталкивается с творческим кризисом. Тому доказательство недорисованный рисунок на свитке, до бумажной поверхности которого кисть не касалась больше семи месяцев. Еслиб не пропавшее вдохновение, Лью Чанг давно бы завершил картину, и после неё нарисовал множество других, не страдая безделицей. - Не ворчи. Дождя давно не было. Пусть облака освежатся. - вытирая ставни в комнате, Лью Хайнь посмотрела в окно. Просвет, пробившийся через дождевые облака, осветил её лицо. – О! Небо светлеет. Неужели дождь услышал тебя и прекратил заливать нас? - Ура! Гулять. - Вскочил бодрый и полный сил подросток. - Сыро на улице. – Предупредила строго мать. – Переоденься. - Аргхх, лааадно. - Суетливо перебирая в шкафу вещи, парень быстро нашёл тёплую одежду, при матери накинул её, и выскочил за порог дома, на что Лью Хайнь забавно улыбнулась. Какой же у неё неугомонный, но послушный сын. Свежесть после дождя наполнила лёгкие. Немного веяло прохладой, но ясное солнце быстро нагревало облака, отражаясь блеском на дождевых капельках. Лью Чанг вытянулся, разминая затёкшие косточки. Оглядев округу, спустившись с маленькой возвышенности, на его глаза попался мамин сарай, построенный вблизи от дома. Моментально вспомнив, что туда он запрятал кое-кого без разрешения, Лью Чанг ударил себя по лбу: «Как я мог забыть?!». Парень очень долго не посещал сарай, и, представив, что произошло там во время его отсутствия, мысленно выругался. - Мама меня прибьёт за это, если узнает. Парень понёсся обратно в дом. Лью Хайнь по-прежнему занималась уборкой на втором этаже. Она не услышала, как сын на цыпочках вошёл на кухню и, взяв мясо со стола, шустро ушёл. Удачно, что сейчас обеденное время, ни то у соседей возникли бы вопросы, заметив торопящегося паренька с куском сырого мяса. Не увидев поблизости никого, Лью Чанг добежал до сарая. Ещё раз подозрительно оглядевшись, он оказался внутри, тихонько закрыв за собой дверь. Парень не сомневался, что в сарае его ждёт беспорядок, но то, что он увидел, никак не мог представить. Не пройти, не проехать из-за бардака. Всюду погром. Валялись всякие безделушки. Старые, ненужные, сломанные или испорченные предметы и изношенные вещи. Где-то разбиты горшки. В углу погрызены деревянные стулья, разорваны мешки. Такое ощущение, что здесь прошёлся ураган, сметя всё на своём пути. - Убираться я тут буду долго, - тяжело вздохнул Лью Чанг, смирившись с тем, что сильно оплошал. – Где ты? Выходи. Подозвав кого-то, среди хлама, за деревянными брусками послышался писк. Показывался хвостик, по очереди четыре лапки и затем мордочка спрятанного очаровательного зверька, ставшего виновником свинарника. Оказался зверёк у него неспроста. Как-то раз, Лью Чанг забрёл на грозовое облако, найдя там яйцо. Грозовые облака очень небезопасны для живых существ и ему показалось странным, что в таком месте находился чей-то невылупившийся детёныш. Яйцо, наверное, оказалось там случайно, и то, что внутри него, надо было спасти, ни то грозовое облако могло уничтожить хрупкую скорлупу, молниями убив зародыша. Глупый парень с добрейшим сердцем, не подозревая, кому принадлежит яйцо, забрал его с собой, спрятав в сарае. А в небесной обители тоже есть свои необычные звери, как безобидные, так и очень опасные. Придя на следующий день, чтобы проверить яйцо, Лью Чанг обнаружил расколовшуюся скорлупу. В ней, клубочком, лежал слабенький и беззащитный детёныш одного из самых свирепых зверей - Гуи. Зверька Лью Чанг узнал сразу, испугавшись не на шутку. Гуи вырастают небольшими, похожими на крылатую змею с тёмной переливающейся чешуёй, рожками и с тремя плавниками, двумя боковыми и с одним на хвосте. В одиночку такой зверь - безобиден. Но вот стаями, Гуи способны испепелить огромный дворец своим огнём, извергающий из пасти. Их невозможно приручить, но Лью Чанг не знал, что как только детёныш Гуи вылупляется, первого, кого он видит из живых существ, принимает за мать и пытается укусить, чтобы скрепить кровью связь между собой и матерью. В момент, когда новорождённый Гуи «напал на маму», Лью Чанг собрался убить малыша, но всё обернулось тем, что милая змейка, лишь слегка цапнула за мизинец, и, почувствовав кровь «мамы», принялась ласкаться. Тогда-то парень передумал избавляться от зверька, привязавшись к нему особой материнской связью. Пряча Гуи в мамином сарае, Лью Чанг проявлял к нему бережную заботу, не думая, как с ним придётся поступить, когда тот вырастет. Лью Чанг надеялся, что, оставив Гуи у себя, он сумеет справиться с ним, ведь расставаться со змеёнышем парень не желал. Не удивительно, почему по причине долгого отсутствия «мамы», без присмотра детёныш Гуи набезобразничал, устроив разгром. Малютка разнёс и перевернул всё верх дном, не оставив ничего неиспорченным. Видно переживал. Или со скуки сума сходил. Повезло, что никто не услышал, что творилось в сарае. Почуяв присутствие «мамы», Гуи налетел на Лью Чанга принимаясь лизать его лицо. - Безобразник. Что ты натворит? Теперь мне всё это убирать. – Малыш Гуи съёжился и забился в уголок стоило Лью Чангу повысить голос. Он не хотел его напугать, потому взял к себе на ручки и поглаживая сказал: – Прости, я сам виноват, что не приходил. Забыл о тебе. Не обижайся на меня, ладно? Гуи мигом повеселел, приняв вкусняшку от «мамы». Уделив детёнышу время, поиграв и накормив, Лью Чанг велел ему сидеть смирно, приступая к восстановлению порядка. Отвлекшись тяжкой уборкой, Лью Чанг ничем не занял Гуи. Скучающий зверёк лежал под окном и потихоньку засыпал, согреваясь под лучиком солнца падающего на него через щель в ставнях. Вдруг он заметил двигающуюся тень. Посмотрев наверх, змейка увидела порхающую бабочку в окне. Инстинкты охотника вмиг пробудились, и Гуи невероятным образом вылетел через деревянный, узкий, оконный проём. Вовремя обернувшись, Лью Чанг стал свидетелем побега. - Куда..?! – Сорвался подросток. Не успев схватить змеёныша за хвост, он врезался в стену, поскользнувшись о тряпку. - Ай, мой нос. Ну я ему устрою. – Через окно парень узрел, как крылатая змея, не научившись толком летать, взлетала, потом опять падала, безнадёжно пытаясь съесть бабочку, клацая челюстью с маленькими острыми зубками. - Ой-ой, плохо дело. Его же так точно кто-нибудь заметит. – Погнался парень за зверьком, надеясь поймать его раньше, чем кто-либо увидит его. Во время обеда мало кто находился на улице, что облегчало Лью Чангу поимку Гуи, но столкновение с кем-нибудь из прохожих оставалось велико. Пару раз Лью Чанг почти схватил зверька, не попадаясь никому на глаза, но вертлявая змея отказывалась быть пойманной. К огорчению, парень не мог громко позвать Гуи, чтоб не навлечь на себя нежелательных зрителей. Это усложняло ловлю зверька, ведь детёныш слушался «маму» по звуку голоса. Парень уже пожалел, что не забил тщательно окно. Сделай он этого сразу же, Гуи не сбежал бы. Не обращая внимания, куда ведёт его дорога, следуя по пятам за Гуи, Лью Чанг неотрывно смотрел на зверька боясь потерять его из поля зрения. Вскоре, парень добежал до стены, перекрыв змейке все возможные пути к отступлению, но и тут хитрый змей не растерялся. Он взмыл ввысь и, перепрыгнув через стену, оказался за ней. Бабочка выжила и улетела очень далеко так же, как и уверенность Лью Чанга в том, что Гуи не найдут раньше него. Проблема ухудшилась многократно, когда подросток прочёл слова на табличке прибитой к стене и осознал, что Гуи оказался на территории не какого-то там частного жилого домика, а главы храма всего неба Вусей Тяня! Случай с мальчиком, испортившего триумфальное возвращение с многолетней войны, никак не отпускал Юнь Бэй. Только её всё ещё бесил тот нечаянный и незначительный казус, а Сей Шун, У Минг и сам Ан Юанмэ отнеслись к произошедшему спокойно. У Иньк много подшучивала над Юнь Бэй, стоило той снова заладить надоедливую тему про паренька. В очередной раз, придравшись к товарищу, она выпалила: - Зачем ты слез с коня, Ан Юанмэ? Помогать – это хорошо, но порой - это не совсем уместно. - Ты чего опять так взъелась? - с безобидной улыбкой сказал он, пытаясь успокоить женщину. – Он же не нарочно упал. - Она просто беситься, что все взгляды досталась тебе и тому мальчику, - влезла У Иньк, ухмыляясь. - Заткнись, - рявкнула Юнь Бэй швырнув в девушку подушку. Приняв мягкий удар, она посмеялась. – Меня забавляет играть на твоих нервах, хахаха. Юнь Бэй готова своим убийственным взглядом проделать дыру меж глаз подруги, если бы не их дружеские отношения. - Ой, да ладно тебе. Ты только лаешь, да не кусаешь. Кстати, следует заметить, что ты переменилась в лице, когда к нам вышел дружок того мальчика с извинениями, - рискнула сказать это девушка, обидно надув щёки. Свирепое лицо женщины вспыхнуло алым из-за замечания подруги. Её приревновали, а Юнь Бэй не любит, когда У Иньк так делает. - Всё-то ты видишь, - не выдержал Сей Шун, увидев покрасневшее лицо Юнь Бэй. - Ну вас! – отмахнулась женщина. - Просто по нему сразу видно, что он воспитанный, а мне нравятся такие люди, ценю и уважаю их. У Иньк отвернулась от Юнь Бэй, сделав вид, что обиделась. Когда на самом деле, она просто от скуки пытается раззадорить женщину сильнее, зная, как ей влетит от неё за издёвки после ужина. Теперь настала очередь Сей Шуна дразнить Юнь Бэй, обсуждая друга мальчика с оливковыми узорами на лице. У Иньк подмигнула Ан Юанмэ и тогда он понял, что она нарочно сменил тему разговора, чтобы больше Юнь Бэй ему не докучала. Прочитав по губам Ан Юанмэ «спасибо», У Иньк кивнула и села рядышком с братом, который тихо читал. Каждый в общей комнате занимался своими делами и спорами, в момент, когда к ним пришёл Вусей Тянь. Пятеро защитников при появлении «отца» встали и поприветствовали его. Когда защитники пришли в храм, Вусей Тянь, разумеется, поздравил их с очередной победой на войне. Давно не видев своих «детей», он предложил им побыть в храме несколько месяцев, на что пятеро защитников дали своё согласие, не смея отказать. Храм - их общий огромный дом. Каждый защитник имеет своё крыло и небольшую территорию, огороженную стеной. Но из-за того, что защитники крайне редко посещают храм, выполняя свой долг, они забывают, где находятся их роскошные комнаты. Только благодаря напоминаниям Вусей Тяня, они вспоминают, где кто живёт. «Отец» защитников взмахом руки разрешил им сесть, начав беседу. - Хорошо вам отдыхается? - Прекрасно. Благодарим вас за беспокойство. – Ответил за всех Ан Юанмэ. - Рад слышать. Вы выяснили причину, почему Шемейны осмелились навредить небу? - Эти чудища долго не вступали с нами в разговор, пока мы не изничтожили половину их расы. Некоторые Шемейны перед смертью несли чушь о некоем властном и ужасающем голосе, звучащем у них в голове. Именно голос призвал их нарушить мирный порядок на небе, взяв под контроль их тела. – Поведала Юнь Бэй. Глава храма задумался: - Откуда голос в головах Шемейнов? У Иньк разъяснила: - Они сами не знают. Противиться непонятно откуда взявшемуся голосу они были не в состоянии, ибо за непослушание их голова гудела от невыносимой боли, доводящей их к беспрекословному повиновению. Только когда Шемейн умирал, голос утихал, позволяя чудищу недолго поговорить с нами перед кончиной. - Как странно. Кому принадлежал голос? – Продолжал задавать вопросы Вусей Тянь, ответы на которые оставались неясны. - Женский или мужской – нам неизвестен. – Подал голос, спустя минуту, У Минг. - Кто-то из неоткуда взял под контроль Шемейнов своим голосом. Всем известно, на такое никто не способен. - Нам выяснить, кто за всем этим стоит? – Потер ладошки друг о друга Сей Шун в ожидании приказа. Вусей Тянь рад бы поручить поиски, но пришлось ответить так: - Нет нужды искать врага, ничего о нём не зная. А зацепки, вы не обнаружили. Все пятеро от досады опустили глаза, кивком подтверждая слова главы храма Неба. - Раз вы не нашли улики, то никто не найдёт. Это плохо. Враг не прост. Он коварен и представляет огромную опасность, имея силу завладевать телом. - Тогда… Что делать будем? – Пожелал узнать дальнейший план действий Ан Юанмэ. - Ждать. Сомневаюсь, что враг на одном проигрыше остановиться, оставшись непойманной тенью для нас. - Зачем использовать кого-то, нападая на народ неба, зная, что не победишь? Впервые кто-то так неразумно действует. – Вопрос У Иньк сразу всех озадачил. - Может обладатель голоса тот ещё трус или очень бестолковый с явным отсутствием самосохранения. – Не удержалась от насмешливого высказывания Юнь Бэй. - Нет. – Внезапно сказал ей Вусей Тянь со всей серьёзностью. - Простите? - Некто, весьма хитрый и сильный, раз позарившись на жизни людей неба, действует так осторожно, прикрываясь другими. Обладателем голоса так же, как и другими нашими врагами, движет весомая цель – порабощение Детей Безграничного Неба. А иначе, зачем натравлять монстров на небесный народ. Я над этим ещё поразмышляю. Пока неизвестный враг пребывает в бездействии, забудьте про него. Когда голос объявиться во второй раз, раскроем его замысел и одержим победу. - Да! – Ответили хором защитники. - На этом я с вами прощаюсь. – Гордо отвернулся глава храма, направившись к дверям. Проводив поклоном Вусей Тяня, все вернулись к своим делам. Ан Юанмэ проходил мимо окна, чтобы сесть за стол и заняться каллиграфией, но тут он остановился. В окне предстал интересный момент, из-за которого защитнику пришлось уйти из общей комнаты, оставив товарищей.