солнце в (под)солнечном поле

— а что мама бы подумала о тебе, если бы узнала? слезы из глаз льются сами по себе. хотелось бы вытереть их руками, но как только ликс подносит ладонь к щеке — ему прилетает пощечина с другой стороны. пытается вымолить прощение, но слова не связываются — губы дрожат, а голос заикается. феликс сильно зажмуривает глаза, не желая видеть хмурое лицо перед собой. парень напротив орет так, что кажется, будто ушные перепонки скоро лопнут, а из ушей польется кровь. — ты представляешь, как бы ты упал в её глазах? минхо обеими руками хватает феликса за шкирку, так, что пуговица на воротнике куда-то отлетает, и хо впечатывает того в стену, отчего феликс сильно бьется головой, шипя от боли. не прекращая шепчет «минхо, прости», раз за разом, пока тот не обращает на это никакого внимания, перекрикивая чужой шепот и придумывая новые грязные слова и причины для оскорблений. — прости, минхо. — да ты мелкий ублюдок. еще мгновение — и феликс отлетает на пол, ударяясь копчиковой костью. лицо искривляется в боли и отчаянии, но через секунду внимание на боль полностью пропадает. взгляд, беззвучно молящий того прекратить, сосредоточен на действиях брата. если бы только феликс был аккуратнее; если бы он только не писал ту валентинку, надеясь на то, что это останется в тайне; если бы только слух о его признании не разлетелся на всю школу, дойдя и до брата — тогда этого всего бы не было, он не лежал бы сейчас избитый, униженный и измученный, жил бы в свое удовольствие. если бы только умел держать язык за зубами. — ты слышишь меня, феликс?

***

— феликс! звуки из динамика телефона резко прекращаются, отчего чанбин начинает волноваться еще больше. через пару секунд слышится шелест ткани пододеяльника, а после него и необычно низкий, сонный голос. — я заснул, пока ты рассказывал мне что-то? боже, извини. — все хорошо. хорошо, что тот проснулся. чанбин тянется к прикроватной тумбочке за станком воды, но заметив там бедную мошку, кривится в отвращении и ставит стакан на место, обещая себе, что теперь он будет хранить воду у кровати в бутылке. — ты что-то говорил во сне… если честно, я немного заволновался. — и он все равно не был честен. он искренне испугался, слыша повторяющееся «прости, минхо» с редкими всхлипами, поэтому чуть ли не кричал в трубку, пытаясь того разбудить. — что тебе снилось? — давай не об этом, пожалуйста. феликс выдержал короткую паузу, думая о том, рассказывать или нет, но в итоге решил, что еще слишком рано. чанбин сам не знает, почему не сбросил трубку, как только понял, что тот спит. может, ему показалось это признаком доверия? разве феликс может не доверять кому-то? от чужой наивности даже смешно — даже в такой глуши, как эта деревня, его поведение слишком открыто. по крайней мере, бин надеется на то, что он не кажется остальным слишком странным и скрытным из-за того, что предпочитает умалчивать тонкости личной жизни. голос феликса звучит уже более бодро, когда он желает бину спокойной ночи и еще раз извиняется за то, что не дослушал его и, возможно, разбудил своими ночными разговорами, на что получает прощение и взаимное желание добрых снов. как только звонок сбрасывается, у чанбина сразу же собираются дурные мысли, заплетаясь в один большой клубок, который он не в силах распутать. если феликс не хочет рассказывать ему о сне, может, он не такой уж и наивный? может, ему все-таки есть, что скрывать? почему он так отчаянно просил прощения у минхо? от сильной усталости, бин перестает замечать неудобство кровати и быстро проваливается в сон, но все еще крутит в голове нескончаемые вопросы, не дающие покоя. зачем, почему, когда, где… *** четыре дня после знакомства с компанией феликса пролетели практически незаметно, что безумно удивляет, ибо раньше каждый день в деревне был затянувшейся пыткой, к которой невозможно было привыкнуть или смириться. теперь чанбин точно знает, что нужно надевать на прогулку, чтоб снова не отстирывать любимые штаны от земли и не спечься на солнце. минхо перестал так сильно напрягать, как раньше, так что обстановка стала намного комфортнее. в один из дней джисон предложил устроить бессонную ночь в лесу около реки, на что все охотно согласились, но феликсу пришлось немного поуламывать чанбина, что у него выходит отлично. джисон отпросился у родителей к чану, чан сказал, что будет ночевать у минхо, минхо и феликс сказали, что пойдут к джисону, а чанбин аккуратно попросил у дедушки переночевать у ликса, совсем не горя желанием подходить с этим вопросом к бабушке, ибо знает, что она может растянуть их разговор на несколько часов. вся компания, за исключением их новоиспеченного друга, стоит около его ворот. солнце даже не думает садиться, хотя на часах уже семь вечера. бин пулей вылетает из своего дома, закрывая дверь перед носом бабули, которая снова пытается спросить лишнего. когда вернётся, скажет, что замечтался и не услышал её, если она, конечно, спросит об этом. калитка ворот открывается со скрипящим на всю улицу звуком. даже минхо начал здороваться с чанбином, но пожимать руки при встрече не спешит, хотя остальные уже крепко с ним обнимаются, что, кстати, перестало приносить даже малейший дискомфорт. обнявшись с каждым, бин поворачивается к феликсу, раскрывая руки, и замечает его сверлящий, воодушевленный взгляд, хотя тот максимально старается выглядеть непринужденно. хлопает ресницами пару секунд и тянется к чанбину за объятиями, шепча тому на ухо так, чтоб точно никто другой не услышал. — ты наконец-то надел очки, тебе они так идут! — да, спасибо. я раньше не надевал их, ибо мы играли в футбол, а вдруг мяч прям в лицо прилетит? бин шепчет ему на ухо в ответ и чувствует, как щеки начинают слегка гореть от услышанного комплимента. феликс отходит от него с улыбкой, любуется еще пару секунд и отводит свой взгляд на чана, спрашивая его, куда им идти. тот ничего не говорит, лишь кивает головой в сторону леса, зовя остальных пойти за ним, и все послушно ему повинуются. у каждого за спиной огромные, полностью набитые портфели, один больше другого, и только у джисона с собой одна лишь гитара. и откуда он такой безответственный, настолько, что даже еду с собой взять не удосужился? — чанбин, смотри! — подходя к лесу, феликс вприпрыжку бежит к невысокому клену, тянет руку к его ветке, отрывает крылатку и отпускает её, заставляя ту медленно падать, вращаясь. — вертолетик! — я так делал лет в шесть в последний раз. — чанбин выпускает смешок, и только потом понимает, что его слова могут звучать оскорбительно, поэтому сразу же пытается разрулить ситуацию. — а как так сделать? просто оторвать? феликс согласно кивает в ответ, не сводя глаз с собеседника. видимо, все еще любуется чужими очками, что только сильнее вгоняет того в краску, но он мигом переносит свое внимание на клен, немного откашлявшись. он отрывает крылатку и отпускает её, внимательно наблюдая, как та крутится в падении. — кстати, секунду. ликс снова отрывает одну, но не отпускает — надрывает её у основания, приближает к недоумевающему лицу чанбина и кладет ему на нос, чуть выше кончика, делая своеобразный клюв. смущенно смеясь, одной ладонью прикрывает рот, а другой лезет в карман легких шорт, достает телефон и наводит камеру на чанбина, который сразу же закрывает лицо, не желая фотографироваться. — ну же, чанбин, — убрав руку от губ, феликс тянется к чужим ладоням, стараясь раскрыть чужое лицо. — я никому не покажу, честно! через еще пару неловких отказов, чанбин смиренно сдается и убирает руки, смотря в камеру уставшим лицом, что делает фотографию еще смешнее. нажав на кнопку пару раз, ликс открывает фотографии и поворачивает экран к чанбину, гордясь своей работой. и вправду, бин сам замечает, как забавно он выглядит. мотает головой влево-вправо, задевая клювом чужой нос, отчего феликсу становится еще смешнее. он отрывает еще одну крылатку, также надрывает её и надевает на себя. теперь они явно похожи на два дурака — стоят около клена со сделанными клювами и делают вид, будто клюют друг друга в лбы и щеки, звонко смеясь. ребята уже отошли от них достаточно далеко, но их все еще видно в поле зрения, так что эти двое совершенно не волнуются. кто-то резко хватает обоих за затылки и тянет их друг на друга, сильно сталкивая лбами. — хватит мурлыкать друг с другом, пойдемте. джисон явно не рассчитал силу удара, так что этим двоим придется молиться, чтоб на их лбах не осталось постыдных шишек. его фраза немного смутила обоих, но никто и слова против не сказал. послушно идут хвостом за джисоном, стараясь успеть за его быстрым, широким шагом, и подходят к остальным парням, обсуждающим предстоящую ночь. бин замечает, как у кого-то в рюкзаке странно булькает жидкость, будто в стекле, но особого внимания не придает. еще пара шагов — и перед всеми открывается красивый вид на быструю, достаточно узкую реку, окруженную высокими елями и соснами. около берега намного прохладнее, чем в деревне, но все еще стоит сильная духота. феликс сразу же снимает с себя рюкзак и достает оттуда пару еле помещающихся, небольших пледов. расправляя один, просит чана помочь со вторым и постелить их друг напротив друга, оставив место для будущего, явно любительского костра. джисон и минхо, оставляя рюкзак и гитару неподалеку, уходят куда-то в другую часть леса, предупреждая остальных, что они пойдут искать сухие ветки. ликс находит достаточно громоздкий камень и ставит его между пледами, сразу же направляясь на поиски похожих камней. поворачивает голову и замечает недоумевающий взгляд бина на себе. — из таких камней делают круг вокруг костра, чтоб огонь не пошел дальше. не хочешь помочь мне? видимо, чанбин ни разу не был в походах, раз не знает о таких элементарных вещах. он понятливо кивает головой и уходит в противоположную от ликса сторону, не замечая, как чан идет за ним, и поэтому пугается, как только чья-то тяжелая ладонь оказывается на его плече. дернувшись от неожиданности, оборачивается, заметив, как уголки губ парня слегка подергиваются, в попытках сдержать смех. чан успокаивается, сделать глубокий вдох через нос, и убирает руку с плеча. — бин, есть к тебе разговор. — слушаю. обстановка становится немного напряженной, неловкой, но чанбин старается закрыть глаза на это и перестать быть таким настороженным от каких-то пары слов. полностью разворачивается к собеседнику и скрещивает руки на груди, ожидая следующих слов. тяжело не заметить, что в такой позе он выглядит еще больше, чем обычно. чан позволяет себе немного позавидовать и снова переключается на разговор. — вам с феликсом нужно быть поаккуратнее. — начинает тихим голосом, будто скрывая эти слова от чужих ушей, и наклоняется чуть ближе к слегка потерянному лицу чанбина. — я не имею ничего против, вы очень милые, но минхо и джисон относятся к такому, мягко говоря, отрицательно. глаза чанбина максимально расширяются, а брови хмурятся, немного подергиваясь. он пытается понять и переварить ту информацию, которую сейчас услышал, но у него совсем ничего не складывается. приоткрывает рот, желая что-то спросить, но сам не понимает, что спрашивать, поэтому стоит в немом шоке и хлопает ресницами, смотря на чана, который поджимает губы и делает жалобный взгляд, пожимая плечами. — отрицательно относятся к чему? — бин перебарывает свой ступор и отводит голову назад, щуря глаза. — мы делаем что-то не так? чан отводит взгляд вниз и медленно, глубоко вздыхает, пытаясь сформулировать мысль так, чтоб звучало максимально мягко и тем не менее понятно. — понимаешь… — сильно кусает губы, не решаясь продолжить. будто боится, что его слова только подольют масло в огонь в отношениях чанбина и минхо. — я знаю, что у вас в городе это абсолютно нормально, но у нас большинство людей с очень консервативными взглядами. минхо и джисон — не исключение. джисон пока ничего не понимает, ну, сам видишь, он явно на шерлока не смахивает, но минхо догадывается. чанбин шокировано отводит глаза, когда наконец-то понимает, что до него так аккуратно пытаются донести. брови изогнулись в удивлении, а рот приоткрыться еще больше, в непонимании, как вообще о таком можно было подумать. — ты что, думаешь, что мы, ну, — делает небольшую паузу, боясь произнести это слово вслух, будто ему десять, и он ни разу о таком не говорил. — встречаемся? — нет? видимо, чан сейчас удивлен не меньше, чем бин. неловко улыбается и убирает руку за голову, стыдливо почесывая затылок. больше всего чанбина удивляет не то, что чан сделал неверные выводы об их с феликсом взаимоотношениях, а то, что он смог подумать такое о своем близком друге. если бы феликсу нравились парни, то чан бы точно знал об этом, так ведь? бин отрицательно машет головой, и чан виновато извиняется, волнуясь, что его слова могли того не на шутку оскорбить, но в ответ ему лишь машут рукой, прося того забить на это и сделать вид, что этого разговора не было. повисло неловкое молчание, которое каждый из парней смахивает на занятость другого, на внимательный поиск больших камней.

***

чан разжигает небольшой костер из подручных материалов, ибо все, что у них было с собой для него — это спички, листы из тетради и розжиг. чанбин ведет себя максимально любопытно: обо всем спрашивает у феликса, который ему спокойно отвечает. другого человека постоянные вопросы уже вывели из себя, но ликс молчаливо терпит, открывая рот только для того, чтоб ответить на следующий вопрос. когда костер уже неплохо разгорелся, каждый садится напротив него. джисон еле как вмещается в середину между чаном и минхо, ибо плед оказался недостаточно большим для троих человек. — чан, доставай. чанбин переглядывается с феликсом, видит, что тот тоже не понимает, о чем речь, и украдкой смотрит на нахмуренного минхо, которому ничуть не яснее, чем остальным. — джисон очень глуп. — чан нащупывает нужный предмет в своем рюкзаке и начинает свою предысторию. все сразу же реагируют на его первую фразу и беспрекословно соглашаются с ним, из-за чего джисон позволяет себе на каждого покричать, но чан всех успокаивает. — он собирался идти с этим в руках по всей деревне, и ему было совершенно все равно, что лишние глаза могут это увидеть и рассказать его родителям. когда он достает из рюкзака стеклянную бутылку, все сразу же заливаются удивленным смехом. только бин себя ведет поскромнее, ибо не может понять, как с одной бутылки водки на пятерых они могут напиться. немного щурит глаза и замечает, что жидкость слишком мутная, и только потом осознает, что это не водка вовсе. — мой дед сделал! они что, еще и сами алкоголь делают? спасибо на том, что не купили самую дешевую паленую водку или коньяк из ближайшего маленького ларька. хоть чанбин достаточно часто развлекался в чужих домах и клубах, где было куча алкоголя на выбор, он никогда такое не пил, в чем стыдливо признается феликсу и слышит в ответ, что тот тоже. стаканы, конечно же, никто взять даже не подумал, ибо никто не знал, что намечается такой праздник, так что придется пить из горла. достав из рюкзака орешки на развес и пару шоколадок, чан делает первый глоток и сразу же съедает шоколад, но почти не морщится. — ну как? — терпимо. феликс не особо радуется полученному ответу. следит за лицами остальных, каждый из которых старается держать лицо, что ни у кого, кроме минхо не получается. когда наступает его очередь, нерешительно берет бутылку из рук чанбина, смотря на того жалобными глазами, на что бин тяжело вздыхает и поднимает кулаки, «болея» за него. ликс поднимает бутылку, делает небольшой глоток и сразу же морщится, наощупь ищет шоколадку и как можно быстрее закусывает, из-за чего джисона пробирает на смех, но ему быстро дают подзатыльник. — джисон, правда или действие? неожиданно для всех говорит чан, и каждый сразу понимает, что игра будет до безумия интересной. джисон делает вид, что думает, что выбрать, хотя каждый, кто с ним играл, прекрасно знает, что он выберет. — действие. каждый раз он выбирает одно и то же. тяжело вспомнить, когда он выбирал правду в последний раз добровольно, а не из-за того, что у остальных закончилась фантазия для его действий. чан был готов к его ответу и продумал задание наперед. — иди, искупайся. кроссовки можешь снять, остальное как раз помоешь. джисон максимально утрировано удивляется и печалится, бьет себя кулаком по колену и наигранно плачет, отчего самому смешно, а других это немногим раздражает. вскакивает с пледа и подбегает к резкому спуску к реке, но вовремя вспоминает о ботинках и останавливается, чтоб их снять. все следом встали за ним и подошли поближе, внимательно наблюдая за его действиями. как только ботинки отлетают куда-то в сторону, пролетев над головой возмущенного минхо, слышится громкий крик и плеск воды, а после и хохот остальных парней. — ты думал, что я не прыгну? какого ты обо мне мнения, чан? вылезая из воды, джисон трясет головой, суша волосы, словно собака, и с разбегу заключает в объятия минхо, заставляя его одежду насквозь промокнуть, за что получает оглушительные оры на ухо и пару ударов по голове.

***

солнце практически ушло за горизонт, оставив ребятам лишь костер как источник света. смех парней практически не утихает уже около получаса. лишь минхо сейчас сидит угрюмый, ибо звонить и лгать своей бывшей девушке о том, что он жить без нее не может, он совсем не был намерен. пока она проклинала его в трубку, он успел сбросить вызов, сразу же переводя взгляд на парня напротив. — чанбин. — тот откликается на зов, заволновавшись. наверное, выбирать действие с ним ему будет опасно. хотя, что бы он только не выбрал, с минхо все для него будет опасно. — правда или действие? — правда? голос звучит неуверенно, но относительно спокойно. складывает ноги в любимой позе лотоса и ждёт вопроса от парня, губы которого искривились в ехидной ухмылке, а в глазах быстро промелькнула искра. он явно что-то задумал, но что — не догадаешься. — у вас все городские — педики? — что? смех мгновенно затих, заменяясь ужасно давящим, неловким молчанием. минхо, как ни в чем не бывало, закидывает пару палок в костер и невозмутимо держит зрительный контакт с шокированным бином, у которого глаза по пять копеек, а брови искривились в удивлении. чан сразу же пытается предотвратить возможное развитие безобидной игры в сильную ссору, прося минхо прекратить задавать такие глупые вопросы, но тот упрямо стоит на своем. чанбин даже не понимает, как реагировать: злиться ли на него, отвечать с такой же пассивной агрессией или перевести в шутку? сильно прикусывает язык, уверяя себя, что минхо просто слишком много выпил, поэтому несёт полную чушь, так что лучше никак не реагировать. — ну так что, бин? ты один из них, я прав? — у тебя какие-то проблемы с этим? максимально избегает ответа на вопрос, сам не осознавая, почему. можно ведь просто сказать «нет», и дело с концом, так ведь? вот только язык даже не поворачивается. пассивная агрессия рекой льется из обоих, пока остальные внимательно наблюдают за происходящим, не в силах даже слова сказать. — у меня проблемы? задай этот вопрос себе, когда в следующий раз будешь дрочить на моего брата. это было последней каплей. бин резко встает с пледа, скидывая с плеч ладони феликса, которые недостаточно сильны, чтоб того удержать. он успевает схватить минхо за воротник футболки и притянуть к себе до того, как перед ними встают чан и джисон, в попытках оттянуть их друг от друга. каждому из них, видимо, градус успел ударить в голову. перед тем, как их окончательно разнимают друг от друга, чанбин резко откидывает парня напротив назад, из-за чего тот сильно отлетает и падает, приземлившись спиной на ель, немного рвя футболку и царапая спину об чешуйчатую кору. джисон сразу же отводит бина в сторону, поворачивает на себя и смотрит в пылающие от гнева глаза, налитые кровью, что выглядит безумно пугающе. чан быстро подбегает к упавшему, переворачивает его на живот и осматривает спину, шипя от отчаяния. возможно, даже винит себя в этой ситуации. среагировал бы он более резко тогда — этого бы не произошло. по совету джисона, бин закрывает бешеные глаза и дышит настолько глубоко и медленно, насколько может, старается успокоиться и расслабиться, разжимая кулаки и опуская плечи. когда чужие ладони пропадают с его кистей рук, он разворачивается к до дрожи испуганному феликсу, что закрывает широко открытый рот обеими руками и смотрит на бина опечалено-ошарашенным взглядом. чанбин медленно идет в его сторону, аккуратно протягивает руки вперед и принимает его в свои крепкие объятия. прямо возле уха слышатся жалкие всхлипы, из-за которых сердце кровью обливается. шагает в противоположную от остальных парней сторону, не выпуская ликса из объятий, и ищет место более уединенное. в шагах двадцати от ребят останавливается, мягко усаживает парня около дерева и бежит к своему рюкзаку, чтобы взять воды. когда тот прибегает обратно, феликс успевает свернуться калачиком, скрещивая руки вокруг колен и утыкаясь в них лицом. — прости, это моя вина, мне стоило просто ответить ему. — обычно, чанбину такие слова дают с особой тяжестью, но сейчас сами льются из уст. голос дрожит, немного заикается, а со лба стекает холодный пот, и непонятно, от злости или волнения. может, все разом. — на, выпей. феликс медленно поднимает голову, убирает руки с колен и забирает бутылку воды с чужих рук. пальцы все еще дрожат от испуга, поэтому с крышкой бутылки справиться не удается, так что бин сразу же ему помогает, присаживаясь на корточки. даже пить тяжело из-за сбитого дыхания. — это ты меня извини. видимо, каждый здесь чувствует свою вину. чанбин пытается уточнить, за что феликс извиняется, но в ответ получает лишь опущенную голову и снова скрещенные руки. он расскажет, но не сейчас. расскажет ведь? бин пододвигается поближе, чтоб положить ладонь на чужое плечо, но феликс утыкается носом в ключицы, и, оставив бутылку валяться на земле, обводит руки вокруг шеи, вжимаясь в парня напротив и моча его футболку нескончаемыми слезами. чанбин, положив ладони на торс ликса, медленно встает и поднимает его за собой. время предательски медленно тянется. во рту ужасно пересохло, а лицо и руки побледнели от тревоги. единственное, что не может не радовать — всхлипы рядом с ухом прекратились, но тело, вжимающееся в него, все еще немного дрожит. ликс отстраняется, еле слышно произносит «спасибо» и вытирает остатки слез руками, все еще стыдливо опуская голову. где-то слева слышится мелодия. чанбин поворачивает голову, издалека смотря на трех парней. минхо и чан сидят, обняв друг друга за плечи, а джисон разместился рядом с ними с гитарой в руках, наигрывая незнакомую для чанбина мелодию. — почему минхо так меня ненавидит? — он и меня ненавидит. — помнится, что чан говорил об этом, но бин даже подумать не мог, что все настолько серьезно. он переводит взгляд обратно на собеседника, навострив уши. — он считает меня виноватым, а я даже не знаю, согласен ли я с ним или нет. чанбин ни слова не проронил, лишь сверлит взглядом феликса, внимательно того слушая. большие ладони все еще лежат на чужих плечах, почти незаметно поглаживая их большими пальцами. слезы, видимо, вылились до последней капли, взгляд ликса больше не жалкий и не испуганный — пустой, а лицо расслаблено. — минхо с папой уехали в ближайший город за новым дверным замком, а мы с мамой остались дома. я тогда ушел к джисону, ну, знаешь, у него дома была приставка, которую он уже сломал, — бину уже понятно, о чем дальше будет идти речь. сердце пропускает удар, а пальцы сжимаются, но он старается их контролировать, чтобы не сжать чужие плечи слишком сильно. — а у мамы случился эпилептический припадок. в них обычно нет ничего страшного, но тогда она упала с лестницы и… договорить сил не хватило, впрочем, от него и не требовалось. феликс даже бровью не повел, голос совсем не дрогнул, а взгляд все такой же пустой. смирился? чанбину хотелось бы успокоить его душу, уверить его, что он ни в чем не виноват, хотелось бы высказать все минхо и вправить ему мозги, вот только не выйдет. все, что он может сделать — в очередной раз притянуть феликса в объятия, сжать его крепко, не более, и он это делает. маленькими шагами ведет их обоих за широкое дерево, чтоб скрыть происходящее от чужих глаз, если они, не дай бог, очень зоркие. солнечный свет окончательно пропал, оставив двух парней вдали от костра в полной темноте. нос чанбина слегка щекочут белые волосы, а очки уже почти съехали на кончик носа. один легкий поцелуй в ключицу — и чанбин разлетается на тысячу осколков. — спасибо, бин.