Клон.

Цезарь за полтора часа выспался и решил, что парню тоже пора вставать. Одеяло, как и подушку, он стащил на пол и принялся тыкать холодным носом в лицо клона, прерываясь на то, чтобы, задрав морду, протяжно повыть. Такой оркестр кроме головной боли ничего не вызвал и сон как рукой сняло. Довольную морду собаки обхватили длинные пальцы, закрывая громкий вещатель. Пёс фыркнул, мотнул головой, стряхивая пальцы, и положил переднюю лапу ему на лоб. Клон, заворачиваясь в кокон из одеяла, встал с постели и пошёл на поиски старшего. Не найдя никого ни на первом, ни на втором, ни на подземном этаже, он поднялся к себе и взял телефон, подключая сразу к зарядке. 18:52 Seungmin🌼 Пропущенный вызов 18:55 Seungmin🌼 Пропущенный вызов (3) 19:20 Seungmin🌼 Пропущенный вызов (6) Seungmin🌼 Джинни, всё в порядке? У нас настоящий завал. Это просто дьявол, а не существо из пробирки. Уёна забрали с рваной раной. Я в порядке. 19:05 Seungmin🌼 Я беспокоюсь о тебе. Позвони, как прочитаешь. 19:10 Seungmin🌼 Хёнджин-а, освобожусь через час. Напиши, пожалуйста. И обязательно поешь. 20:15 Seungmin🌼 Пропущенный вызов 20:22 Seungmin🌼 Пропущенный вызов (7) Скрип тормозящих по асфальту колёс можно было услышать в соседнем районе. Хёнджин, не дочитав ещё пару десятков сообщений, вздрогнул и резко ощутил потребность спрятаться на другой планете, но сил на это не было. Всё, что он успел сделать - встать с кровати и шагнуть к двери, прежде чем в неё влетел взъерошенный Ким, который, спустя секунду зависания, крепко обнял напуганного клона, зажимая между их телами приподнятые руки младшего. Хёнджин пискнул и сжался, чувствуя ладонями, прижатыми к чужой груди, удары бешено колотящегося сердца старшего. — Ты меня до инфаркта доведёшь так. Предоставляешь, что в моей голове творилось? — он немного ослабил хватку и встревоженно осмотрел каждый открытый участок на теле младшего. Не найдя никаких повреждений, вернулся к стыдливо опущенным глазам, бледной коже и нездоровому румянцу на щеках. И что-то ему подсказывало, что тот до сих пор не поел. — Извини, Сынмин-а, я уснул.. — руки дёрнулись вниз в попытке спрятаться за спиной, но объятия старшего не позволили этого сделать. — Это я уже понял, — он ткнул пальцем в щёчку, где остался светло-розовый след от подушки, — таблетки какие-нибудь принимал? — ладонь легла на горячий лоб и Ким недовольно нахмурился смотря в оленьи глазки. — Одну. Посмотри в ящике.. — Знаю я твои таблетки. Ложись, горе ты моё.. — вздохнув, Ким разорвал объятия и достал из тумбочки таблетки. Закатил глаза, пробегаясь взглядом по упаковке. — Луковое? — улыбающийся клон опустился на постель и забрался под одеяло, придерживая его края у подбородка. — И луковое тоже, — стрельнув на младшего глазами, Ким ушёл, забрав с собой таблетки и утащив недовольного пса. Пока старший где-то пропадал, парень занимался тем, что внимательно изучал плюшевого хорька. Сгибал мягкие лапки, ушки и хвост. Из всех вещей в комнате хорёк был единственным, кто не познал на своей шкуре зубы Цезаря и в сравнении с остальными выглядел потрясающе. Плюшевая лягушка круглой формы жалобно смотрела на него из угла и завидовала. Обняв хорька, он лёг на бок и поджал ноги к груди, насколько позволяла лежавшая рядом игрушка. Рассматривая пушистый ковер белого цвета, он вспомнил о своём желании покрасить волосы. Спустя несколько минут самокопания в комнату зашёл Ким, положил на край кровати тёплый свитер, носки, и под жалобное ворчание надел всё это на своего пациента. Лохматый клон был не очень рад тому, что его аккуратно уложенные волосы были снова растрёпаны и злобно смотрел на старшего, совсем не понимал почему тот улыбается. А как не улыбаться, когда на тебя смотрит пушистый, лохматый и злой комочек совсем не злыми глазами, в которых отражается космос? Щёлкнув его по носу, Ким поднялся с колен, сдерживая смех от возмущения младшего и попросил его спуститься вниз, после чего вновь ушёл. Побесившись несколько минут в попытках уложить наэлектризованные локоны, парень махнул рукой, собрал волосы в хвостик и спустился. Цезаря он по дороге не видел, как и в столовой. — А где Цезарь? — ткнув вилку в брокколи и сморщив нос, спросил клон. — На нижнем этаже. Тебе нужно отдохнуть, а он слишком энергозатратный. Гулять с ним буду я, а твоей задачей будет лежание в постели и приём лекарств по расписанию. Телефон, ноутбук и телевизор в твоём распоряжении, как и раньше, но не увлекайся. От-ды-хай, — окинув взглядом возмущённое личико, Ким натянул улыбочку и состроил невинное выражение лица. — Я в тебя сейчас что-нибудь кину, — смотря на нелюбимый кусочек овоща, он уже представил, как запускает его в старшего. — "Что-нибудь" это что? Брокколи? Тебе они нужнее, спасибо. — Издеваешься? — Забочусь. — Ты не будешь ко мне приходить? — отпихнув овощ в сторону, он подцепил кусочек форели и быстро отправил её в рот, довольно улыбаясь. Проклятый овощ. Зачем он ему? Рыба же вкуснее. — Не радуйся, пока не поправишься,я от тебя не отстану Хлопнув глазками и поджав губы, клон посмотрел на него так, будто Сынмин сказал что-то обидное. Впрочем, так оно и было. Старший вопросительно смотрел в ответ, и, сдавшись, клон опустил глаза в тарелку. Ничего он не радовался, а наоборот, хотел провести побольше времени вместе, но не хотел, чтобы Сынмин от него заразился. Ковыряя вилкой несчастную рыбу, он вздохнул и тихо сказал: — Ты..мне тебя не хватает. И мне иногда бывает скучно, а звонить тебе я не хочу, потому что ты занят и я буду мешать..Я скучаю.. — не поднимая от тарелки глаз, Хёнджин уже знал, как старший внимательно на него смотрит. Хмурится, кусает внутреннюю сторону щеки, вздыхает и улыбается. Сынмин, нахмурившись, следил за каждой эмоцией на лице парня, вялым движением зубцов вилки в рыбе, и знал, что опущенная под стол рука сжимает край свитера. Прикусив внутреннюю сторону щеки, он тихо вздохнул и улыбнулся. — Я попробую выпросить несколько дней и побуду с тобой, — видя, как расслабились плечи младшего и как заискрились глаза, он почувствовал некое облегчение. Клон, обрадовавшись, съел всё, что было на тарелке, даже ненавистные овощи. Без проблем выпил лекарство и, обняв Кима, с грустной моськой ушёл к себе, где ещё около часа рисовал, пока к нему не пришёл старший. После душа, в домашнем спортивном костюме, такой уютный и сонный. Отложив скетчбук, он подвинулся, освобождая место для Сынмина и непонимающе уставился на стоявшего около кровати старшего, прячущего руку за спиной. Оленьи глаза зажглись любопытством и, не выдержав, он сел и наклонился, пытаясь заглянуть тому за спину. Мин повернулся, закрывая обзор, но клон, хитро улыбнувшись, перевёл взгляд на большое зеркало, в котором отражалась спина старшего и средний квадратный предмет вроде коробки в пакете по размеру. — Тц.. хитрюга сообразительная, — улыбаясь, он всё же сел на кровать и протянул довольному парню предмет. Хёнджин пискнул, открыв коробку и увидев набор кистей из беличьего меха. Под небольшим набором кистей лежали темперные краски и масляные серии 6 (F) с небольшой баночкой разбавителя. Немедленно отложив подарок в сторону, он накинулся с объятиями на старшего, завалив его на бок. Беспрерывно пища благодарности, он со всей своей доступной силой стискивал смеющегося парня и руками, и ногами, неразборчиво щебеча что-то о том, какой Ким замечательный и самый-самый лучший.

Ради такого можно было заваливать его подарками каждый день.

Ким постучал пальцами по его спине, чувствуя, что не может нормально вдохнуть. Клон нехотя ослабил хватку и уткнулся носом в грудь старшего. Щёки болели от улыбки, но прекратить улыбаться оба были не в силах. Хёнджин убрал ноги с Кима и лёг на спину, смотря в потолок, касаясь пальцами одной руки ладони старшего, второй коробки с подарком. Ким же смотрел на него. Освещённый ночником профиль с гладкой кожей, пушистые ресницы, блестящие глаза, спадающая на лоб и виски чёлка, которую тот часто сдувал, из-за чего она ещё больше лезла в глаза. Ровный нос и пухлые губы, растянутые в лёгкой улыбке. Золотая тоненькая цепочка на шее около кадыка, вылезшая из-под одежды с маленьким кулоном в виде двух цветков с кучкой крошечных бриллиантовых лепестков. О том,что это бриллиант, клон, конечно же, не знал, иначе просто не принял бы подарок, зачитывая лекцию о том, что Ким слишком много на него тратит, несмотря на огромную зарплату. Даже если это подарок на первый день рождения. Визжал он тогда, наверное, на весь дом. Несколько дней. И вообще не отлипал от Сынмина, тиская его с утра до ночи. Даже плакал несколько раз, чем напугал старшего, не привыкшего тогда ещё к такой реакции, ведь его бывшие принимали подарки на любую сумму практически одинаково. Сдержанная улыбка и секс. Ким не жаловался, но рассчитывал на немного другое и когда увидел пищащего хорька, то понял, что от своих пассий хотел именно этого. Эмоций. Не торговых отношений. Клон повернул голову в его сторону и перевернулся на бок, положив голову на вытянутую руку. — Расскажешь про то, что сегодня было на работе? Кого вы.. сделали..?.. — он свёл брови от подобранного слова, но объяснить по-другому не мог. Ким улыбнулся, бережно откладывая воспоминания в уголок, чтобы вернуться к ним позже. — Сегодня без фотографий, оно слишком буйное. И если описывать внешний вид, то похоже на..крысу размером с среднюю собаку, только без шерсти. Немного выпученные, чёрные глаза, кроличья морда, торчащие резцы и кошачьи усы. Жесть в общем, — улыбнулся старший, сомневаясь в том, что сможет спокойно спать сегодня. — Надеюсь, Уён будет в порядке. Тебе не досталось? — Нет, я же не пихал пальцы в клетку. Ему нужно привыкнуть и всё будет хорошо, — соврал Ким, чтобы успокоить встревоженного младшего, что рассматривал его руки и искал царапины или укусы. — Ладно..но ты всё равно к нему не подходи, — клон состроил серьёзное лицо, вызывая очередную улыбку напротив. — Хорошо, постараюсь, — снова соврал он, не желая говорить о том, что он в ближайшее время должен взять кровь у существа, что не очень радужно сказалось на самом Уёне. Ну и Кима поставили во главу проекта, а значит,он обязан постоянно находиться рядом с образцом H-219. — Не убедительно звучит твоё "постараюсь" — Тебе нужны доказательства, мистер недоверчивость? — выгнув бровь, получив в ответ серьёзную моську и кивок, Ким притянул его к себе за руку и стал щекотать. Хёнджин, вырываясь и визжа с истеричным смехом, пытался увернуться от его рук, сжаться, отползти, сделать что угодно, но всё тщетно. Как только у него получалось отодвинуться хоть на пару сантиметров, он снова оказывался в кольце рук и пальцев, что каким-то чудесным образом знали, где именно находились места, которые вызвали визг и громкий смех. Клон, начиная задыхаться, откатился подальше и с грохотом упал на пол, приложившись головой, зашипел. Повезло, что там был ковёр. Ким сорвался с места, но не успел схватить его и сам чуть не упал сверху. — Сильно ударился? — помогая ему забраться на кровать, Ким смотрел на него так, будто тот был при смерти, от чего парень прыснул и ткнул ему пальцем в кончик носа. — Жить буду, не радуйся, — вернул ему его же выражение парень и лёг, потягиваясь и думая о том, что слишком часто он ударяется головой. Такими темпами можно и без мозгов остаться. — Ты.. маленький.. жук. Вот кто ты. Падаешь тут постоянно, а мне переживать, — кажется, старший успокаиваться не собирался. — Ну тогда не переживай, — улыбаясь во все тридцать два, он вытащил из-под себя жёсткую коробку, что углами впивалась в поясницу и аккуратно положил на тумбочку. Старший с выражением лица "я тебя сейчас убью, но любя" смотрел на него и совсем не понимал, как можно так беспечно относиться к самому себе. Хотя сам был не лучше. Но это другое дело. — Ладно, ладно, всё. Прости-и-и, — клон обнял подушку, улёгся поудобнее и уже молча смотрел на старшего, чувствуя, что ещё секунда, и он уснёт. Медленно моргая, он следил за тем, как рядом ложится Ким, почему-то всегда оставляя между ними расстояние. Он накрыл своего пациента одеялом и положил рядом плюшевого хорька. Заметив игрушку, парень обнял её вместо подушки и подполз ближе к Сынмину, подтянув ещё и подушку. Мин понял, что спать сегодня будет здесь, когда нога младшего просунулась между его ног и обвила одну из них. Из этого капкана выбраться было нереально. Довольно улыбаясь, клон закрыл глаза и уже через минуту сопел, наблюдая яркие сны. Сам Сынмин достал из кармана телефон и открыл мессенджер с висящими несколькими сообщениями. 22:56 Неизвестный номер Приедешь? 23:04 Неизвестный номер Я скучаю.😞 23:34 Неизвестный номер Сынмин-а! Я знаю, что ты не спишь) 23:48 Seungmin Не сегодня и не завтра точно. Прости. Я спать, спокойной ночи. 23:48 Неизвестный номер Спать? Так рано? Ты обычно только под утро ложишься.. 23:49 Seungmin Всё бывает в первый раз. 23:49 Неизвестный номер Сынмин-а.. *Фото* А так? Ким открыл вложение, понизив яркость на телефоне. С фотографии смотрели лисьи глаза, заглядывающие прямо в душу, выворачивая её наизнанку. Стройное тело в белой шёлковой ткани едва его прикрывало. Искусанные губы с приложенными к ним пальцами слегка приоткрыты. Острые ключицы, тонкая, длинная шея, молочного цвета кожа. Старший шёпотом выругался под нос и заблокировал экран телефона, смотря на мирно спящее чудо. Ниже пояса всё уже было в готовности - сказывалась напряжённая работа и эмоциональная нагрузка, от которой стоило бы избавляться чаще, чем раз в неделю. Как всё это не вовремя. 23:52 Seungmin Издеваешься? 23:52 Неизвестный номер Может быть) ладно, спокойной ночи ❤️ На последующие несколько сообщений, в которых Ким обещал убить собеседника, ответа не было. Хёнджин свернулся комочком, выпустив из плена ногу старшего, и отвернулся, пробормотав что-то во сне. Ким накрыл его спину одеялом и аккуратно выскользнул из комнаты. Тихо матерясь под нос, он плавно водил рукой по твёрдому органу, смотря на фотографию. Телефон полетел в сторону и мягко упал на край кровати. Ким откинул голову, зажмурив глаза. В нос ударил запах апельсина от собственной одежды, заставив его сбиться с ритма и глухо застонать в кулак, прикусив кожу указательного пальца. Возбуждение за секунду спало от ассоциации и мелькнувшей картинки в голове. — Блять.. Хёнджин..— Он одёрнул руку от члена, будто обжёгся и уставился в белый потолок, выравнивания сбившееся дыхание, прокручивая в голове все известные нецензурные слова как в свой адрес, так и в адрес недавнего собеседника. Холодный душ быстро отрезвил Сынмина и, устроившись в тёплой постели, он отправил ещё одно сообщение, где обещал при встрече показать на деле значение фразы "наизнанку выверну". За бесконечной горой работы прошло ещё три дня. Сынмин уходил в восемь утра и возвращался к часу ночи, встречая в коридоре грустного Хёнджина, что в миг становился весёлым и летел на него мягким облачком с объятиями, забирал куртку из его рук, аккуратно вешал на вешалку и утаскивал в гостиную, где они вместе ужинали и смотрели фильм. Цезарь вёл себя более спокойно ведь всю энергию оставлял за порогом дома, пока старший собирался на работу. Клон потихоньку поправлялся, пил лекарства и соблюдал постельный режим, пока Сынмин не уйдёт на работу, но об этом ему знать не обязательно. Портрет, но уже не в скетчбуке, был почти закончен, остались несколько мелких деталей на заднем фоне, которые он подправлял в свободные минуты и истерично прятал картину каждый раз, когда в поле зрения находился старший. Уютные вечера за просмотром фильмов и вкусным ужином успокаивали изнасилованную за целый день нервную систему и мозг. Хёнджин всё мило щебетал о выходках пса, смешных видео и строчках из книг, что особенно ему понравились. У него даже был отдельный блокнот, в который он выписывал такие строчки, вырисовывая потом узоры вокруг предложений. Закрывая старшему глаза узкой ладонью, он шёл за ним, придерживая за талию и подсказывал ему дорогу, чтобы тот не упал. Ким сейчас хотел только сесть после адского рабочего дня. Выглядело со стороны забавно: мелкими шагами они продвигались к комнате младшего, потому что так захотел Хёнджин, не желая упрощать ситуацию. Ким, доверившись, даже не пытался ощупать предметы вокруг себя, чтобы в случае чего найти опору. Клон завёл его в комнату и прикрыл дверь, отпуская талию старшего, после чего убрал вторую руку, разрешая открыть глаза. Сынмин поморщился от яркого света, но уже через секунду во все глаза смотрел на холст размером 40х40, на котором был изображён Сынмин в дорогом костюме, сидя на кожаном кресле, закинув ногу на ногу, одной рукой касаясь очков, второй держа добермана-альбиноса за поводок. Хёнджин сделал шаг назад, прячась за спину старшего, и завёл руки за спину, сжимая края толстовки и нервно бегая глазами по комнате. Рисовал клон всего полгода, но за это время он, кажется, научился всему, что можно выжать из километровых статей, книг и Ютуба. — Мне нравится. Очень реалистично, ты большой молодец. Я будто в зеркало смотрю, — старший пребывал в лёгком шоке, но постарался максимально подробно высказать своё мнение. Он повернулся к парню и тот, радостно пискнув, хлопнул несколько раз в ладоши и крепко обнял Мина, заставив того пошатнуться. — Я рад, что тебе нравится. Я долго работал над ней и до сих пор думаю, что можно сделать лучше, — признался клон, уткнувшись носом в чужую шею, пряча порозовевшие щёки. — Лучше уже не получится. Ты маленький Да Винчи, не критикуй себя слишком жёстко, это, мне кажется, можно выложить в сеть, что скажешь? Придумаешь какой-нибудь свой хештег и вместе с этой работой выложишь что-нибудь ещё, — подкинул ему идею Ким, сжимая в объятиях его талию. Парень поднял личико и задумчиво уставился на портрет позади старшего, после чего слабо кивнул и снова обнял его за шею. — Я подумаю об этом. Спасибо за идею. — Спасибо за потрясающую картину, — вдохнув успокаивающий запах апельсина, Ким разорвал объятия и снова повернулся к картине, достал телефон и сделал фотографию, после чего поставил её на заставку. Наткнувшись на искрящиеся глаза, он улыбнулся и пожал плечами. За ужином поднялся вопрос о покраске волос. Старший не был против, но настаивал на том, чтобы клон сходил в салон к людям, которые сделают это как надо. Хёнджин протестовал и хотел сделать всё сам. — Ну Сынмин-а-а..я посмотрел несколько видео и там нет ничего сложного, — встретив всё тот же взгляд, он решил воспользоваться безотказной техникой. — Ты мне не доверяешь? — выгнув бровь в стиле Сынмина, и, приподняв подбородок, парень уставился на него. От такого вида Ким подавился и закашлялся, а после рассмеялся и отпил вина из бокала. — Доверяю целиком и полностью, маленький манипулятор, — сверкнув глазами в снова милую моську, он задумался, а младший изо всех сил старался выдержать взгляд, смотря на него поверх бокала. — Если хочешь, то можешь посмотреть, как я буду это делать. И проконтролировать, — бокал, наполовину пустой, оставили в сторону. Сынмин проследил за движением руки и вновь вернулся к блестящим по большей части от алкоголя глазам напротив. — Хорошо. В какой цвет? — как-то слишком легко он согласился, но клон не обратил внимания, радуясь маленькой победе. — Увидишь, — парень пожал плечами, улыбаясь, и опустил глаза, кусая губы, что не укрылось от внимания Сынмина. —Всё в порядке? — М-м..да.. задумался просто, — клон уткнулся в тарелку и, подцепив кусочек мяса, быстро положил в рот, запивая вином. Цезарь сидел под столом и ждал. "Хоть хлебную крошку" - было написано на мордочке, но под строгим взглядом старшего ловить тут было нечего. Сегодня Ким, не поддаваясь уговорам и щенячьем глазам, ушёл спать в свою комнату. Спустя долгие и крепкие, будто прощальные объятия, дверь тихо закрылась, отрезая младшего от Сынмина. Парень лёг в постель, выключил свет, обнял хорька и уставился в стеклянную дверь, ведущую на балкон, смотря на блёклый свет луны, что с трудом освещал кривые ветки деревьев. Холодно. Он зарылся носом в одеяло и прикрыл глаза, чувствуя холод на влажных ресницах, прижимая игрушку к себе. Сынмин, глядя в потолок, не думал абсолютно ни о чём, но так и не смог уснуть. Ворочаясь из стороны в сторону, он уснул только на рассвете, а уже через два часа встал от будильника и, проклиная всё на свете, поплёлся в душ. Хёнджин спал, и разбудить его не смог даже Цезарь, научившийся открывать лапой дверь. Обессиленный пёс лёг рядом со спящим парнем и уснул. Сонное царство потревожил вошедший в комнату Ким. Погладив его по плечу и спине, заметил слабую улыбку на сонном лице. Клон сел, опираясь на руки, выставленные позади себя, и поднял красные глаза на старшего. — Утречко, — сморщив носик от солнечного луча, он отвернулся от света и погладил собаку по белому боку. — Доброе..не выспался? — Ким сел рядом и взял его руки в свои, заставляя посмотреть на себя. Хёнджин склонил голову вбок, дёрнув руками. Сынмин горячий или Хёнджин холодный? — Нормально..жить буду, — он попытался улыбнуться и убрать руки, отводя глаза в сторону. Как же хотелось спать. Сынмин отпустил его руки, погладив тыльную сторону ладони под грустный взгляд. — Пойдём завтракать. Младший кивнул и отвернулся, но когда Ким встал, проводил его взглядом до самой двери. Бессонная ночь, проведённая в куче мыслей, из которой даже одну выцепить не получилось, давала о себе знать. Потягиваясь, он выгнул поясницу, от чего та хрустнула, заставив острые уши собаки встать и повернуться на новый звук. Хёнджин тихо посмеялся и чмокнул собаку в лоб, тот развалился на кровати, упираясь горячими лапами в бедро клона. 07:21 JeonJungkook666 Привет, снежинка,прости, что не писал, был занят. Хочешь прогуляемся? Кстати, как твоё самочувствие? Надеюсь, всё в порядке. 07.22 Hyunjin_Cesar Привет, в порядке. Погулять не против, но не долго. НЕ КАК В ПРОШЛЫЙ РАЗ! 07:22 JeonJungkook666 Ничего не обещаю) Тем более не заметил, чтобы тебе что-то не понравилось) Хёнджин вспыхнул и приложил холодные пальцы к щекам, вспомнив момент, когда парень целовал его в щёку. 07:24 Hyunjin_Cesar Ты что.. флиртуешь со мной?! Я передумал. Никуда я не пойду. И вообще у меня куча дел. Сообщение было прочитано, но осталось без ответа и теперь Хёнджин изводил себя разными мыслями, спускаясь на завтрак. — Ну ты улитка, давай, садись быстрее, пока льдом всё не покрылось. Я разогрел второй раз, соня, — Сынмин, стоя в дверях, надевал куртку. Клон подошёл к нему и обнял, просунув руку под куртку и положив голову тому на грудь. — Не скучай, хорёк, я напишу, когда поеду домой, — обняв в ответ сказал куда-то в макушку старший и разорвал объятия. Застегнув куртку, он выскользнул за дверь, сжав напоследок руку клона. Парень закрыл дверь и грустно вздохнул. Омлет, тосты с черникой и кофе улетели в считанные мгновения, помыв посуду, ушёл собираться. 09:46 JeonJungkook666 Выходи) Испуганно пискнув, он как можно быстрее повязал волосы чёрной лентой, но в этот раз после того, как надел пушистый чёрный свитер и джинсы в цвет. Чёрная куртка, купленная Сынмином недавно, дополнила его тотал блэк образ. К удивлению младшего его резко отняли и закружили в воздухе, и всё, что тому осталось сделать, так это согнуть ноги и упереться руками в чужие плечи. — Не пугайся ты так, — аккуратно отпуская парня, Чонгук подольше задержал руки на его талии. — А ты больше не делай так, — клон показал ему язык и ткнул кулачком в перчатке в его грудь. В машине было тепло, стаканчик с кофе согревал дополнительно. Куртка осталась на заднем сидении машины Чонгука, а кожаные перчатки лежали на стройных ногах младшего. Сам он смотрел в окно на проносящиеся мимо безжизненные деревья, которые тянули в стороны сухие ветки, будто пальцы жуткого монстра из фильма ужасов. Медленно падал снег, осыпая бескрайний лес и дорогу, падал на лобовое стекло и тут же превращался в капельки воды, наперегонки бегущие вниз. Клон грустно вздохнул, когда капля, выбранная им, не победила в гонке. — Хочешь? — Чонгук кивнул на руль, предоставляя возможность клону сесть за руль. — Я не умею, —засмущавшись,он опустил глаза, вызывая у того улыбку. — Я покажу, это автомат, тут нет ничего сложного. Подумав с минуту, клон кивнул и по просьбе парня пересел к нему на колени, смущаясь ещё больше. — Всё в порядке, я тебя не трогаю, — улыбаясь, сказал он, кладя чужие дрожащие руки на руль. — Мне немного не по себе. А если я поцарапаю или разобью машину? — он повернул голову назад, натыкаясь на внимательный взгляд. — Если поцарапаешь, то ничего страшного. Если разобьёшь, то умрём вместе, как в сопливой мелодраме. Клон улыбнулся и резко повернулся назад, медленно выдыхая. Следующие долгие минуты были потрачены на теорию. Хёнджин быстро запоминал, чем удивил парня и через полчаса уже спокойно вёл машину так, будто делал это уже несколько лет. По непонятным для младшего причинам, Чонгук, закончив с теорией, перебрался на пассажирское сидение и закинул ногу на ногу, увлечённо смотря на дорогу и сжимая правую руку, лежащую на сидении. Клон не придал этому значения и продолжил свое занятие, что очень ему понравилось. Объяснять слишком милому и невинному Хёнджину, что у него встал, было бы не очень, но тот вроде и не заметил. Ещё около получаса они катались по городу, пока младший не остановился у кафешки. Хёнджин смотрел на Самгёпсаль, как на восьмое чудо света, вспоминая, как готовил это блюдо однажды с Сынмином, перепачкавшись с ног до головы и порезав указательный палец. Как изо всех сил старался не плакать, когда старший отрабатывал порез и дул на ранку. Поджимая пальцы на ногах, сидя на очищенной за секунду столешнице, он следил за каждым движением Кима. Сдерживая улыбку он приступил к еде под заинтересованный взгляд чёрных глаз. Чонгук никак не мог перестать на него смотреть, особенно в моменты, когда тот смущённо улыбался, отводил глаза, сжимал пальцы под столом и смотрел на него в ответ. В этих глазах плескалась вселенная с мириадами звёзд. В них был свой, особенный, далёкий и непостижимый для простых смертных мир. Хёнджин сам и был этим миром. Сынмин, расстёгивая окровавленную рубашку, проклинал всё на свете, кроме существа, что его укусило за плечо. Рана была небольшой, но от этого не менее болезненной. Рядом крутилась девушка, смачивая вату в спирте, бегая от стола к столу, потом к Сынмину и обратно. Наложив несколько косметических швов, ему в руки впихнули заживляющий гель и отправили домой,добавив процент к премии за полученную рану. Город медленно погружался в сумерки, зажигались неоновые вывески, фонари, свет в квартирках, люди спешили домой. Клон повесил куртку на вешалку, убрал обувь и поднялся к себе, раздеваясь на ходу. В домашней одежде было удобнее. От неё пахло Сынмином. Тряхнув головой, он отогнал от себя воспоминания,в которых пролежал всю ночь без сна, молча рыдая в подушку. От чего - он не знал. Было слишком одиноко и холодно без старшего. Как только он зашёл в свою комнату, закрылась с хлопком входная дверь. Хёнджин подскочил и на всех парусах полетел встречать старшего. Он догнал его на пороге в гостиную и, с разбега налетая, крепко обнял, впечатав в стену. Ким зашипел от боли в плече и обнял в ответ неугомонное облачко, тихо вдыхая запах апельсина, успокаиваясь. Он дома. Только неприятный запах чужих духов в миг испортил настроение и старший, отстранившись, по привычке осмотрел милое личико и заправил прядь волос тому за ухо, вызвав яркую улыбку под прикрывающиеся глаза. Клон прижался щекой к чужой ладони, стискивая того в объятиях. Ким невесомо погладил костяшками пальцев нежную кожу, смотря в глубокие океаны глаз младшего, мерцающие каким-то волшебным светом. — Как день? Всё хорошо? — спросил клон, покончив с кусочком пиццы и отдавая корочку довольному Цезарю под закатившиеся глаза Кима. — Неплохо. Сегодня выпускали в более просторный вольер, дали несколько игрушек и палок. Может сообразит что-нибудь с ними, — про своё боевое ранение он говорить не стал, потому что чувствительный ко всему парень этого не переживёт. — Ты сейчас работаешь над новой картиной? Клон вопросительно посмотрел на него и кивнул. — Видел полотенце в красках, — пояснил старший, скрывая улыбку и наблюдая за тем, как парень опускает глаза, закусывая нижнюю губу, — покажешь? — Не-а, — хитрые глазки стрельнули в старшего и, кажется, пронзили его насквозь, намертво пригвоздив к дивану. — Почему? — прищурившись, Ким чуть сполз на диване и засунул руки в карманы худи. — Потому что она не готова и я не хочу, чтобы ты видел её такой.. странной и страшной, — нервный смешок и отведённые в сторону глаза. — Что-то случилось? Тебя кто-то обидел? — режим защитника активировался и старший, отогнав мысли о сне, невольно напрягся. — Нет. Всё в порядке. Просто картина не закончена, — Хёнджин встал и стал быстро собирать остатки ужина. После того, как он несколько раз уронил салфетку, Ким аккуратно взял его за обе руки, несильно потянув на себя. Клон напрягся, вжимая голову в плечи и сел рядом с ним, не поднимая глаз от пола. Цезарь, почувствовав смену настроения хозяина, технично сбежал, поджав уши. Ким кончиками пальцев поглаживал дрожащие руки и молчал, давая парню собраться с мыслями. Посидев в таком положении пару минут, клон тихо всхлипнул, роняя несколько слезинок на светлые спортивные штаны и дёрнувшись к старшему, крепко его обнял, утыкаясь влажным от слёз носом в чужую шею. — Всё хорошо,я рядом. Всегда буду рядом,— поглаживая его по голове и спине, шептал Сынмин, чувствуя, как с каждой упавшей на его одежду слезинкой разрывается его сердце. Клон сжимал пальцами чужую рубашку, сквозь рыдания стараясь ухватить побольше воздуха, и очень тихо что-то говорил, заикаясь. Что-то о Киме, но что конкретно - старший понять так и не смог, оставалось только поглаживать по спине и волосам парня, сидящего у того на коленях и самому стараться не разрыдаться от душивших эмоций и вида клона. Тот медленно успокаивался, наконец, услышав, что Сынмин просит его медленно дышать вместе с ним. Он послушно повторял, не с первого раза, но всё же получилось. Слезы закончились, его всё ещё дрожащие руки поглаживали, растирали, аккуратно сжимали. Хёнджин на него не смотрел. Боялся, что вновь не сдержится и разрыдается. На любые вопросы старшего он только молча качал головой и, переплетая, сжимал чужие пальцы. Видя, что он успокоился, Мин отправил его наверх, а сам принялся убираться. Хёнджин как раз натянул футболку с длинным рукавом и спортивные штаны, когда старший, постучавшись, зашёл в комнату. На секунду их глаза встретились, но парень отвёл взгляд, пряча руки за спину. Сынмин нервничал всё больше и больше, и никак не мог успокоиться, видя, что с клоном что-то происходит и тот, к тому же, молчит. Младший забрался в постель и полностью залез под одеяло, утащив с собой плюшевого хорька. Сердце болезненно сжималось, внутри всё наизнанку выворачивалось, голова, казалось, сейчас лопнет. Спрятав в карманы домашних штанов дрожащие руки, Сынмин с минуту постоял, но всё же лёг рядом, обнимая того со спины. Хёнджин снова напрягся и старший убрал руку, осматривая молчаливый кокон рядом с собой. Хотелось что-то сказать, сделать, но подлый червячок не унимался и говорил о том, что клону это не нужно и плачет он исключительно из-за старшего. Лежавший под одеялом парень уже раз сто себя отругал за такое поведение и не хотел, чтобы Ким лишний раз переживал, но сам только что добился совершенно обратного. Отталкивать его не хотелось, как и грузить своими переживаниями, но он сейчас лежал рядом, ждал,что ему снова доверятся и обо всём расскажут. Он винил себя и в том, что не может посмотреть старшему в глаза и всё рассказать, перестать мучить и себя, и его. Сынмин вздохнув, забрался к нему под одеяло и развернул к себе, а тот сразу же крепко его обнял, прижимаясь всем телом, чувствуя помимо безграничной боли маленькую капельку спокойствия рядом с ним. — Поговори со мной, пушистик.. — ладонь старшего легла между его лопаток, мягко поглаживая кончиками пальцев спину. Клон слабо улыбнулся и уткнулся носом в его грудь, вдыхая запах парфюма. Бергамот, кедр, и, кажется, лайм.. — Ничего ужасного не произошло, это, по большей части, мои выдумки и накручивания. Всё в порядке, спасибо, что спросил.. — Я знаю, что это не так. И то, что произошло, тебя очень беспокоит. Что бы ни случилось, я никогда не осужу тебя — Я знаю.. просто..это глупо.. — короткий смешок младшего утонул в ткани футболки Кима. — Не говори так. Всё, что с тобой происходит, имеет для меня первостепенное значение, как и ты сам. Я хочу знать, что с тобой всё в порядке, что ты хорошо себя чувствуешь и ни в чём не нуждаешься. Понимаешь, о чём я? — Мин спустил одеяло пониже, открывая головы обоих. Хёнджин кивнул и лёг повыше, рассматривая футболку старшего. На чёрной ткани красовались два отпечатка ладоней. Белый след принадлежал клону, а красный - Сынмину. Парень вспомнил, как по его просьбе старший купил ему краски и он, пользуясь случаем, выпросил у него сделать их отпечатки, которые Сынмин перенёс на футболки, но уже по своей инициативе. Теперь у каждого в шкафу висела чёрная футболка с бело-красными отпечатками ладоней. Он приложил свою ладонь к своему отпечатку, там, за тканью футболки и грудной клеткой громко стучало сильное сердце, отдавая глухим ударом в ладонь младшего. Ким накрыл его ладонь своей, обхватывая пальцы. Парень поднял глаза, улыбаясь, и сердце старшего расплавилось от отражавшегося маленького космоса в глазах напротив. — Не скажешь? Клон отвёл глаза в сторону, закусив нижнюю губу, после чего неуверенно кивнул, вспоминая слова старшего. — В последнее время мы мало видимся, и я скучаю.. очень скучаю..Я не обижаюсь на тебя и понимаю, что ты работаешь практически сутками. Понимаю, что тебе нужно отдыхать и все эти дни я старался не трогать тебя по пустякам. Прости за то, что я устроил, мне правда очень жаль. Не знаю, что на меня нашло, но я постараюсь, чтобы подобное больше не повторилось, — закончив, парень спрятал лицо между подушкой и Сынмином, сгорая от стыда и смущения. Зря он это сказал.. — Я всегда буду с тобой, даже если меня не будет рядом. Не закрывайся от меня. Я очень ценю твое доверие и рад, что мы можем обо всем с тобой говорить. Это действительно очень для меня важно, ты не должен испытывать вину или стыд за свои мысли и чувства, какими бы они не были, Хёнджин. Ты мне как младший брат. Самый лучший на свете младший брат. И я очень тебя люблю. Не решаясь вылезти полностью, клон подтянул к себе одеяло, закрывая розовые щёчки и поднял глаза на него. Ким смотрел сверху вниз и Хёнджин сейчас чувствовал себя очень маленьким, размером с муравья. Его блестящие, от подступающих вновь слёз глаза лихорадочно бегали по лицу напротив, не задерживаясь ни на чём и одновременно с этим отпечатывали в глубине сознания каждую деталь на лице старшего. Он почему-то вспомнил, как под первым снегом его поцеловал Чонгук. В щёку, но..Не то чтобы это было неприятно или даже противно, это вызвало много эмоций, в том числе и положительные, но по большей части смущение перекрыло всё. Целовали его впервые, но больше Хёнджин целовать себя не позволял, как бы Чонгук не изворачивался. Ладно, ему понравилось. Понравилось, но чего-то не хватало, а чего именно - он ещё не понял, хоть и очень часто об этом думал. — Я хотел бы рассказать тебе ещё кое-что. — Рассказывай, ты же знаешь, что я всегда тебя выслушаю, — убрав свободной рукой прядь волос тому за ушко, он поймал бегающие, очевидно от нервов, и блестящие глаза. Второе, вероятно, от частых касаний, что очень нравились младшему. Ладно, не только ему. Просто..ну как можно было не обнять и не приласкать эту булочку? Клон набрал побольше воздуха и на одном дыхании, зажмурившись, выпалил, как скороговорку: — Я кое-с-кем познакомился, и мы несколько раз гуляли, пока ты был на работе. Но между нами ничего не было. И я хотел бы извиниться за то, что не сказал раньше. Под конец речи он сжался в маленький комочек и прижался к Сынмину максимально близко. Не услышав абсолютно никаких звуков, он медленно открыл глаза и ещё более медленно стал их поднимать, скользя взглядом по груди Кима. Тот, выгнув правую бровь, смотрел на него с лёгкой усмешкой, чем вызвал сначала смущение, потом непонимающий взгляд и под конец злую (совсем нет) моську. — Я тут тебе душу изливаю, а тебе весело? — он вытащил из-под себя подушку и стукнул ей старшего по голове. — А я всё ждал, когда ты расскажешь, — улыбаясь, сказал он, перехватывая зависщую в воздухе подушку. — Ты знал? Откуда? — он потянулся за второй подушкой, но был быстро перехвачен и прижат к старшему, руки которого окольцевали хрупкое тело, зажимая ещё и руки, чтобы не дёргался. — Секрет. Считай, что случайно. И как у вас там всё происходит? — в миг старший стал воплощением серьёзности и немного ослабил хватку, услышав тихий писк снизу. — Никак, мы виделись всего три раза. Погуляли, покатались на машине, сходили в кино и кафе.. кажется..всё, — он укусил старшего за плечо и довольно улыбнулся, задирая голову, смотря на него снизу вверх. — Ты..она тебе нравится? — уже тише спросил Сынмин, смотря в чистые и невинные глазки, которые тут же прикрылись пушистым веером ресниц. — Это он.. Ким напрягся, представив, как какой-нибудь мерзкий упырь тянет руки и не только к этому чуду. Сильные руки обвились вокруг младшего, инстинктивно желая защитить,чему тот был только рад. Старший замолчал, думая над ситуацией. Ему до потери пульса не хотелось, чтобы Хёнджин в один день пришел домой в слезах и рассказал о том, что с ним произошло что-то ужасное и непоправимое. Откуда он мог знать? Не имеет значения, когда-то давно он и сам был не против сделать Хёнджина своей куклой, но вовремя остановился. Ещё до того, как успел разглядеть в нём совершенно другую личность. Личность, что заслуживает уважения, внимания, заботы и любви. Последнее в особенности. И винил он себя в этом до сих пор. Но ещё больше давило то, что Хёнджин, его маленький комочек счастья, даже не подозревал о том,что является копией.. — Нравится в каком плане? — клон привстал, опираясь на локоть и склонил голову вбок. — Как..как человек, парень. Внешность, запах, привычки, манера общения и многое другое, — как-то грустно улыбаясь,ответил старший. — Я так не думаю.. наверное, — парень задумался, подбирая к Чонгуку все те слова, сказанные Сынмином, но они там не очень хорошо смотрелись. Он перевёл взгляд на него и внимательно посмотрел в глаза. Серьёзно нахмурившись, и вызвав у Мина короткий смешок. — Может быть..мне кажется под эти все слова подходишь больше ты, чем он, — Ким хлопнул глазами, пропустив несколько ударов сердца и ещё с минуту молча смотрел в совершенно серьёзные глазки напротив. — В смысле.. господи..не в этом смысле..— он сел и накрыл ладонями щёки, опуская глаза. — Ты.. всегда стараешься быть рядом, поддерживаешь, заботишься. Так что.. наверное..ты был бы лучше на этой роли.. Сынмин, кусая щёку изнутри в попытке отогнать улыбку, смотрел на донельзя смущённого парня, что явно жалел о сказанном и имел в виду не совсем это. Он сел рядом, и тихо смеясь, обнял его, слыша приглушённый вздох облегчения. Ким понял, что тот хотел сказать. Хёнджину не с кем и некого было сравнивать, он ответил так, как чувствовал в данный момент. Сынмин не чужой человек. Он всегда рядом, выслушает, поддержит, поможет, ответит на миллион вопросов и как партнёр был бы лучше, чем малознакомый Чонгук. — Давай спать, мистер двоякие выражения, — щипнув его за бок, старший увернулся от удара подушкой и забрал орудие жёстокой мести, кинув в изголовье кровати. — Сам виноват. Нечего было разговоры такие заводить, — продолжая смущаться и ворчать, он расправил одеяло и, наконец, улёгся, пряча лицо под одеялом, из-под которого торчали только оленьи глазки. — Какие "такие"? — Такие вот. Странные. — Пояснишь? — бессовестно улыбаясь, он впитывал фонящие эмоции и явно наслаждался ситуацией. Тот, когда смущался,был слишком милым, терялся, отводил глаза и быстро тараторил, желая отвлечь старшего от того, что вызывало в нём такие эмоции. Прищурив глазки, он полностью нырнул под одеяло и прижал к груди плюшевого хорька, молясь, чтобы Ким поскорее отстал от него с этой темой, иначе он под землю провалится от стыда за неправильно подобранные слова. — Ладно, всё, больше не буду, — улыбаясь, он забрался рукой под одеяло и мягко сжал чужую ладонь. — Спокойной ночи, Хёнджин-а. — Спокойной ночи, Сынмин-а, — тёплые пальцы сжали его руку в ответ. Старший вышел из комнаты и, тихо вздохнув, поплёлся к себе. Завтра первый день по работе над социализацией Н-219, надо бы выспаться.. 01:13 Неизвестный номер Я у твоего дома, собирайся, чертёнок 🔥