О мелочах и ферме

Когда в дверь недавно обновлённого фермерского домика неожиданно стучат, то Себастиан мысленно прокручивает в голове календарь и понимает, что неожиданных гостей быть не должно, только если это не Сэм, предлагающий сыграть партию в бильярд. Без алкоголя (нет). Соумы нет практически с самого утра – перед тем как растелиться на полу, упав с лестницы второго этажа (Себастиана инфаркт хватил, честно), она в привычном тоне сообщила, что уходит в Пещеру Черепа на целый день. Девушка ещё немного поболтала о своей пустынной подружке Сэнди, пихнула его в бок, а потом поцеловала в щёку на прощание. И ушла. Себастиан откладывает корм для своих лягушек (приёмных детей) и шагает к двери, попутно приводя волосы в более приличный вид. Он смотрит в глазок и так неожиданно удивляется, что умудряется удариться мизинцем ноги об косяк. Мару на пороге. В своей рабочей форме. Себастиан сразу открывает дверь и глядит на единоутробную сестру. Чутка прищуривается, когда понимает, что Мару слегка запыхалась, но выглядела не то, чтобы недовольно, но явно раздражённо. В голову сразу приходят миллиард мыслей о том, что по результатам последнего медосмотра было обнаружено, что Себастиан неизлечимо болен раком прямой кишки, мозга, скарлатиной и бешенством. – Привет, Себастиан. Нам надо идти. – Спешно говорит Мару и хватает его под руку. Хватка у неё неслабая, да и Себастиан не то, чтобы сопротивлялся. Он успевает закрыть дом и взглянуть на бегающую на заднем дворе собаку. – Что случилось? – Спрашивает он, когда Мару приводит его к клинике Харви. Он всё-таки болен раком? Перед клиникой Мару на пару секунд останавливается, чтобы отдышаться. Её лоб слегка блестел от пота, хотя уже медленно подходила осень и погода не была такой уж жаркой. Она поворачивается к нему и упирается руками в бока, сильно вздыхая. Да что же такое? – Пошли. Будешь благоверную свою успокаивать. Соума сейчас всю клинику разнесёт! Я серьёзно! – И тут Себиастиан не то, чтобы совсем удивился, но напрочь будто из сознания выпал. Соума что-то разнесла? Такому, конечно, можно не удивляться, учитывая её огромную любовь к разрушению кухни и бочек в шахтах, но причин дебоширить в клинике Харви (с которым они пили кофе по воскресеньям!), у неё не было. Мару открыла дверь и они вошли в приёмную. Крови на полу пока что не видно. Так с чего все претензии? Мару проводит его в кабинет. И… О боже. Он сейчас умрёт. От смеха. Впервые Себастиан испытывает подобное чувство. Его жена-фермерша с видом самого гордого и бесстрашного человека сидит на шкафу с медикаментами (его поставили совсем недавно, Себастиан сам заметил это только на последнем медосмотре). Её левая нога слегка распухла, но по ней и не скажешь, что она испытывает хоть немного боли. Харви стоял на полу с самым несчастным видом: будто у ребёнка забрали любимую игрушечную модель самолёта. Он хмурил густые брови и махал какими-то бумажками в одной руке, а во второй спокойно держал шприц. Он чуть не рассмеялся. Несчастный вид Харви стоил этого. Соума, увидев, что Себастиан явился в кабинет, немного потупила взгляд (тут он бы привёл в сравнение компьютер при запуске). Через пару секунд она помахала со своего насиженного места и радостно улыбнулась. Харви проследил за её взглядом и сам посмотрел на посетителя. Мужчина вздохнул и подошёл к двум родственникам, забавно подёргивая усами (господи, Себастиан не знает, как у него это получается). – Миссис Соума не хочет лечиться, – Заявляет Харви. Это звучит так, будто воспитатель в детском саду рассказывает о косяках ребёнка родителю. На это заявление слышится резкое “это ложь!” со стороны шкафа. – и не хочет слезать со шкафа. Я, конечно, уверен в том, что девушка ростом сто пятьдесят семь сантиметром не может весить много при такой комплектации, но сомнения в том, что она не сможет сломать новый шкаф всё ещё есть. Себастиан смотрит на свою супругу. Она снова ему машет, Мару опять вздыхает, но тоже пропускает мимолётную ухмылку и маленький смешок. Бедный Харви. – А что конкретно случилось? – Интересуется Себастиан. Харви кладёт бумаги на стол и показывает шприц. – Миссис Соума уже который раз не появляется на медосмотре. Я чудом смог выловить её! Повезло, что ловушка у автобусной остановки сработала, – Гордо говорит врач. Видимо, что слово “выловить” можно было понимать в прямом смысле. – Приходим в кабинет – я осматриваю её. Замечаю, что нога распухла. Провели различные процедуры, так и вышло, что нужно наложить гипс. Пока я об этом рассказывал, то упомянул, что нужно сделать обязательную привив… На этих словах Соума подорвалась и резко спрыгнула со шкафа. Она с пары секунд сократила расстояние между ней и Харви… И зажала ему рот. Себастиан в восторге. Мару расхохоталась в голос. Хоть в этот раз он с ней солидарен. – Не надо больше!! – Громко говорит она и слегка краснеет. От стыда. – Мистер Харви!! Дайте мне сохранить лицо!! Харви убирает руки фермерши от своего рта и смотрит на неё, нахмурившись. Соума с самым невинным видом хлопает глазками и потихоньку отступает за спину Себастиана и Мару. Очаровательно. И не скажешь, что эта девушка за завтраком съела три огромных куска бифштекса и боролась с свиньей в хлеву за трюфель. – Себастиан, поговори с ней. Мой шкаф долго не выдержит! – Взмолился Харви. Себастиан смотрит с минуту на свою супругу, которая в ответ лишь снова хлопает глазками (как бы пытается сказать, что лучше не отдавать её в руки врачей и уколов, иначе следующее место, куда она залезет в поисках безопасности, будет компьютер Себастиана). Парень улыбается и отдирает её от своей спины, держит за небольшие плечи и ставит перед собой. Соума не то, чтобы чувствовала себя преданной, она просто понимает, что за такие выкрутасы кто-то будет спать в террариуме с лягушками. – Давай я буду держать тебя за руку, пока Харви будет делать укол? – Предлагает Себастиан. – Ты!... Предатель! Я всё расскажу Джолин и её детям! Мы разнесём твою комнату! – Любовь моя, я очень сомневаюсь, что наша слепая курица и её дети смогут как-то мне навредить. В тот день укол всё-таки был сделан. Себастиан, как верный муж и самый преданный друг, смог держать свою жену за руку целых полчаса, пока она возмущалась и снова и снова не давала себя уколоть. Харви с горем и печалью как-то смог провести процедуру и с радостью выгнал их из кабинета под разговоры Мару о том, что такие случаи надо снимать на камеру. Ой, Себастиан забыл упомянуть, что в приёмной клиники теперь висело две записки. “Пациентам нельзя залезать на шкафы!” и самая любимая “Мисс Соуме запрещено приходить на осмотры одной!”.