Истинные шрамы

Адриан наконец-то справляется со своими нервами и приближается к тому, чтобы разобраться в своих чувствах, а Маринетт в это время становится очень смущенной и влюбленной девушкой.

***

"Нино, как узнать, влюблён ли ты?". Глаза Адриана расширились, когда Нино поперхнулся апельсиновой газировкой, закашлялся и бросил шокированный взгляд на своего друга-модель. Он знал, что это странная тема для начала разговора, учитывая, что они с Нино редко углублялись в свои эмоции. Тем не менее, Адриану было любопытно и очень хотелось узнать правду о своих чувствах, и, если кто и мог помочь, так это Нино. Недавно их отношения с Альей достигли пятимесячного рубежа, и между ними по-прежнему всё было гладко. Поэтому, если Адриан хотел расшифровать свою головоломку, он должен был обратиться к Нино как к другу, у которого есть решение его проблемы. (По крайней мере, он надеялся на это). "Ты? Влюбился?" усмехнулся Нино, с недоумением покачав головой и выбросив пустую банку из-под газировки в мусорный бак, стоящий напротив скамейки, на которой они сейчас сидели. "Кто же эта счастливица? Только не говори мне, что Хлоя наконец-то заставила тебя влюбиться в неё с помощью Вуду или чего-то подобного, чувак". Адриан насмешливо хмыкнул, позволив мягкому смеху проскользнуть мимо его ухмылки. "Нет, я могу обещать тебе, что это точно не Хлоя. Это... ах, ну, я не знаю. Может быть, мне не стоит называть её имя, потому что я до сих пор не разобрался в своих чувствах. Я не могу сказать, любовь ли это или просто отчаяние от того, что мне нужно за кого-то держаться". "Итак", - начал Нино, поправляя кепку на голове, переходя в режим профессионального друга. "Ты хочешь узнать, каково это - быть влюбленным, а? Что ж, у тебя есть отличный друг, который точно знает, что такое любовь. По крайней мере, я так думаю. Что ты чувствуешь к этой загадочной девушке? Какая она? Что тебе в ней нравится?" Адриану не пришлось долго размышлять над ответом. "Всё. Она буквально воплощение очарования. Ярко-голубые глаза, мягкие волосы, пахнущие лавандой и ванилью, гладкая кожа и эти милые веснушки по всему носу и щекам. Я вижу ее, и у меня возникает странное чувство в сердце, понимаешь? Словно внутри стало тесно и оно хочет выпрыгнуть из меня". "Чувак", - засмеялся Нино, покачав головой. "Ты такой болван". "Я знаю", - вздохнул Адриан, прислонившись спиной к прохладному металлу скамейки. "Я просто не могу выбросить её из головы". Это было правдой. С тех пор как он навестил Маринетт в прошлую субботу, в его голове постоянно крутились воспоминания о сверкающих голубых колокольчиках и очаровательном хихиканье, которое заставляло его сердце учащенно биться. Ощущение того, как её нежные руки пробираются сквозь его волосы и чешут за ушами в том самом любимом месте, заставляло руки Адриана подрагивать от желания, чтобы его пальцы снова обвились вокруг её крошечной талии. Аромат её сладкой кожи, от которой он едва мог удержаться, чтобы не осыпать её нежными поцелуями, всё ещё стоял у него в голове, заставляя его нос чесаться от воспоминаний о том, как он зарывался в её шею, пока спал. Образы пятнистых розовых пижамных штанов и ног, запутавшихся в его собственных, вызывали у Адриана такое головокружение от чувств, что он едва мог сидеть прямо. Дошло до того, что он готов был убить за то, чтобы её шелковистая чёлка снова оказалась у него перед лицом, лишь бы он мог прижаться губами к её лбу. "Э, привет?" Нино засмеялся, махая рукой, словно подгоняя такси. "Земля вызывает Адриана! Куда ты делся, чувак?". Румянец, появившийся на его всё более разгорячённых щеках, не остался незамеченным Нино. "Прости", - сказал Адриан, не в силах стереть с лица влюблённую улыбку. "Просто немного отвлекся". "Глядя на тебя, я не вижу никаких секретов, чувак. У тебя всё плохо", - с легкой усмешкой сказал Нино, бездумно проверяя время на своём телефоне. " Чёрт, обеденный перерыв почти закончился. Мы можем обсудить твою судьбу с мадам Тайной на обратном пути, хорошо? Я буду хорошим спутником". "Спасибо", - сказал Адриан, вставая и закидывая школьную сумку на плечо. "Я действительно буду благодарен за помощь. Я не лучший, когда дело доходит до признания своих чувств. В последний раз, когда я пытался признаться девушке в своих чувствах, я сказал ей, что ненавижу её вместо того, что люблю. Можешь себе представить, что из этого вышло". Когда Нино разразился смехом, взгляд Адриана упал и уперся в мостовую тротуара. Прошлый день святого Валентина всегда был болезненным воспоминанием. В течение нескольких часов он безуспешно пытался написать Ледибаг любовное письмо, сказал ей, что ненавидит её, что они не друзья, и в конце концов попытался убить её своим Катаклизмом. Темный Купидон официально заслужил звание наименее любимого злодея акумы Адриана. В здравом уме он никогда бы не подумал причинить вред Леди Баг. Он вообще никому не причинил бы вреда, если бы у него был выбор. К сожалению, казалось, что стать жертвой силы многих акуматизированных злодеев - обычное дело. Кошмары о причинении вреда Леди Баг мучили его по ночам. Это случалось нечасто, но они обязательно появлялись, пробуждая его в холодном поту и с тяжелым дыханием. Почему на него постоянно сыпались несчастья? "Так вот, - начал Адриан, засунув руки в карманы джинсов, пока они с Нино шли по обочине улицы. "Я не знаю, что делать с этими чувствами. Я знаю, что что-то есть, это совершенно очевидно, поскольку я не могу перестать думать о ней, но я не знаю, можно ли считать это любовью или нет. Ты любишь Алью, верно? Можешь сказать мне, на что это похоже?". Ухмылка Нино превратилась в сентиментальную ухмылку, когда он кивнул, его щёки заметно покраснели. "Ну, да, чувак. Нельзя встречаться с кем-то пять месяцев и не почувствовать что-то вроде любви, понимаешь?". Адриан улыбнулся, из его груди вырвался тихий смешок. Нино некого было благодарить за свое счастье, кроме Леди Баг; она запихнула пару в клетку для животных на целый день, и из туманного объяснения Нино, Адриан мог только предполагать, что было много разделенных секретов и, возможно, несколько поцелуев. Только он и Алья знали, что на самом деле происходило в клетке в тот день. "Это как..." Адриан пытался найти слова, которые могли бы точно описать эмоции, которые он испытывал к Маринетт. "Это как постоянно думать о ней? Думать обо всем хорошем, что ты хочешь сделать вместе, и даже разделять плохие моменты только потому, что вы вместе? Хочется прикасаться к ней как можно чаще и целовать её каждый бодрствующий момент..." "Чувак", - засмеялся Нино, широко раскрыв глаза, глядя на своего друга-модельера. "Я уверен, что справедливо будет сказать, что ты очень влюблен в эту девушку, которая тебя интересует. Со мной происходит всё это, но я уже привык к этому. Конечно, я всегда счастлив, но это просто приятное постоянство, которое теперь есть в моей жизни. Мы не так часто делимся PDA*, как раньше, но это потому, что новизна отношений прошла, и мы просто счастливы быть друг с другом, разделяя поцелуи, прикосновения и все те моменты, о которых ты думаешь, понимаешь? Это как влюбленность, только меньше переживаний, потому что я знаю, что она любит меня в ответ". "И при этом ты заявляешь, что болван я", - усмехнулся Адриан. "Думаю, я понимаю. Как бы ты пригласил девушку на свидание? Девушку, которая немного застенчивая, но очень мила и заботлива". "Ну", - сказал Нино, когда они вернулись в школьный кампус, поднимаясь по ступенькам, с которых Адриан некоторое время назад наблюдал за падением Маринетт. "Если она немного застенчива, то тебе нужно действовать деликатно. Не стоит сразу бросаться к ней и признаваться в любви на глазах у всей школы, будь мягким и добрым и пригласи её на свидание в уединении. Пригласи её на невинное первое свидание и постарайся не целовать её раньше, чем она будет готова". "Похоже, у тебя много советов по отношениям, и это заставляет тебя говорить как старик", - рассмеялся Адриан, когда они остановились во внутреннем дворе, где собрались группы студентов, чтобы поболтать и дождаться звонка на урок. "Но я ценю это. Я всю неделю пытался пригласить её на свидание, но всё время возникали какие-то препятствия. Но сегодня я хочу сделать это". "Тогда действуй". Как только Нино заметил Алью, он махнул Адриану рукой, показывая, что пойдет к ней. "Я догоню тебя позже, чувак. Удачи с этой девушкой". "Спасибо." Адриан усмехнулся, благодарный за совет своего друга. Нино очень помог ему разобраться в своих чувствах к Маринетт, какими бы они ни были. Адриан никогда не ожидал, что кто-то, кроме Леди Баг, может завладеть его сердцем и заставить его голову роиться в мыслях, от которых розовели щёки, но Маринетт доказала, что он ошибался. Он не только чувствовал к Маринетт то же самое, что уже почти год чувствовал к Ледибаг, но гудящее тепло, заставлявшее его грудь гореть живым огнем, было, несомненно, сильнее. Маринетт была летним небом, глаза голубее небес и ярче солнца. Ему хотелось греться в её тепле и наслаждаться каждым мгновением, когда она благословляла его своим присутствием. Что он мог сказать? Адриан всегда любил поэзию, и у него была привычка быстро влюбляться. Влюбленность в Маринетт одновременно пугала и возбуждала его. Мысль о том, чтобы признаться в своих чувствах и побудить её поцеловать его, заставляла его ноги превращаться в желе. Одна мысль о том, чтобы назвать её своей девушкой, чего он никогда раньше не имел удовольствия делать с девушками, зажгла искры в его сердце. Однако с хорошими мыслями неизбежно приходят и плохие; осознание того, что их хорошие отношения могут закончиться только болью и слезами, заставили Адриана нахмурить губы. Ещё более удручающей была мысль о том, что Маринетт сразу же отвергнет его, хотя он полагал, что это будет легче пережить, чем полностью предаться своей любви к ней и отдать ей всего себя только для того, чтобы всё закончилось. Отношения между ними были шансом. Шанс, который мог закончиться либо полноценной жизнью, любовью друг к другу, пока смерть не разлучит их и даже после, либо шансом, что ссора или осознание того, что они слишком разные люди, разлучит их. Эта мысль причиняла боль, но шанс есть шанс. Вероятность пятьдесят на пятьдесят, которую Адриан был готов принять. Он хотел рискнуть, рискнуть, подхватить Маринетт на руки, отнести её в свадебном стиле в ближайший магазин тканей и осыпать подарками самых разных фактур и цветов. Ничто не делало его счастливее, чем видеть, как это великолепное лицо растягивается в огромной улыбке, а небесно-голубые глаза искрятся от восторга. В его жизни ему была необходима эта улыбка. В его жизни была нужна Маринетт. Словно по какому-то волшебному зову, его взгляд упал на Маринетт, которая только что вернулась в школу. Одна. Теперь у него был шанс спросить то, что он пытался выплеснуть в течение недели. "Мари-", - начал он, но сильные руки, обхватившие его шею, зажали его слова в горле. "Адри-кинс!" ворковала Хлоя, прикладывая неудобный и очень нежелательный поцелуй к его щеке. "Вот ты где! Я искала тебя. Слушай, я хочу, чтобы ты зашел ко мне сегодня после школы, хорошо? Папа только что купил мне несколько новых бриллиантов, и они сверкают так ярко, что тебе придется надеть солнечные очки, иначе ты ослепнешь. Я хочу, чтобы ты помог мне выбрать, какую пару надеть в качестве серёжек". "Э-э.…" Адриан сдержал желание скорчить гримасу. " Прости, Хлоя, но, может быть, в другой раз. Сегодня у меня есть планы после школы". "Планы?" Она насмехалась, скрестив руки и недоверчиво приподняв бровь. "Что может быть важнее меня?" Адриан могла думать о многих вещах. "Я сегодня тусуюсь с другом. Мы можем перенести встречу?" "А ты не можешь перенести встречу с другим своим другом, который, очевидно, важнее меня?". Вздохнув, Адриан положил руку ей на плечо и покачал головой, его неловкое выражение лица было очевидным. "Нет, прости, Хлоя. Я давно это планировал". "Ладно", - прошипела Хлоя, положив руки на бедра. "Я сообщу папе, что ты приедешь на выходные. Ты не против?" "Может быть, посмотрим, как у меня сложится график". Как бы захватывающе ни звучало для него разглядывание камней, перебирать камни Хлои не было тем, чего Адриан ждал с нетерпением. Он делал это из сочувствия; не имея друга и того, кому можно было бы выговориться, Хлоя, скорее всего, взорвется. Кроме того, подругу с детства было трудно потерять, даже если она выросла человеком, чьи поступки ему не нравились. Её постоянная неприязнь и поддразнивание Маринетт (как и большинства других учеников) сильно его раздражали. Хлоя надулась. "Аххх, хорошо. Я просто немного скучаю по тебе, Адриан, мы не общались с тех пор, как началась школа". "Я знаю", - вздохнул он, - "Мне жаль. Но мы найдем время. Ты не могла бы извинить меня на секунду?". Прежде чем Хлоя успела ответить, он извиняюще улыбнулся ей и ушёл, разыскивая девушку с чёрными хвостиками и галактикой веснушек. Его глаза просканировали двор, и его сердце пропустило удар, когда они остановились на ней, хихикающей над тем, что сказала Алья. Ох, этот смех. Его руки задрожали. Смех Маринетт прокладывал себе путь в его сердце и бурлил там, разжигая в нем любовь к ней. От того, как её рот растягивался в улыбке, и от тех восхитительных звуков, которые из него вырывались, у него подкашивались ноги. Обладать таким количеством привлекательности должно быть незаконно. Если он не возьмет себя в руки, Адриану придется вызывать скорую помощь, потому что он точно упадет в обморок от остановки сердца. "Мари..." Его голос надломился, и он был благодарен, что находился слишком далеко, чтобы она его услышала. Прочистив горло, он подошёл к ней на дрожащих ногах, нервы сдавили вены. Нельзя трусить. Сейчас есть шанс. "Маринетт", - начал он снова, махнув ей рукой. "Могу я поговорить с тобой?" Нервно сглотнув, он взглянул на Нино и Алью, у которых были одинаковые любопытные выражения лиц. "Наедине?" "О", - взгляд Маринетт с трудом выдержал его. "Конечно". Они подошли к лестнице, на которую Адриан опирался одной рукой. Он ещё не придумал, как именно задаст ей вопрос, который всю последнюю неделю жёг дыру в его мозгу, вызывая внутреннюю панику на короткий миг. Я, наверное, выгляжу так нелепо. Она отвергнет меня... "К-как ты себя чувствуешь?" Голос Маринетт оторвал его от тревожной сосредоточенности. "Ты... У тебя всё хорошо? У нас не было возможности поговорить, так что..." "О, да!" Адриан кивнул, одарив её тёплой улыбкой, которая, несомненно, была бы убедительной. По правде говоря, неделя была тяжелой; он не видел её, как Кот, с субботнего вечера, и у них почти не было возможности поговорить. "Я в порядке. Чувствую себя лучше, по крайней мере, с субботы. Я просто... хотел задать тебе вопрос". Это был вопрос, который он хотел задать в понедельник, когда они сидели одни в кабинете физики, составляя тест. Он хотел задать его во вторник, когда она случайно споткнулась о тротуар и упала в его объятия. Это было то, о чём он чуть не спросил в среду, когда провожал её домой во время короткой прогулки после школы. Он отчаянно пытался спросить её об этом в четверг, но проливной дождь, под который он попал, возвращаясь с обеда, окончательно испортил настроение. Теперь была пятница, и они были одни, без единого постороннего шума. Нервы не могли взять верх; он был слишком решительно настроен выплюнуть простой вопрос, который не давал ему покоя уже пять дней подряд. Как только он открыл рот, чтобы заговорить, звонок прервал его, заставив его грудь сжаться от волнения. Они не могли сейчас идти на урок! Он должен был задать ей вопрос! "Маринетт, подожди", - умолял он, протягивая руку к её плечу, но замешкался и отстранился, прежде чем установить контакт. Его разум поплыл, пытаясь понять, что именно он хочет сказать. "Прежде чем мы пойдем в класс, я хотел спросить, если... Может быть, ты хочешь... Ну, я подумал, это же не странно, мы можем..." Маринетт подняла любопытную бровь, её лицо озарила невинная улыбка. "Да?" Чёрт возьми, Адриан, просто скажи это! "Я хотел спросить, может быть, ты..." Он сухо сглотнул. Почему задать другу простой вопрос было так сложно? "- Не хочешь ли ты сегодня вместе заняться чем-нибудь после школы? В последнее время у нас не было возможности провести время вместе, и если ты занята или не хочешь, то это совершенно нормально, правда, но если ты действительно хочешь, то в конце улицы открылось новое кафе-мороженое, и я очень хочу попробовать его, и я хотел спросить тебя, потому что ты забавная, а также мой любимый человек, с которым я ем сладости..." Любимый человек, с которым можно есть сладости. Адриан сдержал желание ударить себя по лбу. Он официально вышел на совершенно новый уровень неловкости. Обычно заикание и бессвязная речь принадлежали Маринетт, но теперь всё точно перевернулось. Он и не знал, что это так неловко! "О!" Маринетт опустила глаза в пол, а её щёки приобрели приятный румяный оттенок. Адриан чуть не упал в обморок от того, как мило она выглядела, в то время как он приготовился к мягкому отказу. Он пообещал себе, что только немного поплачет. "Ты хочешь пригласить меня куда-нибудь? Типа, на свидание? В смысле свидание?" Её глаза расширились, когда её голос повысился. "А-а-а! Я имею в виду, это не то, чтобы свидание, я и не думала, что это свидание, но если ты хочешь, чтобы это было свидание, то я не против, но это не обязательно должно быть, я-я... Агх. Прости, мне так неловко". "Нет, нет!" Адриан засмеялась, ободряюще улыбнувшись. "Всё в порядке! Я тоже сейчас довольно неловок. Я никогда не говорил, что это будет свидание, но... Это может быть, если ты хочешь. Или это может быть обычная встреча двух платонических друзей. Только мы будем одни и есть мороженое. Это будет свидание, если ты этого захочешь, я имею в виду... Я не против". И тут она хихикнула, этот очаровательный звук, от которого ноги Адриана подкосились, а желудок затрепетал. Если бы он не держался за колонну, он бы точно упал. "Ну... Конечно", - мягко сказала она, глядя на него сквозь длинные ресницы. "Если ты не против, то и я не против". "К-круто!" Он вздохнул с облегчением. "Значит, это свидание. Мы можем пойти сразу после занятий". Маринетт выглядела немного смущенной. "У меня нет с собой денег". "Это свидание, помнишь? Я плачу". Он слегка коснулся её носа и подмигнул ей. Её алое лицо и хихиканье были достаточной наградой за его невинный флирт. Они вернулись в класс как раз вовремя и сели на свои места как раз в тот момент, когда прозвенел последний звонок. Желание повернуться на своем месте и посмотреть на Маринетт было слишком сильным, но он преодолел весь урок без единого взгляда. Время от времени он слышал, как Алья и Маринетт тихонько повизгивали друг с другом. Чему бы они ни были так рады, Адриан мог только предполагать, что это было что-то хорошее. Может быть, ещё одно видео с Леди Баг. За десять минут до того, как прозвенел последний звонок, преподаватель объявил, что они будут работать в группах по четыре человека над проектом, тему которого он не совсем понял. У Адриана перехватило дыхание, глаза распахнулись в безмолвной молитве о том, чтобы они могли выбрать себе группу - он очень не хотел оказаться с Хлоей и в итоге выполнять всю работу - но, к счастью, его желание было услышано. Он мгновенно повернулся, одарив Маринетт и Алью широкой ухмылкой с глазами взволнованного котенка. Если бы он был трансформирован, его хвост вилял бы очень нехарактерно для кота, и, возможно, он бы даже мурлыкал от восторга. "Хей", - голос Нино заставил Адриана повернуться, окинув его любопытным взглядом. "Нам нужно поговорить". "А нам нужно?" Адриан нервно нахмурился, наблюдая за серьёзным выражением лица своего друга; Нино обычно был игривым типом, не склонным к серьёзным разговорам. Что могло заставить его так смотреть? Нино кивнул и наклонился ближе, его голос был тихим и скрытным. "Та девушка, о которой ты говорил ранее, та, в которую ты влюблён? У нее случайно не черные хвостики и сидит позади нас?". Адриан сглотнул, его взгляд остановился на карандаше лежащем на столе, который вдруг стал невероятно занимательным. На него было легче смотреть, чем на пытливый взгляд его друга. "Может быть", - тихо сказал он, - "разве это плохо?". Он вспомнил, как Нино был влюблён в Маринетт ещё до того, как начал встречаться с Альей. Его друг был безусловно влюблен в эту девушку, и Адриан беспокоился, что он переступил черту кодекса брата, понравившись ей или что-то в этом роде - если такое вообще существует. "Нет!" воскликнул Нино, закрыв рот рукой, когда понял, что это прозвучало слишком громко, а затем издал довольный смешок, покачав головой. "Почему это должно быть проблемой? Разве ты не понял, что она просто без ума от тебя?". "Кто?" вклинилась Алья, одарив своего парня суровым взглядом. Нино тут же отступил, понимая, что, очевидно, говорил достаточно громко, чтобы девушки могли услышать. Адриан неловко почесал шею, бросив застенчивый взгляд на девушек. "Итак, я полагаю, что нас четверо, верно?" Маринетт кивнула, на её веснушчатых щеках появился знакомый легкий румянец. Она казалась такой ошеломленной, такой полной блаженства, когда она положила голову на ладони, опершись локтями на парту. Прежде чем заговорить, она издала мечтательный вздох, глаза опустились, медленно моргая. "Ммм. Мы. Вместе". Адриан склонил голову набок, слегка усмехнувшись её приятному потерянному выражению лица. Неужели он сделал это с ней? Mon dieu. Он сделал это с ней. Если Нино был прав, и если верить тому, что Маринетт сказала ему как Коту, Маринетт не только отвечала на его чувства, но, возможно, даже чувствовала их сильнее, чем он. Как же он раньше не замечал этого? Её запинающийся, заикающийся голос, покрасневшие щёки и нервные подёргивания в сочетании с застенчивыми взглядами говорили только об одном: а в том, что он ей нравился. Он ей нравился-нравился. От осознания этого Адриан закашлялся, глаза выпучились, а ухмылка растянулась от уха до уха. К счастью, звонок скрыл его удивленные звуки и дал ему время собраться с мыслями, прежде чем встать со своего места. Наконец-то прозвенел последний звонок за день, вызвав облегчение во всём теле. Он старался не накручивать себя из-за так называемого "свидания", на которое они с Маринетт согласились пойти, и теперь, когда они закончили собирать свои вещи, пришло время его осуществить. Надеюсь, он не покажется слишком неловким или кокетливым. Между ними определенно нужна золотая середина. Это была Маринетт, конечно же; милая, невинно очаровательная одноклассница, в которую он неожиданно влюбился. Девушка, чьи глаза сверкали, как бриллианты, а смех разжигал приятный огонь в груди, который согревал Адриана до самых пальцев ног. После недели отчаянных попыток пригласить очаровательную девушку на свидание, ему это наконец удалось, и, слава богу, она согласилась. У него появился шанс снова поговорить с ней, не считая простой болтовни в школе. У них будет свидание. Нерешительная рука, лежащая на его плече, заставила Адриана повернуться, и его глаза встретились с глазами Маринетт. Она застенчиво улыбнулась ему, глядя на него сквозь ресницы с самым милым выражением, которое он когда-либо видел на ее прекрасных чертах. "Эй, - вздохнул он, - ты готова?" Она кивнула, хмыкнув в ответ. "Да, абсолютно готова". Адриан не пропустил хитрую ухмылку Нино, когда тот вышел из класса следом за Маринетт, подарив своему другу игривый смешок. Он был благодарен Нино за то, что тот не расстроился из-за его чувств к Маринетт - для этого даже не было причин, учитывая, что он был очень счастлив в отношениях с Алей. Когда они с Маринетт вышли из школы и начали свой короткий путь по улице, его охватила волна восторга. Они шли в комфортном молчании, изредка касаясь друг друга руками (что, признаться, вызывало искру в душе Адриана при каждом коротком прикосновении). Он сделал длинный вдох, чувствуя удовлетворение, когда медленно выдохнул. Запахи летнего Парижа всегда были прекрасным приветствием при прогулках по улицам. Адриан уловил соблазнительно вкусный аромат свежеиспеченного хлеба, витавший в воздухе, когда они проходили мимо дома Маринетт. Пекарня всегда дарила его носу самые лучшие ароматы. "Я чувствую запах хлеба", - вздохнул он, и выражение его лица смягчилось, когда он улыбнулся Маринетт. "Я никогда не устану от этого запаха", - усмехнулась Маринетт, оглянувшись на свою пекарню, как только они прошли мимо. "Он самый лучший". "На прошлой неделе, когда я ехал на фотосессию в другой конец города", - начал Адриан, вспоминая тот самый момент, о котором он планировал ей рассказать. "Я опустил окно в машине, и мы проезжали мимо другой пекарни, название которой я не помню. Я почувствовал запах выпекаемого хлеба всего на долю секунды, но сразу же подумал о тебе". А вот и тот румянец! Эти румяные щёчки и застенчивое хихиканье, которые заставляли его сердце биться от вида его великолепной одноклассницы. Каждый раз, когда он с любовью смотрел на неё, он замечал что-то, чего не видел раньше; новый маленький сюрприз, который его глаз ещё не уловил. Будь то то, как она закрывала глаза, когда смеялась, или как несколько прядей волос свисали ей на лицо, Адриан знал, что хочет запомнить каждую деталь её черт. Всегда ли у неё было так много веснушек? Адриан представлял, что однажды он пересчитает их все. "Ты подумал обо мне?" сказала она сквозь хихиканье, её щёки покраснели ещё больше. "Это... мило. Я тоже думаю о тебе, когда пеку печенье". "Я могу только представить, почему", - засмеялся он, - "образ Адриана Агреста, призрачно-белого и покрытого мукой, должно быть, трудно стереть". "Ну, да, но... я имела в виду не это". Адриан перевел взгляд на неё, подняв брови. "О?" Она кивнула. "Это напоминает мне о том, как весело нам было, и что ты настоящий человек, понимаешь? Ты тоже любишь смеяться и веселиться, как и все остальные". Усмехнувшись, Адриан нерешительно протянул руку и провёл пальцами по костяшкам её пальцев, молчаливая просьба, которая, как он надеялся, закончится тем, что она обхватит его своими маленькими ручками. Но она этого не сделала. "Спасибо. Я знаю, что большинство людей видят во мне знаменитость, вознесенную на золотой пьедестал, но я такой же, как и все остальные. Я неловкий дурачок, понимаешь?". Мягкий смех пронесся мимо его губ. "Я очень рад, что ты видишь во мне друга. Может быть..." Их глаза встретились на мгновение, прежде чем он опустил взгляд, его голос стал тише. "Может быть, даже больше". Маринетт ничего не говорила секунду или две, прежде чем захихикала, её голубые глаза встретились с мягкими зелёными. "Если ты пытаешься украсть позицию лучшего друга, Алья убьёт тебя". "О, могу себе представить", - рассмеялся Адриан, открывая дверь в кафе-мороженое, маленький и причудливый магазинчик, украшенный лозами и цветами всех оттенков. Здание существовало уже давно, но в нём никто не работал, пока его не купила местная семья. Адриан мог только предполагать, что домашнее мороженое в вафельном рожке будет просто райским на вкус. В тот день Адриан узнал кое-что новое о Маринетт, пока они сидели за очаровательно розовым столиком: её любимый вкус мороженого - клубничный, а выражения, которые она делала, когда мороженое начинало стекать по краю рожка, были одними из его любимых. "Тебе нравится клубничное только потому, что оно розовое?" - спросил он с легкой усмешкой, жуя один из кусочков орео, который посыпался ему в рожок. "Я могу понять, почему. Розовый - красивый цвет". "Нет", - ответила Маринетт с нежным смешком, покачав головой, когда облизнула мороженое. "Мне нравится его вкус. Клубника - моя любимая ягода". "Я тоже, но у меня никогда не было возможности попробовать её в мороженом, а в этот раз орео с ванилью показалось слишком вкусным, чтобы отказаться". Он посмотрел на кусочки клубники, которые торчали из розового лакомства. "Может быть, в следующий раз". "Можешь попробовать немного моего, если хочешь". Голос Маринетт был настолько тихим, что он чуть не пропустил её предложение. "Это ведь не странно, правда?" "Нет", - рассмеялся он, его губы растянулись в благодарной ухмылке. "Ты можешь попробовать и мой. Вот." Протягивая свой рожок с ухмылкой, Адриан пожевал нижнюю губу, пока Маринетт заглатывала наживку. Когда она наклонилась, чтобы взять рожок, он прижал его к ее носу, фыркнув от удивления. Она бросила на него игривый взгляд, от которого его ухмылка стала ещё шире, хотя он знал, что следующий в очереди на то, чтобы почувствовать холодное мороженое на своей коже. "Адриан", - вздохнула она с улыбкой, протягивая руку, чтобы взять салфетку. "Грубиян." "Подожди, смотри", - хихикнул он, прижимая мороженое к носу, глаза блестели, когда его друг разразился небольшим приступом смеха. "Теперь мы сочетаемся! Это образ века. Все будут носить его теперь, когда его ношу я". "Я не думала, что мороженое на носу может считаться модным веянием", - сказала она с ухмылкой, вытирая мороженое, приютившееся на кончике его носа. Адриан надеялся, что она не заметила, как на его щеках появился красный румянец. Или, может быть, он надеялся, что она заметила, потому что когда она поняла, что её рука была прижата к его щеке, когда она вытирала печенье и крем, её собственное лицо стало темно-розовым, отражая его собственное. "Прости, я не спросила, могу ли я.." Адриан усмехнулся, протягивая вперед свою собственную салфетку и вытирая её нос от мороженого, прежде чем она успела запротестовать. "За что?" "Н-ничего". Тихонько посмеиваясь, Адриан с любопытством наблюдал за ней, изучая, как она беспокоится о своей нижней губе и как её взгляд переместился с использованных салфеток на вафельный рожок, который она медленно откусывала. Когда её взгляд встретился с его взглядом, Адриан вздохнул, не в силах оторвать глаз от её глаз. Каждый раз, когда у него была возможность погрузиться в них, он не хотел выныривать; плавание в этих голубых глубинах заставляло все его тело чувствовать удовольствие. Они были такими яркими, такими красивыми, такими мудрыми. Такие полные жизни и радости, ослепительные в теплом свете Парижа. В этот момент Адриан понял, что его любимый цвет стал голубым. "Адриан?" Адриан хмыкнул в ответ, не в силах открыть рот, чтобы правильно ответить. Маринетт была самой красивой девушкой, на которую он когда-либо имел удовольствие смотреть. Конечно, Ледибаг тоже была красивой, но Маринетт... "У меня что-то с лицом?" И тут он заметил, что Маринетт выглядит обеспокоенной и смущенной, её пальцы расчесывают волосы, пытаясь исправить то, что не было грязным. "Нет", - успокоил он её, покачав головой и положив свою руку на её, чтобы убедить её. "Ничего не случилось. Всё... хорошо. Всё правильно". "О," - вздохнула она со вздохом облегчения. ""Просто ты смотрел, и я подумала..."" "Может быть, я просто любуюсь тобой". Он усмехнулся, когда Маринетт чуть не подавилась своим вафельным рожком, который она уже почти доела. Видя её смущение и покрасневшее лицо, его сердце заколотилось в его пушистой, гулкой груди. Да, он определенно восхищался. Когда она замолчала, Адриан почувствовал, как разочарованно нахмурились его губы, которые до этого были так широко растянуты. "Эй, ты в порядке?" Его рука утешительно сжала её руку, и он даже не осознал, что контакт, который они сейчас разделяли, определенно предназначался для двух людей, которые были немного больше, чем просто друзья. Когда пальцы Маринетт сплелись между его пальцами и вернули сжатие, ухмылка практически вернулась на его лицо, когда он откусил последний кусочек мороженого. Если бы кто-нибудь увидел их, то наверняка решил бы, что это молодая пара на миллионном свидании. Часть его души молилась, чтобы папарацци застали его вот таким, абсолютно влюбленным, с переплетенными пальцами Маринетт Дюпен-Ченг. Из них, несомненно, получилась бы прекрасная пара. Девушка-модельер и парень-модель; что может быть лучше? «Не забегай вперед, - прокричал мозг Адриана, — это всего лишь свидание». Ты не встречаешься с ней. Пока. Может быть, она согласится, если он скажет ей правду о своих чувствах. Может быть, она захочет стать его девушкой и держать его за руку вот так каждый день. Может быть, она была бы счастлива быть его, как и он был бы счастлив быть её. Может быть, если он будет достаточно смел, он признается, что глубоко заботится о ней, хочет её, и робко спросит, чувствует ли она то же самое. Он знал, что чувствует. Но он не был достаточно храбр. Поэтому он выбрал менее подозрительный путь. "Хей, Маринетт", - голос Адриана глупо дрогнул. "Помнишь, ты говорила, что неравнодушна к Коту Нуару?" Маринетт, застигнутая врасплох, вскочила на ноги и быстро моргнула от удивления. "Э-э! О! Д-да? А что?" Адриан усмехнулся, его щёки стали приятно тёплыми. "Я хотел спросить, есть ли у тебя интерес к другим парням со светлыми волосами и зелеными глазами". Он практически видел, как её дыхание застряло в горле, когда её голос стал чуть выше шёпота. " К-как кто?" "Например..." Он сглотнул, его взгляд застенчиво встретился с её. "Например, кто-то вроде м..." Крик, раздавшийся снаружи салона, прервал Адриана на полуслове, испугав и его, и Маринетт. Повернувшись, чтобы взглянуть в большие окна, Адриан вздохнул, увидев бегущих людей и летящие чёрные объекты. С прошлой недели не было ни одного нападения акумы; он не сомневался, что Бражник выбрал очередную жертву, которая теперь носилась по улицам. "Маринетт, - начал он, быстро вставая. Решительный взгляд, появившийся на её лице, заставил его сердце замереть. Это было странно знакомо, но он никогда не видел её с таким выражением лица, не так ли? Нет... Когда они играли в видеоигры, она была решительной, но эта решительность была другой. "Маринетт. Нам нужно найти безопасное место". Маринетт отрывисто кивнула и, схватив его за руку, повела к задней части магазина. "Мы можем спрятаться в туалетах", - предложила она, переводя взгляд с него на город снаружи. "Да, там безопасно. Я выйду, когда всё закончится. Ты оставайся здесь". "Маринетт, н..." Но она уже убежала в комнату девушки. Смущенный и немного раздраженный её внезапным бегством при явной опасности, Адриан вздохнул, пожал плечами и бросился в ванную комнату для мальчиков, чтобы переодеться. Войдя в кабинку, он расправил свою рубашку, когда Плагг вылетел из неё, и слегка покачал головой. "Похоже, Маринетт останется здесь". "Как жаль, что Мотылек испортил тебе первое свидание!" Адриан нахмурился. "Не болтай, Плагг. Нам нужно выдвигаться. Трансформируй меня!"

***

Маринетт выскочила из уборной, как только перевоплотилась, чувствуя, как безграничная уверенность Леди Баг проникает в её кожу и превращает её в супергероиню, которую обожал Париж. Выбежав в столовую магазина, она задохнулась, когда сбоку на неё налетела чёрная фигура, отчего они оба упали на холодный кафельный пол. "Миледи?" Леди Баг подняла голову и посмотрела на голос, который она знала слишком хорошо. "Кот Нуар? Что ты здесь делаешь?" "Леди Баг", - глаза Кота расширились от удивления, его губы дернулись в ухмылке. "Ты... ты был здесь? До нападения?" Нервно сглотнув, Маринетт сузила глаза и покачала головой. "Н-нет, глупый котёнок. Мне просто пришлось забежать сюда, чтобы трансформироваться. Нет времени на разговоры, нам нужно поймать и очистить акуму!" Она надеялась, что он не догадается. Кот Нуар всегда был невероятно любопытен, и сейчас не было исключением, и уж точно не время для его назойливых вопросов. Разве он не знал, что вопросы о личности заставляют её чувствовать себя неловко? По правде говоря, её собственное любопытство вызвала мысль о том, что они с Котом были в одном магазине до превращения. Она могла смотреть на него, даже не подозревая об этом. Может быть, он был блондином, который обслуживал прилавок, или подростком в черном балахоне, который сидел с девушкой. Нет... Маринетт знала, что не стоит углубляться в эти мысли. Их личности были ценным секретом, и как бы отчаянно она ни хотела узнать, кто заснул рядом с ней в её постели, она делала вид, что ей всё равно. Она не хотела знать. Не хотела. Маринетт тряхнула головой, чтобы прогнать мысли, и вздохнула, выскочив из магазина с Котом прямо за ней. Пара стояла посреди улицы, спина к спине, рассматривая любые разрушения и опасности, которые они могли распознать. Впрочем, разрушений было немного. Как ни странно, всё было абсолютно тихо. Никакого шума, ни птиц, ни машин. Это было, по меньшей мере, жутко. В Париже никогда не было такой мертвой тишины. Казалось, что это город-призрак. "Где же злодей?" ворчала Маринетт, оглядывая улицу, переводя взгляд со зданий, вывесок и самой дороги. Горожане ковыляли по тротуару, некоторые сгорбились, другие шли в растерянности. Подойдя к молодой женщине, Маринетт слегка коснулась её плеча и с отчаянием посмотрела на неё. "Простите, мэм? Вы не видели ничего необычного? Может быть, акуматизированного злодея?" Женщина уставилась на неё, раздвинув губы, чтобы заговорить, но нахмурилась, когда из её горла не вырвалось ни звука. Вместо этого она безнадежно потупилась, рыжие волосы упали ей на лицо, и она склонила голову в смущении. "Что..." "Леди Баг", - голос Кота сзади испугал Маринетт, побудив её быстро обернуться в тревоге. Внезапный шум был немного пугающим из-за того, что весь город был таким призрачно тихим. "Я не могу поговорить с этими людьми. Как будто они все стали... немыми, или что-то в этом роде". Изучая улицу, Маринетт сузила глаза и задумчиво положила руку на подбородок, пытаясь сформулировать план. Метафорическая лампочка засияла над её головой, когда она щёлкнула пальцами, обращаясь к своему кошачьему напарнику, чтобы изложить свою идею о том, как справиться с ситуацией. "Кот, - начала она, - у тебя ведь хороший слух? Ты вообще что-нибудь слышишь? Какие-нибудь крики вдалеке или что-то в этом роде?" Кот сделал небольшую паузу, наклонив голову в сторону, его уши дернулись, одно из них приспособилось слушать позади него, а другое повернулось, чтобы слушать левее. "Да", - заявил он, пошевелив правым ухом. "Я слышал слабый крик в районе улицы Готлиб. Злодей, должно быть, там". "Хороший котик", - ворковала Маринетт, почесывая ему под подбородком и получая от Кота тихое мяуканье в ответ. Вот это кот! "Тогда не будем терять времени". Вдвоём они молнией помчались в направлении криков о помощи и благодаря своей великолепной скорости добрались до места менее чем за минуту. Маринетт приземлилась на террасе, наблюдая, как Кот облокотился на перила. Знакомое чувство тепла охватило её. Настроение ситуации полностью изменилось бы, если бы он сидел здесь поздно ночью без акумы, бушующей в городе. И тут они увидели это - пожилую женщину, парящую в воздухе с крыльями из бумаги, украшенными текстом, растянутым по всем нежным перьям. На ней был выцветший розовый свитер и треснувшие очки, прикрепленные к разноцветному бисерному шнурку на шее. Вокруг неё вращались книги, все чёрные, кроме одной в твёрдом переплёте, которая выделялась глубоким светящимся фиолетовым цветом. "Должно быть, именно там находится акума, - прошептала Маринетт, - фиолетовая книга. Думаешь, она была чем-то вроде библиотекаря?" Кот хихикнул. "Ну, думаю, я действительно могу прочитать выражение её лица. Она выглядит довольно злой. Держу пари, она расстроена тем, что никто в библиотеке не мог сидеть тихо, и теперь она заставляет всех нас замолчать. Думаю, нам лучше записаться на прием, чтобы преподать ей урок!" Маринетт, закатив глаза с раздраженным стоном, скорчила своему партнеру недовольную гримасу, наблюдая за женщиной и её действиями. Книги, которые вращались вокруг неё, время от времени убегали и преследовали гражданских, вырывая их крики прямо из горла и быстро заглушая их. "Ого", - хмыкнул Кот, - "не хотелось бы, чтобы мой голос был отложен на полку". "Я буквально собираюсь отшлепать тебя". Маринетт не смогла скрыть смех в своем голосе, когда она ненатурально угрожала своему кошачьему коллеге. "Сейчас не время для шуток! Мы должны поймать её акуму и освободить голоса этих бедных людей". "Просто скажи мне, куда ты хочешь меня направить, миледи". "Мы должны попытаться отобрать у неё эту книгу, не попадая на линию её атаки. Я не хочу, чтобы кто-то из нас стал немым; возможность общаться с тобой, пока мы разбираемся с этим, облегчает работу в тысячу раз". Ко кивнул ей и усмехнулся, вертя дубинку в левой руке. "Хорошо, что я многопрофильный кот. Я знаю язык жестов". "А я нет, так что это бесполезно", - Маринетт бросила на него косой взгляд. "Кроме того, в любом случае я не планирую, становиться немой. Мы достанем эту книгу". Кот, подожди, я не..." Но он уже прыгнул. Этот глупый, глупый кот никогда не научиться слушать до конца. Как он мог обладать таким потрясающим слухом, но не потрудиться выслушать её хотя бы до половины? Вздохнув, Маринетт перемахнула через здание и с грохотом приземлилась на скользкую обшивку крыши. Она никогда не отличалась таким изяществом, как Кот Нуар, когда дело доходило до приземления, и, поскольку в городе было жутко тихо, её ноги шлёпнулись о крышу, что было очевидной приманкой. Ругаясь про себя, Маринетт посмотрела на старую библиотекаршу, та приложила морщинистый палец к губам и недовольно зашипела. Книги полетели на неё, и каждая была встречена ударом ноги или ударом йо-йо. "Знаешь, - ворчала Маринетт, перепрыгивая через книгу, которая стремительно неслась к её груди. "Есть более простые способы сказать людям, чтобы они вели себя потише, нежели полностью лишать их голоса". "Шшш!" прозвучало в ответ. Маринетт официально окрестила этого злодея Шушерой. Куда, чёрт возьми, подевался Кот Нуар? "Тебе не кажется...", - она увернулась от книги, - "что есть вариант получше...", а затем ещё один, - "чем этот?". "Шшш!" Ну вот, все попытки отговорить несговорчивую женщину закончились. Пронзительный визг свистка застал Маринетт врасплох. Широко раскрыв глаза, она посмотрела на поразительный шум на улице внизу, где стоял Кот Нуар в полицейской фуражке с синим свистком, прижатым к губам, и с силой дул в него. "Эй, мадам Шуш-а-лот! Не любите шум? Тогда вам лучше остановить меня, пока я не разнесу этот свисток по каждой парижской библиотеке!" "Тсс!" шипела старуха, надвигаясь со своей армией книг на Кота. Маринетт ухмыльнулась, глядя на то, как Кот отвлекает её. Такой умный котёнок. На самом деле, она не смогла не прикрыть руками свое взрывное хихиканье, пока Кот носился кругами, издавая свист при каждом вдохе, вырывавшемся из его легкого тела. Это сопровождалось пронзительными криками и сбивало прицел книг, заставляя их врезаться в стены и падать на пол, после чего они снова приобретали свой первоначальный цвет и лежали безжизненными. Значит, книги ненавидели свист. Полезная информация. Пока Кот отвлекал её, Маринетт как можно тише метнулась к женщине, быстро протянула руку и выхватила одну из книг, зажав её, чтобы та не смогла украсть её голос. Перевернувшись в воздухе, Маринетт посмотрела на книгу в своих руках - нет, цвет черный. Не годится. Ей нужна была та, фиолетовая. Подлетев снова, она с довольной ухмылкой схватила фиолетовую книгу и с шумом приземлилась на землю. Вот только на этот раз она не забыла приземлиться с осторожностью, и сердце Маринетт замерло, когда она столкнулась с двумя оставшимися черными книгами, обе из которых раскрылись и засветились фиолетовым светом, готовясь завладеть её голосом. Какого черта? Русалочка без согласия? "Леди Баг, берегись!" крикнул Кот, его голос был покрыт страхом, когда он нырнул за ней, принимая на себя удар одной книги, которая успела подобраться к ней сзади. Маринетт удивленно зашипела, случайно уронив фиолетовую книгу на пол от неожиданности, и издала стон, когда её напарник предстал перед ней с невинной зубастой ухмылкой и пожал плечами. "Кот Нуар!" Она вздохнула, явно взволнованная его героическим подвигом. "Прекрати это делать! Однажды тебя убьют". Кот снова пожал плечами, почесывая затылок. Маринетт хотелось стереть это смущенное выражение с его лица шлепком или поцелуем. Фу, нет, гадость! "Ну, по крайней мере, мне больше не придется выслушивать твои каламбуры. Так, где же эта..." Фиолетовая книга зависла над ними вместе с армией других романов, а затем разлетелась по городу, заставив раздраженную Маринетт стиснуть зубы. Она бы уже давно очистила проклятого акуму, если бы Кот случайно не толкнул её, защищая от того, от чего её не нужно было спасать. Тем не менее, было приятно знать, что ему не всё равно. "Талисман удачи!" в отчаянии крикнула она, глядя на то, как ей в руки падает свисток в форме книги, украшенный божьей коровкой. По крайней мере, она знала, что делать, благодаря умному отвлечению Кота. Оглядев пустую улицу, Маринетт сузила глаза, когда её взгляд остановился на страницах с крыльями, проросшими из спины библиотекарши. "Кот Нуар", - прошептала она, подталкивая своего молчаливого друга. "Используй свой Катаклизм на её крыльях! Если она не может летать, то и книги вряд ли смогут". Это было нелепо, но попытаться стоило, к тому же, Маринетт уже начала нервничать, зная, что оставила Адриана в туалете кафе-мороженого, тем более что битва прервала их свидание. Их первое свидание. Маринетт молилась, чтобы у них был шанс провести ещё одно, и чтобы Бражник не помешал им. Кот кивнул и, взобравшись на вершину здания и спрыгнув вниз на злодея с очень тихим Катаклизмом, отправил старуху на землю в ворохе пернатой бумаги. Книги последовали её примеру и упали в облаке пыли на улицу, все они потускнели до своих первоначальных цветов, кроме фиолетовой, которая угрожающе нависла над ней. "О, нет!" воскликнула Маринетт, с силой дунув в свисток, отчего книга задрожала и затряслась, пока её страницы не засохли, что дало Маринетт возможность выхватить её из воздуха и разорвать пополам. Чёрная бабочка едва успела зависнуть над землёй, как Маринетт схватила и очистила её, отправив белую бабочку порхать в облачное небо. "Пока-пока, маленькая бабочка!" воскликнула она, подбрасывая свисток в воздух. "Чудесная Леди Баг!" В одно мгновение город окутался сверкающим красным светом, очищая повреждения и возвращая утраченные голоса. Кот издал радостное улюлюканье, когда его голос обрел свой дом в горле, на что Маринетт попыталась убедить себя, что это досадно, но она не могла отделаться от чувства радости, что глупые каламбуры её напарника снова можно услышать. Не то чтобы она наслаждалась ими или что-то в этом роде. "Ах, миледи", - вздохнул Кот Нуар после их традиционного кулачного удара. "Разве ты не рада снова меня слышать? Разве ты не скучала по мурлыканью моего голоса?" "Нет", - рассмеялась Маринетт, легонько пихнув его. "На самом деле, я наслаждалась тем, как тихо и спокойно мне было, котик". "Ну, тогда тебе понравится моя гражданская сущность. Что напоминает мне о - Кот оскалился в ухмылке, сверкнув острыми зубами. "Мне нужно вернуться на свидание. Прости, что ухожу так скоро. Оревуар, Жучок!" Маринетт замерла, скрестив руки на груди и сжав губы в тонкую линию. У Кота Нуара было свидание? С кем? Кто вообще мог заинтересовать Кота, кроме неё? Со сколькими девушками он встречался? Маринетт в образе Леди Баг, Маринетт в образе Маринетт, ещё какая-то девушка, с которой он, очевидно, был на свидании? Может быть, тот блондин в чёрном балахоне и кепке и был Котом Нуаром? Она старалась не чувствовать ревности. Маринетт честно, искренне, изо всех сил старалась не дать этому жгучему чувству разгореться в её груди. У неё не было причин для ревности. Он был не единственным человеком на свидании. Не было причин, почему она должна волноваться. И всё же она волновалась. Вздохнув, Маринетт побежала в ближайший переулок, чтобы трансформироваться, и тусклыми глазами наблюдала, как Тикки опустился на её ладони, и облако искр рассеялось. Бедняжка Квами выглядела измученной, и Маринетт сделала мысленную заметку принести ей немного печенья из салона, когда она вернется. "Ты в порядке?" спросила она свою крошечную подругу, погладив её по головке пальцем. Тикки кивнула, глядя на свою избранницу с теплой улыбкой. "Я в порядке, Маринетт. Мне просто нужно немного вздремнуть. Иди и закончи с Адрианом, хорошо?" Теплая улыбка растянула губы Маринетт, когда она наклонилась, чтобы нежно поцеловать лоб своей Квами. "Ты самая лучшая, Тикки". "Маринетт?" Дизайнер повернулась на звук знакомого голоса, когда Тикки быстро спряталась в своей сумке, расширив глаза от удивления. "Адриан? Почему ты не в магазине..." Маринетт задохнулась, когда сильные руки обхватили её маленькую фигурку. Адриан, видимо, понял свою ошибку и быстро отступил, к большому разочарованию Маринетт. Ей потребовались все силы, чтобы сдержать свой протестующий стон. "Я должен спросить тебя о том же", - сказал он, нервно теребя воротник своей рубашки. "Что ты делаешь в переулке? Тебе пришлось бежать?" "Э-э..." Маринетт смахнула пыль со своей рубашки, опустив глаза к ногам. "Да. Книги, эээ, проникли в женский туалет". Адриан колебался. "Да, они попали и в мужской. Я рада, что с тобой всё в порядке". Улыбаясь, Маринетт издала тихий вздох и кивнула, сцепив руки вместе, когда волна облегчения накрыла их обоих. Адриан был в безопасности. С Адрианом всё было в порядке. Ни единой царапины на его прекрасном лице. "Мне очень жаль это говорить, но...", - Адриан достал свой телефон и проверил время, нахмурив губы от разочарования. "Я опоздал на десять минут к уроку китайского языка. Может, попробуем как-нибудь ещё раз?" Маринетт посмотрела на друга сквозь ресницы, румянец начал пробиваться от шеи к щекам. "Ты имеешь в виду... например, ещё одно свидание?" Адриан кивнул, кончики его ушей слегка порозовели. "Ах, конечно. Да. Я бы хотел этого. Прости, что обрываю этот раз". "Не вини себя", - мягко сказала Маринетт, положив ободряющую руку ему на плечо. "По крайней мере, Леди Баг и Кот Нуар позаботились о том злодее". Адриан хмыкнул в ответ, осторожно положил свою руку на её и ласково сжал. Румянец Маринетт стал алым, когда она почувствовала знакомый спазм в животе; эти бабочки в её животе точно устроили вечеринку. Легкое хихиканье проскользнуло мимо её губ без её согласия, что заставило Адриана рассмеяться в ответ. Они так и стояли вместе в темном переулке, любовно переплетя пальцы и кривя рты в головокружительном смехе. "Давай я провожу тебя домой", - сказал Адриан, когда его смех окончательно утих, его зеленые глаза светились теплом чего-то, что Маринетт не могла описать. "Пока не пошёл дождь. Не хочу, чтобы ты простудилась!" Маринетт кивнула в ответ. Румянец, пылавший на её щеках, стал пунцовым, когда Адриан соединил свою руку с её рукой и невинно улыбнулся, когда они начали свой путь к пекарне. Изредка они переглядывались, что заставляло их обоих слегка смеяться при каждом встречном взгляде. С каждым прикосновением его бедра к её бедру, Маринетт чувствовала, как искра пробегает по её коже и попадает в вены, которые гудели от возбуждения. Рука Адриана обвилась вокруг её руки. Адриан провожал её домой после свидания. Адриан Агрест краснел из-за неё. Этот парень должен был стать её смертью. "Спасибо", - сказала Маринетт, когда они оказались перед пекарней, нежные капельки дождевой воды щекотали ей нос. "Мне было весело, Адриан. Даже если нас прервали". "Мне тоже", - ответил он с ухмылкой. "Скоро увидимся?" Кивнув, Маринетт с тоской посмотрела на свой дом и выдохнула через нос. Если бы только Адриан мог зайти внутрь и переждать дождь, укутавшись с ней в теплые одеяла перед телевизором... "Завтра", - пролепетала она, чувствуя, как её щёки запылали от смущения. "Ты можешь увидеть меня завтра, если ты не занят". Улыбка, осветившая великолепное лицо Адриана, заставила сердце Маринетт пропустить один удар, а может и несколько. Он выглядел таким чертовски счастливым, что ей захотелось сжать его щёки в ладонях и притянуть его к себе в поцелуе, который был бы почти таким же сладким, как вкус мороженого. Она навсегда запомнит вкус того клубничного рожка. "Тогда завтра", - сказал Адриан. "Увидимся завтра". И тут он сделал нечто такое, от чего всё тело Маринетт вспыхнуло. Её лицо покраснело до такой степени, что, клянусь, оно никогда не вернётся к своему первоначальному бледному оттенку. Её руки замерли, а глаза расширились настолько, что почти полностью выпали из орбит. Адриан Агрест поцеловал её. Не в губы, а в лоб, который стал ещё теплее, когда его восхитительно мягкие губы прижались к её коже. Они задержались на её коже на мгновение, прежде чем он отстранился, и на его красивом лице появилось ошеломлённое и сентиментальное выражение. Если бы Маринетт не была опытнее, она бы сказала, что он выглядит так, будто влюблен в неё уже много лет. Но ей было виднее, и она точно знала, что то, что Адриан испытывает к ней, было чем-то новым. Очень свежим. Однако это не помешало её сердцу забиться в груди. "Адриан рассмеялся, отстранившись, его большой палец нежно погладил её пунцовую щеку. "По крайней мере, в тот раз я не жульничал в видеоиграх, верно?" Маринетт немного пришла в себя после его замечания. "О, так ты признаешь, что это было жульничество?" Адриан усмехнулся и отвёл взгляд в сторону с собственным розовым отливом на лице, который, как решила Маринетт, она сама туда нанесла. "Да. Я злобный друг". "Я прощаю тебя", - вздохнула она, когда её рука легла на его руку. "Я всегда буду прощать тебя, глупышка". "Хорошо, - сказал он, - потому что обмануть тебя - единственный способ, которым я могу победить. Это может случиться снова". Маринетт притворно вздохнула и драматично надулась. "Ты злой. Мы больше не друзья". "Я не злой", - улыбнулся он. "Не бросай меня". "Мы не встречаемся", - смех Маринетт угас, и она смущённо приподняла бровь, а в уголках её губ заиграла ухмылка. "Так что технически я не могу". "Ну, может быть, когда-нибудь это изменится", - сказал Адриан с застенчивой улыбкой, ещё раз проверив свой телефон и нахмурив брови. "Ах, я действительно опаздываю. Увидимся завтра, хорошо?". Маринетт кивнула, её плечи напряглись, когда до неё дошла реальность его слов. Может быть, когда-нибудь это изменится. "Да. Тогда до встречи". "Спокойной ночи, Маринетт". Mon dieu, нежные нотки в его голосе были тем, от чего она хотела бы просыпаться каждое утро. Когда Адриан махнул рукой, Маринетт заметила румянец на его щеках, который стал ещё краснее, когда она ответила ему жестом, на лицах обоих появились глупые довольные улыбки. Вау, - вздохнула Маринетт, - если это и есть любовь, то я не хочу, чтобы она заканчивалась.