Истинные шрамы

Кот Нуар устраивает беспорядок в комнате Маринетт.

***

Сердце Адриана сжалось от волнения, когда его ботинки столкнулись с деревянным полом знакомой террасы. Посещение Маринетт в последние часы не входило в его первоначальные планы на эту ночь, но он не был разочарован, обнаружив себя стоящим на вершине её дома, купающегося в лунном свете. Прошла неделя с тех пор, как он в последний раз видел её в качестве Кота Нуара - неделя с тех пор, как её пальцы вцепились в его плечи, когда они летели по крышам Парижа, и неделя с тех пор, как он имел удовольствие ощущать запах её сладкой кожи, когда они беззаботно спали. Он надеялся, что в эту пятницу всё будет по-другому. Она не выходила у него из головы всю неделю, в дневных снах и фантазиях, которые всегда заканчивались невинным поцелуем. Адриан хотел проскользнуть в окно и заключить её в крепкие объятия, извиниться за преждевременное окончание их свидания и осыпать её лицо миллионами нежных поцелуев. Он хотел наслаждаться прекрасным ощущением сна рядом с ней, её телом, так близко прижатым к его телу, её великолепными волосами, распущенными хвостиками. Ему хотелось провести когтями по этим волосам, поиграть с ними или заплести их самому. Ему было интересно, что они будут делать, когда его впустят внутрь. Поговорят? Съедят что-нибудь? Поиграют в видеоигры? Он не знал, пока не постучал. От разочарования плечи Адриана поникли, а уши прижались к золотистым волосам, когда на его стук ответила тишина. В её спальне горел свет, и он увидел, что она сидит за столом и делает, как он предполагал, домашнее задание. Домашнее задание по физике было трудным, но, конечно, не настолько, чтобы полностью погрузиться в него. Он знал, что она слышит его стук. "Маринетт", - скулил он снаружи, царапая когтями стекло, как щенок, попавший в ловушку за закрытой дверью. "Принцесса". Её глаза на мгновение метнулись вверх, прежде чем снова встретиться с домашним заданием. На долю секунды их взгляды встретились, и он знал, что она видит его. Так почему его игнорируют? Адриан надулся. Игнорируемый котёнок - грустный котёнок. Перед её столом было окно. Окно, на котором были подняты жалюзи. Окно, через которое он мог привлечь её внимание. Конечно, если бы она не хотела, чтобы он был там, ей достаточно было бы сказать ему, что она хочет побыть одна, или простое "нет", и он бы мигом убрался. Однако то, что его игнорировали без причины, заставило Адриана подергать хвостом. Он хотел знать, что её беспокоит, особенно после того, как он пригласил её на свидание за несколько часов до этого - что так сильно её расстроило? Был ли это он? Забравшись в пекарню, Адриан уперся ногами в подоконник и заглянул внутрь, ухмыляясь тому, насколько лучше он смог разглядеть свою одноклассницу с нового ракурса. Она сидела прямо перед ним и все ещё не заметила его - или заметила, но решила не обращать на него внимания, - поэтому он тихонько постучал по окну. "Маринетт?" - позвал он, склонив голову набок. "Привет, это я". Пугать её не входило в его намерения. Маринетт, ошеломленная его внезапным появлением перед ней, издала небольшой писк и упала набок со стула, бумаги разлетелись и рассыпались по полу. Когда она восстановила равновесие и встала, её руки были упёрты в бёдра, и она смотрела на него пристальным взглядом, а нижняя губа была выпячена. Адриан хихикнул, улыбаясь овечьей улыбкой. "Простите, я не хотел вас напугать. Могу я войти?" "Зачем?" Её тон был не самым радостным из тех, что Адриан слышал от неё, но, по крайней мере, она говорила с ним. "Я делаю домашнее задание". "Я могу помочь, если ты позволишь мне войти", - предложил он, его глаза светились надеждой. "Я довольно умный. Ты, наверное, не догадаешься, но я круглый отличник". Когда его одноклассница со вздохом открыла окно, Адриан почувствовал смесь волнения и растерянности. Было очевидно, что Маринетт чем-то расстроена, он не был идиотом, но что же это могло быть? "Привет", - начал он, когда она села обратно в кресло. " Моё предложение остаётся в силе. Это физика? Физика - мой любимый предмет". Маринетт ничего не ответила, её глаза не отрывались от планшета, на котором она работала. Адриан нахмурился. "Ответ на этот вопрос - B", - сказал он, опираясь руками на спинку её стула и глядя на вопросы на экране. Поскольку они учились в одном классе, он закончил это конкретное задание несколько часов назад, как только его отпустили с уроков китайского языка. Помочь Маринетт - это то, что Адриан с удовольствием сделает, если она этого захочет. "Следующий - D". "Спасибо", - прозвучал невнятный ответ. Хвост Адриана дернулся от волнения. "Ты в порядке?" спросил он, нахмурившись, когда Маринетт просто пожала плечами, прежде чем записать другой ответ. "Принцесса?" Ни слова. "Маринетт." Тусклые голубые глаза окинули его таким опечаленным взглядом, что Адриан почувствовал укол в сердце. Ох. "Сколько девичьих балконов ты посещаешь по ночам, Кот Нуар?" спросила она, голос был настолько тихим, что он не был уверен, правильно ли он её расслышал. " Единственная ли я?" Ошеломленный, Адриан пытался найти подходящий ответ, который не был бы заиканием или неубедительными словами. "А?" - спросил он, сглотнув и не сводя с неё взгляда. "Ты единственная, Маринетт. А что?" Она пожала плечами, ничего не ответив. "Ты единственная девушка, которую я посещаю", - повторил он, пытаясь убедить свою опечаленную подругу мягким тоном. "Я обещаю. Я бы навещал тебя каждую ночь, если бы мог, мне очень нравится твоё общество. Это потому, что меня не было? Ты думаешь, я с другими девушками?". Ещё одно пожатие плечами. Адриан вздохнул. "Я не знаю, почему ты решила, что я встречаюсь с другими девушками, но могу заверить тебя, что ты единственная, чью спальню я регулярно посещаю". Почему она выглядела такой расстроенной? Это было одиночество? Ревность? Ревность. Маринетт ревновала. Адриан боролся с желанием ухмыльнуться. Почему она ревновала, если они даже не были парой? "Маринетт", - прошептал он, положив руки ей на плечи, а не на спинку стула. "Хэй. Я обещаю. Не нужно ревновать". Она сидела неподвижно, не реагируя и молча. Сердце Адриана опустилось на дно его ботинок. Кто-то причинил ей боль, каким-то образом, и он не знал, как это исправить. Если слова не могли исправить ситуацию, то действия могли. Прижавшись лицом к её затылку, Адриан издал тихий вздох, его руки нежно разминали её плечи. Из глубины его груди и горла донеслось тихое урчание, вибрирующее в грудине, когда он зарылся головой в шею Маринетт. Она пахла так же сладко, как весеннее утро, аромат цветов и свежеиспеченной выпечки проникал в его нос и заставляя его мурлыкать ещё громче. Уголком глаза Адриан заметил, что на губах его подруги заиграла улыбка, отчего его собственные растянулись ещё шире. "Принцесса, - прошептал он, повернувшись к ней лицом, и прижавшись головой к её подбородку. "Разве ты не знаешь, что кошки любят, когда их гладят?" Она тихонько хихикнула, заставив Адриана изобразить зубастую улыбку. "Вот это смех!" - радостно воскликнул он, опустившись на колени и ласково уткнувшись лицом в её живот. "Это мой любимый звук". "Мой смех - твой любимый звук?" усмехнулась Маринетт, проводя рукой по его волосам, и добиваясь от него тихого мяуканья. "Ммм", - пробормотал Адриан, удобно устроив голову у нее на коленях. "Самый лучший звук". Ощущение пальцев Маринетт, пробегающих по его волосам и трущихся об это чудесное место, заставило Адриана заерзать, а когти ласково впились в её бедро. Дурацкие кошачьи побочные эффекты. "Эй, какие острые". Маринетт убрала его руку со своего бедра и хихикнула, почесав пальцем под его подбородком. "Ты такой странный". "В хорошем или плохом смысле?" Подняв голову с её коленей, Адриан улыбнулся своей однокласснице, одарив её ласковым взглядом, который, несомненно, можно было расценить как просьбу о новых царапинах (что, собственно, так и было). "В хорошем". Её руки не покидали его волос. "Твой голос звучит забавно, когда ты говоришь и мурлычешь одновременно". "Правда?" Адриан поднял бровь, забавляясь её выражением лица. Раскрасневшиеся щёки, небольшая улыбка и ярко-голубые глаза, смотрящие на него так, как мог видеть только Адриан. "Ничего не могу с собой поделать. Я мурлычу, когда счастлив". "Ты мурлычешь, когда ты не Кот Нуар?". Любопытство в её голосе заставило Адриана захотеть детрансформироваться, чтобы выяснить, мурлычет он или нет. "Не уверен. У меня никогда не было такого, чтобы кто-то гладил меня, когда я не трансформирован". Улыбка Маринетт стала шире. "Может быть, когда-нибудь ты это узнаешь". "Только если это будешь ты", - промурлыкал он, - "у тебя волшебные пальцы". "А не будет ли опасно рассказывать мне о своей тайне?" - спросила она, бездумно играя с одним из его кошачьих ушей, которое подергивалось от прикосновения. "Ты не кажешься опасной". Адриан приоткрыл один глаз и посмотрел на неё с ухмылкой. "Ты намекаешь мне, что опасна?" "Нет". Хихиканье Маринетт было райским для его ушей. "Единственное, что во мне опасно, это моя неуклюжесть". "Ну, хорошо, что ты неуклюжая потому, что ты будешь постоянно западать на меня". Подмигнув, Адриан рассмеялся, когда его подруга слегка подтолкнула его, отправив его голову с ее коленей. "Эй, мне было удобно". "Тогда не делай глупых каламбуров". "Ничего не могу с собой поделать. Это в моей ДНК, принцесса". "Плохие каламбуры у тебя в ДНК?" Маринетт издала фальшивый смешок и ухмыльнулась, откидываясь от него на стуле. "Ты больше не можешь меня навещать". Адриан вздохнул, придав своему другу самое обиженное выражение, на которое только был способен. "Ты не можешь принять меня таким, какой я есть?" "Нет, - хихикнула она, - уходи отсюда". "Я не могу уйти, пока не поделюсь с тобой, насколько волшебной может быть дружба с каламбурным мастпурром*". Сидя на её полу, Адриан ухмылялся, его зубы сверкали в лунном свете, проникавшем через открытые окна. "Позволь мне научить тебя". "У меня нет времени на уроки каламбура", - сказала Маринетт. "Мне нужно делать домашнее задание". Уши Адриана поникли от её отказа. "Как пожелаете, принцесса". Следующие тридцать минут Адриан тонул в бассейне расслабления. Пока Маринетт работала над домашним заданием, которое, несомненно, занимало у неё больше времени, чем следовало, она позволила ему снова положить голову на колени. Сначала в комнате стояла тишина, но когда Маринетт провела этими удивительно умелыми пальцами по его золотистым локонам, Адриан понял, что не промахнулся. Когти мягко скользили по джинсам, а глубокое мурлыканье, вырывавшееся из горла, заставляло его уши подергиваться от самого невинного удовольствия, которое он мог получить от её прикосновений. Успокаивающие ласки Маринетт почти убаюкали его, но она заговорила прежде, чем чудесная темнота смогла полностью окутать его. "Я голодна", - сказала она, отходя от стола, и Адриан поднялся с её колен. "Ты хочешь чего-нибудь?" "Хм?" Зрение Адриана затуманилось от её царапин. Сфокусировавшись на лице Маринетт, он моргнул пару раз, чтобы взгляд прояснился, а затем отступил от одноклассницы. "Из-за тебя я чуть не заснул. Ты знаешь лучшие места". Он потер свои сонные глаза, ухмыляясь дизайнеру. "Если ты предлагаешь еду, я не отказываюсь". Маринетт хихикнула, вставая со стула и взъерошивая его копну светлых волос. "Тогда я сейчас вернусь. Стой здесь и ничего не трогай". "Не доверяешь мне свою комнату?" усмехнулся кот, наблюдая, как она спускается вниз и выходит через люк, который вел на нижние уровни её дома. "Ни в коем случае!" "Мне больно." Закатив глаза, Маринетт исчезла под полом, оставив Адриана в одиночестве в своей удивительно теплой и розовой комнате. Будучи любопытным котом, Адриан воспользовался возможностью исследовать комнату. Он уже несколько раз бывал в комнате Маринетт, но времени, чтобы всё осмотреть, у него никогда не было. Встав, Адриан позволил себе немного пройтись по комнате, сканируя взглядом стены и маленькие сюрпризы, которые на них находились. Несколько плакатов для различных Недель моды по всему миру, несколько дизайнерских вдохновений тут и там (многие из многочисленных коллекций его отца), страницы, вырванные из журналов с маленькими записками, написанными её очаровательным почерком, в котором каждое "я" было отмечено сердечком, и цветочные деколи ручной работы, спрятанные за формой для платья, которая в данный момент была украшена какой-то алой тканью. Заинтригованный, Адриан присмотрелся к рисунку, проведя нежным пальцем по красной ткани, которая была задрапирована на груди и спине. Несколько черных пятен тут и там, пришитых на таком профессиональном уровне, что Адриан был уверен, что у Маринетт должны быть самые ловкие руки на свете. Узор казался знакомым, как будто он видел его раньше - и он видел. Осознание поразило его, когда он смотрел на красную ткань, и сердце заколотилось в груди. Маринетт работала над дизайнами " Леди Баг" и "Кот Нуар", над которыми он так восторгался, когда был Адрианом. Даже по тому небольшому прогрессу, которого она достигла на данный момент, он знал, что они будут совершенно потрясающими. Адриан не мог дождаться, чтобы рассказать об этом Леди Баг. "Эй!" Голос Маринетт, раздавшийся сзади, испугал Адриана, его уши сразу же навострились. Как он не услышал её приближения? "Я сказала не трогать". "Мои извинения, принцесса", - сказал Адриан, почесывая затылок. Это была нервная привычка. "Я просто был в восторге от этих узоров. Ты сделала это сама? Похоже, это будет узор "Божья коровка"". Глаза Маринетт расширились. "О. Ты видел." О, точно. Она хотела, чтобы это был сюрприз. "А я не должен был?" "Ну..." Вздохнув, Маринетт поставила две тарелки на свой стол и села на один из стульев, слегка покраснев лицом. "Это должен был быть сюрприз, но ты не так уж много видел. В любом случае, я принесла яблочный пирог с корицей. Мой папа испек его перед сном". Она пододвинула к нему тарелку. "Попробуй." "Тебе не нужно просить меня дважды". У Адриана просто рот разинулся при виде кусочка, который она ему протянула. Он не мог себе представить, насколько удивительно прекрасным будет его вкус. Щедрая порция тоже была приятным сюрпризом. "Это всё для меня?" "Что ты имеешь в виду?" Маринетт приподняла бровь, откусывая кусочек. "Конечно, для тебя". "Вау", - вздохнул Адриан, глядя на восхитительно соблазнительный кусок пирога, как будто это был его новорожденный ребенок, впервые представленный ему. Всё это было для него, всё это, и он мог есть это без чувства вины. Маринетт и её семья официально только что стали его любимыми людьми - кроме Леди Баг, конечно. "Спасибо." "Ну?" - хихикнула его одноклассница. "Ты собираешься пялиться на него или есть?" "Есть", - ответил он, запихивая кусочек в рот, не в силах подавить крошечный стон восторга от вкуса, который взорвался на его языке. Это было идеальное сочетание сладковатых специй и декадентского фруктового вкуса, почти греховный. Отец Маринетт определенно был одаренным человеком. "Срань господня". "Язык." Говорит девушка, которая в прошлую субботу столько раз кричала "блядь", что я сбился со счета, - мысленно хмыкнул Адриан, пережевывая пищу с ухмылкой на лице. "Простите мой грешок". "Ты извиняешься", - усмехнулась она, поднимая взгляд от своей тарелки, чтобы встретиться с его сияющими зелеными глазами. "Я так понимаю, тебе нравится пирог?" "Я бы женился на этом пироге, потому что он мне так нравится". Лицо Маринетт исказилось от смеха, когда она практически подавилась пирогом. "Когда свадьба?" Губы Адриана изогнулись в ухмылке. "Сегодня вечером". "О, я уверена", - сказала Маринетт, закатив глаза. "Это будет во всех новостях: Кот Нуар женится на кусочке пирога. Сердце Божьей коровки разбито". Удивленный, Адриан склонил голову набок, не в силах подавить улыбку. "О, я уверен, что моя дорогая букашка не будет против. Я не нравлюсь ей в таком облике". "Хм", - хмыкнула Маринетт, - "может быть, и нет". Решив, что на этом тема исчерпана, Адриан усмехнулся и съел оставшийся кусочек еды, чувствуя невероятную сытость, откинувшись в кресле и положив руку на живот. "Мне кажется, я не ел ничего настолько вкусного уже много лет. Годы, Маринетт. Скажи своему отцу, что Кот Нуар будет постоянным клиентом". "Ты серьезно?" "Абсолютно. Я приду в парадном костюме и заплачу полную цену". "Вот это будет зрелище", - засмеялась Маринетт, беря его тарелку и вилку и вставая со стула. "Я поставлю тарелки в раковину и уйду буквально на минуту. Могу ли я довериться тебе или мне нужно установить камеры наблюдения в моей комнате?" Адриан пальцем нарисовал метафорический нимб над своей головой. "Я надежный котёнок". "Я тебе не верю, но я всё равно пойду вниз". С каждым шагом она отдалялась от него, и Адриану всё больше хотелось последовать за ней и заключить её в огромные объятия сзади. Он был благодарен ей за то, что она впустила его, даже будучи в плохом настроении. Мало того, она гладила его, кормила и обращалась с ним как с другом. Это согревало его внутренности и заставляло чувствовать себя так же прекрасно, как яблочный пирог с корицей. Послушно сидя на одном из её розовых кресел, Адриан позволил своему зрению исследовать пространство, не двигая тела с места. Она попросила его оставаться на месте, и он послушался. Ещё одна прогулка по её комнате, несомненно, грозила бы искушением прикоснуться к ней. Его глаза ещё раз обследовали комнату, вбирая в себя радостно-яркие цвета, навевающие смутное ощущение безопасности. Комната Маринетт отличалась от его собственной: цвет, яркость, теплота и персональные штрихи, по которым было видно, что в ней живут и ценят. Она не была напоказ, как его. Хотя, едва ли у него была возможность пригласить друзей, он не мог даже похвастаться ею, даже если бы захотел. Конечно, Адриан считал свою комнату потрясающей; в ней было всё, что только может пожелать подросток. Бесконечное количество видеоигр, несколько приставок, телевизор с плоским экраном и лучший компьютер, который можно было купить за деньги. Тысячи книг на тысячи тем, большинство из которых он уже прочитал, и целая ванная комната, которая была больше, чем комната Маринетт. Ванна с джакузи, конечно, была приятной после тяжелой битвы с акумой, но это была определенно очень одинокая комната. Когда-нибудь он разделит свою комнату с друзьями. Когда-нибудь. Комната Маринетт была невероятно милой, уютной, теплой и просто... пропитанной Маринетт, насквозь. В данный момент в ней было немного грязно: ткани, разбросанные по столу и полу, несколько ароматических свечей, которые давно догорели, разбросанные вокруг, пара одежды в углу, и... несколько клубков пряжи, которые так неподвижно лежали на столе, прижавшись друг к другу, как будто они трусились в страхе от одного только присутствия кота в комнате. Ухо Адриана дернулось. Он не должен. Не должен. Когти вцепились в боковину розового кресла. "Нет." Он крепко зажмурил глаза, рассматривая удивительно красочные и мягкие клубки пряжи, подрагивая хвостом. "Не-а, нет. Нет." Да. Сползая на пол, зрачки Адриана расширились, когда он присел на четвереньки, тряся задом, готовясь наброситься на ничего не подозревающие клубки пряжи. Их судьба будет запечатлена на его клыках. Прыжком он вскочил на стол Маринетт и сбил их, отправив все три на деревянный пол, где они оказались невероятно уязвимы для его когтей и зубов. Розовый привлёк его внимание своей яркостью и мягкостью. Спрыгнув с возвышения, он поймал его в руки и ударил, отправив в полет по комнате. Высоко подняв хвост, Адриан преследовал всё уменьшающийся клубок пряжи, атакуя его со свирепостью. У него не было ни единого шанса! "Кот Нуар!" Когда он повернулся, Адриан встретился с ужасающим выражением лица Маринетт, её глаза выпучились от шока. "Моя пряжа! Моя комната!" О, её комната. Море пряжи украшало то, что когда-то было веселой теплой комнатой Маринетт, а бумаги с её стола рассыпались по полу от его наскока. Адриан с позором повесил голову, поджав хвост под себя, как нашкодивший котёнок. Даже он сам был с ног до головы покрыт розовой пряжей. Он устроил беспорядок. "Я оставляю тебя одного на две минуты", - вздохнула его одноклассница, оглядывая хаос. Конечно, всё можно было легко убрать, но он всё равно сделал это. "Ты как настоящий кот, знаешь?". "Прости". Выпрямившись, Адриан стянул с себя пряжу, сжав её в кулак. "Я на мгновение потерял контроль. Я уберу это. " "Я хочу, чтобы пряжа была не только в клубке", - сказала она ему, забирая моток из его рук. "Я хочу, чтобы она была неспутанной. Давай я тебе покажу".

***

Они закончили уборку в её комнате около полуночи. Адриан устроил беспорядок незадолго до одиннадцати. Дело не в том, что в комнате было так грязно, что уборка заняла столько времени. Они просто отвлекались на мелкие игры, например, кто больше раз попадет в мусорное ведро свёрнутой бумагой из другого конца комнаты - Адриан выиграл, ведь он играл в баскетбол, в конце концов. Маринетт научила его правильно сматывать пряжу, что оказалось гораздо веселее, чем казалось на первый взгляд; настолько веселее, что Адриан распутывал и сматывал розовый клубок пряжи четыре раза, пока ему это не надоело. Он также помог ей навести порядок в комнате, даже в тех местах, где он не наводил беспорядок. Вместе они разложили кучи ткани и убрали листки бумаги, которые, как заметил Адриан, были записями к различным урокам. Когда он пошёл подбирать разбросанную одежду, то наткнулся на трусики с принтом божьей коровки, отчего лицо Маринетт стало ещё краснее, чем само нижнее бельё. Адриан просто рассмеялся и позволил ей забрать их. Он не позволил себе представить, что его одноклассница носит их. Адриан был человеком чистых мыслей (в основном), и подобные образы Маринетт он не допускал. (В основном.) К двенадцати тридцати Адриан расслабился на плюшевом шезлонге в дальнем углу комнаты Маринетт, где освещение было не таким сильным. Лежать на нём было невероятно мягко, особенно в его нынешней позе: на боку, положив голову на подушку, он смотрел на свою одноклассницу, которая вручную вышивала чёрные пятна на платке "Божья коровка". То, как двигались её руки в искусной практике, вызвало улыбку в уголках рта Адриана, растягивая его губы в ухмылку. Эта девушка была настолько талантлива, что он не мог не восхищаться ею. То, как она двигалась, её мимика и то, как искусно её пальцы сплетали ткань, завораживало настолько, что он дважды ловил себя на том, что чуть не задремал. "Хочешь спать, котёнок?" Адриан не заметил, что закрыл глаза, пока они не открылись, чтобы посмотреть на свою подругу через всю комнату. "Ммм. Длинный день". "Я вижу. У тебя хриплый голос". Завязав узел на одной из нитей, она перешла к следующей, начав пришивать её к красной ткани. "Я бы сказала тебе идти домой, но на улице льет дождь, так что ты можешь остаться, пока он не прекратится". Звук дождя, сильно стучащего по крыше, даже не привлёк внимания Адриана, пока она не упомянула об этом. "Я слишком устал, чтобы двигаться". "Ты обычно... ой!" Он смотрел, как Маринетт засунула палец в рот, глядя на иглу, которую она держала в другой руке. "Ты обычно не спишь так поздно?" "Иглы могут быть колючими", - хмыкнул Адриан, когда его подруга бросила на него такой же взгляд, как и на иглу. "Но нет. Обычно я ложусь спать намного раньше, чем сейчас. Занятая жизнь; рано ложиться и рано вставать. Это помогает мне хорошо выглядеть, но в социальном плане я мертв". "Ну, с Леди Баг ты общаешься". Маринетт подавила зевок, когда закончила пришивать ещё одно чёрное пятно к шали. "И со мной. Даже если это будет только раз в неделю". Адриан хмыкнул в ответ, его веки невероятно отяжелели, когда он наблюдал за работой своей одноклассницы. Он не замечал, что его глаза открывались и закрывались через большие промежутки времени. В ушах звенело, что Маринетт говорит с ним, но он не мог найти в себе силы ответить. Дождь, стучавший по крыше, успокаивал его в ритме неглубокого дыхания и тихого мурлыканья. Когда он снова открыл глаза, комната была чёрной, если не считать мягкого жёлтого света ночника у кровати Маринетт. Приподняв голову с подушки, Адриан огляделся вокруг, пока его ночное зрение адаптировалось к обстановке комнаты. Он всё ещё лежал на шезлонге. Маринетт погасила все огни и легла спать. Когда он хотел сесть, что-то упало с его плеч на колени. При ближайшем рассмотрении Адриан заметил, что это было одеяло. Одеяло, которое, по его предположению, Маринетт сшила сама. Теплое, розовое и белое одеяло, которое, скорее всего, было сшито вручную. Обернув его вокруг себя, Адриан вздохнул, прислонив голову к чудесному запаху, которым оно обладало. Лаванда и ваниль, совсем как Маринетт. Тихий шепот привлек его внимание и заставил перевести взгляд с одеяла на кровать Маринетт, где лежал комок одеяла. Что бы она ни бормотала во сне, это определенно заставило её шевельнуться. Ей снится сон. Адриан издал тоненький звук веселья. Интересно, о чём? Он надеялся, что она видит хороший сон и хорошо спит. Может быть, она спала бы лучше, если бы у неё был кто-то, к кому можно было бы прижаться. Адриан знал, что так и будет. Он всегда был прирождённым обнимальщиком и не мог контролировать свои руки и ноги, когда спал по ночам. Просыпаясь по утрам, он обычно обнаруживал себя свернувшимся калачиком на подушке или, в редких случаях, прижавшимся к груди или шее Плагга. Об этом они с Квами никогда не говорили - оба знали, что им нравится тесный контакт, даже если Плагг делал вид, что ему противно находиться так близко к человеку. Лежать в одиночестве на шезлонге было неудовлетворительно. На самом деле, было довольно прохладно. Одиночество. Простое одеяло (как бы прекрасно оно ни было сделано) не согрело бы Адриана. Сонное бормотание Маринетт и воспоминания о её ногах, обернутых вокруг его собственных, вызывали в сердце Адриана желание свернуться калачиком рядом с ней. Он хотел вдыхать её запах, чувствовать её кожу на своих губах, считать сотни веснушек, украшавших её румяные щёки. Возможно, если он подойдет достаточно близко, если она позволит ему, он сможет узнать, каково это - целовать её. Встав со своего места в шезлонге, Адриан незаметно поднялся по лестнице к её кровати и заглянул через матрас. Спящая Маринетт вызвала на его лице улыбку, а щёки слегка покраснели. Такая красивая, даже в дремоте. Из того, что он мог видеть, не закрытое коконом одеял, волосы Маринетт были распущены, черные пряди рассыпались по плечам и упали на подушку. Она лежала на боку, свернувшись в клубок, её руки плотно обхватывали какую-то подушку или мягкое животное. Адриан почувствовал ревность к этому животному. Он должен быть тем, к кому прижималась Маринетт. Дергая хвостом, он медленно пробрался к кровати, стараясь не потревожить спящую принцессу. Каждый раз, когда она двигалась, он замирал, ожидая, пока она успокоится, прежде чем воспользоваться возможностью проскользнуть под одеяло и присоединиться к ней. Его окутало жаркое тепло, когда его руки нашли её талию, а ладони обвились вокруг её спины. "Кот Нуар..." Тихий и робкий голос Маринетт испугал его. Он чувствовал вибрацию в её спине, когда она говорила. " Тебе было совершенно хорошо на шезлонге". "Мне не было", - прошептал он, уткнувшись головой в её шею. "Мне было одиноко". Маринетт хмыкнула в ответ, и Адриан усмехнулся, почувствовав, как её руки провели по его волосам и поиграли с его кошачьими ушками. Из его горла вырвалось урчание, гораздо более тихое, чем то, которое он издавал раньше, но все же успокаивающее его измученное тело. Теперь, когда Маринетт прикасалась к нему, оставаться в сознании было непросто. Он заснул под нежное мурлыканье и тихие пальцы Маринетт на его голове. Проснувшись утром, он обнаружил, что её руки так и не убрались с его лица. За ночь они полностью спутались, его хвост обвился вокруг одной из её лап, которая каким-то образом пробралась между его собственными. Его голова покоилась на её шее, а одна из его рук каким-то образом оказалась на голой коже, где её рубашка задралась вверх. Никогда ещё Адриан так сильно не желал снять перчатки. Неохотно вздохнув, он решил, что нужно уходить, пока её родители не проснулись и не застали Кота Нуара в постели с их дочерью-подростком. Это, несомненно, попадет в Ladyblog, и Леди Баг никогда не позволит ему дожить до конца. Когда он отодвинул свое тело от тела подруги, Маринетт тихонько заскулила, протягивая к нему руки. Адриан усмехнулся, слегка сжал её руку, а затем прижался губами к костяшкам её пальцев. "Шшш", - прошептал он, поглаживая тыльную сторону её руки большим пальцем в перчатке. "Скоро мы снова увидимся". "Тебе же хуже", - пробормотала она, зарываясь головой в облако, которое было ее подушкой. Адриан усмехнулся. Она увидит его снова раньше, чем ожидала. Он пообещал ей вчера, что приедет в субботу, и, конечно же, он никогда не упустит возможность увидеть Маринетт. Он был бы с ней весь день, если бы мог, как Кот и Адриан. Спустившись с кровати, Адриан в последний раз окинул взглядом клубки пряжи, а затем заметил чистый лист бумаги, уютно расположившийся на её столе. Может быть, он оставит ей рисунок - нет, Адриан знал, что не умеет хорошо рисовать, - а может, просто записку. Ухмыляясь, он подошел к её столу, где взял одну из её пушистых розовых ручек и постучал ею по подбородку, размышляя, что же ему написать для неё. Он не хотел уходить, не попрощавшись; Маринетт слишком устала, чтобы прощаться с ней. Он ухмыльнулся, написав на бумаге короткую записку и добавив к ней маленький (и плохо нарисованный) рисунок подмигивающего кота. Ну, для него это выглядело как подмигивающий кот. Маринетт могла бы подумать, что это похоже на моржа. Для него это был кот. Написав записку, он вышел через круглое окно, не забыв закрыть его, прежде чем устремиться через весь город. Мысль о том, чтобы свернуться калачиком рядом со своей одноклассницей вместо того, чтобы уйти, была слишком заманчивой. Однажды, он точно знал, что не сможет заставить себя оторваться от её прекрасной спящей фигуры. Однажды он зароется головой в её шею и позволит себе погрузиться в дремоту. Однажды он будет умолять её полежать ещё пять минут, прежде чем ей нужно будет уходить. Однажды он почувствует, как она сдвинется с места и вылезет из постели, и пока они будут пытаться успокоить своего плачущего ре... О-о-о. Адриан остановился на месте, широко раскрытыми глазами глядя на простирающийся город. Неужели эта мысль действительно пришла ему в голову? Не забегай вперед. Она всего лишь друг. Друг, которого он хотел задушить поцелуями. Подруга, с которой он хотел просыпаться каждое утро и засыпать рядом каждую ночь. Подруга, ради которой он готов на всё, лишь бы почувствовать вкус её губ. Подруга, с которой он не прочь провести остаток жизни. ... Чёрт. Это было официально. Его фантазии о Ледибаг полностью переключились на Маринетт. Со вздохом выкинув эту мысль из головы, Адриан открыл свой жезл, чтобы проверить время. Семь пятнадцать утра. Его внутренний будильник разбудил его раньше обычного. Впрочем, он не возражал; ему нравилось наблюдать за восходом солнца. Он только жалел, что Маринетт не может присоединиться к нему. Ты увяз слишком глубоко. Так оно и было. И ему было всё равно. Адриан Агрест влюбился в свою очаровательную одноклассницу, и теперь пути назад не было. Он ни о чём не жалел, когда влезал в окно своей спальни после ночи, проведённой с Маринетт. Жалеть было не о чем. Они не сделали ничего плохого. Они переспали, причем в самой невинной форме. Никаких поцелуев. Никаких неуместных прикосновений. Ничего, кроме объятий и дружеских прикосновений. Адриан усмехнулся про себя, трансформируясь и кормя голодного и жалобного Плагга. Дружеские объятия. Как будто желание утопить её в поцелуях было платоническим. "Ты слишком запутался", - простонал Плагг, проглотив кусок камамбера. "Вот почему я люблю сыр. Никаких сложных эмоций, как у вас, людей". "Маринетт пахнет лучше, чем сыр", - проворчал Адриан, стаскивая туфли и падая спиной вперед на кровать, которая подпрыгнула от неожиданности. "Она пахнет цветами и сладостями". "Я не знаю, почему ты настаиваешь на том, чтобы посещать её как Кот Нуар. Разве тебе недостаточно видеть её как Адриен?" Голос Плагга был приглушен из-за еды во рту. "Ей нравится Кот Нуар". Адриан выпустил мягкий зевок. "Кроме того, я не думаю, что она будет слишком рада, если Адриан влезет к ней в окно после полуночи". "Ты не узнаешь, пока не попробуешь". Адриан фыркнул. "Сомневаюсь. Кроме того, она... она ведет себя иначе рядом с Кот Нуаром, чем с Адрианом. Когда я в костюме, ей не нужно следить за тем, что она говорит, она не нервничает и не болтает. Она дерзкая и не боится показаться глупой или сказать мне, чтобы я ушел. Это странно". "Люди вообще странные". Плагг доел последний кусочек своего сыра с небольшой отрыжкой. "Я не понимаю вас, существ, а ведь я устроен гораздо сложнее, чем вы можете себе представить". Закатив глаза, Адриан перевел взгляд на большие окна, затянутые утренним туманом. Положение солнца напомнило Адриану, что завтрак скоро будет готов. Его желудок заурчал, подсказывая, что скоро нужно будет спуститься вниз и перекусить. Маринетт, вероятно, приготовила хороший завтрак. "Фу", - простонал Плагг, заскакивая к нему на плечо. "Ты опять это делаешь. У тебя такое глупое выражение лица, когда ты думаешь о ней". Адриан вздохнул, покачав головой. "Ты не понимаешь, что такое любовь". "Кто сказал, что я не понимаю?" Окинув Квами неверящим взглядом, Адриан фыркнул. "Да уж, не сомневаюсь". "Поверь мне, любовничек", - сказал Плагг, проведя хвостом по щеке своего избранника. "Я знаю больше, чем ты думаешь". Покачав головой, Адриан прижал руку к стеклу окна, от прикосновения которого у него похолодели кончики пальцев. Позволив своим мыслям блуждать, он вздохнул при виде солнечного света, бросающего яркий оранжевый отблеск на боковые стороны зданий, играющего с текстурами и отражающегося от их окружения. Он подумал о редких ранних утрах, когда их с Ледибаг грубо будил акума и отправлял на бой, едва взошло солнце. Его сердце гулко стучало в груди. Адриан разочарованно нахмурился. Он не чувствовал, чтобы его сердце так билось к Ледибаг, казалось, целую вечность; он был почти уверен, что чувства к ней сменились... О, Маринетт. Она сказала ему, что он может приехать. Эта мысль стерла несчастное выражение лица Адриана, заменив его довольным возбуждением. По крайней мере, ему было чего ждать в выходные, а не в воскресенье. Воскресенье, как правило, всегда было занято. Позавтракав (Натали сунула ему дополнительный круассан из пекарни Маринетт) и приняв душ, Адриан впервые за это утро проверил свой телефон и обнаружил, что ему оставили несколько сообщений Нино, Алья и Маринетт. Сердце замерло в груди, когда он открыл сообщение своей возлюбленной, глаза молниеносно просканировали слова. Ох. Возможно, его надежды на милое сообщение с добрым утром были слишком велики. Маринетт, 9:02 утра: [ Привет, Адриан, Алья пригласила себя и Нино, так что теперь мы собираемся потусоваться группой и немного поработать над нашим проектом, надеюсь, ты не против! ] Конечно, он не возражал. Провести время со всеми своими друзьями сразу было бы более чем хорошо. К тому же, Адриан очень хотел провести время со своими друзьями, особенно с Нино - у них редко была возможность пообщаться помимо школы. Тот факт, что Маринетт и Алья тоже будут там, был большим плюсом. Единственным минусом было то, что он не мог флиртовать с Маринетт, пока там были его друзья. Ну, он мог. Просто Адриан знал, что лучше не пытаться флиртовать, когда рядом Нино и Алья. Эти двое заперли бы и его, и Маринетт в комнате, пока они не признались бы в своих чувствах. Адриан сильно покраснел при одной мысли об этом. Отправив ответное сообщение о том, что он взволнован, Адриан сел в компьютерное кресло и покрутился, издав протяжный вздох, когда проверил другие сообщения. Оба они в основном говорили об одном и том же: все они с одинаковым нетерпением ждали возможности провести день вместе, даже если часть их времени будет занята школьной работой. Согласованное время встречи было одно. Пытаясь хотя бы немного побыть наедине с Маринетт, Адриан сделал мысленную пометку прийти на тридцать минут раньше. Адриан предполагал, что время, которое они зарезервировали для работы над проектом, будет состоять из метания бумажных пачек, отвлекающих видеоигр и друг друга, а также еды (еды!) и зависти Адриана к тому, что он не может поцеловать Маринетт так, как Нино целует Алью. Ладно... это была новая мысль. Их отношения никогда не были тем, чему он завидовал. Конечно, иногда Адриану хотелось иметь свою собственную версию их счастья, но такого странного чувства желания, которое он испытывал при мысли об их отношениях, раньше не возникало. Он спросит Маринетт, если у него хватит смелости. С пораженным вздохом Адриан в разочаровании постучал пальцами по поверхности стола. Он мог спасать города, спасать жизни, сталкиваться с опасностью битвы и еженедельно рисковать своей жизнью, но не мог признаться девушке в своих истинных чувствах? Леди Баг наверняка рассмеялась бы, узнай она, что ему так трудно это сделать. Адриан практически слышал её хихиканье. Столько уверенности вокруг меня, и ты не можешь попросить обычную девушку стать твоей девушкой? Вспоминая вчерашний день, в его голове прозвучали слова Нино: "Я буду хорошим спутником". Не было лучшей возможности стать советником, чем день, когда все четверо будут в одном и том же месте, кроме школы. Дом Маринетт. Адриан застонал, ударившись лбом о письменный стол. Пожалуйста, во имя Бражника, не дай Нино опозорить меня. Беспокоясь о бесполезных мелких тревогах из-за своих чувств, Адриан застонал и отчаянно искал что-нибудь, что избавило бы его желудок от тошноты. Он нашел отвлечение в повторном просмотре эпизодов из своих любимых аниме и поедании закусок, которые принесла ему Натали, благодарная за то, что помощница его отца заботилась о нём настолько, что заметила его пристрастие к сладкому и в последнее время тайно подбрасывала ему лакомства. Каждые десять минут Адриан проверял часы. С каждым разом стрелки двигались всё меньше. Эти дурацкие часы дразнили его. Час дня не мог идти так медленно. Он не знал, почему ему так не терпелось увидеть свою подругу, когда он только недавно провёл с ней всю ночь. Возможно, дело было в том, что он увидит её как Адриан. Возможно, дело было в том, что он увидит эти искрящиеся голубые глаза. Возможно, дело было в том, что Маринетт никогда не краснела перед Котом Нуаром, как перед Адрианом. О, Боже, его сердце не могло снизить скорость. Он проник слишком глубоко. Его щёки пылали, и он зарылся головой в ладони, издав тихий вздох. Если раньше он думал, что был влюблён в Ледибаг, то эти новые чувства к Маринетт просто сразили его наповал.