Перекрёсток наших судеб

      Свист рассеченного лезвиями воздуха и возгласы суровых бойцов, их синхронные и четкие движения заставляли невольно остановиться и украдкой залюбоваться, правда на значительном расстоянии. Гложило странное чувство. Нечистая Юдоль была далеко не дурным местом, глава Не позаботился о комфорте каждого наследника, и даже вдали от родного дома, особенно бок о бок с братьями, Яньли могла чувствовать себя спокойно. Однако кое-что совсем не давало покоя. Точнее, кое-кто, кто часто прятал от нее свой взгляд, стремительно краснея. Яньли оглядела воинов на тренировочном поле: все, как один, красивые и подтянутые молодые парни, и все одинаково безразличные ей. Вздохнув, девушка хотела было отправиться обратно в свои покои, но застыла на месте, когда почувствовала на своей спине продолжительный взгляд. Она обернулась и совсем не удивилась, когда смотрящий решил тут же ретироваться. Цзинь Цзысюань сделал шаг назад, отворачиваясь, и остановился, когда его окликнул нежный тихий голос: — Господин Цзинь… Он поднял на нее глаза, в которых промелькнула надежда. Девушка подошла ближе, и тогда он сложил руки в поклоне. — Госпожа Цзян… Могу я позвать тебя на прогулку? Нам нужно поговорить. В груди расцвело чувство волнения вперемешку с воодушевлением. Яньли потупилась и слегка кивнула. Непродолжительная прогулка в неловком молчании привела их на природу, туда, где их никто не услышит. Вокруг лишь широкие просторы, вдали виднелись холмы, а за ними таилось озеро. Резиденция охранялась заклинанием, как и все, что ее окружало. К нему приложил руку сам глава Лань, так что, не волнуясь о своей безопасности, они позволили себе уйти так далеко. К тому же, как думал Цзысюань, в случае чего он был способен защитить молодую госпожу. Легкий ветер всколыхнул одежды и волосы, Яньли поспешила поправить прическу и ахнула от неожиданности, когда ее руку решительно, но мягко перехватили. С непроницаемым выражением лица Цзинь Цзысюань плавно и аккуратно заправил выбившиеся пряди ее волос за уши и не спешил отстраняться, когда закончил, как и отпускать чужое запястье. — Госпожа Цзян… Я должен сказать тебе кое-что важное. — Я слушаю, — совсем тихо прошептала она в ответ. — Это касается… — уверенная речь прервалась сразу на полуслове, когда позади послышались шаги. Они оба посмотрели назад, и молодой заклинатель не сдержал разочарованного вздоха. — А-Чэн… — Яньли не была разочарована, но довольно растеряна, особенно когда ее брат стремительно сократил между ними расстояние и направил свой меч на Цзинь Цзысюаня. — А-Чэн! — Что не так? Разве он может распускать руки с девушкой, которая не является его суженой? Два шага назад. Меч подался вперед, норовя столкнуться с грудью Цзинь Цзысюаня, потому ему пришлось, недовольно поджав губы, отстраниться ровно на два шага. Яньли аккуратно опустила руку брата, в которой он держал оружие. — Мы лишь беседовали. Тебе не нужно так беспокоиться. И… Господин Цзинь собирался сказать что-то важное. — Верно, — встав напротив Цзян Чэна, подал голос тот. — И я скажу это тебе, раз не имею другого выбора. Я люблю госпожу Цзян! Эти слова вырвались из его уст так легко и уверенно, что у Яньли едва ли не перехватило дыхание, а сердце забилось чуть быстрее. Цзян Чэн, не разделяя ее энтузиазма, лишь усмехнулся. — Обязательно нужно было сначала ставить под риск ее честь, чтобы понять свои чувства? Боюсь, что даже не представляю, какой подвиг молодой господин Цзинь должен совершить, чтобы получить обратно расположение нашей семьи! Атмосфера начала накаляться, и Яньли оставалось только беспомощно наблюдать, как два дорогих ей человека пожирают друг друга неприязненными взглядами, пока к разговору не присоединился еще один, явившийся из неоткуда голос: — Боже, боже… Цзян Чэн, полегче с ним, ты же не хочешь, чтобы один молодой господин потерял свою возможность родиться на этот свет? — Вэй Усянь, ты что, защищаешь его? — Нет, — Вэй Ин встал подле Цзян Чэна и похлопал его по плечу. — Я защищаю твою должность любимого дядюшки Жуланя. Эти непонятные слова, да еще и Цзян Чэн, возмущенно шикнувший на шисюна в придачу, заставили возлюбленных растерянно переглянуться между собой. Цзян Чэн нехотя согласился — как бы они ни питали неприязнь к «напыщенному павлину», они не могли так подставить Цзинь Лина, чья судьба зависела от воссоединения будущих родителей. — И все же, могу я поговорить с госпожой Цзян наедине? — только из вежливости уточнил Цзысюань. — Нет. Категоричный ответ послышался одновременно от двух братьев. — Шицзэ и без того любит тебя, — добавил Вэй Ин, — так что лучше потрать время на улучшение отношений с ее братьями! Нам стоит поговорить по душам. Я прав, Лань Чжань? На этот раз удивился и Цзян Чэн, обернувшись и обнаружив за своей спиной неясно как подобравшегося к ним так тихо и незаметно Лань Ванцзи. Цзинь Цзысюань вновь тяжело вздохнул, когда понял, что уединения в Нечистой Юдоли он не найдет. Примирение с Вэй Усянем казалось чем-то из рода невозможного и, к тому же, совсем нежеланного и необязательного. Чтобы он и с Вэй Усянем? Когда между ними было столько ненависти? Существовало ли лекарство от столь продолжительной вражды? Вэй Усянь лично продемонстрировал его Цзинь Цзысюаню. Глядя на несколько кувшинов, доверху заполненных вином, сначала молодой господин Цзинь был настроен скептически, полагая, что подобные задушевные разговоры за распитием алкоголя ни к чему однозначно не приведут. Однако он передумал спустя три кувшина. Цзян Чэн осуждающе покачал головой, видя, как щедро наполняются пиалы вновь и вновь, но возражать не стал. Он не мог отрицать, что это оказалось эффективным. Вэй Усянь всегда решал проблемы двумя способами: либо через свой длинный болтливый язык, либо через пару кувшинов крепкого вина. Возможно, подумалось ему, именно поэтому тот не мог наладить отношения со Вторым Нефритом — разговоры и алкоголь точно не про него. — Какого гуля здесь происходит? Цзинь Лин обнаружил их в плачевном состоянии позже, причём буквально: Утирая скупые слезы, Цзинь Цзысюань рассказывал Вэй Ину что-то о своей жизни в Башне Золотого Карпа, а тот внимательно слушал и кивал, подливая ему ещё алкоголя. Цзян Чэн усмехнулся и посмотрел на непонимающее лицо племянника. — Укрощение пернатых. Ничего особенного. — Ничего особенного, говоришь?! Цзинь Лин подался вперёд и вытянул шею, чтобы разглядеть это зрелище поближе. Кто бы мог подумать, что семейная драма, определившая его судьбу, решается Улыбкой императора? Это было даже слегка унизительно. Однако, Цзинь Лин был рад, что всё начинало решаться само собой. Всё же уловка Не Хуайсана, который собрал всех действующих лиц хаотичного спектакля в одном месте, оказалась поистине блестящей.       Беззаботное время наполняло энергией, которой так не хватало Цзинь Лину в последнее время. Он знал, что дни в Цинхэ Не недолго будут таковыми, но не думал об этом, предпочитая брать от жизни всё, пока это было возможным. Он и подумать не мог, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации. Смех Вэй Усяня смешивался с вечно недовольным ворчанием Цзян Чэна, который одергивал неугомонного шисюна, чтобы тот не учудил что-нибудь по пьяни. Пьяные выходки Вэй Ина — это всегда страшно. Трезвые были ещё страшнее, только пока что Цзян Чэн об этом не знал. Цзинь Лин наблюдал за их разговорами со стороны, но чувствовал себя причастным. Чувствовал себя в семье. Даже когда братья ругались и их споры переходили в драки. Даже когда его родители держались друг от друга в стороне, позволяя себе лишь осторожные застенчивые взгляды. И даже когда Хуайсана снова не было рядом. Цзинь Лин не хотел думать, куда тот вновь пропал без его ведома. Сейчас ему было хорошо, и это было самое главное этим тёплым солнечным днем. И пусть Цзинь Гуанъяо творил свои бесчинства, а Сяолин тревожно кружил над юношей поблизости, незаметный для чужих глаз. Прямо сейчас Цзинь Лину хотелось просто быть счастливым. — Лань Чжань! Иди к нам! Смеясь и отталкивая от себя Цзян Чэна, Вэй Усянь одарил младшего Ланя лучезарной улыбкой. Лань Ванцзи, что стоял поодаль и просто наблюдал, слегка поднял брови, демонстрируя свою растерянность. Немного поколебавшись, он сделал шаг вперёд и позволил вихрю затянуть себя в объятия суеты. Цзинь Лин наблюдал за тем, как тот не стал возражать, когда Вэй Усянь потянул его за собой, схватившись за рукав белоснежного ханьфу и увлекая в разговор. Краем глаза он заметил, как Цзинь Цзысюань что-то шепнул на ухо Яньли, и вместе, пока никто не обращал внимание, они куда-то ушли. Цзинь Лину показалось, что всё встаёт на свои места. *** — Сюэ Ян. Нежный, но твёрдый голос рассек тишину и заставил босяка расплыться в насмешливой улыбке. Он остановился посреди пустой дороги, обернулся и вразвалку сделал пару шагов навстречу двум заклинателям, совершенно не удивившись тому, что его нашли. — Ах, даочжан. Давно не виделись. Я уже успел соскучиться. А ты скучал по мне? Синчэнь и бровью не повёл, никак не реагируя на издевки убийцы, который к тому же развлекался только с ним, а присутствие Сун Ланя беспардонно игнорировал. Синчэнь воспринимал наглое поведение Сюэ Яна спокойнее, а Сун Лань уже после первых его реплик стиснул зубы и с характерным звоном вынул меч из ножен. Сюэ Ян ахнул и поднял руки, показывая, что сдаётся. Конечно, это снова была очевидная игра, которой он намеревался втоптать достоинство заклинателей в землю. — Страшно-то как! Господин Сун, да ты само правосудие во плоти! — Кончай паясничать. Четкими уверенными движениями Сун Лань замахнулся на босяка. Глаза Сюэ Яна сверкнули нездоровым восторгом от драки, когда он ловко достал свой меч и легко отбил удар нападающего. Сяо Синчэнь начертил в воздухе заклинание, но оно растаяло так же быстро, как и появилось, когда Сюэ Ян взлетел на ближайшую покатую крышу и с беззаботным смехом скрылся из виду. — За ним, быстрее! Догнать Сюэ Яна было трудной задачей, даже когда тот намеренно поддавался, позволяя найти себя, а потом снова бесследно исчезал. Играть в прятки Сюэ Яну нравилось чертовски сильно. Он чувствовал, что всё под его контролем, ровно до тех пор, пока не застыл перед фигурой, что загородила ему дорогу и испортила всё веселье. Он непонимающе нахмурился, глядя на Вэнь Чао. — Что ты здесь делаешь? — бесцеремонно бросил Ян. Заискивать перед младшим Вэнем после смерти его отца он однозначно не собирался. — Осколок тёмного железа, — каждое слово грубо врезалось в разум. Вэнь Чао нетерпеливо протянул руку. — Сейчас же! — Хах, с чего ты взял, что он у меня? — ухмыляясь, Сюэ Ян попробовал ускользнуть, но столкнулся с Вэнь Чжулю, который намеренно не позволял ему уйти. Тогда он повернулся в другую сторону и обнаружил, что странствующие заклинатели также настигли его и отступать от своей цели не были намерены. «Проклятье…» — подумалось ему. Быть окруженным потенциальными угрозами ему не нравилось. Раздражённо рыкнув, он сжал рукоять Цзянцзай крепче. — Ничего вы от меня не получите. Все вы, чёртовы ублюдки!