По разные стороны экрана

      Отпуск тянулся неожиданно медленно. Антон устал от него уже к четвергу. От себя тоже устал, но от себя никуда и не денешься. Олег больше не писал, а сам он боялся показаться навязчивым, да и не знал, с чего вообще начать. Так просто набиваться в друзья к малознакомому человеку, как это получалось у Олега, он не умел. Да и не планировал начинать учиться, если честно. К пятнице опостылело абсолютно все. Приставка, мятая постель, готовая еда из морозилки и безделье. Антон принял волевое решение разобрать балкон. Потому что когда еще, если не сейчас. Обнаружил себя к обеду погребенным под хламом и еще пару часов перетаскивал все на помойку: старый раздолбанный велик, лыжи, птичья клетка неясного происхождения. Откуда все это взялось, он имел смутное представление. После расхламления балкон сиял чистотой, прямо-таки упрашивал разместить на нем какое-нибудь удобное кресло-мешок, чтобы курилось с комфортом. Антон сопротивляться не стал и тут же заказал подходящее на первом попавшемся сайте. Темно-синее, почти черное с мелкими звездочками. И еще одно, лимонно-желтое, будто надеялся, что и оно кому-то пригодится когда-нибудь. После уборки он завалился в ванну, набрал до краев и с удовольствием погрузил уставшее тело в горячую воду. Спину немного тянуло после силовых нагрузок, но от водных процедур становилось легче. Потыкал в телефон, пытаясь найти какой-нибудь фильм, пока валяется. Но ни на чем так и не смог остановиться. Идея пришла неожиданно, будто по темечку стукнули. Недолго думая, Антон зашел на сайт, где студия, за которой они следили, проводила трансляции. Вбил логин и пароль, которые невозможно было забыть, и начал искать нужный канал. То ли судьба так распорядилась, то ли просто Антон был везучим ублюдком, но искомое было найдено довольно быстро, и он нажал на знакомую физиономию на экране. Олег отрабатывал смену. Сидел перед камерой, поджав под себя ногу, привычно расслабленный, улыбчивый и пиздецки красивый. Болтал на английском, жестикулировал, подбирая слова и тихо посмеиваясь. Антон говорил не так хорошо, но в общих чертах мог перевести, ловил каждое слово и движение. — Сейчас у меня никого нет, — смеялся Олег на экране. — Но мне кое-кто нравится. В чат писали подписчики, просили рассказать подробнее. Видимо, до того, как Антон подключился, они успели затронуть тему личной жизни. — Ладно-ладно, только между нами, — сдался Олег, махнув рукой. — Недавно я встречался кое с кем. Мы отлично провели время. Этот человек мне интересен, но не могу сказать точно, что это взаимно. «Это парень?» — спросил кто-то в чате. Олег вслух прочитал сообщение и хмыкнул. — Да, это парень, — признался ничуть не смущаясь, заставляя Антона сползти ниже под воду, до самого подбородка. Так просто признать влечение к человеку своего пола — вполне в духе Олега. Совершенно неподвластная Антону магия. «Ты достоин лучшего» — прочитал он в чате и узнал ник парня, который часто забирал Олега в приват, того самого со смесью английского и французского. Нахмурился и поджал губы. Он о себе, что ли? — Хватит трепаться, мы здесь не за этим собрались, — ловко перевел тему в другое русло Олег, стянул футболку, красуясь, провел ладонями по груди, задевая пирсинг в сосках, ухмыльнулся развязно, сосредоточился на ощущениях и прикрыл глаза, спуская вниз руку и сжимая член под тканью белья. Антон смотрел на него жадно, чувствовал, как у самого внизу разгорается. Как просыпается и требует внимания его плоть. Он ведь не прикасался к себе с последней увиденной в кабинете трансляции. А дома на Олега и вовсе никогда не передергивал, хватало тех раз, когда он прятался в кабинке туалета на работе, украдкой спуская пар. На экране Олег предвкушающе улыбаясь уже оттянул вниз край боксеров и перехватил ствол у основания. Спустился к яйцам, сжимая, перекатывая в ладони. Дышать начал тяжелее, глубже. Втягивал воздух носом шумно и выдыхал через рот с тихим свистом. Даже во время дрочки с его лица не сходило это выражение праздной веселости. Все ему было по приколу: и студия эта, и мемберы за пустыми никами, наяривающие на его светлый лик. Антон запретил себе уподобляться. Запретил быть там, среди фанатов, которые никогда не видели Олега в реале. Которых он не трогал за запястье, когда прощался, которых не подъебывал сообщениями в мессенджере. Антон-то видел, Антон знал, его подъебывали. Но смотреть на Олега спокойно не было никаких абсолютно сил, ладонь сама потянулась к члену, пережала так же, как Олег на экране. Провести вверх-вниз, сжать яйца, чуть оттянуть, выключить трансляцию, убрать руку, выдохнуть. Антон откинул голову на бортик, зажмурившись, дорисовывая в голове образ Олега. Улыбающегося, шагающего спиной назад в сумерках парка. Настоящего, живого, который с ебучего вторника не вспомнил о нем ни разу. Возбуждение медленно сходило на нет, в голове прояснялось. Он вытащил пробку из слива и просидел в ванне, пока вода полностью не ушла, пока кожа не покрылась мурашками от прохладного воздуха квартиры. Пока руки не потянулись к смартфону и не набрали короткое: «Привет. Занят в субботу?» Олег объявился только через пару часов, когда Антон уже валялся в постели и лениво листал онлайн-кинотеатр на плазме. «Привет, Антош! Отменю все планы, если есть предложения» Предложений не было от слова совсем. Этот момент Антон не продумал, не надеялся, что выгорит в принципе. И теперь судорожно думал, что написать в ответ. Перебирал в голове варианты, и каждый казался абсурднее другого. «Я слышу какой-то скрежет. Это у тебя мозги там скрипят?» — издевался Олег в новом сообщении. «Выдыхай, Антош. Как на счет кино?» Антоша не выдохнул, но шустро настрочил в ответ: «Не люблю кинотеатры» Правда не любил. Темные залы, запах жженого сырного попкорна, люди, которых ты знать не знаешь, сидящие плечом к плечу. Нарушение всех личных границ и полная дезориентация. «Я вот даже не удивлен. Окей, как на счет кино у меня дома?» Антон замер, забыл выдохнуть и подавился, заходясь в приступе кашля. Домой пригласил, вот так просто? Да они виделись всего раз, знакомы без году неделя. Краш-тест без тормозов. «Звучит сомнительно» — написал, еле попадая по буквам. «А ты не сомневайся. Я не кусаюсь)» — и еще одна строка ебучих скобочек следом. Олег сыпал ими не скупясь, веселился от души. «Может, я кусаюсь?» — отправил Антон и даже приложение с мессенджером закрыл. Потому что совсем пиздец , край, обрыв, ебучее свободное падение по всем законам физики. «Звучит сомнительно, Антош)» — бздыкнул телефон жалобно. «В семь, адрес помнишь» — добавка утвердительным. Да как он мог забыть?

***

В субботу небо не обрушилось, земная твердь не треснула и даже птицы за окном пели вполне радостно. Только Антон себя ощущал обрушенным и треснувшим, потому что всю ночь сна не было ни в одном глазу. Только к утру он забылся в беспокойной дреме на растерзанной бессонницей постели. Снов не видел, и на том спасибо. Проснулся и провалялся в кровати снова до самого обеда, вставая лишь отлить и перехватить что-нибудь на кухне. Несколько раз залезал в переписку, перечитывал свои и Олеговы сообщения, удивлялся, откуда взялась такая смелость. Теперь от нее и следа не осталось. К вечеру все, о чем Антон мог думать, свелось к единственному вопросу — как слиться? Но он отгонял от себя все крамольные мысли, натягивая привычные джинсы. Выбирая между черной футболкой и черной футболкой, проверяя, не пропал ли с запястья ряд черно-белых бусин, и слишком поздно понимая, что не помнит, куда дел ключи от машины. Те нашлись на полке у входа в квартиру, как и всегда. К семи он подъехал к нужному дому и замер. Выглянул через лобовое, вгляделся в темные стекла квартир и вздохнул. Откинулся на спинку водительского сидения и прикрыл глаза, сжимая пальцы на руле. Ну вот он, приехал. А дальше-то что? В окно неожиданно постучали. Антон вздрогнул, распахнул глаза и опустил стекло. За бортом стоял Олег, улыбаясь привычно во все тридцать два. — Один тут отдыхаешь? — хмыкнул он, склоняясь и заглядывая в салон, будто Антон мог там кого-то прятать. — Один, — согласился он растерянно и фыркнул, слыша смех в ответ. — А я мусор вышел выбросить, смотрю — тачка знакомая, — признался Олег и как бы в доказательство потряс целлофановым пакетом, забитым отходами. — Пригляделся, а там Антоша спит. Ты чего, поспать приехал? Выходи давай, ща приду, — и ушел в сторону мусорки, не оборачиваясь. Антон страдальчески закатил глаза, но из машины вылез, терпеливо дожидаясь возвращения Олега. В квартире было светло. Окна на западную сторону, заходящее солнце в них било нещадно, окрашивая все вокруг золотым. Олег скинул кроксы у порога и прошел вглубь, Антон шагнул следом и замер. Сколько раз он видел это место через экран? Сколько раз представлял себя здесь? Вот постель с белой простыней и мягким одеялом, вот кухонный уголок с невысоким холодильником, напротив кровати компьютерный стол, откуда Антон наблюдал, примечал, впитывал — его точка обзора. Спинкой к столу оказался приставлен диван, а перед ним выкрашенная в белый стена. На потолке перед ней небольшой проектор. — Проходите — не бойтесь, уходите — не плачьте, — хмыкнул Олег, оборачиваясь на него. — Ты чего замер, Антош? Антон перевел на Олега растерянный взгляд и кивнул, начиная поспешно стягивать кроссовки. — Да… я это… ага, — затроил нервно, путаясь в ногах. Олег, кажется, ухмыльнулся и покачал головой. Смотрел на него внимательно, от чего движения Антона сделались еще более неловкими и дергаными. Он и сам понимал, что выглядит глупо, но ничего не мог с собой поделать. Чужой взгляд жег и нервировал. — Пицца или суши? — спросил Олег, когда Антон, наконец, выпрямился и уставился на него раскрасневшийся и взмыленный. — Бургеры, — пожал плечами тот в ответ. — Однако, — хмыкнул Олег, отходя к окнам, опуская рулонные шторы, перекрывая путь солнцу и погружая квартиру в приятный полумрак. — Тогда заказывай сам, что любишь, привереда. Антон только фыркнул негромко и подошел к дивану, присаживаясь осторожно на самый край, доставая телефон и залипая в приложении с доставкой. Олег бесцеремонно плюхнулся рядом, склонился к нему, чуть ли подбородок на плечо не укладывая и заглядывая в экран. Хмыкал утвердительно, когда Антон добавлял тот или иной бургер в корзину. Когда заказ был сформирован, отсаживаться не стал, просто откинулся на спину, нашаривая пульт и включая проектор. Антон сидел боясь пошевельнуться. Их бедра соприкасались, рука Олега лежала позади него на спинке дивана, так рядом, в такой непривычной близости, что сердце заходилось. Фильм выбирали долго. Антон куксился и ворчал, Олег издевался и посмеивался. Остановились в итоге на последнем Джоне Уике. Киану Ривз оказался по вкусу обоим. В разгар очередной перестрелки на экране, зазвонил домофон, Олег ушел открывать и вернулся с крафтовыми пакетами, заполненными ароматными бургерами в картонных коробках. Ели тут же на диване, не отрываясь от фильма. Олег умудрялся комментировать и с набитым ртом, что вызывало у Антона легкое раздражение, но вместе с тем какую-то тихую радость. Вот он сидит в одной комнате с человеком, которого никогда не надеялся узнать, ест бургеры, слушает его треп и впервые за долгое время чувствует себя целым и почти счастливым. Бургеры прикончили под финальные титры. Антон тоскливо смотрел за тем, как бегут буквы на экране, заканчивать вечер не хотелось. В компании Олега было легко и весело, не всегда просто, но приятно. — Может, еще что-нибудь глянем? — предложил Олег и, когда увидел в ответ утвердительный кивок, снова начал подыскивать фильм. — О, обожаю такую хуету романтическую, — он ткнул в экран, показывая на какую-то картину. На постере были изображены парень и девушка на фоне вечерних огней. — Нееет, — неуверенно запротестовал Антон, морщась. — Какая-то хуета слащавая. Это святотатство смотреть такое после Джона Уика. — Даааа, Антош. Ты не сечешь, — рассмеялся Олег уверенно, — прелесть таких фильмов в том, что они потрясающе всратые, поверь мне. Это прикольно, — и Антон сдался, потому что ну как иначе? История была до ужаса банальной и ванильной. Девочка-паинька со страшным секретом влюбляется в дерзкого парня, который участвует в подпольных боях. На экране герои нещадно тупили, попадали в неприятности и строили любовь. Антон думал, что заскучает, но незамысловатый сюжет неожиданно увлек. Он и не заметил, как напряженно начал следить за происходящим на экране. Отвлекся только тогда, когда плеча мягко коснулись чужие пальцы, погладив кожу на границе с рукавом футболки. Он покосился на Олега незаметно, тот не отрывался от просмотра, но на губах играла совсем не подходящая под развернувшуюся на экране драму довольная улыбка, его рука опять лежала позади Антона на спинке, а пальцы продолжали невесомо касаться кожи, пуская мурашки по телу. Ему бы расслабиться, поймать момент и просто отпустить ситуацию, но в голове забило набатом, что все неправильно, что все совершенно не так, как должно быть. Тело сковало, Антон напрягся и чуть подался вперед, будто бы под влиянием момента. Олег только тихо вздохнул и нехотя убрал руку. Магия ушла из города. Фильм закончился за полночь. Голова начинала побаливать от обилия визуальных образов, и Антон решил, что пора и честь знать. Олег стоял в прихожей и наблюдал, как он снова борется со шнурками на кроссовках. Улыбался мягко и немного устало, оперевшись плечом о стену. — Повторим как-нибудь? — спросил он негромко, когда Антон выпрямился. Антон замялся, но все же кивнул. Замер, когда Олег шагнул ближе к нему, вставая почти вплотную и заглядывая в глаза. Так и стояли молча в тесном коридоре, пялясь друг на друга. Напряженный Антон и расслабленный Олег. Инь и ян, не иначе. Олег неожиданно опустил руку и коснулся пальцами браслета на запястье Антона, погладил невесомо бусины, а потом неожиданно сжал его ладонь. Тот вскинул на него затравленный взгляд и поджал губы, но руку не выдирал. Не хотелось совершенно. — Если бы ты мне за такое в рожу дал или обматерил хотя бы, я бы еще понял, — шепнул Олег тихонько, — но какого хуя, Антош? Антон в целом и сам не знал, какого хуя. Ничего не ответил, лишь пожимая плечами и опуская глаза на их сцепленные руки. — Напиши, как домой доберешься, придурошный, — попросил Олег почти ласково. Придурошный кивнул и разорвал прикосновение, спешно скрываясь за дверью.