The voice is sweet even at night

Я готов с тебя пылинки сдувать,

Лишь бы ты улыбался всегда,

Заставляя мое сердце так ярко пылать.

Городской шум навязчиво настукивал по окну, пока солнце ярко освещало даже самые пыльные уголки номера. Синеволосый юноша приоткрыл глаза, ощущая на своих щеках легкое касание ветра, словно упавший лепесток белого гиацинта. Еле слышное бормотание заставили Ликса медленно повернуть голову вбок. Невнятное произношение брюнета в сонном бреду были похожи на призыв нечисти, от чего Ли прислонил ладонь к собственным губам, пытаясь унять смешок. "Гораздо милее, когда спит" — подумал Феликс, искренне улыбаясь спящему Хвану. Осторожно поднявшись с неудобной отельной кровати, Ликс поднял свою одежду с пола и оделся. Бросив сотый умиляющийся взгляд в сторону кровати, Ликси вышел из номера в поиске завтрака. По всему этажу разгуливал сквозняк, от которого Ёнбок поежился. — Ликс. — прозвучал голос позади юноши. Тот обернулся. — А, это ты… — неловко проговорил Ли, и, подойдя к лифту, нажал на кнопку. — Вчера был трудный вечер, согласись? — выдохнул Ким, потирая мочку левого уха. По спине Феликса пробежался холодок от сказанной фразы. "Да уж, учитывая, какие обороты он набрал…" — подумал Ликси. — Ты тоже на первый этаж для завтрака? — пробубнил Ли, клацая на кнопку «1». Вокалист прерывисто кивнул, устремив свой взгляд на шею Феликса. — Что? — спросил синеволосый парень. — У тебя…этикетка лонгслива здесь… Короче наизнанку. — пояснил Ким. Феликс потянул воротник. — А, и правда. Спасибо. Крохотный отельный лифт погрузился в неловкое молчание, делая воздух напряженно-тяжелым. Пронумерованные лампочки мигали в обратном отсчете поочередно. Ликс задумался: может Сынмин ненавидел Феликса с самого начала? И решил таким неприятным способом избавиться от него? Чего искренне Минни хотел от Ёнбока? – Ликс не знал. Как бы он не хотел забраться к талантливому вокалисту в голову, перебрать все мысли, в которых могла бы быть нужная информация… Ликс не мог понять. — Минни, какие были мотивы поступать именно так? — собравшись с мыслями спросил Феликс. Медноволосый юноша посмотрел в сторону Ликса. Он смотрел на него молча несколько секунд, словно обдумывая, как лучше ответить. — Я подумал, что это самый действенный способ. Прости меня. — коротко ответил Ким и вышел из открывшегося лифта на первый этаж. Ли ринулся за ним, догоняя: — За что ты меня ненавидишь, Минн-а?! — крикнул он, хватая юношу за руку. Запрокинув голову, Ким устало выдохнул, чувствуя сжатую руку на своем предплечье. — Я не питаю ненависти по отношению к тебе, Феликс. Я просто поступил глупо. "И долго ты будешь отвечать наплевательским тоном?" — злился Цыпленок про себя. — А откуда Хван узнал про мой аккаунт? — продолжал донимать синеволосый парень. — Да сколько можно, Феликс? — рыкнул Минни, — Он дрочил на записи, не зная, что это твой голос. А мне он рассказал, потому что мы с ним очень близкие друзья! Отстань пожалуйста, либо пошли просто молча поедим и пойдем будить остальных, договорились? Главный вокалист уже собрался идти в сторону буфета, но Ли снова окликнул его. Ким стоял спиной к Ликсу, молча ожидая вопроса. Феликс обогнул друга, и, испытывающе глядя в глаза, спросил: — Насколько вы…близки? — неуверенно поинтересовался Ликс. "Может это мой шанс?" — пронеслось в голове Кима. Тот хмыкнул, — Я думаю, тебе лучше спросить это у Джинни, я боюсь наговорить лишнего. — улыбнулся юноша и побрёл в сторону буфета. Сердце Феликса пропустило удар, затем еще один. Странное чувство с головой погрузило парня в омут сомнений и тревоги, отдающей импульсом по венам рук. Ощущая легкий озноб, парень пошел следом за вокалистом, не продолжая диалог. *** — Мы уже все поели, а Джинни еще спит? — буркнул Бин, жуя свой сытный завтрак. — Я пойду его разбужу, а вы доедайте и позже встретимся в моем номере. Сможем погулять сегодня по городу, завтра у нас рано утром вылет, так что соберите свои вещи сегодня вечером. — заботливо и с ответственностью в голосе произнес Чан, хлопнув себя по бокам. Лидер повернулся и стремительно направился к лифту. — Хен, я с тобой! — вызвался Феликс, вскакивая изо стола. — Нет, поешь спокойно, я сам справлюсь, чтобы разбудить нашего соню. Бан Чан улыбнулся. — Нет, я думаю, ты можешь отдохнуть и пообщаться с ребятами, а я быстро сгоняю и приведу его на завтрак. — хихикнул наигранно Феликс, и шагнул к лифту ближе. Шатен в недоумении нахмурился, — Почему ты так сильно хочешь это сделать вместо меня? — Я-я просто хочу, чтобы ты больше времени провел с ребятами! — выпалил Ликс. "Придурок! Идиот!" — крикнул про себя синеволосый юноша, продолжая улыбаться лидеру группы в глаза. — Феликс, ты меня пугаешь немного… Давай не своевольничай и иди доедай. — глухо усмехнулся Чан, не отнимая взгляда от своего друга. — Ты не сможешь его разбудить, а я смогу. "Придурок!!!!" — вопил мысленно парень. В момент странных взглядов, что участники бросали друг на друга, лифт подъехал, со скрежетом открыв двери. Ликс схватил за запястья Чана и слегка дернул в сторону от дверей, попутно с этим шагнул в лифт и произнес: — Прости, Хен! Ничего не понимающий Чан остался стоять перед лифтом, что уже поднимался на второй и третий этажи. "Нет, он точно что-то принимает" — бегло пронеслось в голове лидера, который спустя секунду стремительно пошел в сторону лестницы отеля. *** — Хван Хёнджин, я тебе не прощу тот позор, который испытал перед Чаном сейчас!! — крикнул Феликс, вбегая в свой номер. На кровати в виде звезды лежал брюнет спиной кверху. — Господи, прикрывался бы хоть, когда спишь! — зашипел Феликс, натягивая на ягодицы Хвана одеяло. — М-м, спасибо, Цыпленок, а то холодно было… — сонно пробормотал Джинни. "Если я случайно задушу его подушкой, скажу, что это все одержимая фанатка" — подумал Феликс. — А ну вставай сейчас же! — крикнул синеволосый юноша так громко, что брюнет тут же дернулся, сжимая руками обе подушки. — Чего так орать-то… — обиженно выдохнул Хван, надув губы и хмуря брови. Феликс стащил одеяло с парня и звонко шлепнул по заднице, — Вставай, придурок! Иначе нам обоим влетит потом! — О-о, — довольно промурчал сонный парень, — А еще раз можно так? — Что… здесь… происходит? — отчеканил Чан за спиной Ликса. — Пиздец… — коротко и четко произнесли Феликс с Хёнджином. Синеволосый юноша на пятках обернулся, все еще сжимая в руках отнятое одеяло. — Х-хен… — тихо произнес Хван. — Нихрена, — остановил лидер брюнета, — Говорить будешь ты. — сказал Чан, указывая пальцем на побледневшего Феликса. Спустя минуту Хёнджин уже был в своей вчерашней помятой одежде, а Феликс нервно дергал коленкой под кофейным столиком. Бан Чан медленно переводил сосредоточенный взгляд с одного участника на другого. Каждый нервно прокашлялся. — Феликс, — начал Чан, — А почему я второй раз уже на утро вижу тебя с кем-то? Сначала Хан, сейчас Хёнджин, дальше кто, Йенни? Может быть Лино? — Хен, это не совсем то, что можно было бы подумать… — неловко мялся Ликс. — Да, Чан, думай выше, следующим в кровати Цыплёнка будет наш Чин Ен… — пошутил Хван и залился смехом. В брюнета полетел тапочек. — Выйди отсюда, пожалуйста. — взмолил Ликс. Хван закрыл рот своей ладонью, все еще хихикая. — Чан, сейчас все иначе. — пытался оправдаться синеволосый юноша, — Ночью ко мне пришел Хёнджин и мы стали говорить, и… — Так, нет, — занервничал лидер, размахивая руками, — Мне неинтересны эти подробности! — О боже! Хен, Я просто хотел сказать, что мы нравимся друг другу с этим…придурком. — выдохнул последнюю фразу Феликс, глядя на кривляющегося Хёнджина, которого веселил спектакль между его парнем и его лидером. Феликс угрюмо посмотрел на брюнета, после чего, вскочил, поднимая юношу за предплечья с его места. — Ха-ха, да перестань, я же просто стараюсь разрядить обстановку! — смеялся Хван, свисая в руках синеволосого парня. — Ты не помогаешь мне! — бурчал Ликс с придыханием, пытаясь выставить шута за дверь. — Вы оба как дети… — устало протёр глаза Бан Чан. Двое участников обернулись на сказанную фразу и одновременно сказали: — Мы и есть дети, ты сам так назвал нас, чувак. В конечном итоге, цирк прекратился, хоть и клоуны остались. Синеволосый юноша нежно сжимал пальцы брюнета под столом, а тот, в свою очередь, скрывал волнение за чарующей улыбкой. — Так вы...встречаетесь? — уточнил лидер, искажая выражение лица, будто на языке вертелся лимонный сок. — Наверное…да? — неуверенно произнес Феликс, украдкой поглядывая на брюнета. — А ты не уверен? После всего, что было? — спросил звонко Хван. — Я-я не знаю, я просто… Это мои первые отношения, чего ты от меня хочешь?! — смутился Ли, вжимая голову в плечи. Веснушчатые щеки покрылись краснотой от неловкости. "Мы правда теперь можем называть друг друга парой…?" — подумал Ликси и невольно улыбнулся. — Вы же понимаете, что это должно быть строго в секрете? Никто не должен узнать. — серьезно проговорил Чан, будто бы пытаясь смириться с ситуацией. — Но ребятам мы должны сказать. — прояснил Феликс. Лидер задумчиво почесал переносицу, наклоняя голову вбок. Будто что-то придумав, он сказал, — Хорошо, но нужно это сделать тогда…хотя бы, красиво? Я не знаю. — О да, купим фейерверки и скажем, что мы с Ликсом долбимся в жопу, так? — снова начал шутить Хван. Чан покраснел, и было непонятно, то ли от злости, то ли от смущения из-за озвученных подробностей. Ликси сжал ладонь брюнета, отчего тот дернулся и прикусил нижнюю губу. — Ладно, может тогда сегодня вечером вы вдвоем скажете это всей группе? Просто лично я не хочу озвучивать данную новость. И, кстати, если об этом узнает кто-то помимо участников, у вас будут проблемы. — обреченно сказал Чан. Парни синхронно кивнули, будто бы внутри объясняя себе то же самое. Сердце Ли слегка сжалось от волнения. Он посмотрел на улыбающегося Хвана, поймавшего взгляд синеволосого юноши. Лучезарная улыбка, которая буквально говорила: «Не переживай, Цыпленок, мы справимся с этим». То, что могло не говориться вслух, витало в воздухе. Та поддержка, которой хотел Феликс очень долгое время. Не семейная, не дружеская, а именно любимого человека. То, что запрещалось каждому к-поп айдолу, стало тайно позволено Феликсу и Хёнджину. Конечно они не могли крикнуть о своих отношениях на сцене, объявить об этом всему миру, но сам факт того, что они уже вроде как пара – этого было более чем достаточно. — Что ж, я думаю, в таком случае, встретимся внизу. Думаю, все уже успели позавтракать, — монотонно произнес Чан, — Ликс, ты не доел свой завтрак, идем. Джинни еще нужно переодеться. — Я тебя догоню, Хен. — бросил Феликс, не отрывая взгляда от глаз своего парня. На что лидер многозначительно хмыкнул и сказал: — Тебе, кажется, пары минут хватит. После чего он ушел, заставляя смеяться Хёнджина во весь голос. *** — Почему ты так неуверенно сказал, что мы теперь пара? — поинтересовался Хван, спускаясь по лестнице отеля. — Может, потому что не было каких-либо официальных предложений? — съязвил синеволосый юноша, перескакивая на пару ступеней ниже. — А-а-а, я понял. — протянул брюнет, — Ты из тех парней, которым нужно все говорить. — О боже мой! — крикнул Феликс, выказывая сильное удивление. Хёнджин скакнул вперед и посмотрел на парня: — Что? Что такое?! — удивленно протараторил он. — Ты все-таки понял?? — саркастично спросил Ли. Хван выдохнул, состроив угрюмое выражение лица, — Как смешно, Цыпленок, сейчас покачусь со смеху. Ликс хихикнул, — Это тебе за шутки в номере. В конечном счете, парни синхронно стали спускаться по лестнице к остальным участникам. Феликс, открывая дверь перед лестницей, ловит бегущую молодую девушку, что случайно врезается в него: — О господи! Я прошу прощения! — по-детски нежно произносит она, наспех поправляя одежду Ликса, — Вы не поранились? "Знакомое лицо, где-то я её видел" — мысленно подмечает он, кивая на слова девушки. — Нет, все в порядке… — произносит Ли, в замешательстве глядя на суетливую девушку. — Мне н-нужно бежать, еще раз извините! — кричит она и устремляется бежать вверх по ступеням. Из-под плеча выглядывает Хёнджин, — Что это было? — Честно? Понятия не имею, но она показалась мне знакомой. Парни наплевательски хмыкнули, пожали плечами, и заковыляли к своим друзьям. Йенни что-то эмоционально обсуждал с Минхо и Джисоном, периодически хихикая и прикрывая рукой улыбку. Бинни разговаривал с Сынмином, который выглядел не так серьезно, как утром. Бан Чан что-то обсуждал с персоналом, подписывая какие-то бумаги. Спустя некоторое время, когда все уже были в сборе, и Чан уже выбрал маршрут для прогулки, все двинулись в сторону первой достопримечательности. Шагая по парижским улочкам, парни не могли сдержать довольных вздохов, глядя на окружающую их архитектуру. Проносящийся по автомобильной дороге транспорт создавал больший объем и движение городской жизни. "Почти так же, как дома, только более безмятежно" — думал Феликс, и в чем-то был прав; обстановка вокруг напоминала декоративный шарик, который при тряске перемещает в себе снежок или блестки, но спустя время эти крохотные песчинки замедляются и плавно опускаются наземь. На протяжении всего дня парни наслаждались видами, фотографировались, и снимали частичный влог. Участники смогли расслабиться на такое короткое время, зная, что в будущем у них вряд ли выдастся еще один подобный спокойный день. Двигаясь вдоль набережной, группа молодых людей решает остановиться у одного кафе, возле которого так заботливо и аккуратно стояли железные столики, поблескивая лучами солнца. Юноши расселись кто-куда, а старшие участники вошли внутрь заведения взять перекус для всех. — Ликси, ты чего такой задумчивый? — осторожно поинтересовался Хан, наклоняясь ближе. — Просто наслаждаюсь видом. — размеренно проговорил Ли. Понимающее мычание друга чуть отстранилось, протянувшись в сторону набережной. — Здесь все такие беспечные, да? — расслаблено говорил рэпер, — Ходят медленно, почти что вразвалку, общаются… Не то, что у нас, да? — Ты прав, Джи. — коротко ответил Феликс, слегка улыбаясь. Оба смотрели в одну сторону, не замечая окружающего, словно завороженные парижскими видами. Шуршащие пакетики из крафт-бумаги привлекли внимание всей группы. — Поедим, и дальше бродить. — весело произнес лидер, расставляя стаканы с напитками. — Я даже как-то не голоден, представляете? — произнес Двэкки, потягивая лимонад из трубочки. — Что-о? — вопросительно протянули остальные участники команды. — Может ты уже всё умял за секунду? — удивлялся Джисон, вытягивая руку к одному из пакетов. Все глухо усмехнулись, глядя на Чанбина. Тот, услышав шутку, сам невольно рассмеялся, — Я не шучу, я так много съел утром, что до сих пор ничего не хочу. — Возьми с собой, может потом поешь. — произнес Чан, пережевывая свой круассан. Каждый взял по пакету, создавая шум. Ликс схватил последний и развернул; на дне виднелся кусочек шоколадного брауни и леденец незнакомой марки. Феликс поднял улыбающиеся глаза в сторону лидера, который в свою очередь склонил голову и улыбнулся. Мнимо поблагодарив, синеволосый юноша достал все из пакетика и принялся есть. — Помните, как Ликси нам приготовил свой фирменный брауни и угостил? — озвучил Хван, довольно глядя на парня. По кругу послышалось единогласное мычание. — Возможно это будет грубо с моей стороны, — начал Ли, — Но мой брауни будет получше. Ай Эн хихикнул и сделал глоток холодного чая. — Йенн-а, будешь пить много холодного – простудишься. — улыбнувшись, проговорил Сынмин. Только сейчас Ли заметил, что вокалист сидел рядом с брюнетом. — Если я не попью чего-то холодного, я тут же зажарюсь прямо на этом столике, Хен. — зазвенел макнэ. — Да, погода действительно очень жаркая. — рассеянно подтвердил Бинни. "И чего эти двое снова вместе крутятся?" — обиженно подумал Феликс, глядя в сторону, чтобы не привлекать лишнего внимания. На лице синеволосого юноши образовались складки, представляя окружающим недовольную гримасу. Веснушки будто бы заползли одна на другую. Его нос сморщился, образовывая небольшую гармошку. — Ты чего с кислой миной сидишь? — тихо поинтересовался Чан, нагнувшись к Феликсу через стол. — Да так… — прошептал он и бросил короткий взгляд на хихикающего Сынмина, впритык к которому сидел Хёнджин. Весёлый и беззаботный смех обвивал двух юношей, словно утренний смог. Бан проследил за глазами друга и чуть слышно хмыкнул. — Ревнуешь, серьезно? Я думал вы уже все обсудили втроем, — шепотом говорил он, кладя висок на плечо Ли, — Тебе трудно придется, если продолжишь так относиться к ним, — шатен слегка мотнул подбородком, — Эти двое – друзья, и ты не сможешь заменить эту позицию Сынмина, как бы ты ни хотел. — Я знаю, — выдохнул Феликс, опуская голову вниз. Еда в руке совсем стала безвкусной, а подушечки пальцев похолодели и стали влажными, — Мы с Минни не успели нормально поговорить… Я боюсь, что теперь между нами будет пропасть, как у тебя с… — Нет, совсем разные ситуации. — отрезал Чан и приподнялся. — Извини. — шепнул Феликс и отложил свой перекус. — А ну доедай, достал уже. — произнес лидер в своей привычной отцовской манере речи. Ли улыбнулся уголком рта и снова принялся жевать шоколадный брауни. В кругу участников воцарилась теплая атмосфера, словно переливающаяся мелодия по нотам, из одной в другую, уносящаяся в мягкие клубки облаков. Феликс решил отступиться от глубоких размышлений о своих взаимоотношениях с другими и просто наслаждался беседой, вливаясь в диалог. Прохожие могли бы вполне принять их за большую семью, в которой, безусловно, могло быть много конфликтов и недопониманий, но, в конце концов, всякая ситуация решаема. Улыбки восьмерых юношей сверкали, будто бы это другая Вселенная, погруженная лишь в то, как ярко они могли вливать счастье в этот мир. Шли минуты, а разговор не утихал. Чанбин уже вовсю жевал свой перекус, который он хотел поглотить изначально, но оттягивал свою трапезу, желая отогнать от себя образ вечно голодного парня. Параллельно своему нагулянному аппетиту, крепкий юноша одной левой обнимал макнэ, стараясь не давить всем весом руки. Чонин бурлил трубочкой своего прохладительного напитка, часто кивая и подтрунивая над Минхо. Кошатник, в свою очередь, не поддавался на провокации, изредка кивая с улыбкой на лице. Сложив ногу на ногу, утонченный парень проходился по округе кошачьим взглядом, наблюдая за реакцией остальных. Игривые глаза медноволосого Сынмина часто останавливались на губах Хвана, и всякий раз аккуратная форма бровей вокалиста всячески вздрагивала, но лишь на миг, и заметить это движение могли далеко не все. Доли секунды хватало юноше, чтобы потом вернуться к разговору и поделиться своей точкой зрения. Брюнет же, особо не замечавший реакции остальных, создавал новые темы для беседы, попутно с этим иногда похлопывая по плечу своего близкого друга. Хёнджин часто поворачивался к Минни, что-то говорил, и, после чего, возвращал свое внимание к остальным друзьям. Неугомоннее всех был Хан, который мог громко возразить говорящему. Всякий раз он мог что-то припомнить и спародировать воспоминание, делая ситуацию более комичной. — Да как ты смеешь мне говорить что-либо про мои щеки, когда у тебя одна рука больше моей головы? — кричал возбужденно Джи в сторону Бинни. Юноши смеялись в унисон, когда эмоциональный рэпер мог вскочить с места или часто елозил на своем стуле. Джисон часто хватался за ляжки Феликса, когда хотел встать, но в один момент юный Ли схватил друга за запястье, и со смехом попросил его быть потише, дабы избежать недовольства сотрудников кафе. Квокка бодро кивал и перескакивал с темы на тему, пока не почувствовал на себе довольный взгляд Лино. Спустя несколько минут Хан спокойнее рассуждал чьи же руки больше, чем его голова. Румянец на очаровательных щеках пуще проявлялся, как только Кошатник подавал голос, защищая младшего рэпера. "Лино и Джи всегда знали, как могут успокоить друг друга" — мельком пронеслось в голове Феликса, пока тот перемещал взгляд с одного на другого участника. Через какое-то время, тема с частями тела была закрыта, и все стали обсуждать следующий концерт, о котором заговорил лидер группы. В глазах Феликса Бан Чан всегда отличался от остальных друзей. Ли мог давать ему множество прозвищ в своей голове: «Ворчащий дед», «Пятилетний ребенок», «Хороший лидер», и, наконец, «Старший брат». Во времена своего провала в 2017 году молодой Ёнбок Ли боялся потерять всякую надежду, боялся потерять всех. Остаться один. В голове боролись две стороны, о которых он не смог рассказать группе. Но старший братец Чан не терял надежды и веры в своего друга. Их породнила не только любимая ими Австралия, не только совместный дебют. Чан всегда выделялся чем-то, чем не мог кто-то другой. Однажды Феликс понял, что этот целеустремленный Волчонок способен искренне любить. Этот Хен был предан своему делу, предан людям, что идут с ним в ногу. Он способен любить и дарить эту необъятную любовь всем, кто в ней нуждается. Удивительнее для Феликса было именно то, как лидер мог проявлять свои чувства ко всем. Он был дружелюбен и открыт, был внимателен и заботлив, даже когда это могло терять смысл. Чан был тем, кто взращивал любовь и доверие в их дружной семье из восьмерых братьев. Спустя мгновение после своих размышлений, синеволосый юноша внимательно оглядел шатена; широкие плечи, вытянутые, жестикулирующие руки, и уверенный, но расслабленный тон лидера заставлял Феликса слушать и слышать. Объяснения про расписание, отчет о возможных неурядицах в их работе… Все это могло тяжело восприниматься на слух, но именно сейчас Ли чувствовал облегчение и спокойствие. — Мы будем усердно работать, и мы справимся, ведь так? — ободряюще зазвучал Бан. «Да-а-а!» — поддержала группа командным воем и стукнулась кулачками. — А теперь, — заинтригованно произнес шатен, поднимаясь с уличного стула, — Дальше ходить! «Не-е-ет!» — недовольно взвыли юноши, обреченно поднимаясь со своих мест. Чан рассмеялся, забрасывая сумку на плечо. Участники со скрежетом пододвинули свои стулья и отнесли мусор в урну. К Феликсу подошел брюнет, хватая того за плечо: — Ты почти на протяжении часа молчал, что-то случилось? — спросил Хван, утыкаясь носом в веснушчатую щеку. — Все в норме, я просто задумался. — объяснился Феликс, искренне улыбаясь. Мысленно парень прощался с той атмосферой, словно покидая иллюзию уюта и безмятежности парижской магии. — Я о том и говорю, — пробурчал Хёнджин, поворачиваясь корпусом к собеседнику. Хёнджин внимательно осматривал выражение лица Феликса, шагая спиной к ребятам. — Ты так упадешь. — коротко предупредил Феликс. — Нет, — ухмыльнулся Хван, — Ведь ты меня поймаешь. Феликс приподнял бровь, — С чего бы вдруг? Что-то я не заметил твоей заинтересованности в лице моей персоны, пока мы сидели там, — мягко съязвил синеволосый юноша. Хван изобразил боль в сердце, словно попадание стрелой, — О нет, в самое сердечко своим ядом! Как ты мог, Ли Ёнбок! — манерно произнес он, щурясь. Услышав смех Феликса, Хёнджин приоткрыл один глаз, приподнимая уголок рта. Через секунду брюнет выпрямился и пошел в ногу с Ликсом. — Я знаю, что ты хочешь сказать. — произнес Хван. — И что же? — спросил Ликси, затрагивая низкие ноты своего голоса. — Я – придурок. — широко улыбнулся брюнет и заглянул в глаза парню. Феликс слегка откинулся назад, громко смеясь. Хлопнув в ладоши, он заключил, — Это так. Парни улыбнулись друг другу, шагая медленнее других. Они заметно отстали от своей группы, увлекаясь передразниванием и подтруниванием между собой. Наблюдая за спинами своих друзей, брюнет всячески демонстрировал походку Чанбина и Чана, показывая как они похожи в этом. — Один в один! — ахнул Феликс. — Да! — хихикнул Хёнджин, — А вон еще, смотри! — указательный тонкий палец вытянулся в сторону Лино и Джисона, — Ты посмотри, как они идут вместе, словно парочка! Обалдеть! — Ты похож на Стэй, когда так говоришь. — улыбался Ликс, хлопая Хвана по предплечью. — Имеешь ввиду, что я всех вокруг вижу как влюбленных? — уточнял брюнет, стараясь идти вровень синеволосому юноше, но из-за небольшой разницы в росте, шаг Хвана был более размашистым. — Да, но это почему-то происходит только с нашими друзьями. — пояснил Феликс, глядя на собеседника. Хёнджин приложил кулак к своим губам, задумчиво мыча, — Может это потому-у… — Нет, не говори этого вслух. — перебил Ли. Джинни лукаво ухмыльнулся. Чуть отпрыгнув от Ликса, он нагнулся к нему, — Потому что мы – парочка? — Вот же дурак! — зашипел Феликс, чувствуя, как начинают гореть щеки. Хихикая, Хван прильнул к руке Ликса: — Пошли быстрее, а то так потеряемся и завтра без нас уедут. — Вот вернемся домой, и я тебя задушу подушкой во сне. — буркнул Ли, прикладывая холодные ладони к щекам, пытаясь унять смесь растерянности с раздражением. — Почему? — удивился Хёнджин, ускоряя их общий шаг. — Потому что ты… — начал Ликс. — Придурок? — улыбнулся Хван так, что юного Ли это стало не на шутку раздражать. Чуть помедлив в ответе, он недовольно произнес, — Да. *** Вернувшись в отель, группа устало поплелась в сторону своих номеров. Хёнджин пожелал спокойной ночи Феликсу, едва заметно коснувшись кисти руки синеволосого парня с короткой улыбкой. Сам же Ли не торопился в номер, поскольку дух прогулки не успел выветриться из головы юноши. Феликс вымученно упал на диван перед ресепшеном и откинул голову назад, глядя на высокий потолок, усыпанный узорами, и расписной потолочный плинтус. Кофейные глаза перекатывались от центра к углам поочередно, словно движущаяся картинка, изменяющаяся из своего изначального вида в фантастический, выдуманный. — Ликси? — раздался плавный тон Сынмина. Ли повернул голову на голос. — Да? Минни поджал подбородок, будто желая промолчать, но плечи парня поднялись, сигнализируя о набранном воздухе. Феликс уже ожидал фразу по типу «Нужно идти спать, завтра ранний подъем, а ты опять сидишь» "Сейчас снова скажет, что я не высплюсь и буду ходить как вялая курица, да?" — подумалось юноше. Вместо нравоучений, которые обычно несли в себе заботу, вокалист коротким взмахом ладони вниз подозвал к себе Ликса и пошел к выходу из отеля. Феликс выгнул бровь и вопросительно хмыкнул. "Можно ли сказать, что он теперь в клубе людей, что мало спят и много думают?" — спросил себя Ли и пошел вслед за участником. Выйдя из главного входа, синеволосый юноша увидел Кима, облокотившегося на колонну здания. Феликс молча встал рядом с Сынмином, ожидая непонятно чего. Тот молчал, глядя перед собой пустыми глазами, и Ликс принялся терпеливо ждать. "Ночь длинная, сна все равно нет" — подумал Ликси. Шли секунды, перетекающие в минуты. Три минуты, пять, десять. Главный вокалист молчал, не меняя позы и направления взгляда. "Ты проверяешь меня на терпеливость или самообладание?" — раздраженно спросил про себя Феликс. Переминаясь с ноги на ногу, он продолжал смотреть на Кима, ожидая хоть чего-нибудь. Ли уже подумал, может это сам Минни ждет чего-то от Феликса? — Ладно, помолчать тоже иногда полезно. — утвердил Ли, кивая своим же словам. Сынмин хмыкнул, громко выдыхая воздух. Феликс цокнул и решил проследить за взглядом друга. Тот смотрел на бурлящий фонтан в виде рыб и маленьких черепашек. Подсветка под водой мягко игралась на тени небольших столбов вокруг фонтана, создавая некий спектакль. Луна светила ярко и создавала свои оттенки на танцующей воде. — Прости меня, — раздался наконец голос вокалиста, — Я не должен был так поступать с тобой. Ли посмотрел на Кима, ожидая колкости или подвоха, насмешки. Сынмин не ответил на провокацию Феликса и продолжал безжизненно смотреть вдаль. — Я был слишком озабочен собой и своим эго, совершенно позабыв о том, что ты можешь чувствовать. Сердцебиение Феликса участилось, но его губы были все еще сомкнуты, не решаясь что-либо выдавить из себя. — За это время наверняка напрашивался вопрос о мотиве, и трудно поверить, что я так жестоко обошелся бы с тобой, если бы дело было только в желании уберечь тебя от компании и рассекречивании твоего аккаунта, — продолжал Ким, — Я был сильно удивлен, что Джинни не узнал тебя, но… Тогда мне показалось, что я теряю его. Когда услышал, как он тебя видит и что к тебе чувствует, я думал: «И это конец всему? Все, что я старался сделать для него, я получу в конечном итоге ничего?» — Сынмин-а… — сочувственно промычал Феликс. — Я люблю Хёнджина, — проговорил он, опустив голову. Через некоторое молчание, Ким продолжил, — По крайней мере, я так думал. — Что это значит? — спросил Ли, нервно кусая губы. Синеволосый юноша терпеливо ждал ответа от главного вокалиста. Тот поднял голову: — Я настолько привязался к Джинни, нашему наивному и доброму Хорьку, что думал, будто бы это любовь, и я стал сомневаться в том, кто я есть и кем себя считал… — медленно проговаривал Сынмин, словно каждое слово было уже неважно для него. Все его откровение считалось для него самого уже будто бы известным всему миру, — Я думал, что я влюбился в этого парня, и стал ревновать, когда понял его отношение к тебе… — Я-я… Я не знал. — выдохнул Ли, кладя ладонь на плечо друга. — Это уже не имеет значения, Ликси, — отчеканил Ким и продолжил, — А знаешь почему? Потому что сегодняшний день мне дал понять: мои чувства не являются той любовью, которую описывают в книжках и показывают в фильмах. Не та любовь, о которой говорят и мечтают все. Я чувствую гораздо больше. Сухость во рту душила синеволосого юношу. Феликс не мог подобрать слов, не мог сдвинуться и на сантиметр, слушая каждое слово, сказанное Сынмином. — Вы все – мои друзья, моя семья. Я знаю, что мои чувства с Джинни взаимны, потому что они не романтические. Я это понял, когда мы сидели у того кафе и общались. Для меня поначалу было странным то, что я испытывал раньше, но я привык к этому. Я очень сильно привязан к каждому из вас; Чан, Лино и Бинни как старшие братья, Джинни, Хан, ты и Йенни для меня братья, которых я ни на что не променяю. Возможно я просто собственник, и боялся, что Джинни и ты станете ближе, чем я с ним, но… К счастью для нас всех, мне стало плевать. — Плевать на нас? — уточнил Ли. — Нет, конечно, дурак, — усмехнулся Минни, потрепав Феликса за волосы, — Мне будет все равно, если вы сблизитесь, а вы уже это сделали, как я заметил. — Ты видел, как мы шли позади вас, и лишь на этом основал свои выводы? — произнес синеволосый юноша, почесывая нос от накатывающей неловкости. Сынмин посмотрел на друга и улыбнулся, — Ты совсем меня за идиота держишь? Про остальных так же думаешь? — Н-нет, — мотнул головой синеголовый юноша, — Просто я думал, что ты меня недолюбливаешь, и только сейчас решил показать это. Ким склонил голову, сдувая со своих глаз упавшие пряди волос. Он взглянул на друга: — Вот ты вроде старше меня, а несешь чушь как пятилетний. Феликс словно ударился током. Плечи парня вздрогнули, щеки надулись, а брови взмыли вверх, — Ну я не особо старше тебя, там разница-то всего… — Короче, Ликси, — вздохнул Минни, кладя руки на плечи Феликса, — Я тебя не ненавижу, не веди себя как ребенок. После сегодняшнего нашего разговора с утра, я подумал, что у меня есть шансы остаться близким другом для Хёнджина, но после прогулки я понял, что мне это не нужно. Мне не нужно кого-то убеждать в чем-то, не нужно настраивать вас друг против друга. Я и так не потеряю то, что имею. Чувствуя, как нижние веки наполняются слезами, Феликс притянул Сынмина и обнял. Жадно и крепко, словно они больше никогда не увидятся. Ли больше не нуждался в объяснении чего-либо, потому что ему было стыдно за собственные мысли. Сынмин поступил эгоистично, но намерений навредить Феликсу у него не было. Взрослея, каждый человек иногда все еще оставляет в себе маленького ребенка с эгоистической речью, которому хочется иметь что-то свое. Кто-то может делать внутреннего ребенка счастливым, не страдая, а кто-то может допустить ошибку. — Ты меня тоже прости. — с дрожью в голосе произнес Феликс. — Что? За что ты извиняешься? — искренне удивился медноволосый парень. — Я не должен был заставлять тебя чувствовать себя именно так, я не должен был создавать аккаунт. — проговаривал Ли, пытаясь унять дрожь не только в голосе, но и во всем теле. — Ох, Феликс… — выдохнул Ким, — Мы еще те мелкие засранцы. Увидел бы нас Чан – давно бы подзатыльников надавал, я уверен. — Ему было бы потом стыдно за это. — Да, было бы. — улыбаясь хмыкнул Сынмин, крепче обнимая Феликса. следующий день. — Жуй быстрее, — поторапливал Чанбин младшего рэпера, — А то на самолет опоздаем и придется Осаку сюда перенести. — Да ты сам еще даже есть не начал, хватит меня подгонять постоянно! — возмущался Джисон, наворачивая еду за обе щеки. — Эй, никто не знает, Ёнбок-а не проснулся еще? — спросил Чан, глядя на макушки участников. «Нет!» — крикнули ребята в унисон. — Опять он спит долго, сколько можно… — шипел раздраженно лидер. *** — Профессор, кажется я что-то нашел! — кричал голос неподалеку. Пышные кусты не позволяли разглядеть силуэт, а ветки упавших деревьев нещадно царапали кожу лица. Задрав голову, синеволосый юноша заметил сгущающиеся тучи над необъятным лесом. «Где я?» — подумал Феликс. — Стойте там, я сейчас подойду! — грозно прозвучал в ответ мужчина. Юноша, чувствуя, как щипает и жжет щеки, стал пробираться на крики. Кроссовки скользили по кустам, а штаны цеплялись за каждую веточку, врезаясь, словно острые шипы. Белая футболка была покрыта смольными пятнами, лямка рюкзака тянулась во тьму леса. — Твою мать! — крикнул парень. Ощущая в горле пульсацию собственного сердца, парень изо всех сил побежал к мужским голосам, ужасаясь от того, что утянуло его рюкзак. Спустя несколько мгновений, парень падает на двух мужчин, чьи голоса он слышал ранее. Мужчина средних лет стоял с грязным, порванным рукавом своей толстовки, сжимая несколько рюкзаков одной левой. Штаны были полностью в глине, а его лицо покрывалось ссадинами, подобными тем, что были на лице Феликса. — Ли, где твое снаряжение? — нетерпеливо произнес мужчина. — Я не знаю… — отвечал Феликс. «Какого черта вообще происходит?» — проносилось составом мыслей в голове юноши. Мужчина раздраженно рыкнул, — Оно утащило его, да? Феликс скривился в непонимании. Он слегка склонил голову и заглянул под кепку к мужчине, — Чан?! На моменте, когда весь потрепанный, вспотевший и нервный Бан Чан схватил Феликса за воротник растянутой кофты, тот распахнул глаза, слыша в ушах учащенное биение сердца. — Что за хрень? — прошептал он, держа руку на запястье. — Э-эй, Ликси, ты еще спишь? — словно пел лидер. стук в дверь. Ликс вскочил с кровати и распахнул дверь. Шатен дернулся от неожиданности: — Напугал блин! — шикнул Чан. "Это такой реалистичный сон был, или у меня уже совсем крыша поехала?!" — гневался на сознание Феликс. Лидер оглядел с ног до головы своего друга: дерганные движения, испуганный вид и широко распахнутые глаза заставили Чана усомниться в том, что с Ликсом все в порядке. — Что случилось? — спросил старший и зашел в номер, закрыв за собой дверь. — Мне приснился очень странный сон, больше похоже на кошмар, — бубнил Феликс, — Будто бы какое-то преследование и слежка, я как будто в ужастике оказался. — Ликси, это просто сон, успокаивайся. — произнес Чан монотонно, кладя руки на плечи другу, — Давай как тебя Хан учил, да? Вдо-ох… Ли послушался и стал выравнивать свое дыхание. — А теперь вы-ы-ыдох. Молодец, — улыбнулся лидер, поглаживая друга по предплечью, — Давай переодевайся и спускайся с вещами вниз, скоро вылет. — Хорошо. — задумчиво пробубнил Ли, не найдя возможности до конца отпустить свой кошмар. *** Шестеро участников, второпях перемещались по аэропорту. Лидер группы всё чаще и чаще что-то бубнил под нос, ругая самого себя. — Ну вот как можно было додуматься забыть этих полудурков в отеле, ну как?! — фыркал Чан. Рядом непоспевающий Чанбин вертелся то с левой стороны, то с правой. — Чан-а, ты бы хоть посчитал нас, когда мы в машины садились... Бан резко обернулся на голос друга, — А ты думаешь, я не видел синюю и чёрную бошку, опускающуюся в такси?! Издеваешься? Минхо хихикнул и почесал кончик носа, немного опуская голову. Волчонок рыкнул в очередной раз, оглядывая растерявшихся участников, — Звоните им, пока самолёт не улетел, иначе я кого-то в рисовые булочки заверну, да палочкой проткну нахрен! — произнёс он и агрессивно, нелепо поковылял к залу ожидания, поправляя лямки сумки макнэ и свои. Джисон стал в очередной раз набирать номер Феликса...