Заметки о Мифах Ктулху / советы по написанию фанфиков по Мифам Ктулху

      В массовой культуре существует два взгляда на образ марккультиста — зловещего чернокнижника, который использует опасные оккультные сверхъестественной силы для своих целей или для целей своих потусторонних хозяев. Я их назову так: мраккультисты Лавкрафта и мраккультисты Кроули. В первом случае мраккультисты — объекты положения, это слуги Тёмных сил, дегенеративные, немощные и полубезумные, в конечном счёте — это крайне жалкие существа. От них всегда избавляются, когда они переживают свою полезность. Мраккультисты Кроули — это субъекты положения: это те, кто использует тёмную магию, но тёмная магия не использует их (по крайней мере так может показаться на первый взгляд). Культисты Лавкрафта списаны с народного и христианского представления о том, как выглядят сатанисты, ведьмы и колдуны, а с точки зрения такого представления — Дьявол в первую очередь хочет занять место Бога, следовательно, его слуги будут его жалкими рабами. У Кроули оккультисты — идеализированное представление реальных оккультистов о самих себе (естественно, я не верю в сверхъестественные силы — «реальными оккультистами» я называю людей, которые только лишь верят в то, что они обладают некими силами).       Чтобы наглядно понять разницу между ними, можно вспомнить «Последнюю иллюзию» Клайва Баркера — в ней в качестве главного антагониста выступает чернокнижник Никс. В самом начале фильма он мёртв, но верные ему сектанты воскрешают его, вернувшись к жизни, начальник смотрит на них с недовольством. Никс убивает их, приговаривая, что ему не нравится их скотская рабская натура. Сам Никс поначалу собирался править миром, но потом передумал и решил его уничтожить. Никс не служит какой-то конкретной сущности, он творит зло по велению левой пятки и его интересует только своя левая пятка. Таких он хочет увидеть у себя в друзьях. Никс — мраккультист Кроули, его горе-слуги — мраккультисты Лавкрафта. Думаю, на этом примере хорошо ясна разница.       У самого Лавкрафта, если брать только его произведения, культисты первого типа — фанаты Дагона и Ктулху, Кеция Мейсон, старый Уэйтли; второго типа — Джозеф Карвен и Эфраим Уэйт (Камог). Если брать продолжателей, то, по причине примитивности, зачастую у них фигурируют именно культисты первого типа — куда более ходульные и скучные персонажи. Такие персонажи одномерны — не нужно продумывать им личность, мотивацию, причины их поведения, достаточно сказать, что они — поклонники неких тёмных сил.       В качестве хорошего примера оккультистов второго типа следует рассмотреть визуальную новеллу Demonbane. Несмотря на всякий трэш, вроде Некрономикона в форме сексуализированной тринадцатилетки, именно антагонисты Чёрной ложи достойны рассмотрения, так как они были напрямую вдохновлены творчеством самого Алистера Кроули [1]. Они состоят из группировки чёрных магов, которые носят имена римских императоров, которых в христианской культуре рассматривают как антихристов, а их лидер — Мастер Терион — идеализированный Алистер Кроули (далеко не первый раз, когда оный оккультист фигурирует у японцев в качестве великого мага, можно ещё вспомнить франшизу To Aru Majutsu No Index). План Чёрной ложи заключается в том, чтобы разбудить Ктулху, но вовсе не для того, чтобы служить ему, а для того, чтобы подчинить его своей воле и использовать его силу для того, чтобы править миром. У самого Териона — более сложный план: он знает, что события заключены во временную петлю, он намерен из неё вырваться, заставив протагониста разбить Меч печати Старших Богов (это приведёт к высвобождению Двора Азатота). Если более подробно, но кратко: план у Териона такой — прокачать себе достойного противника, призвать Ктулху, принести Ктулху в жертву Йог-Сототу (который, к слову, является отцом Териона), вознестись на высший план бытия, а, в борьбе с противником, заставить его призвать Меч печати и самому вооружиться ещё одним, после чего разбить их во время фехтовальной дуэли. Терион наперёд знает, что у остальной Ложи планы более приземлённые, они хотят подчинить Ктулху, чтобы править миром. По этой причине остальные чернокнижники в один момент намерены свергнуть шефа. Естественно, вся эта кутерьма с Ложей и временными петлями задумана Ньярлатхотепом, чтобы освободить запечатанный Двор Азатота. Рассмотрим более подробно персонажей-оккультистов второго типа:       Мастер Терион — находится в отчаянии от своего положения, так как он заперт в день сурка (спасибо Ньярлатхотепу), демонстрирует по большей части полное равнодушие ко всему, кроме того, что может его освободить. Убьёт кого угодно, но по большей части воспринимает окружающих как насекомых, которых ему западло давить без какой-то причины. Искренне любит свою слугу Этельдреду — персонификацию Пнакотического Манускрипта (тоже в форме 13-летки, ессно).       Августус — правая рука Териона, по совместительству глава заговора против него; выглядит как смуглый помпезный метросексуал. Августус по началу демонстрирует себя как спокойного и рационального человека, но когда он дорвался до того, что начал рулить самим Ктулху (соединив с его сердцем свою меху), то начал истерично и экспрессивно заливаться восторгом по поводу того, что он — император всего мира. Одержим жаждой власти и ничем другим в принципе не интересуется.       Веспасианус — сумасшедший учёный, его в первую очередь интересуют научные и магические познания; любит ставить различные неэтичные эксперименты — от выведения гибридов людей и глубоководных до создания супер-солдат-киборгов, работающих на частицах Азатота. Когда Веспасианус пробуждает Дагона, чтобы натравить его на главных героев, он расценивает это просто как научный эксперимент. Тем не менее, кроме познания, Веспасиануса ещё увлекает жажда власти, по этой причине он конкурирует с Августусом. В зависимости от варианта развития событий, один из них может вальнуть другого и состыковаться на своей собственной мехи с сердцем Ктулху. Интересно, что ключевой источник сил Веспасиануса — это книга Эйбона и Деус-машина Сайкранош, отсылающая к Цаттогуа и его отношениям с магом-учёным Эйбоном, который превыше всего ценил научные знания.       Тибериус (настоящее имя — Джулиан) — самый отвратительный член Чёрной ложи, гнилой лич-некромант-клоун; достигнув бессмертия с помощью превращения себя в зомби-мутанта, Тибериус посвятил свою вечную жизнь тому, чтобы использовать свои собственные кишки-щупальца для массовых изнасилований лиц любого пола и возраста и превращения их в своих рабов-зомби для кровавых оргий. Тибериус получает искреннее удовольствие, когда его боятся и ненавидят все вокруг. Не интересуется по большей части ничем иным, кроме резни [2]. Даже Титус и Рюга, другие члены Чёрной ложи, испытывают к нему отвращение. К слову, о них далее.       Титус (настоящее имя — Тайдзо Наруками) — демонический самурай, был мечником в эпоху смуты Бакумацу. Титус совершил своё первое убийство в десять лет, мечтал стать самым совершенным воином, в результате чего начал изучать демонические оккультные искусства (ритуальное фехтование, вероятно, происходящее от Злой Тени, одной из форм Ньярлатхотепа, демонического самурая). Искренне стремится отвергнуть всё человеческое, слишком человеческое для того, чтобы обрести величайшую силу. Титус с тех пор заинтересован главным образом в поиске достойных противников. Имеет некоторый кодекс чести — ему не нравится убивать невинных и беспомощных, это не значит, что Титус их не убьёт, просто ему это не нравится.       Рюга Курсейд, он же Сандальфон — не входит в их главный совет, но тоже важный член. Изначально — подопытный мальчик-сирота, над которым, вместе с сестрой, ставил эксперименты Веспасианус. Колдун превратил Рюгу и его сестру в техномагических киборгов. Когда Рюга попытался сбежать, Веспасианус натравил на него его сестру, она избила брата до полусмерти. Однако потом сама вырвалась из-за под контроля Ложи и сбежала. Веспасианус починил Рюгу, так изменив его воспоминания, чтобы он помнил, сестра пыталась его злостно убить. В результате Рюга оказался одержим идеей убить свою сестру. Вплоть до того, что, когда Рюга узнал о том, что колдуны Чёрной ложи захватили сестру, чтобы принести в жертву Ктулху, то Рюга вступил в сделку с протагонистом: они вместе побеждают культистов, после чего выясняют друг с другом — что делать с сестрой? Рюга не просто хочет её смерти — он хочет убить её собственноручно. Кроме убийства сестры, Рюга хочет стать высшим существом, «достичь Небес» — ради выполнения этих двух целей, он даже смещает Мастера Териона с поста основного антагониста в одной из веток развития истории.       Калигула и Клаудиус — агрессивный тупой негр-громила (Лавкрафт одобряет!) и маленький мальчик-садист, оба обладающие сверхъестественными способностями, естественно; первый получает супер-силы от каких-то морских божеств, второй — от договора с Хастуром. По своему поведению ведут себя как гопники, любят драться друг с другом чисто по фану, могут во время этого убивать большое количество мирных людей, на которых, разумеется, им глубоко наплевать. В остальном служат мордоворотами на побегушках у Териона и Августуса, но, в отличие от Рюги, их регулярно пускают на основной совет Ложи.       Обычные классические сектанты в тёмных балахонах у Ложи тоже имеются — однако они пережили свою полезность, Терион быстро скармливает их Ктулху, когда его пробуждает.       Как видите, у этих злодеев-оккультистов (Калигула и Клаудиус на классических оккультистов не похожи, в другой истории они были бы тупым пушечным мясом без супер-сил, но так как у нас японщина, то гопникам выдали супер-силы) присутствует индивидуальный портрет, не шибко богатый (в Dies Irae подобные персонажи прописаны куда лучше), но достаточный, чтобы сделать их субъектами, а не объектами тёмных сил. Правда, по итогу Чёрная ложа всякий раз гибнет в полном составе из-за временной петли, которую крутит Ньярлатхотеп, так что на самом деле все они — объекты и, в космическом плане, ничем не отличаются от низших культистов в тёмных балахонах, которых скармливают Ктулху, как только они приживают свою полезность. Тут мы видим очень распространённый назидательный мотив — когда властолюбивый смертный решает поиграть со зловещими мистическими силами, в результате — они играют им.