Глава 13. Часть 3. Предатель.
12 июля 2023 г., 17:59
Примечания:
Счастливых вам голодных игр, мои дорогие читатели!
Ромка не мог найти себе места. Он выпил половину принесенного алкоголя. Пошел уже второй час, как Оля ушла, и он всеми силами старался сдержаться и не кинуться искать ее.
Полина с Антоном аккуратно расспрашивали его о том, что сейчас происходит у них с Олей. Это немного отвлекало, не давало сорваться.
— Как вы вообще к этому пришли? — непонимающе хмуря лоб спросила Полина, когда Ромка кратко описал, на что похожи их с Олей и Бяшей отношения. — Я бы никогда не смогла делить Тошу с кем-то другим, даже с лучшей подругой!
— Тебе и не нужно, — Антон погладил ее по плечу и ласково чмокнул в висок.
— Да блядь, я не знаю, Поль, — Ромка откинулся на спинку стула, играя с ножом-бабочкой. Движения получались нервными, и он пару раз неприятно ударил себя по пальцам. — Она, понимаешь, не может выбрать…
Перед глазами мелькали воспоминания о поцелуях, объятиях, легких касаниях и сне в обнимку. Только не с Ромой. С его лучшим другом. И Рома, устало прикрыв глаза, пытался успокоить разогнавшееся сердце, норовившее выпрыгнуть из груди.
— Как можно не знать, я просто не понимаю? — покачала головой Полина, задав вопрос, ставший риторическим. Никто не ответил.
— Возможно, Оля боится за вас обоих, — наконец разорвал тишину Тоха. Слушать его было неприятно. — Я имею в виду, что нравится ей кто-то один, а другого она не хочет обидеть. Вот и получается, ни туда, ни сюда.
— Мне похуй, — Ромка залпом осушил бутылку.
Он не откажется от Оли, даже если на самом деле не любим. Рома дотерпит и дождется. Только сейчас его раздражает, что она ушла к Бяше, бросив Рому тут после того, что было в спальне.
Больше всего Рома боялся, что Бяша станет у нее первым. Этого просто нельзя было допустить! Но в голове роились навязчивые мысли, убеждавшие Рому в том, что прямо сейчас уже поздно что-то делать.
Прямо сейчас не он, Ромка, а его лучший друг трогает девушку, которая так Роме нравится, ласкает ее и делает то, что он не успел. Если бы Полина с Антоном не пришли, он бы не переживал. Он был бы уверен в своей победе.
В каком-то девчачьем разговоре Ромка подслушал, что девушка привязывается к парню, лишившему ее девственности. Подслушал случайно и даже посмеялся над этим, но запомнил.
А теперь… Смириться с поражением было тяжело. Ромка то и дело порывался пойти к Бяше, устроить настоящий погром в его доме и набить ему морду, потому что это — предательство. Так нельзя поступать с друзьями.
Держаться помогал тот факт, что его Оля была там. Она не просит Рому, если он так поступит. Будет утешать Бяшу, обрабатывать кровоточащие раны, заклеивать их пластырем, бинтовать ножевые…
Не сдержавшись, Рома резким движением вогнал нож в столешницу.
В голове пульсировало: «Я. Убью. Его».
— Ромочка, успокойся, хватит, — Полина потянулась, чтобы коснуться его руки, все еще в напряжении сжимавшей рукоять ножа. Костяшки побелели.
— Не трогай меня, — сквозь зубы процедил Рома, исподлобья глядя на Антона. Тот среагировал быстро, потянув на себя Полину и отрицательно махнув головой.
— Не ходи никуда, Ром, — стараясь оставаться спокойным, попросил Тоха.
— Ты че, Тох, предлагаешь мне сидеть и ждать, пока он ее отъебет, да? — Ромка хохотнул и резко вытащил нож. — Хорош друг… сука, а я-то думал… Пиздец, он ведь поклялся, что не предаст, а сам… Ублюдок! — он сорвался на крик, мышцы от напряжения сводило, но Рома ничего не мог с собой поделать.
В этот момент входная дверь со скрипом распахнулась. Послышался смех, Олин. И второй голос, Бяшин, чуть насмешливый и, как Роме показалось, хозяйский. Бяша возомнил себя главным.
«Ну, пусть попробует, блядь. Я покажу, где его место», — Рома был в ярости. Но теперь не нужно никуда идти. Они разберутся здесь и сейчас.
Еле сдерживая порыв, Ромка обошел стол и медленно наклонился к Антону. Он просил увести Олю в комнату, и ни при каких условиях не выпускать, пока они тут не закончат.
— Ты меня понял, Тоха? — глядя в глаза другу, спросил Ромка. Тот лишь кивнул и, позвав Полину, вышел в коридор.
Ромка остался на кухне, стараясь дышать медленно. Спина и ладони были мокрыми, одежда неприятно липла к телу. Ребята все разговаривали и разговаривали, но Ромка не мог понять о чем. Ярость застилала глаза, заставляя сосредоточиться только на том, чтобы не привести свой план в исполнение при Оле.
— А Ромка где? — счастливо спросила Оля, проскользнув мимо ребят на кухню.
Взъерошенные волосы, красное от гнева лицо, напряженное тело… Роме действительно было плохо. И он искренне хотел, чтобы Бяше было хуже.
Оля замерла лишь на секунду, а потом порывисто обняла Рому, сжимавшему нож в руке. Она ни на секунду не задумалась, и ему это было приятно.
Рома прижал ее к себе, невидяще уставившись в дверной проем. Бяша не показывался. И правильно делал.
От Оли пахло так же, как обычно: духи ее матери, стиральный порошок и ее, так и неопределенный Ромой, запах. Возможно, Рома поспешил, подумав, что она может переспать с Бяшей так просто. Или она успела сходить в душ…
Гнев не утихал.
Оля что-то говорила. Рома не слушал. Она аккуратно прикоснулась к его лицу руками, заставив посмотреть в ее глаза, и тихо спросила:
— О чем ты думаешь?
— Не спрашивай меня, — Ромка упрямо мотнул головой, прикрыв глаза. Перед Олей за свои мысли было стыдно. Но она терпеливо ждала ответа. — Оля, Оленька, не надо.
— Скажи, тебе легче станет! — Оля гладила Ромины щеки, плечи, волосы, надеясь смягчить бушующие в нем эмоции.
Рома не двигался. Он смотрел в ее глаза, не решаясь задать вопрос, но в итоге сдался. Тихо, еле слышно он прошептал на ушко ненавистные слова:
— Вы с ним спали? — и облегченно выдохнул, когда Олины губы растянулись в улыбке и ответили долгожданным «нет».
Будто струна лопнула, напряжение пропало, и Рома наконец-то мог убрать нож и спокойно обнять ту, что занимала все его мысли.
Они не спали.
Бяша не сделал этого.
Не предал.
Оля же не может ему соврать.
Она же не станет.
Или…
Рома совсем запутался.
— Оленька, — мягко сказал он, прижавшись своим лбом к ее, как в наркотическом бреду то и дело касаясь мягких губ. — Ты можешь побыть с Тохой и Полиной, пока мы с Бяшей поговорим? Не смотри так на меня, мы просто пообщаемся. Ничего такого… все хорошо. Ну, Оленька, перестань…
Бяша, которого Антон всячески уговаривал не входить, рассказывая, что происходило с Ромкой, пока их не было, все-таки оттолкнул друга и шагнул в кухню.
Встретившись глазами с Бяшей, Рома нарочито медленно прижал Олю к себе и кивнул на свободный стул рядом с собой. Они все равно поговорят. Только теперь он не будет его бить. По крайней мере, Рома постарается.
— Оленька, на, — спросил Бяша, присаживаясь. Все происходящее ему очень не нравилось, и оставаться наедине с Ромкой было страшно. — Все в порядке?
Бяша прекрасно знал, на что способен его друг, потому что не раз участвовал в расправах, драках и стрелках. Он мог бы дать отпор лучшему другу, но пострадать пришлось бы ой как. И не факт, что Бяша выйдет из конфликта победителем, во-первых, потому, что он не любил драться, а, во-вторых, потому, что бить нужно было одного из самых близких людей.
Антон и Полина нервно топтались в коридоре, справедливо опасаясь вмешаться, но переживая за исход событий.
Оля попыталась заглянуть Роме в глаза, но он не отрывал взгляда от сидевшего спокойно, но как-то неестественно прямо Бяши. Он всеми силами старался не выдать страха перед своей Оленькой, которая так и не ответила на его вопрос.
— У нас все хорошо, Бяшка, — Рома осклабился. — Ты не переживай так. Я Олю и пальцем не трону, ты ж знаешь.
— А че ж ты тогда за ножом в карман потянулся, на, когда я зашел? — внезапно атаковал Бяша, уперев руки в стол и чуть приподнявшись. Руки больше не дрожали.
— Да я вот, спросить тебя хочу, — Рома довольно резко перехватил Олю за руки и практически насильно вывел в коридор, стиснув зубы, игнорируя просьбы отпустить. — Че-то ты себя ведешь в последнее время не по понятиям. Это саботаж, да?
— Пусти, на! Слышал же, больно, на, — Бяша перехватил Рому за локоть, вынудив отпустить Олю. Она тут же развернулась, пытаясь втиснуться между друзьями, и предложила спокойно всем вместе все обсудить, чтобы не было недопониманий.
— Да ты что, Оленька! — Рома толкнул Бяшу и прижал к стене, больно надавив предплечьем на шею. — Какие у нас могут быть проблемы, мы ж лучшие друзья! — Бяша пытался его оттолкнуть, не причиняя вреда, но ничего не получалось. Рома держал его крепко.
Пришедшему было на помощь Антохе Рома пообещал устроить темную, если тот будет мешать.
Полина увела сопротивляющуюся Олю в комнату и, привалившись спиной, держала дверь. Ей было страшно, за себя, за Тошу, поэтому перечить Роме Полина не попросту трусила.
— Ну что, наконец-то можно нормально попиздеть, да, Бяшк? — Рома резко убрал руку.
— Ты с катушек свинтил, что ли, на? — Бяша потирал шею, нещадно болевшую. Сглатывать слюну было неприятно. Он сунул руки в карманы, нащупав там кастет.
— Может и так, — Рома усмехнулся. — Но ты, бля, лезешь туда, куда не следует. Я буду первым, я тебе это еще тогда сказал, — напоказ, расслабленно он привалился к дверному косяку. — Ты вроде понял, или мозгов не хватило, Бяшка?
— Так ты думаешь, что мы… того, на? Ебать, — Бяша даже засмеялся от поворота событий, но для Ромки этот смех был издевкой. Лицо его исказилось, резко дернувшись, он ударил Бяшу. Раз. И два. И еще.
Бяша еле увернулся, отшатнувшись в сторону. И передумал переубеждать Рому.
Кастет Бяше подарила Оля, она нашла его в снегу через пару недель после переезда, и теперь он ему пригодился. Хотя они с Ромкой никогда не дрались всерьез, сейчас Бяша был готов отомстить за все моменты, когда друг оставлял его в дураках и делал больно.
Бяша хороший ученик. Он знает, как дерется Ромка. Слишком сильно замахивается. Слишком наваливается телом, делая удар сильнее. Слишком полагается на силу.
Бяше это на руку. И сейчас он показывает, что больше в их дружбе не будет вожаков. Если Ромка смирится с поражением, как раньше уже не будет. И их отношения с Олей не будут такими же.
Алкоголь тоже сыграет свою важную роль.
Ромка не успевает опомниться, как ему в челюсть прилетает удар. И еще один, в щеку. Бяша заканчивает быстро, ударив лучшего друга под дых. Резко выдохнув и больше не в силах дышать, Ромка падает на колени. Бяша аккуратно придерживает его за плечо.
Кастет Бяша крепко сжимает в кулаке, готовый ударить снова.
Но Ромке больше не нужно. Он понял, что проиграл. Снова. Соленый пот смешался с кровью, предательски подступили слезы.
Антон, вцепившийся в коридорный комод, двинулся к друзьям. Бяша кивком головы остановил его.
— К Полинке иди, на. Мы тут сами, — он опустился на колени, сел также, как сидел Ромка, обнявший себя руками. — Ромыч, все хуйня, на.
Рома не смотрел на него. Ярость, насыщавшая его силой, ушла, оставив пустоту разочарования. Не в других, в себе. Особенно в том, что он, Рома, вел себя, как мразь. Напугал своих друзей, напугал Олю, разбил лицо лучшему другу. Он просто жалок.
— Ромыч, на, — Бяша упрямо мотнул его плечо. Стрельнуло в руку. Больно. — Я делаю все, что могу, на, для Оленьки, и, бля, ты мой лучший друг ваще-то, на. И я, если тебе так важно, на, уступлю. Только, если Оленька сама так решит, на.
«Оленька решит».
Бяшины слова ушатом холодной воды вылились на раскаленный, истерзанный самоуничижением мозг Ромки.
Почему он вообще допустил мысль обо всем этом? От Оли ведь зависит, будет ли этот первый раз и будет ли он с кем-то из них.
Но ответ пришел моментально. Потому что Рома не привык проигрывать. Не хочет, не любит и не может. Он должен быть первым.
— Прости, братан, — слова дались тяжело. Рома не мог поднять глаз на друга. Стыдно. Если бы это был кто-то другой, было бы плевать, но не перед Бяшей. — Мне бы к Оле… извиниться.
Примечания:
Я такого не ожидала, но оно само написалось. Что думаете?
Спасибо за теплые слова под предыдущей главой! <3
