Вальс созвездий

      — А я говорю снимай.       Люмин упирает руки в бока и грозно взирает на Дайнслейфа снизу вверх. Дайн в свою очередь складывает руки на груди и вздыхает:       — Люмин, что за настойчивость?       Путешественница прикрывает глаза и принимается считать до десяти про себя. Звезды, дайте ей терпения не прибить этого мужчину! Мужчина этот, кстати, не спешит вытягивать из неё ответ, и за это хочется сказать ему спасибо. Наконец девушка собирается и вновь принимается вести словесную баталию:       — Я просто не понимаю, как можно ходить в одной и той же одежде и даже не стирать её.       — Мне это просто не нужно.       Люмин скептически поднимает брови, давая понять, что его ответ прозвучал это крайне неубедительно. Дайнслейф, кажется, догадывается, что она не поверила, но не спешит отвечать. И тогда Люмин делает несколько шагов к нему.       — Конечно же я верю в то, что ты не потеешь, не пачкаешься и вообще любая грязь от тебя отталкивается.       Лицо Дайна как-то странно кривится от её слов, но длится это лишь секунду. Словно мужчина вдруг вспомнил, что путешественница порой слишком уж наблюдательна и перемену в его лице обязательно заметит. Да, она заметит. Она уже заметила.       Люмин находит своей рукой его проклятую и отмечает, что Дайн на мгновение замирает и напрягается. Этого мгновения ей более чем достаточно, чтобы понять, в чем дело, но она хочет, чтобы он сам сказал ей об этом.       — Что тебя беспокоит, Дайн?       Она неспешно ведет руку выше, касается всей поверхностью ладони испещренной проклятием кожи и останавливается лишь на плече. Девушка не торопит его с ответом, но получить его она хочет. Дайнслейф хмурится и едва заметно качает головой:       — Ничего. Ничего меня не беспокоит.       — Дайн.       Недавно строгий недовольный голос сейчас звучит мягко и нежно. Люмин знает, что мужчину мучает проклятие, и она знает, что это будет последнее, в чем он признается ей. Путешественница до последнего надеялась, что он однажды расскажет ей всё, что у него на душе, но до сегодняшнего дня он молчал. А это значит, что пора брать всё в свои руки.       Вторая ладонь опускается на другое плечо. Люмин не заставляет отвечать, но она настойчиво подталкивает Дайнслейфа к ответу.       — Правда. Ничего, что должно беспокоить тебя.       Утверждает, что правда, а сам отворачивает в сторону голову и отводит взгляд. Они оба понимают, что он из последних сил упрямится в надежде, что девушка просто отпустит его. Но не в этот раз. Её руки опускаются на его щеки, поглаживают по скулам, и Люмин не акцентирует внимание на проклятой стороне. Просто делает вид, что её нет.       — Дайн, родной, посмотри на меня, пожалуйста.       Дайнслейф вздыхает, но всё же обращает её глаза к ней. Люмин готова поклясться, что впервые в жизни он выглядит так неуверенно.       — Дайн, я знаю, что ты пытаешься казаться сильным, но я вижу, что это проклятие беспокоит тебя. Скажи, оно приносит боль, разрастается? Прошу тебя, не молчи о своем состоянии.       Она ведь и сама такая. Ненавидящая свою слабость, желающая всегда быть путеводной звездой. Только её слабость раз за разом вырывается наружу, и Люмин не может с этим ничего сделать. Дайнслейф наконец решается:       — Да, оно медленно, но верно растет, и да, оно приносит боль. Но не это меня беспокоит. Я… кажется, забываю что-то из своей жизни. Становится труднее вспоминать как я жил. Я… боюсь, Люмин. Что если оно в конце концов поглотит меня? Сделает чудовищем?        — О Дайн…       Девушка поднимается на носочки за тем, чтобы коснуться его лба своим. Он открылся ей, признался, что боится. Люмин представляет, как тяжело ему переступать через себя и открываться кому-то. Она знает, что Дайнслейф доверяет ей, но он не хочет нагружать её грузом своих проблем, а потому молчит. Путешественница хочет сказать ему, что обязательно найдет способ избавиться от этого проклятия - она готова сразиться с богами Селестии, если понадобится - но отвечает лишь:       — Я бы очень хотела пообещать тебе, что сниму проклятие, но тешить тебя ложными надеждами я не собираюсь. Вместо этого я сделаю всё, что в моих силах, а пока что я буду с тобой.       Дайнслейф вдруг притягивает её к себе, обхватывая руками талию, и утыкается носом в её волосы. Люмин слышит тихое «спасибо» и в ответ улыбается, поглаживая его по спине.