Помнить нельзя забыть

— Аарон Миньярд. Аарон уже второй или третий раз повторил вслух это сочетание, пытаясь то ли запомнить, то ли привыкнуть. Он сам толком не понимал, что происходит. Врач пытался успокоить его, говорил, что его амнезия может быть временной. Но Аарон с трудом боролся с паникой, сжимая кулак: пальцы с трудом, но слушались. — Кто ты? — спросил Аарон, пытаясь отвлечься хоть на секунду от своих панических мыслей и повернулся к блондину, все время разговора Аарона с врачом сидевшему в молчании. Когда тот ничего не ответил, не сводя с него взгляда, вместо него ответил врач: — Это ваш брат. Он единственный, кого нашли в вашем телефоне в списке контактов. — Единственный? Почему в моем телефоне больше никого не было? Блондин — Аарон так и не узнал его имя — хмыкнул. Аарон нахмурился. — Ты мой брат? Мне жаль, что я ничего не помню. Как тебя зовут? — Вспомни сам. — Возможно, вам стоит… — врач попытался что-то сказать, но блондин резко перебил его. — Возможно, вам не стоит вмешиваться. Он вспомнит сам. Аарон закрыл глаза, но так и не смог ничего вспомнить. В его голове была абсолютная пустота. Он почувствовал глухое отчаяние; чувство одиночества вдруг накрыло его с головой. Он был один, совершенно один. Когда он открыл глаза, то почувствовал, что в них стоят слезы. — Я ничего не помню. Мне жаль. Я ничего не помню. — Не извиняйся, — резко сказал блондин. — Ты не виноват, что твоя голова не выдержала такого удара. Меня зовут Эндрю. Эндрю. Это имя ничего не говорило ему; никак не отозвалось в нем. Пустота. — Привет, Эндрю. — Тихо сказал он, пробуя слово на вкус. — Я Аарон. Так он познакомился со своим братом.

***

Спустя три или четыре дня Аарон уже чувствовал себя намного лучше. Он все еще не мог вставать, чтобы дойти хотя бы до туалета, и не мог долго протянуть без обезболивающих, но уже ориентировался в пространстве и с каждым днем все больше мог контролировать то, что происходит с его телом и его головой. Эндрю приходил к нему каждый день. Они почти не разговаривали: Аарон не знал, как с ним говорить, а Эндрю твердо решил ничего ему не рассказывать о его жизни. Врач говорил, что память вот-вот начнет возвращаться, и Эндрю, судя по всему, не хотел вмешиваться. Аарон не мог обижаться на него. Пусть брат и казался безэмоциональным, но Аарон чувствовал страх, исходящий от него: Эндрю боялся за него. Аарон видел, как тот заботился о нем, хотя вовсе не хотел показывать этого. Эндрю продолжал приходить к нему, был рядом, помогал — не словом, но делом. Суровый вид и тяжелый взгляд Эндрю не могли оттолкнуть Аарона. Тот был уверен: до этой аварии — и что там произошло?.. — они с Эндрю были близки. И Эндрю не раскрывается перед ним сейчас, потому что сам напуган тем, что с ним произошло, и не узнает своего брата. Когда ему стало чуть полегче, и Аарон почувствовал себя в силах подняться и дойти до туалета, он попросил Эндрю ему помочь. Эндрю помог ему сесть на кровати, потом осторожно потянул вверх, позволяя встать на ноги. Аарон едва сдержал стон — было больно. Он сделал шаг, почти повиснув на Эндрю. Тот крепко держал его, не позволяя упасть. Рукой он обхватил Аарон за талию. Они были одного роста. Тут вдруг Аарон подумал, что не знает, как выглядит. Это было странно — не знать, как выглядит твое лицо. Но он решил, что он похож на Эндрю: они ведь были братьями. — Меня пугает то, что я увижу, — честно сказал Аарон, потом пояснил. — В зеркале в туалете. Я ведь не… не помню, как выглядит мое лицо. Маска на лице Эндрю дрогнула на мгновение. Но он ничего не ответил, только еще крепче обхватил Аарона, помогая ему двигаться вперед. Перед входом в туалет Аарон замер в нерешительности, потом оперся рукой о стену и повернулся к Эндрю. — Подождешь меня здесь, пожалуйста? Я постараюсь быстро. Эндрю нехотя кивнул, и Аарон прошел внутрь. Руками он держался за стены, стараясь не потерять равновесие. Он чувствовал, что его силы были на исходе. Включив свет, он не удержался и первым делом посмотрел в зеркало. И едва сдержал вскрик. С зеркала на него смотрел Эндрю. Аарон обернулся, но в туалете не было никого, кроме него самого. Изображение в зеркале повернулось вместе с ним. Аарон прищурился — изображение сделало то же самое. Но Эндрю с зеркала выглядел намного бледнее, чем Эндрю настоящий. И вдруг Аарон все понял. Эндрю ему всего лишь привиделся. На самом деле, не было никакого Эндрю. Его нарисовало воображение самого Аарона. Вот, почему тот все время молчал — его не существовало. Мозг Аарона придумал брата, похожего на него самого как две капли воды, чтобы только сам Аарон не сошел с ума. У него закружилась голова. Он расплакался, больше не сдерживаясь. Перед кем ему было стесняться?! Эндрю не было. Он полюбил его как брата — и узнал, что тот существовал лишь в его воображении. У Аарона подкосились ноги, и он упал на пол, не успев ни за что схватиться. В голове будто раздался взрыв — так сильно она заболела. Перед глазами расплывалась темнота, и последнее, что он увидел прежде, чем потерять сознание, была распахнутая дверь, в которую вбежал человек — но его лицо Аарон не смог разглядеть.