Топь

      С той ночи окно на чердаке всегда было зашторено. Спокойно не удавалось. В первые дни после преследования Саша и вовсе не смыкал глаз: безмолвно он лежал на кровати, испуганным взглядом косясь в сторону открытого окна. Всё следил за неподвижными звездами и вспоминал, в каком бешеном танце кружились они по небосводу, когда он поскользнулся и упал в самый разгар погони. Теперь ночное небо затянулось тёмными облаками — не видать ни Луны, ни звезд, ни мигающих искусственных спутников.       Дождь, дождь, дождь. Непрекращающийся ливень, размывающий болота. Грязь, холод и слякоть. И беспокойный прерывистый сон.       Раздраженный от непогоды отец дома почти не появлялся. Строительная компания, на которую он работал, терпела огромные потери. Дети оставались одни. Влада была за старшую.       На утро после ночного приключения Саша бы и вовсе не спускался со своего чердака на первый этаж, если бы не Влада, которая заботливо приготовила на всех троих завтрак. Проводив отца спозаранку на работу, она терпеливо ожидала брата, чтобы тот составил ей компанию за утренней трапезой, как и всегда водилось в их семье, но Саша так и не появлялся. «Даже шагов не слышно», — насторожилась девочка, ведь обычно на первом этаже, если прислушаться, можно было различить слабое-слабое поскрипывание пола чердака, когда Саша, например, бегал по своей комнате, чтобы заправить кровать.       Влада поднялась по лестнице к брату и постучала в люк: «Странно, дверь заперта», — подумала девочка. — Доброе утро, ты вставать планируешь? — крикнула она. — Уже пол восьмого! — продолжительная пауза. — Вставай давай и спускайся. Саш, хватит дрыхнуть уже!       Влада подумала было даже, мол, брат сбежал из своей комнаты, потому что набедокурил по-крупному и не хотел отчитываться ни перед Владой, ни тем более перед отцом. Тогда она добавила: — Признавайся: это ты вчера гремел всю ночь?       Саша в это время лежал на кровати полубоком. Рядом лежал смартфон: на экране грузился сайт. Мальчик ждал. В раздумьях поглядывал в сторону люка: «Открыть или не открыть?» — вот в чем заключался его вопрос. С одной стороны, Влада вполне самостоятельно могла зайти в кладовую, чтобы оттуда взять связку ключей, которой бы рано или поздно все-таки открыла бы люк. «Думаю, ей понадобится как минимум полчаса, — прикинул в уме Саша, расценив, что пусть Влада и знает, где достать ключи, но она совершенно не имеет понятия, какой ключ для какого замка предназначен. — Значит, я могу растянуть время своего пребывания на чердаке минут, ну, может… Может, минут на сорок-пятьдесят. А это, между прочим, почти что час».       Влада вновь постучала, но на этот раз громче и быстрее. Что-то защелкало. «А сейчас она надеется, что взломает замок без ключей, — хихикнул мальчик себе в ладонь. — Наивная».       Спустя пару минут Влада оставила попытки ко взлому и начала спускаться обратно на первый этаж. «Буду я еще на него время тратить, — фыркнула она. — Но если малóй действительно что-то сломал или стащил, то мне влететь может». Влада — неглупая девчонка. Спустившись, она стояла около лестницы и, не спуская хитрющего щура с закрытого чердака, обдумывала, что делать дальше. Чувствовалась все-таки родная кровь — хитрили оба! Вскоре откинула назад косички и решила: «Пора приступать к действиям». — Что ж, — девочка пожала плечами; говорила она сама с собой, тихо-тихо. — Ответственность за твои проделки, Саша, я брать не хочу.       По коридору Влада громко зашагала к стационарному телефону. По дороге задержалась у серванта и достала из стеклянной вазы бумажку — на ней еще давным-давно отец записал номер, по которому можно было позвонить ему в слесарку.       Эту модель стационарного телефона давно списали с конвейера, но он исправно служил. Основная часть телефонной туши — это дисковый набор с круглыми кнопками, по одной для каждой цифры от 0 до 9, удобные, только вот цифры с годами выцвели. Короткие пальчики Влады с ярко-желтым маникюром забегали по циферблату.       Влада закончила набирать номер. Послышались прерывистые гудки. На другом конце линии поднялась трубка, прозвучал голос отца: «Алло?».       Отцовский голос звучал по-телефону особенно уставше. — Папа, это Влада, — отчеканила она решительно. — Волнуюсь я. Саша странно себя ведет, вчера ночью шумно было очень. А теперь на чердаке заперся и не выходит, а я завтрак приготовила. Мне кажется, он набедокурил что-то плохое и потому не выходит из своей комнаты!       «Влада, давай по порядку, не тараторь, — ответил ей отец. — Я буду дома сегодня в восемь, думаю… Сужу сейчас по обстановке. Доча, если что-то случится, то ключ от чердака с синей шляпкой, два поворота направо до упора». — Да, кажется, я помню, но не в этом дело. Про ключи: да, я в прошлый раз бирки на ключи расставляла, я знаю, от чего какой, — пояснила девочка. — Но Саша! Понимаешь, я же всю ночь что-то слышала, это так странно, просто вдруг чего… — она запнулась. — Папа, а если что-то уже случилось? Вдруг Саша уже что-то сделал недоброе?       «Дочурка, тебе нечего волноваться, — снова уверил ее отец. — Я на кухне сплю чутко. Коридор караулю, никто мимо меня не пройдет».       «Знаю я, как ты храпишь», — мысленно фыркнула девочка, но вслух произнесла: — Но папа, Саша не открывает! — испуганно вскричала Влада, понимая, что папу нужно убедить: наверное, случилась беда. — Я отчетливо помню, как ночью кто-то шумел, но это был не ты, — она четко знала это, ведь слышала храп отца — тот крепко спал; наверное, очень устал и выпил чего покрепче для крепкого сна.       Трубка подключалась к корпусу через гибкую «пружинку». Когда папа работал и дом пустовал, Влада по привычке теребила её, когда болтала с подружкой. В подобные моменты она волновалась, поэтому от волнения руки сами цеплялись за «пружинку» — эдакий антистресс.       Вот и сейчас Влада теребила «пружинку» от волнения.       «У мальчика просто буйный подростковый период. Я тоже в свое время был таким». Внезапно голос отца прервался посторонним шумом. Это товарищ по работе зашел в подсобку, мужчины перебросились парой-тройкой фраз, касающихся исключительно технических моментов. «Влада, просто оставь мальчика в покое», — посоветовал отец. Опять послышались гудки. «Ушел по делам», — огорченно подумала Влада, когда папа положил трубку.       Пока на первом этаже Влада вела дискуссию с отцом, мальчик пытался «словить» подключение к интернету. Вытянувшись как антенна во весь рост, высоко задрав над головой руку со смартфоном, он пытался поймать еще одну полоску интернета. Безуспешно.       Скорость подключения к сети в глуши — низкая, но есть. Оставалось только ждать, теряя время. Как бывшегородскому жителю, Саше трудно было с этим мириться.       Тем не менее, интернет был. Вот уже иссякли до конца запасы Сашиного терпения, но вдруг статья Википедии всё же загрузилась. В ней говорилось:       «Тролли — это маленькие, очень странные существа, не превышающие размеров кошки. Они обладают белой кожей, которая стала бледной от долгих лет жизни в пещере, где они проводят большую часть времени, выходя наружу лишь под покровом ночи. Их кожа бледная, а потому выглядит практически прозрачной. Более того, она имеет отражательные характеристики, что в целом можно трактовать как биолюминесценцию.       Тролли ведут преимущественно ночной стайный образ жизни, обитают среди болот. Они питаются и выглядят, как жабы, приспособившись к жизни во влажной среде. Кожа зеленовато-бурых оттенков, притом справедливо разделение по различным окрасам и расцветкам в зависимости от среды обитания и климатической зоны. Подобное разнообразие окрасок позволяет троллям визуально смешиваться с окружающей их растительностью, чтобы оставаться незамеченными. Троллей очень трудно встретить в дикой природе, так как они привыкли прятаться ото всех: от людей, от потенциальных хищников, а также для собственной охоты и поиска пищи в сумеречное время.       Особенность троллей — это длинный лягушачий язык, который используется ими для ловли добычи: мух, жуков и других насекомых. С этой характерной чертой они способны прицельно поймать жертву, несмотря на свой небольшой рост.       В сумерках тролли начинают ночную охоту. По заметкам некоторых исследователей, данный промежуток времени выпадает на два часа ночи и длится не более двух часов. Как правило, в ночное время клетки их тела, включая кожные покровы и биологические секреты, наиболее сильно люминесцировать. Издалека можно услышать их странный крик, напоминающий хоровой рев жаб или мерное пение насекомых.       Однако следует напомнить, что тролли представляют собой уникальное явление в мире сказок и мифологии, и в реальной природе не встречаются. Данный образ собирательный и объединяет культуру многих западноевропейских народов, причем справедливо искажение из-за современных представлений».       Саша читал быстро, с жадностью поглощая информацию и делая записи в блокноте. Но вдруг он услышал крик сестры. Его это совершенно не обрадовало: «Жалуется», — досадливо предпооложил он.       «За ключами не пошла, а позвонила отцу, — признал ошибку Саша; он не догадался и к такому ходу был не готов. — Что ж, нужно спускаться, иначе реально влетит. А Википедия пусть грузится дальше. Полежи-ка во-о-о-от здесь!» Мальчик спрыгнул с кровати, — да так, чтобы на первом этаже Влада обязательно услышала, — подбежал к стеллажу, привстал на носочки и положил телефон на самую верхнюю полку, все ещё надеясь, что интернет там будет несколько лучше, чем на уровне кровати. — Эй! — отозвалась внизу Влада, услышав шум. — Что у тебя там упало? Я знаю: ты наверху!       В это самое же время Саша открыл люк и выглянул из него, сидя на полу на четвереньках. Тут же он увидел Владу, стоявшую рядом с лестницей, и она тоже смотрела на Сашу. Мальчик улыбнулся на зло сестре, даже показал язык, гримасничая. — Нажаловалась? — спросил он, хотя и так прекрасно это понимал. Ему казалось, что он опоздал: отец, мол, уже знал обо всем и собирался Сашу наказать. — Ну, довольна? — Не довольна, — пробурчала Влада, расстроенная тем, что отец повесил трубку. — Спускайся давай. Там яйца твои на кухне остыли. На сковородке лежат. — Спасибо!       Мальчик начал спускаться вниз. — Что вчера шумело ночью? — спросила Влада.       Услышав это, Саша замер. Задержавшись на одной ступеньке на миг, Саша взял себя в руки и продолжил спускаться молча. «Странное поведение», — подумала Влада, наблюдая. — Расскажи, — почти в приказном тоне произнесла она.       Саша вздохнул глубоко и начал рассказывать старшей сестре о ночных приключениях с самого начала. В эмоциях он рассказал и о погоне, в которой ему пришлось участвовать; описал троллей, но умолчал о том, каким образом они получали светящуюся жидкость, рассудив, что тогда его рассказ станет и без того слишком сюрреалистичным; упомянул движение звезд на ночном небе. Саша говорил о страхе, вспомнив сковывающее сердце чувство, когда наконец забежал домой и повалился с ног, прижавшись к двери. — Влада, я клянусь, это все правда! — сказал он с нетерпением в голосе, надеясь, что сестра поверит ему.       Девочка, взглянув на него скептически, лишь покачала головой: — Ты просто слишком много воображаешь. Тролли? Ночные преследования? Это звучит, будто сюжет на Рен-ТВ. Ты, наверное, просто перевозбудился.       Саша понял, что Влада ехидничает, но закрыл на это глаза и вновь попытался объяснить, что он не воображал все это, это — реальность: даже пригласил сестру проследовать за ним в ванную комнату, где показал испачканные вещи, которые он спрятал сегодня ночью. — Я специально запихал штаны и куртку в стиралку подальше, — объяснил он. — Ты же знаешь, как папа не любит стирку и вообще все эти женские хлопоты. Он бы точно дал мне взбучку. А ты, сестренка, ведь же поймешь меня, верно? — решил «подмазаться» он.       Но Влада не собиралась верить в такую чушь и просто снисходительно кивнула. Ей это все надоедало. — Стоп: ты должен понять, что все это звучит слишком нереально! Я забочусь о тебе и верю, хотела бы верить, но это просто фантазии, — повторила она. — Я не собираюсь выручать тебя, потому что ты явно скрываешь от меня что-то. Поэтому сам стирай свои грязные подштанники! — В таком случае я покажу тебе свой блокнот, и ты сама всё прочитаешь! — Это лишь очередная твоя выдумка. Знаешь, сколько твоих фантазий я выслушала за последнее время? Да ты каждый день новую историю придумываешь. Только на этот раз ты действительно пересек грань дозволенного. Отвечай: как ночью проказничал?       Мальчик почувствовал себя разочарованным и покинутым. Сестра не верила ни единому его слову, и даже никакая статья из Википедии не могла бы изменить ее мнения. В глазах Влады не было доверия, и Саше стало одиноко.       Обиженный на сестру за недоверие, он все же с упорством в голосе повторил: — Я серьезно! Это я шумел ночью, меня чуть тролль не сцапал! Скажи хоть спасибо, что мы можем говорить сейчас! Ведь иначе я просто бы… — Что? Что бы тогда случилось? — Ничего, — запнулся Саша. Ему было слишком тревожно произносить это слово.       Влада по-прежнему не верила. Она даже не представляла, что за недосказанность имел в виду Саша под фразой «иначе я просто бы…», лишь продолжала улыбаться, потому что ей было действительно смешно от подобного рода выдумок и лжи. Саша теперь понял: никто не поверит в историю о погоне и троллях. Оставался лишь один друг в деревне, который поймёт… Это была Ася. — Хорошо, Влада, если ты не веришь мне, то все равно рано или поздно столкнешься с троллями, — сказал Саша с решимостью в голосе. — Это лишь вопрос времени! Мне следует просто дождаться Аси.       «И правда, — подумал Саша. — Я же совершенно не знаю, где она живет. К её приходу нужно собрать максимальное количество информации». Он уже собирался подниматься обратно на чердак, оставив Владу со своими сомнениями и неверием, но сестра перегородила ему дорогу, подбежав к лестнице и широко расставив руки. — Не пущу! Рассказывай давай честно!       Вдруг зазвонил телефон. Дети единовременно повернули головы в сторону источника звука. Влада подбежала к домашнему; Саша остался стоять на месте, раздумывая, как бы поступить. — Алло? — взяла трубку девочка. — Алло, — ответил папа. — Звоню предупредить, что планы изменились. Вернусь очень поздно. Нужно помочь, понимаешь, дядя Ваня куда-то запропастился. Уехал — сквозь землю провалился. — Куда уехал? — Ко мне его жена пришла вместе с детишками, сказала, мол, уехал в город. Ждёт его, а его всё нет и нет… Вчера уехал. Мы с мужиками поедем искать его после смены. Помочь все-таки надо. — А работа? — Придётся ночью делать, сегодня и завтра, может, и послезавтра. Но соседям помогать все-таки надо.       Не хотелось Владе оставаться без папы дома, но перечить отцу она не стала. Девочка обернулась, чтобы проверить, на месте ли стоит Саша. Врочем, как и догадывалась, его нигде не было — брат сбежал. — Понятно, — сухо отрезала Влада. Она была настолько разочарована произошедшим, что в голос лишился эмоций. На этот раз повесила трубку первой она, а не отец.       Саша решил, что лучше ему пойти на улицу, нежели чем оставаться на чердаке в режиме блокады. Наличка у него была с собой: монетки позвякивали в кармане. Мальчик благоразумно стащил их перед выходом. Он не собирался домой, а это означало, что нужно позаботиться о своем завтраке и зайти в ларёк. «Стопудова он уже открыт. Тётя Наташа всегда приходит на работу раньше положенного», — подумал Саша. Вскоре он подошел к небольшой детской площадке.       Туман окутал деревню. Облака тяжело нависали над землей, заглушая солнечные лучи. Воздух насытился запахом свежей земли и мокрой листвы. «Будто осень началась», — подумал Саша. Деревья и кустарники, покрытые капельками воды, выглядели мрачными и утомленными от сырости. Трава и цветы в соседских клумбах, которые обычно радовали глаз, превратились в бледные и увядающие образы.       По узким деревенским улицам текли ручьи дождевой воды, маленькие лужицы встречались на каждом шагу. Нетрудно было догадаться, что ночью шёл дождь вплоть до самого утра и закончился недавно. Вдалеке раздавались шумы капель, падающих с деревьев на мокрую землю. Ветер играл с мокрыми ветками. Жуткие шорохи в кустах вызывали у Саши мурашки по спине. «Тролли повсюду», — подумал Саша, когда увидел белую макушку, выглядывающую из-за куста ежевики.       Природа пропиталась атмосферой уныния и меланхолии: пусть было и утро, но видимость была паршивая. Темно и тихо.       Саша шёл по деревне, шлёпал по лужам, пытаясь преодолеть разочарование и страх. «Надо сосредоточиться», — сказал он. Саша прошёл меж сараев, пиная щебенку под ногами, потоптался у памятника Ленина, а затем осмелел и начал вилять по тропинкам между заборов, отделяющих улицу от жилых домов с огородами. Совершенно точно, что тролли наблюдали за мальчиком из своих укрытий: травы, кустов, крон деревьев, — но монстры просто наблюдали. По крайней мере, пока мальчик находился среди людей, в деревне, он чувствовал себя более-менее в безопасности. Конечно, дома было куда спокойнее. Но по сравнению с лесом, Саша предпочитал ему жилые улицы. Коттеджи были разномастные: от покосившихся деревянных домишек до каменных особняков. Проходя мимо ларька рядом с ларьком, где продавались продукты и товары первой необходимости, мальчик заметил, что магазин закрыт, и подумал: «Наверное, тетя Наташа не вышла на работу из-за дождя. Может, опоздает». Неподалёку деревенские отстроили небольшую детскую площадку, и Саша направился к качелям, чтобы скоротать время.       Саша присел, рассматривая ржавчину на металлических качелях. Сидушка от дождя была мокрая, он лишь осторожно присел на нее краешком попы. От скуки Саша даже немного «поколупал» краску, которая и без того облазила. Детей на детской площадке, конечно, не было. Песочницу размыло дождём. Мальчик привстал, поправил слегка намокшие спортивки. Поглядел на хмурое небо. Засунув руки в карманы олимпийки, потопал к песочнице, перепрыгнул деревянные бортики, зарылся носком ботинка в грязь и увидел маленький человеческий след на песке. Он сразу догадался: здесь побывал тролль.       Вдруг Саша услышал два голоса. Женщины, неспешно проходившие по тропинке рядом с площадкой по пути к ларьку, беседовали: — Надюш, это ужасно! — воскликнула бабушка Маруся с горечью в голосе. — Лиса ворвалась в курятник и уничтожила всех кур. Ни одна не смогла спастись. Кровь и перья повсюду… — Давно такого не было, правда, — посочувствовала ей подруга. — Вот скажи: что мне делать-то теперь? Мне с моей-то пенсией сейчас ой не гоже как будет кур закупать снова! А до инкубатора еще ждать и ждать-то: сезон-то еще не начался… — Придется покупать, — пожала плечами бабушка Маруся. Она еле передвигалась со своей тростью и никак помочь не могла; к тому же, даже своего хозяйства не держала. — Я же тебе говорила: нужно только огород держать, чтобы не напряжно было! Вот так Бог и рассудил. — А сарай-то тоже к чертям полетел! — не унималась Надюша. — Вообще забор повалился. Эх! — Нужно будет зайти к Иванычу, вдруг подсобит. У него руки из места растут — поможет, не горюй, подруга.       Саша поежился. Конечно, он видел и курятники, и кур на свободном выгуле. Он помнил, как и сам в солнечные дни шугал петухов: намеренно играл с ними в догонялки, якобы пытался выдернуть перышки из цветастого хвостового оперения. А вот лис, которые разоряют курятники, Саша еще не встречал на своем опыте.       Спустя полчаса женщины возвращались с ларька по той же тропинке. «Быстро», — отметил мальчик. Удивительно, но сумки их оставались пусты на прежнем уровне. — Надо к Наташе заглянуть, — недовольно пробурчала бабушка Маруся. — А то чегой-то она решила работу прогулять! Негоже это. Должно быть, опять заболела? — Да она, должно быть, с мужем в город вчера укатила, — ответ. — Я вчера их видела на «Жигулях». Мы же живем друг напротив друга. — Должны были приехать-то уже. — Да нет нигде. — Обычно ее муж один на машине разъезжает. — Как знать!       Саша не мог поверить своим ушам. Обычно от женщин подобного преклонного возраста он привык слышать сплетни иного характера, по крайней мере, более позитивные. Сначала лиса, теперь — продавщица куда-то пропала… Он уже не скрывал от собеседниц того факта, что прислушивается к их диалогу. Саша ощущал нечто зловещее вокруг себя, словно ледяные пальцы скользили по его спине. Лес, который ранее представлялся ему хранилищем добрых сказок, теперь казался опасным местом, от которого следовало держаться подальше.       Он снова вспомнил о ночи. Саша знал, что эти странные явления непременно связаны. — Пожалуйста, будьте осторожней! — вдруг подал голос он, обращаясь к старушкам. Он хотел как-то им помочь, но не знал, как. Тогда он поступил хитро, слукавив: — Сегодня в интернете заморозки и даже град передавали. Оставайтесь дома, пожалуйста, — посоветовал он. И прибавил: — И в лес не ходите.       Женщины удивленно посмотрели на мальчика, но совет приняли к сведению и, пожелав хорошего дня, проследовали по тропинке дальше.       В животе у Саши забурчало от голода. «Придется возвращаться домой», — решил он. Настроение у мальчика было хуже некуда. Ларек до сих пор был закрыт. Мальчик скучал, ведь мысли оставались пустыми. Он знал: должно быть, Википедия я телефоне уже загрузилась. «В любом случае, если я не могу найти Асю, потому что ребят, у которых про нее можно спросить, нигде не видно, то нужно хотя бы взять телефон, — сказал он сам себе. — А значит, я возвращаюсь домой». Однако приходу домой он не услышал от Влады ни слова. Свободно погуляв по первому этажу, он почувствовал облегчение. А затем, как и планировал, забрался к себе на чердак, где заперся, потому что чувствовал себя так более надежнее, и лишь изредка спускался вниз. Сестре он оставил записку: «Если Ася придет, дай мне знать».       «Затворник», — подумала про брата Влада.