Кто же он?

Шень Цинцю приступил к готовке ещё час назад, а Тяньлан ещё не проснулся. И то должно быть к лучшему, правда, не давала покоя вчерашняя мимолетная мысль, что, возможно, его позорные всхлипы были слышны. Что-что, а кошмары, как обычно, были не вовремя, а самое главное, что от мыслей, что кто-то знает об этом помимо него и Шень Лина, у него в груди теснится отвращение к своим же чувствам. Заклинатель помотал головой, отгоняя мысли, продолжая лепить манты, напевая куплеты песен, которые уже давно должны были исчезнуть из его памяти, но он продолжал помнить. Холодные пальцы слепливали края, сжимая так, чтобы точно не развалились. Часто, когда он приходил в гости к друзьям, на столе были манты с небольшими открытыми краями, и это не нравилось Ксении, но она тактично этого не говорила. Чисто из вежливости к чужому труду. — [Хэ-эй, земля…~] - тягуче напевая высокие ноты, он все более сильнее и агрессивнее сцеплял тесто. - [Зале-ей меня, снегом талым~]. В какой-то момент он почувствовал чьё-то присутствие на кухне. Каким бы сильным и могущественным ни был Тяньлан-Цзюнь, но с Системой Шень Цинцю ему не тягаться, ведь это новейшая и самая лучшая разработка Неба. Именно поэтому беззвучные шаги не смогли скрыть присутствия демона. — Вы уже проснулись, Тяньлан-Цзюнь? Я думал, вы будете позже. — Как я могу спать, пока мой дорогой союзник опять готовит какое-то кулинарное чудо? - голос его не был сонным, а улыбка, возникшая сбоку от сосредоточенного Шеня, пестрила бодростью. - И что же это? — Это называется [манты]. - Монотонно пробухтел Шень Цинцю, он горбатился здесь час из-за попытки вспомнить, как это делается, из чего и в чем. И мастер Шень вновь погрузился в разного рода мысли, представляющие из себя околёсицу, не имеющую логики в построении, и в какой-то момент ему в голову пришла мысль, что чем-то отдалённо это все напоминает ей о том, как готовила её бабушка на кухне, а дедушка, любивший её до безумия, стоял так рядом. Как они вдвоём сейчас. Но смущения не было, в груди образовалось сосущее опустошение, которое бывает у людей, когда в голове возникают грустные воспоминания, но сил грустить и что-либо чувствовать не оставалось. — Мастер Шень? О чем вы задумались? - его улыбка, словно ненавязчивый флирт, пробудила его вновь. — Да так. У меня сегодня дела, поэтому я уйду чуть раньше. Но еда будет здесь появляться, если вам что-то будет нужно, я узнаю об этом. — Ого, звучит довольно жутко, мастер Шень. - Его бархатный смех вновь щекотал его уши. — Да, полностью согласен. - Его лицо исказила ироничная гримаса, глухой и тихий смешок неожиданно сорвался с губ, но Шень Цинцю вернул себе спокойное выражение лица. - Вы любите человеческую литературу? Я мог бы принести вам чего-нибудь почитать. — Ох, мастер Шень, до чего же вы проницательный человек, а может, вы вездесущий Небожитель? - его шутка, казалось, не сильно рассмешила собеседника, но его не волновало это. - Знаете, я действительно восхищаюсь человеческой культурой. Да чего же она интересна, мастер Шень! Шень Цинцю слушал. И Тяньлан-Цзюнь без умолку щебетал, пока Властитель Цинцзин готовил. И большинство сюжетов были такими же абсурдными в своей глупости, как и весь ПГБД, который был написан как будто пятиклассником. Да. Но именно это и забавляло его, пока своими худыми руками он ставил манты в самодельную мантышницу. — Ох, знаете, мой ученик (сын) с вами поспорил бы на тему литературы. Он прирожденный литературный критик, ха-ха! - в голове всплыл образ Шень Юаня, который гонится за Шан Цинхуа с мечом по Пику Цинцзин, и это заставило его посмеяться себе под нос. - Уверенно могу сказать, что столь яростно ругающего чужую писанину критика не найти. — О! Было бы здорово вступить в дискуссию с вашим учеником! - как бы просто для продолжения диалога он говорил, дабы Шень Цинцю не сильно улетал в мысли. - Возможно, вы меня с ним как-нибудь познакомите? — Всенепременно, думаю, ему было бы радостно встретиться с человеком, с которым он мог бы потягаться. *** — Дада! Дада! — Учитель! - трое юношеских голосов поприветствовали его, ученики согнулись в поклоне. — Ну-ну, вставайте. - Мурлыкал Шень Цинцю, подходя к ученикам. Он неспешно и еле ощутимо погладил их по головам. Шелковые волосы Иньин и жёсткие Мин Фаня чётко ощущались на холодной коже. Сразу же он шустро поднял на руки своего ребёнка, одаривая его улыбкой. Рядом с Тяньлан-Цзюнем наедине он ощущал напряжение и тревогу, что делало их короткое совместное проживание несколько неуютным, но стоило ему только увидеть Шень Лина с его серьёзным и ненамеренно отстранённым лицом, как ему стало легче. Шень Юань не был обделён вниманием, и его играючи потягали за кончик носа. — Как дела у моего Сяо Лина? - Шень Цинцю потерся своей щекой о детскую мягкую щеку с урчанием. В отличии от своего отца, Шень Лин вполне смог прийти к стабильному здоровью, и его детский жирок сделал его куда милее и румянее. Это радовало нерадивого отца, особенно когда тягал А-Лина за эти щёчки-маньтоу. — Дада, я проследил за тем, что бы на пике было спокойно и все административные дела улажены. - Он как бы невзначай расправил плечи и, будто поправляя на груди ханьфу, положил руку, вся его поза говорила о желании услышать похвалу. Это рассмешило Шень Цинцю, но он виду не подал, мимолетно кинув взгляд на бледного и усталого Шень Юаня. Бедный критик один, скорее всего, горбатился, пока Шень Лин как коршун смотрел, дабы тот исправно выполнял всё. — Да? Ты мой [лучик света], сыночка. - Властитель Цинцзин крепко обнял маленькое тельце и сладко улыбнулся. Его тёмные зелёные глаза обратились к своему главному ученику. - Не было ли каких-либо заданий лично от Чжаньмен-шисюна? Относительно недавно он на собрании уже сказал Юэ Цинъюаню о своей способности к выполнению поручений, хотя тот настаивал на продолжении лечения и отдыха. Лечиться Шень, конечно, не перестал, но сидеть без дела ему не позволяла его очень редкая совесть. И сам по себе Шень Цинцю не уступал в упрямстве самому главе Юэ, а скорее уж даже превосходил в этом. Именно поэтому Мастер Сюя интересовался наличием заданий. — Шибо Юэ передал задание относительно недавно, учитель может ознакомиться с имеющимися сведениями в письме. - Шень Юань передал письмо в раскрытую протянутую ладонь своего учителя. Глава Пика опустил ребёнка на пол, положив свою руку тому на голову, и принялся вчитываться в письмо. Его лицо с каждой пятой секундой становилось каким-то странно мрачно-кислым. И вот он дочитал и спрятал в цянькуне. Покручивая прядь волос на пальце, он смотрел в окно в глубокой задумчивости, но все же пришёл к какому-то выводу и повернул голову к ученикам. — Шень Юань, собирайся. Мы едем на задание в Северо-восточную провинцию Хэйлунцзян*, город Шулин. Не говоря больше ни слова, он скрылся с Цинцзин на Цяньцао. Ему было необходимо ещё несколько сеансов. *** Тяньлан-цзюнь смотрел, как закипает вода на чай. Его занимали всевозможные мысли, касающиеся его нового знакомого, рассказа от Шень Цинцю, плана, составленного ими и остальных мелочей. Это было так необычно, странно. Верно было полагать, что все дело в том, что он провёл разлагающимся трупом порядком 18 лет под горой, но все же чувствовал демон, что все это неспроста. Отчего-то виделись ему перед глазами черты недавно ушедшего странного человека. И был он странным сам по себе целиком. Его запястья, на вид словно сучки, могли легко сломаться под напором тяжелых предметов, как мог себе это представить Небесный демон. Вся его фигура была тоненькой, легкой и нездоровой. Скулы не были острыми, но все равно видны, а шею он мог бы охватить своей большой ладонью кольцом. А темно-зелёные глаза были такими грустными, уставшими, но очень заботливыми. Тонкие губы были не столь изуродованы, сколько украшены красными заедами. В уголках глаз были тёмные пятна, что подчёркивали его глаза, и аккуратные брови, почти неподвижные порой, слегка очаровательно хмурились. И Тяньлан-цзюню казалось странным то, что он ел. Не просто за компанию, а действительно ел, дабы насытиться. И в основном это были неострые блюда. Немного сладкого, фрукты, рис, отварные яйца, овощи и курица. Из специй маленькая щепотка соли. — Хммм… До чего же странный. - С усмешкой себе под нос пробубнил он, отпивая уже заваренный чай, пахнущий ягодами. *** Шень Цинцю спрыгнул со своего меча, и следом за ним на землю ступил Шень Юань. К ним на встречу вышли молодая девушка, взрослый парень и пожилой мужчина, являющийся, по всей видимости, членом администрации города. Бедная молодая особа была вся истерзана своими переживаниями, и её глаза, полные слез, были видны издалека, девушку не смущал её внешний вид, в котором она предстала перед заклинателями знаменитой школы Цанцюн. — О, дорогие почтенные заклинатели, вы здесь, прошу, помогите! Мои племянники и сыночек! Ох! - она прикрыла свои глаза руками с горестным всхлипом. — Прошу простить Лу Нин. Она не может успокоиться от своего горя. - Пожилой мужчина с радушным голосом и взглядом пояснил гостям, будто те сами не смогли бы догадаться. - Чан Фенг, отведи Лу Нин к ней домой. Мужчина кивнул головой, кинул на двух Шеней странный взгляд и ушёл, держа в руках плачущую, дрожащую девушку. Единственное, что мог сделать Шень Цинцю, с сочувствием посмотреть вслед уходящей пострадавшей. Шень Юань с обманчиво спокойным видом подошёл, начиная беседу, получая отчёт. В этой деревне за последние две недели пропало много детей, в близлежащих лесах и полях не смогли найти ни следа. Все были разного возраста, ничего общего кроме того, что все они были детьми. И отчего-то стала эта вся ситуация знакомой. Единственное, что могли бы предоставить жители деревни для хотя бы малой подсказки и помощи, это карту леса и игрушки детей. Шень Цинцю лишь помотал головой и направился в сторону хижины Лу Нин. — Прошу прощения за вторжение. - На его лице была елейная улыбка. - Господину Чан Фенг стоит выйти. Мне для расследования необходимо поговорить с госпожой Лу Нин. — Но ей нужна поддержка, я ее лучший дру— — Выйдите. - Строгий голос ввёл в ступор мужчину. Более-менее спокойная Лу Нин попросила того выйти и пригласила присесть своих гостей, налила им чай, и они мирно сидели, пили чай около минуты, но Шень не выдержал. — Госпожа Лу Нин, глубочайшее сочувствую вам, но, если вас не затруднит, не могли бы вы рассказать о том, где, когда и с чем видели детей? Лу Нин, купчиха из провинциального городка. Чаще всего она вместе с детьми была в центре, где и происходила вся торговля, но с недавнего времени они переехали сюда, так как здесь было тише и воздух чище, это полезно для её второго племянника. Всеми делами в центре занималось доверенное лицо, а она отныне могла проводить время с племянниками и сыном. И вот так, спустя год жизни здесь они пропадают. — Мм… Понимаете, недалеко от сюда есть небольшая речушка, и на её берегу растёт огромное дерево. Лу Бао, Ван Мейли, Ван Лин и Ван Хенг играли рядом с этим деревом, а потом, как только я отвернулась на лай собак и посмотрела туда через мгновенье, там их не было… — То есть, никаких странностей до этого не было? За несколько дней может?… Девушка призадумалась и, что-то припомнив, побледнела. — Знаете, может, это прозвучит странно, но действительно. Мои племянники и сын рассказывали мимоходом о том, что у них какие-то лесные друзья, которые дарят им цветы. - Она закусила губу в укоризненном жесте в свою сторону, будто ругая. - А потом Лу Бао подошёл ко мне и спросил, можно ли им пойти поиграть с этими так называемыми друзьями? Я думала, что они их придумали, ведь ни разу не видела ничего подозрительного рядом во время их игр… Ох! Она заплакала вновь, и её опухшие от слез веки все больше краснели, а ресницы блестели. Шень Цинцю встал и подошёл аккурат к ней и, поглаживая по спине, резким движением ударил по сонной артерии, дабы она потеряла сознание. Лу Нин безвольно начала падать. Её тело подхватил заклинатель и отнёс в спальню, накрыл одеялом, зажег расслабляющие благовония и отправился с Шень Юанем на место игр детей. — Знаешь, А-Юань, что может быть такого в этом случае? - как бы невзначай спросил Шень старший, повернув голову в сторону ученика, но смотря ему за плечо, вдаль. — Хммм… Может, это был дух? Или демоническое животное? - перебирая самые простые и примитивные варианты, Шень Юань не удовлетворил ожиданий Мастера Сюя. Но Юань и не пытался, так как он не успел отдохнуть перед дорогой, и сейчас он прибывал в некой задумчивости ни о чем. — Тц-тц-тц. Значит, понатаскаешь недостающих знаний. - Переселенец погладил по голове критика и продолжил свой неспешный ход. *** Ветви старого, но полного жизни дерева качались, а его листья махали всем, кто проходил мимо. На длинную, крепкую вертикально растущую ветку была повешена новая качель из светлых досок. В корнях дерева была большая нора, что своим видом напоминала нору из сказки про Алису в Стране Чудес. Правда не водилось в этом лесу зайцев, а кроликов разводили на другой стороне города. — Видишь эту норку? Что ты чувствуешь? - безразличным движением руки он закрытым веером указал на темноту среди корней. — Учитель?… Эм…ну… - Шень Юань присел перед норой, оглаживая корни по краям. - Я чувствую странную энергию, похожую на инь, но не совсем- — Слишком много возишься, А-Юань. - И пнул его в нору. Шень Юань вскрикнул, но его крик заглох в норке, а Шень Цинцю залез следом, слегка испачкав подол своих одежд. Как и предполагалось, Самолёт был абсолютно бессовестным, но достаточно изобретательными. — $\€€\+_*$]€.+€|€!!! - неразборчивый китайский мат разбивался о стены норы. Нора имела тёмные стенки, на них были всевозможные натурально древесные части интерьера, такие как полки и двери. На полках стояли либо недопитые, либо нераспечатанные компоты, сладости и маньтоу с мясом, ягоды с грибами красиво располагались на расписанных деревянных тарелках. Также разные детские игрушки и лейки с водой. Свет, что освещал нору, представлял из себя прозрачные обтянутые сетки на каркас из веточек, в которых летали маленькие светлячки. Шень Юань уже успел успокоиться, вновь вспыхнуть, но уже негодованием на товарища переселенца, который сегодня отсутствовал. Шень Цинцю устал слушать, пусть и заслуженную, брань и поэтому схватил маньтоу и недопитый компот, принялся жевать. — Шень Юань, ты не расслабляйся, мы скоро приземлимся. - Заклинатель сглотнул и перегруппировался из расслабленной лежачей позы в позу, удобную для смягчения падения. Так как они падали уже некоторое время, Шень Юань успел вновь успокоиться и задуматься о своём, но, увидев повеселевшее лицо учителя, он и сам улыбнулся. И вправду, уже через пару минут во мраке неизвестности показалось что-то, напоминающие конец туннеля. Внизу их встречала огромная горка листьев. Словно пловец, Бессмертный нырнул в мягкую листву, пока тем временем критик просто плюхнулся на неё. — А-Юань! Ну чего же ты так долго?! Шень Юань ещё не успел прийти в себя, как его учитель уже был внизу и подгонял его. Он тяжело вздохнул, думая, как он докатился до жизни такой? Ничего не оставалось делать нашему бедному первому ученику, кроме как с тяжким стоном покатиться с горы и плавно, что было присуще их Пику, приземлился аккурат с Властителем Цинцзин. Вся пещера, в которую они упали, была полна растительности. По потолку протягивалась толстая, светящаяся голубым лоза. Здесь росли цветы, похожие на паучью лилию, что так же светились голубым. Деревья причудливых форм с голубой листвой завораживали дух. И все здесь было неизученной флорой, что ещё больше подогревало интерес. Но времени на более детальное рассмотрение и тем более изучение не наблюдалось. Они направились вглубь, а их путь был ясен и светел. *** Вскоре они пришли в ещё более огромное углублённое место пещеры, а там уже было ясно, что конечная точка их пути была здесь. Посередине стояло нестандартно огромное дерево словно высокий императорский дворец. У его корней располагались огромные шляпки грибов, вывернутых наизнанку. В них лежали мирно спящие дети, укрытые лепестками цветов, летящих вниз из соцветий на древе. Вокруг них лежали рядом такие же маленькие, как и они, человекоподобные существа. Шени подошли ближе к ним, в то время как им навстречу летело одно из существ с зеленоватой кожей и цветущей головой. Вместо волос у духа росли лозы цветов сливы, и на концах ресниц были такие же, слегка белые, лепестки. У существа были закрыты глаза, но уверенный полёт и сжатые кулачки показывали дружественные намерения. — Мей приветствует добрых заклинателей! Мей проводит добрых заклинателей к старейшине! - маленькое существо назвало себя как Мей, что значило, что это девочка. Незнакомый доселе дух взял их за руки и очень скоро повела к дереву. Шень Цинцю не сразу заметил, что они парят вместе с маленькой сливой*. Шень Юань так и подавно слишком сильно залюбовался. Бессмертный мастер был спокоен от того, что дети, находившиеся здесь, были в порядке, даже более того - спали в обеденное время, соблюдая режим. В этот миг ему вспомнился Шень Лин, воротивший нос на дневной сон, мол: «Я не маленький, и мне дневной сон не нужен!». Такие мысли заставляли его улыбаться и чувствовать себя спокойней. Они вошли в маленький домик, куда добрались по ступеням к кронам деревьев. Все здесь пахло травами и чистой родниковой водой. — Добрые заклинатели, здравствуйте, добро пожаловать в нашу обитель. Цзылан приветствует добрых заклинателей! - такая же маленькая девочка поприветствовала их, судя по всему, она была старейшиной. - Присаживайтесь, добрые заклинатели! Тут же на пустом месте выросли стулья. Шень Юань немного страшился, но, видя все такого же равнодушного учителя, задавался вопросом, кто из них вообще читал ПГБД? Откуда тот мог знать о таких существах, о которых не упоминалось в новелле? — Здравствуйте, госпожа Цзылан. Я Шень Цинцю из школы Цанцюн-шан. А это мой ученик Шень Юань. Мы приехали сюда, дабы узнать, отчего пропадают дети. Не могли бы вы нам рассказать о причине ваших действий? - его хриплый голос лился плавно и медленно. Он ясно давал понять, что он готов слушать и ничего плохого не собирается предпринимать без веской на то причины. Ученик же его, слушая такие речи, отчего-то вновь вспоминал, как один раз они втроём переселенцами выпивали, как Шень гадко смеялся, словно сумасшедший, смешивая бодягу в кувшине, и не мог связать с представшим перед ним человеком. — Ох! Добрый заклинатель Шень, наши друзья, добрые маленькие люди в опасности! - парящая в воздухе маленькая девочка подплыла к нему ближе. - Противный человек с колючим взглядом говорил с злыми заклинателями о детях! Хотят забрать! Украсть и делать плохие вещи! Детский лепет со стороны самого старого существа здесь казался мелким и не стоящим внимания, но заклинатели не считали это ерундой. Шень Цинцю нахмурился и сжал свои ладони вокруг веера, который тихо потрескивал, будто в тисках. В последние годы этих тварей развелось больше чем должно, но чего-то такого не было упомянуто ни в Системе, ни в ПГБД. И значит, это знаменитый эффект бабочки. —Хмм… - он постучал веером по подбородку. - [Машенька, возможно ли, что, исходя из моих действий, мир мог сгенерировать для меня препятствия и врагов, так как существенных проблем с возвращением Лолоша в отношении нас не возникнет, а его папаша со мной союзник?] [Запрос пользователя обрабатывается… Обработка завершена. Верно, дорогой пользователь. Так как предполагаемые препятствия на вашем пути были устранены вашими действиями, мир Гордого Бессмертного сгенерировал для вас основную миссию! К сожалению, Система не может вам ничем помочь, так как Система является разработкой 7₽/)/(—&&-)/)/*%]>₽/ и не может влиять на данный мир. Желаете ли узнать больше?] — [Нет, спасибо, Машенька.] - прикрываясь своим неразборчивым бормотанием, он попрощался с системой. - Я услышал вас, госпожа Цзылан. В таком случае мне не остаётся ничего, кроме как разобраться с злыми заклинателями. А потом вам нужно будет вернуть детей обратно. Их родные беспокоятся. Шень Юань, будь здесь, я скоро вернусь. *** Неприятные брызги крови попали на губы и веко. В раздражении Шень Цинцю стряхнул с меча кровь, с презрениям смотря на трясущегося Чан Фенга. Неспешный шаг и шелест одежд делал его фигуру ещё более пугающей в свете луны. — И каково это, быть тварью, что без капли стыда доставляет отступникам детей для экспериментов? - он направил свой меч на место, где должно быть золотое ядро. - Смотри, ты мне говоришь, где их ближайшая база, а я тебя не убью. *** —Учитель, представляете, пока я был там, узнал столько всего! Оказывается, те девочки были кем-то типа нимф или лесных духов, правда не сказали, как именно их следует называть! А ещё..! Шень Юань громко лепетал о новоизученных растениях, впечатлениях и о детях, с которыми они провели время, пока два дня Шень Цинцю ловил заклинателей-отступников. Сейчас они сидели в доме купчихи Лу Нин. Та была так рада вернувшимся детям и заклинателям, что настояла на их пребывании за ужином и отдыхе у неё в доме. — [Нимфа… Это же значение твоего имени, Нана?] - стуча по колену веером, бормотал в привычной манере для себя Шень Цинцю. — Господин заклинатель, господин заклинатель! Топот детских ножек раздался по коридору и устремился в гостиную, где сидели переселенцы. Четверо детей показались в проходе, но очень быстро оказались рядом, сидя в смиренной позе, они сияли глазами, полными восхищения и детского восторга. — Господин заклинатель, а вы можете рассказать что-то интересное?! - протараторил сын Лу Нин, Лу Бао, он был вторым по старшинству среди детей. Активный мальчик, стремящийся стать странствующим заклинателем. — Ли-эр тоже хочет послушать, но про любовь! - самая младшая девочка, Ван Мейли, была тихой, но вовсе не мышкой, а уверенной в себе личностью. — Я хочу послушать про сражения! - громко вскрикнул Ван Лин, третий по старшинству, но самый слабенький здоровьем ребёнок в семье. — А я хочу послушать про редкие травы и артефакты! - вклинился уже самый старший и порой самый робкий мальчик, Ван Хенг. — Хе-хе! Это вы лучше обратитесь к моему ученику, он знает толк в историях! —Да, ведь я- Стоп, учитель! ———————————— чиби Шень ныряет в горку листьев. дети чиби Шеня одновременно поднимают табличку 10/10 с восхищенными возгласами. ——— Чиби Шень Юань: ругается по-шеньюаньски на самолёта. Чиби Шан Цинхуа в обнимку с Мобэем: Апчху-! Вспомнил кто-то?