На высоте

Гермиона: Джинни, у меня проблемы. У нас один общий номер. В Гамбурге. И мы сейчас с экипажем.

Джинни: Может, время поговорить?

Гермиона: Он считает, что мне не нравится. А ЭТО НЕ ТАК. Кристина от него не отлипает. Они точно спят.

Джинни: Подойди и спроси.

Гермиона: Худшее решение. Я не умею с ним разговаривать.

Джинни: Тогда проверь другим способом. Подкати к нему. Кто здесь самая храбрая волшебница?

Гермиона: Не знаю. У Кристины ресницы как крылья самолёта.

Джинни: А у тебя задница как багажное отделение.

Гермиона: Джинни!

***

Худшей пыткой для Драко оказалась в итоге не магловская авиационная академия, не дружба с Гермионой Грейнджер и даже не последствия его печально известного прошлого. Нет, больше всего Малфой страдал сегодня, во время бесконечной болтовни Кристины. Он еле убедил её не проводить официального свидания вдвоём, а просто посидеть в баре вместе с экипажем. Но вот объяснить Гермионе, почему вокруг него весь вечер крутилась Кристина, Драко так и не смог. Ему было жутко не по себе, особенно после её недавних откровений. Проклятье, Грейнджер буквально попросила прощения за то, что его отшила? Почему она всё время ставила интересы окружающих выше собственных? Как он вообще мог на неё обижаться? Тот случай на выпускном стал началом конца для их дружбы, но в глубине души Малфой никогда не винил её. Он винил в этом лишь себя и свою непомерную самоуверенность.

***

ФЛЕШБЭК

На вечеринке в честь последних дней в академии собралась огромная куча студентов. Они сняли впечатляющих размеров особняк, запаслись щедрым количеством алкоголя и даже пригласили начинающего диджея. Всё располагало к тому, чтобы скотски напиться и потрясающе провести время. Гермиона заняла спальню на втором этаже с Нэнси, скромной бортпроводницей, которая не собиралась надолго задерживаться на этом празднике жизни. Драко даже хотел похвалить Грейнджер за ловкий ход: она незаметно выбила себе личную спальню, пока он делил хоромы с двумя идиотами, притащившими несколько пачек презервативов. Малфой не хотел много пить, но в итоге переборщил с обманчиво сладкими коктейлями. Он блуждал по гостиной с целью пригласить Гермиону на танец, но так и не нашёл её в толпе. В груди неприятно кольнуло от мысли, что какой-нибудь мальчишка уже забирается своими сальными ручонками ей под юбку. Алкоголь тут же помог разукрасить эту страшную картинку в голове до сущего безобразия. У него не было повода ревновать её, они просто дружили, но для Драко она всегда значила гораздо больше. Гораздо больше, чем все остальные. Он ворвался в её спальню, даже не постучав, и обнаружил Грейнджер одну, сидящую с книгой на постели. Его внутренний демон расхохотался над его жалкими мыслями. Она просто читала книгу. Идиот. — Драко? Её карие глаза сияли в темноте, и она тут же отложила своё чтиво в сторону. Видимо, после пяти стаканов с этой оранжевой жидкостью он выглядел хуже, чем предполагал, потому что Грейнджер поднялась на ноги и принялась внимательно изучать его лицо. — Ты много выпил, — с улыбкой констатировала она. — Ровно столько, сколько должны пить пилоты на выпускном. Что ты тут делаешь? — Мне надоела шумная музыка. Я поднялась проводить Нэнси домой и решила немного отдохнуть. — Отдохнуть от вечеринки? Они засмеялись, обнимая друг друга. Можно сказать, это был их последний беззаботный вечер до финального разбора полётов, до того, как авиакомпания разбросает их по разным рейсам. В лучшем случае им достанется один регион, и Драко был решительно не согласен с таким раскладом. От тепла её тела Малфой ещё больше потерял связь с реальностью. Его руки зачем-то опустились ниже, прямо на её тонкую талию, но Гермиона не стала отстраняться и позволила ему трогать её и там. Безнаказанность и адреналин окрыляли. Он уткнулся носом в кудри Грейнджер и глубоко вздохнул, издав при этом тихий, но довольно отчётливый стон. Гермиона немного отошла от Драко, чтобы заглянуть ему в глаза, но Малфой не мог смотреть никуда, кроме её прекрасных полных губ. — Гермиона… — Ты пьян, — сразу перебила его она. — Не нужно делать то, о чём пожалеешь. — Я хочу тебя не потому, что пьян. Я всегда хочу тебя. Слова вырывались сами собой — язык под воздействием алкоголя перестал его слушаться. Грейнджер тут же оцепенела. — Зачем ты говоришь это? — В её вопросе слышался упрёк. Драко сразу его заметил, но просто проигнорировал. — Потому что это правда. Он шагнул вперёд и подтолкнул её к платяному шкафу. Между ними не осталось воздуха, когда Драко коснулся её виска кончиком носа. У него кружилась голова, и легко можно было подумать, что всё происходило не по-настоящему. — Драко, не надо, пожалуйста, — заикалась Грейнджер, и он чувствовал, как она дрожит. — Почему? Назови мне причину. Малфой не мог больше наслаждаться только их дружбой. Ему надоело представлять её с другими мужчинами, которые могли делать с ней всё. Он хотел быть на их месте, выиграть билет в проклятый бизнес-класс и никогда не выходить из самолёта. — Я не могу ответить тебе взаимностью. Его грудь словно проткнули здоровой острой арматурой, но Драко в этом состоянии каким-то чудом смог выпустить Гермиону из своих объятий. Он продолжал стоять с закрытыми глазами, даже когда она уже ушла, даже в тот момент, когда его нашла Кристина, обыскивавшая комнаты коттеджа. Судя по всему, её устраивало всё. Ей не нужны были громкие речи о чувствах, годы дружбы и прочая ерунда — она без всяких прелюдий стянула с Малфоя брюки. В нём проснулась какая-то жуткая тёмная сторона, пока он раздевал другую девушку прямо на кровати Грейнджер, рядом с чёртовой книгой, которую она читала несколько минут назад. Ему хотелось отомстить ей, хотелось заставить чувствовать ту же адскую боль, но, когда она вернулась и увидела их вдвоём, его сердце опустело от вида влажных дорожек на её щеках. Он облажался.

***

Они намеревались переночевать в одной комнате, и, если что-то пойдёт не так, Грейнджер больше никогда не захочет его видеть. Кристина уже знала, что они волшебники. Если эта стерва будет шантажировать ещё и Гермиону, Малфой даже с зельем удачи никогда не выберется из этой задницы. — Дамы вперёд. Драко постарался безобидно улыбнуться, открывая перед ней дверь номера. Он выпил две кружки чая, был трезв как стёклышко, но, будто мучившийся от жажды путник, всё равно сглотнул, лишь мимолётно вдохнув её духи. Малфой закрыл за собой и молча стянул с шеи галстук. Он смотрел куда угодно, только не на неё. На спинку стула, куда повесил пиджак; на рабочий стол, куда положил галстук; на запонки, пока расстёгивал рукава. Он, чёрт возьми, старался и почти не дышал, но Гермиона не помогала. Она подошла к Драко так близко, что игнорировать её присутствие было уже подозрительно, и положила руки ему на плечи. Вздрогнув, Малфой медленно поднял голову. — Устал? — беззаботно, почти игриво спросила она. «Во что ты играешь, Грейнджер?» — Утомился. Рейс и вечер выдались тяжёлыми. Она покраснела, будто в этот самый момент представляла непристойные вещи. Её руки продолжали мягко массировать его кожу сквозь рубашку. Если бы он не пил чай, то решил, что с ним опять играет спиртное. Она в самом деле его соблазняла? Он еле пересилил себя и схватился за её кисти, отстраняясь. — Тебе не стоит этого делать… — Тебе не нравится? Драко пришлось незаметно отодвинуть от неё свои бёдра, чтобы она не почувствовала внушительный стояк. — Дело не в этом, просто… я не могу. Гермиона растерянно посмотрела на свои руки, которые он сжимал, не давая им опуститься на его грудь. «Я источник проблем для тебя. Как ты не понимаешь?» — хотелось закричать Малфою. — Не можешь или не хочешь? Она решила его убить. Вырвавшись из его хватки, Гермиона вцепилась в его ремень. Драко выдохнул, сдерживая инстинкты. Ему не следовало к ней прикасаться, она не ведала, что творит. — Грейнджер… прошу тебя… — Я могу сделать тебе приятно. Я очень хочу. Позволь мне. Раздался предупредительный звонок в дверь, и Малфой тут же кинулся открывать незваному гостю. Чему угодно. Он был рад чему угодно, если это спасёт его. Потому что ещё секунда, ещё несколько её молящих слов — и он бы нагнул её прямо над столом, послав к чёрту все риски и принципы. — Да, — произнёс он, распахивая дверь. На пороге стояла Кристина в отельном махровом халате и бессовестно улыбалась. — На ресепшене сказали, что это твой номер. Но я вижу, ты не один? Если бы он был сейчас за штурвалом, то резко потянул бы его на себя. И будь что будет.

***

ФЛЕШБЭК

Гермиона: Он сказал это, потому что был пьян. Что я буду делать завтра, когда он придёт извиняться? Я не смогу дальше дружить с ним. Наша дружба уже под угрозой из-за моих чувств.

Джинни: Я не думаю, что это из-за алкоголя. Он повторил свои слова, убеждал тебя. Хотя бы поговори с ним. Ты же сказала, что любишь его. Зачем солгала? Не слишком?

Гермиона: Иначе бы он не отпустил меня. Мы оба сошли с ума, мне пришлось принять меры.

Джинни: Вернись к нему. Я уверена, он ещё ждёт.

Гермиона: Мне мало одного секса с ним, я хочу его каждое утро, видеть его глаза, Джинни.

***

— Драко? Гермиона увидела в дверном проёме Кристину и замерла. С этой позиции Драко, конечно же, не знал этого наверняка, но затылком чувствовал исходящую от Грейнджер неприязнь. — Я не помешала? Кристина продолжала играть с ними в опасную игру. Она считала, что заполучила полную власть над его секретом, и думала, что этот козырь позволит ей выиграть любую партию. Понимала ли она вообще всю силу волшебства? Вряд ли. Он просто невербально призвал свой мобильный со стола, когда Гермиона выскочила из той комнаты на выпускном. Вероятно, Кристина решила, что способности волшебников не особо отличаются от силы джедаев из «Звёздных войн». Только вот Драко мог легко стереть ей память, заставить подчиниться, превратить её кости в желе и многое другое. Если и говорить о козырях, все тузы как раз таки были в руках у Малфоя. Существовал лишь один-единственный стоп в лице кудрявой шатенки. Он не хотел рисковать из-за Грейнджер и только из-за неё. — Мы просто беседовали, — спокойно ответил Драко в попытках утолить её любопытство. Грейнджер, видимо, совершенно не устроила его тактика отступления, и, подойдя к Малфою поближе, она по-собственнически обняла его за талию. Глаза Кристины пытались прожечь дыру в ладонях Гермионы, которые осторожно его поглаживали. — Что-то не похоже, — усмехнулась она. — Ты не забыл про наш разговор, Драко? Если Грейнджер и заметила что-то неладное в намёках бортпроводницы, то виду не подала. — Мы бы хотели снова остаться наедине, если не возражаешь, — пошла в атаку Гермиона, плотоядно прикусывая губу. Даже в самых сокровенных фантазиях Малфой не мог представить, чтобы Грейнджер начала бороться за него так откровенно. Жаль только, происходило всё как всегда не вовремя. — Он вдруг стал тебе нужен? Забавно. Гермиона всё ещё прижималась к Драко, но глаз от Кристины не отвела. — Он всегда был мне нужен. — В самом деле? Даже на нашем выпускном? — Кристина! — вмешался Малфой, загораживая Грейнджер собой. — Обсудим все твои вопросы потом. Драко должен был немедленно закончить этот разговор, пока они не коснулись опасной темы магии. Не хватало только свидетелей в виде многочисленных постояльцев отеля, тогда ему точно было бы несдобровать. Он вытолкал девушку в коридор и, не дождавшись ответной реакции, закрыл дверь прямо перед её носом. Не успел он облегчённо выдохнуть, как услышал резкий вопрос Гермионы: — Ты не одинок? Поборов желание стукнуться лбом о стену, Малфой всё же обернулся к ней. — Одинок. Дело в другом, — вздохнул он, но врать ей больше не собирался. — Кристина знает, что я волшебник. Грейнджер уставилась на него широко распахнутыми глазами. Если бы не вся абсурдность ситуации, Драко бы с удовольствием полюбовался этим шокирующим румянцем на её щеках. — И догадывается, что ты тоже. — Ты нарушил статут о секретности?! — Я сделал это случайно много лет назад, до сих пор угрозы не было. — Если Визенгамот узнает, ей сотрут память, а ты… Гермиона знала обо всех преследующих его жизнь нюансах, но его всё равно задела искра разочарования в её глазах. Не эта ли девушка славилась неумением жить по правилам? — Я не хотел этого, но она начала меня шантажировать. Я прекрасно помню, что у меня испытательный срок после войны. Даже спустя годы есть риск, что меня арестуют. Не нужно заострять на этом внимание. — Мы должны предпринять меры, — тут же настояла Грейнджер. — Так нельзя. — Я уже сделал тебя соучастницей. — Плевать. Мы сами сотрём этой стерве память. Малфой улыбнулся её решимости защитить его. Салазар, как он мог отпустить эту девушку и решить, что проживёт без неё? — Когда начнём? Гермиона прикусила губу, взвешивая в голове все плюсы и минусы. — Она живёт здесь не одна, плюс мы не знаем, насколько крепкое у неё сознание. — Дождёмся возвращения в Лондон? Грейнджер кивнула, но её брови нахмурились. — Если до этого она не успеет ещё кому-то проболтаться. — Есть ещё кое-что. Как бы Драко ни хотелось сейчас повалить её на кровать и забыться, он предпочёл больше не снимать с себя ответственность. — Нам нельзя, чтобы она подумала, что мы… мы с тобой… — Малфой поборол желание нелепо почесать затылок. Почему именно с этой девушкой он терялся, как мальчишка? — Наша близость может её спровоцировать, — наконец пробормотал он. — Оу… Ты поэтому так странно себя вёл? — Да. Драко подошёл к Гермионе и коснулся её лица рукой. По её шее сразу же поползли красные пятна, а зрачки ощутимо расширились. Ему нравилось, что они оба так влияли друг на друга, иначе бы он чувствовал себя в ловушке. — Она не узнает, что происходит здесь, не так ли? Малфой еле расслышал этот призрачный шёпот, сорвавшийся с её губ. — Я много думал о том вечере и понял, что больше не хочу спешить. Она тяжело сглотнула, когда он пробрался пальцами в её густые кудри. — Мы не спешим. Три года дружбы, ещё два года тишины и бог знает сколько лет вражды, — возразила она. Наконец очнувшись, Гермиона начала нетерпеливо расстёгивать пуговицы на его рубашке. Он дал себе несколько секунд, чтобы насладиться ощущением острых коготков, царапающих его грудь, прежде чем толкнул Грейнджер к кровати. Гермиона упала на неё в своей форме второго пилота. Строгие брюки со стрелками, жакет с золотыми пуговицами и элегантная блузка. Она выглядела как грёбаная королева британской авиации. Малфой придавил её своим телом прямо к матрасу и даже не заметил, как ловко она сомкнула ноги вокруг его талии. Он явно не рассчитывал, что сойдёт с ума, когда в полной мере ощутит её пульсирующее возбуждение. Ему нужно было держаться. Ради них. Он больше не позволит ей исчезнуть. — Мы будем просто спать, Грейнджер. Как друзья. Она попыталась потереться о его длину, но он придержал её за бёдра. — Почему ты делаешь это? — почти хныкала она. — Хочешь, чтобы я сказала, что жалею? — Жалею я. На этот раз мы сделаем всё правильно, — низким баритоном настоял он. — У нас будет свидание в красивом месте, я подарю тебе ужасно дорогие цветы. Мы поужинаем, и затем я закажу нам такси. Я буду обнимать тебя на заднем сиденье, когда водитель отвлечётся на дорогу, и потом, если ты позволишь, я провожу тебя до двери. — Я позволю, — на выдохе произнесла она, будто была загипнотизирована его рассказом. Драко был в курсе, какие слухи ходили о нём в авиакомпании. Лишь самый ленивый не знал о его голосе и о том, как красиво он умел говорить. Спасибо маме за докучающие уроки этикета, в которые не входило разве что пособие по ублажению женщин. Хотя о важности поцелуев и их длительности там всё-таки была пара абзацев. — Я провожу тебя до самой двери. Прослежу, как ты вставишь ключ, как повернёшь его. Если ты будешь смотреть на меня так же, как сейчас, я поцелую тебя на прощание. Прижму прямо к двери. Это будет наш первый настоящий поцелуй. — Ты не войдёшь внутрь? Малфой опустил голову, чтобы со стоном уткнуться ей в шею. Он больше не выносил её молящих глаз. — Я войду, если ты захочешь. Драко поцеловал пульсирующую венку и, двинувшись выше, почти коснулся губами мочки уха. — Я так хочу тебя, что мы не дойдём до спальни. Я возьму тебя прямо в коридоре, посадив на комод, раздвинув твои красивые ножки. — Драко! — вскрикнула Гермиона, когда он слегка прикусил её кожу. — Я не могу! — Я тоже, поэтому я немедленно иду в лобби. — Что?! — Она даже не пыталась скрыть своего возмущения. Гермиона выглядела растерянной и возбуждённой, но Малфой старательно игнорировал это милое выражение на её лице, быстро застёгивая рубашку. — Отель переполнен. Ты должна поспать, у нас ранний вылет. Если бы он плохо знал эту девушку, то решил, что его выходка сойдёт ему с рук. Но Драко имел дело с Гермионой Грейнджер, поэтому месть не заставит себя долго ждать. Можно было даже не сомневаться. — Я тебя ненавижу! — крикнула она ему вслед. — Взаимно!

***

Гермиона: Я легла.

Драко: Умница. Сладких снов, увидимся утром)

Гермиона: Ничего, что я сплю без белья?

Драко: Ничего, я подремлю в лобби, тут удобные диваны.

Гермиона: Если я чего-то хочу, это будет моим.

Драко: Аналогично, сладкая.