Часть 2. Обучение послушанию
19 июня 2023 г., 16:39
Сколько времени прошло с того дня? Несколько дней? Неделя? Сплинтер был уверен, что не дольше. Фут перестали кормить его каждое утро, вместо этого они кидали ему случайный мусор и объедки со стола их руководителя. Мастер отказывался от всего, что ему приносили, кроме воды.
Сплинтер старался не думать о Шреддере. Его ежедневные приходы всегда заканчивались одним и тем же: литрами вытекающей крови, пачкающей бетонный пол, и жуткими болями во всем теле. Тем не менее глава темного клана оставался верен своему слову. Пока Сплинтер не действует против него враждебно, Шреддер делает визиты быстрыми и оставляет больное плечо соперника в покое.
***
Когда Шреддер открыл дверь камеры на седьмой день, то заметил что Хамато Йоши был совершенно разбит морально. Он забился в самый темный угол комнаты, стараясь казаться незаметным, как самая настоящая крыса. Это была его последняя попытка защитить себя, прежде чем Шреддер снова над ним надругается. Но на этот раз вместо того, чтобы сразу устроиться между ног Сплинтера, Шреддер опустился перед ним на колени и стал терпеливо ждать, пока тот выйдет к нему сам. Крыс смотрел на него с подозрением, тревожно щелкая хвостом по полу. — У тебя есть выбор: повиноваться или нет. — сказал глава Фут, ясно предупредив о предстоящем наказании в своих словах. Сплинтер знал, что произойдет, если он не подчинится, но он также знал, что произойдет, если он подчинится. Шреддер протянул руку, слегка сложив пальцы, и уставился на крысу. Йоши долго колебался, но двинулся навстречу. Шреддер подождал, пока Сплинтер приблизится, прежде чем обхватить его лицо рукой. Ороку Саки загадочно ухмыльнулся и, сощурив глаза, посмотрел на пленника. Через некоторое время он выпустил Сплинтера из своей хватки. Мастер не смог скрыть замешательство. Он не понимал, почему Шреддер выглядит таким гордым. В нем зародилось чувство страха, когда Саки встал, склонив голову. Мастер уже ожидал нового удара, но его враг ушел, не сказав больше ни слова. Сплинтер сел на бетонный пол, не удосуживаясь скрыть шок на лице, и уставился на дверь. Сейчас он почувствовал необычайное облегчение, что его тело получило передышку. С другой стороны, какого черта сейчас произошло?!***
Сплинтер подсчитал, что глава Фут ушел примерно за час до того, как камера снова распахнулась, но на самом деле он не мог знать этого наверняка... просто догадывался. Шреддер снова пришел к нему и поставил перед пленником бутылку с водой, сев в нескольких метрах от него. Сплинтер перевел удивленный взгляд с подношения на своего похитителя. Было ли это безопасно? Был ли это какой-то трюк? Или этот придурок постепенно сходит с ума? Либо сам Сплинтер сходит с ума?... Шреддер некоторое время терпеливо сидел, пока крыс взвешивал всевозможные варианты объяснения такого непредсказуемого поступка с его стороны. — Возьми это, — глава клана Фут указал на воду. — Пей. Сплинтер еще мгновение колебался, прежде чем его горло сжалось. Когда он в последний раз что-то пил? Дня два назад? Он не был уверен. Мастер потянулся к воде и открыл ее. Он вдохнул запах напитка и тот оказался совершенно обычным. Да и на вид не вызывало никаких подозрений. Хамато Йоши снова поднял взгляд на врага, а Шреддер, казалось, терял терпение. Сплинтер поднес бутылку к губам. Как только прохладная вода коснулась его языка, все его тело закричало «Еще». Он знал, что выглядел отчаянным, когда допивал воду за несколько глотков, но ему уже было все равно. В тот момент Йоши показалось, что Шреддер смотрел на него так, как хищник смотрит на свою добычу. Сплинтер проклинал себя за приведенную в уме аналогию. Крыс поставил пустую бутылку перед собой и стал ждать, пока Шреддер пошевелится, заговорит или что-то в этом роде, но не будет тупо пялиться на него. — Чувствуешь себя лучше? — спросил Шреддер. Сплинтер почувствовал, как страх сгущается в его животе, сбивая дыхание. Вместо ответа он неуверенно кивнул один раз. — Хорошо, — промурлыкал Шреддер совершенно неестественным для себя тоном. Он все еще следил за каждым движением Сплинтера. Глава клана Фут встал с места, до сих пор находясь на расстоянии от Сплинтера, и снова протянул ему руку, как и прежде, ладонью вверх. — Подойди. — без лишних эмоций скомандовал злодей. В этот раз Сплинтеру потребовалось меньше времени для принятия решения, прежде чем он сделал то, что ему сказали. Мастер не мог смотреть Шреддеру в глаза. Он знал, что выглядит побежденным, и, возможно, так оно и было... Лучше пусть будет так, чем его скоропостижно лишат жизни. Он должен жить ради своих детей... Ведь пока этот тиран играет с ним, как с куклой, его мальчики остаются в безопасности. По крайней мере, так Сплинтер сказал себе, когда Шреддер ушёл. Он очень надеялся, что его сыновья прячутся далеко от города. Он надеялся, что его никогда не найдут. Мальчикам было бы легче оплакивать его и двигаться вперед, чем видеть отца таким... беспомощным... разбитым... сломленным. Мастер больше никогда не сможет смотреть им в глаза. Но Сплинтер, разумеется, знал что его сыновья слишком упрямы и преданны, чтобы прятаться и не искать его. Он знал, что они поставят Нью-Йорк на колени, если придется и найдут своего мастера. Фут думали, что смогли напугать его? Еще чего! Хотел ли Сплинтер спастись? Конечно. Мастер хотел быть свободным, встретиться со своими сыновьями и увести их подальше от тирании Шреддера. Как он мог загнать себя в угол?! Чем дольше он находится здесь, тем больше теряет себя, свой нрав и свою сущность, подчиняясь этому злодею ради мнимого выживания! Сплинтер посмотрел на дверь камеры. Убедившись в том, что она откроется нескоро, он закрыл лицо здоровой рукой и позволил себе сломаться вновь... хотя бы на мгновение. По его щекам снова покатились горькие слезы. Он так скучал по своим сыновьям. Он ненавидел Шреддера. Он ненавидел себя. Корил за то, что он не так силен, как должен быть. Он устал от боли, он презирал свою слабость. Как он позволил Шреддеру сломить себя так легко?***
Йоши не был уверен, когда заснул, но дверь все же открылась и разбудила его. Вошел безликий воин и поставил перед ним поднос с едой. Сплинтер не стал поворачиваться, зная, что глаза у него ужасно красные. Он дождался, пока дверь снова закроется, и только потом позволил себе взглянуть на поднос. Перед ним стояла тарелка с суши и еще одна бутылка с водой. Мужчина застыл на мгновение, прежде чем взять тарелку здоровой рукой. Он поставил посуду себе на колени и подтянул бутылку с водой поближе. Его руки дрожали, что затрудняло использование палочек для еды, но вскоре Сплинтер пришел в себя. Он ел слишком быстро и с большим облегчением, что наконец-то что-то было в его желудке. Он жалел о том, что отказывался от еды раньше, но ему мешала гордость, да и ту пищу невозможно было есть. Он доел ужин и, отхлебнув воды, решил продержаться без еды как можно дольше на случай, если перемена в сердце Шреддера окажется временной. Остаток ночи никто его не тревожил. В конце концов крыс допил всю бутылку с водой и поставил ее вместе с тарелкой в углу камеры. Почему никто не пришел? Давали ли ему право на частную жизнь или какой-то отдых? Замышляли ли против него заговор? Страх снова сковал его разум. Может Фут ушли? Шреддер сказал, что их нет в тюремной башне. Оставит ли злодей его здесь, гнить до окончания века? Сплинтер заставил себя сделать несколько успокаивающих вдохов. Если его запрут здесь, то его никто не сможет отыскать... Он больше никогда не увидит своих детей! «Нет, Шреддер не оставит меня здесь умирать после того, как я сдался...» — убеждал сам себя мастер. Паранойя все еще будоражила его мысли. С трудом заставив себя медитировать, в конце концов, он провалился в беспокойный сон. Это было лучше, чем слушать крик тишины каждую минуту.***
Так проходили дни. Шреддер приходил с бутылкой воды, позволял Сплинтеру выпить ее, а затем отдавал команду «Ко мне». Если Сплинтер подчинялся, его награждали едой и временем в одиночестве, которое он использовал для медитации и лечения. Но однажды он ослушался, и тогда ему снова кидали объедки со стола, а его руку сильно заломили. Шреддер не пытался снова использовать его тело. По крайней мере пока... Сплинтер знал, что это лишь вопрос времени. Когда-то белая полоса «доброты» исчезнет из темного сердца злодея.***
На следующий день Шреддер вновь открыл дверь камеры с бутылкой воды в руке. — Ну здравствуй. — сказал Он. Сплинтер заметил, что сегодня его враг был в особенно хорошем настроении. Крыс внимательно наблюдал за главарем Фут, пока он занимался своими делами. Шреддер поставил бутылку с водой перед собой, отступил на шаг и сел. Сплинтер взял воду и быстро осмотрел ее. Убедившись, что пить все еще безопасно, он сделал глоток. Спустя несколько минут крыс поставил перед собой уже пустую бутылку, как и каждый день. Через несколько мгновений Шреддер встал, сложив руку чашечкой, и Сплинтер ждал команды. Крыс поднял глаза, глава Фут смотрел на него ну очень уверенным взглядом. — Ко мне. — наконец, прозвучала команда. Сплинтер встал, прошел несколько шагов и упал на колени перед Шреддером. Он положил подбородок на ожидающую руку. — Хорошо, а теперь жди. — продолжил злодей. Нехотя Сплинтер выполнил приказ. Это было так унизительно... Крыс чувствовал, что Шреддер наблюдает за ним, и ждал дальнейших действий со стороны врага. Его сердце колотилось охваченное тревогой. Мастер задержал дыхание, чувствуя, как рука Шреддера слегка напряглась и сжала ему челюсть. — Хорошая крыса. — похвалил последний и напомнил Сплинтеру правило. — Помни, это твой выбор: подчиняться или нет, но ты знаешь последствия обоих вариантов. Ороку Саки протянул свободную руку и расстегнул свои штаны, слегка припустив ткань. Только тогда Йоши понял, насколько близко он сейчас находится к телу Шреддера и для чего была дана команда. Поэтому он вырвал голову из вражеских рук. Шреддер снова спокойно подтянул брюки и на мгновение замер. Сплинтер уже намеревался раскаяться и положить голову обратно на ладонь врага. Но Вместо этого он попятился назад и приготовился к неизбежному удару. Но удара не было и приспешники тоже не пришли. Странно... Сплинтер с непониманием и долей страха смотрел на своего врага, а тот, в свою очередь, просто стоял на одном месте и ждал. Шреддер даже ничего не удосужился сказать в ответ, как будто Сплинтер сам должен был знать, что ему следовало делать. И в каком-то смысле он знал, чего хотел Шреддер. Еще через несколько минут злодей устало вздохнул и снова опустился на колени рядом с крысой. Он потянулся к Сплинтеру, но тот пригнулся к стене. Шреддер взял его за руку, и мастер приготовился к адской боли, которая, как он знал, скоро пронзит его плечо. И снова ничего не произошло. Йоши посмотрел на врага, но его глаза были пустыми и не выражали никаких эмоций. Внезапно Шреддер дернул запястье пленника, и крыс почувствовал, как боль прорезала всю его руку. Он зашипел и попытался вырвать свое предплечье из хватки тирана, но последний крепко держал его, не давая возможности убежать. — Ты будешь меня слушаться или станешь калекой, — злостно зарычал Шреддер. —Этот выбор по-прежнему за тобой. Он выпустил руку соперника и, поднявшись с пола, молниеносно покинул камеру, оставив крыса в одиночестве залечивать свои раны. Сплинтер знал, что сегодня на ужин получит объедки со стола, и игнорировал ноющий желудок остаток ночи. Однако безликий пехотинец так и не появился даже с подносом мусора. Сплинтер пытался сосчитать часы, проведенные в одиночестве, но от этого время шло ещё медленнее. Он спокойно заснул и также спокойно проснулся. В камере по-прежнему никого не было и никто его не будил. Мастер медитировал, казалось бы, уже несколько часов, но никто так и не зашел к нему. Он знал, что Шреддер был зол, но даже для него было необычно не приходить каждое утро, пусть глава Фут и был в дурном расположении духа. Тем более Сплинтер был почти уверен, что ночь уже давно прошла и злодей уж точно не мог спать. Неужели он действительно заботился? Неужели этот изверг знал, что после ущерба больной руке Сплинтер предпочтет остаться в одиночестве? Тут явно что-то было не так. Крыс боялся возвращения Шреддера так же сильно, как и жаждал его. Он знал, что должен быть рад, что диктатор ушел, но он предпочел бы, чтобы этот человек был здесь и злился, чем сидел в своих покоях, ничего не предпринимая.***
По подсчетам Сплинтера, прошло несколько дней, прежде чем Шреддер вернулся. Когда он пришел, то у него уже не было бутылки с водой, но злодей выглядел спокойным. Сплинтер ждал команды. Будет ли он слушать этого ублюдка? Крыс не был уверен... При этом он знал, что ему следует избегать новых травм. Но мастер также не хотел снова «добровольно» приближать свое лицо к Шреддеру. — Ко мне. Голос главы темного клана зазвенел в ушах и Сплинтер невольно сделал то, что ему велели. Встав с места, он прошел несколько шагов и сел на колени подле врага. Его голова опять оказалась в руках Шреддера. — Посмотри на меня, — приказал Шреддер и Сплинтер поднял глаза. — Надеюсь мы собираемся сделать это простым путем? Знаешь, я сегодня не в настроении для игр. Если ты не собираешься подчиняться, я быстро покончу с тобой, а потом и с твоими черепахами. Слова тирана были спокойными, но тон его голоса заставил Сплинтера тщательно взвесить свой ответ. После минуты раздумий крыс кивнул, соглашаясь с упомянутым правилом. Его подташнивало, когда Шреддер выпрямился и крепче сжал ему подбородок. — Отлично. Жди. Через мгновение Саки протянул свободную руку и расстегнул свои брюки. Сейчас он не спешил и подождал отстранится ли Сплинтер от него. Крыс сидел неподвижно. Тогда глава Фут припустил пояс и вытащил свой орган. Инстинктивно Сплинтер хотел было вырваться, но быстро остановил себя. Шреддер ждал, пока пленник решится, и когда Сплинтер не отступил, Шреддер отдал свой следующий приказ: —Открой рот. Сплинтеру хотелось убежать, сопротивляться, драться. Каждая мышца его существа кричала, чтобы он ушел от унижений. Легкие горели, колени болели, уши опустились, желудок сильно скрутило. Несмотря на все это, он открыл рот, но при этом закрыл глаза. Шреддер засунул головку своего члена в глотку Сплинтера, стараясь не поранить чувствительную плоть об острые зубы, и задал медленный темп. Сплинтер знал, что орган Шреддера находился далеко не у задней стенки его горла, тем более, что он входил только на половину своей длины за раз, но... Сплинтеру все равно пришлось бороться с чувством тошноты и отвращения. Казалось, прошли годы, прежде чем ритм Шреддера сбился, и он кончил прямо в глотку пленника. Йоши закашлялся и выплюнул большую часть жидкости на пол. Но все равно ему пришлось проглотить немного, чтобы нормально отдышаться. Шреддер убрался и подождал, пока соперник соберется с мыслями. — Ты хорошо справился, в первый раз. — Шреддер наклонился, погладив Сплинтера за ухом кончиками пальцев. — Мы еще поработаем над несколькими вещами, но ты сделал, как я просил. Молодец. Похититель ушёл, хлопнув напоследок дверью. Крыс почесал там, где Шреддер коснулся мягкой шерсти. Он царапал ухо до тех пор, пока не перестал ощущать затяжное прикосновение, а выступившая кровь не забрызгала его когти. Он отступил в тёмный угол, опустившись на пол. Мастеру хотелось хоть как-то стереть вкус плоти Шреддера со своего языка, но даже воды сейчас у него не было. Он продолжал ненавидеть себя за то, что выполнял приказы этого деспота, словно собака. Но как бы Сплинтера не тошнило, как бы он не чесался и как бы сильно он ни хотел презирать себя, глубоко внутри крыс знал, что за туманными мнениями, туманными вариантами и внутренним беспорядком он действительно делал это, чтобы выжить. Он обязан снова увидеть своих сыновей вне этих бетонных стен.
