Common pet

      На следующее утро Ороку Саки проснулся от звона будильника. Он рассеянно выключил его и тут же перевернулся в постели на другой бок. Глава Фут знал, что утреннее собрание клана было обязательным и что это было его правилом, но все равно собирался его пропустить.       В комнате прозвучал какой-то шорох. Шреддер обернулся и заметил Сплинтера, который присел на своем матрасе, оперевшись спиной о стену. Злодей совсем забыл, что притащил его сюда... Но позже подумал, что лучше будет игнорировать пленника, пока он не использовал его. У него зазвонил телефон, и Шреддер зарычал. Караи никак не могла знать, что он все еще в постели. Он же еще не опоздал на их встречу. Глава Фут перевернулся и ответил на звонок: — Что? — Ты придешь сегодня утром на собрание, отец? — спросила юная воительница, и голос ее звучал так, будто она тоже недавно проснулась. — Разумеется. Вообще-то я готовлюсь. Я же сказал, что буду присутствовать сегодня.       Ну не мог же Шреддер признаться ей, что собирался прогулять встречу... — Ты приведешь крысу? — поинтересовалась девушка. Её тон был довольно обвиняющим. — Я не планировал этого. С чего ты взяла?!       Ороку Саки сел, потянулся и откинул одеяло в сторону. Он увидел, как Сплинтер наблюдает за ним, пока шел к душу, а затем в гардеробную. — Потому что мне показалось, что ты слишком привязался к нему, — прямо заявила Караи, и Шреддер остановился. — И... — Помни свое место, дитя. — злостно перебил кунаичи глава Фут прежде, чем она смогла продолжить разговор. Караи вздохнула и ответила: — При всем уважении, я думаю, нам следует обсудить твоего «питомца». — Как и я, однако, эта собрание должно состояться первым. — Да, мастер, увидимся через несколько минут. - сказала она и повесила трубку.        Шреддер оделся, злясь на Караи, но обдумывая ситуацию. Он был привязан к своему заклятому сопернику? Да не в жизни! Это была лишь игра. Он был полон решимости полностью сломать крысу. Шреддер не привязался к нему, он просто не спускал глаз со Сплинтера, контролируя все его действия. Ведь так?       Глава клана Фут стоял перед зеркалом и думал о словах этой наглой девчонки. Поймав отражение Сплинтера, он стал наблюдать за ним, смотрел как крыса неподвижно лежала на матрасе. Скорей всего последний пытался притвориться, что спит. Саки покачал головой. Ха, он привязался?... А если и да?... Было ли это так плохо? В конце концов, это был акт идеальной мести: держать крысу в живых, пока он сломается и перестанет помнить кем являлся раньше, потеряет суть всего, что было ему важно.       Злодей все еще наблюдал за отражением Сплинтера, в то время как крыс перестал притворяться и снова открыто наблюдал уже за ним. Шреддер знал, что все его домыслы были ложью. Он прекрасно понимал, что его план с треском рушится, потому что ему нравилось держать крысу подле себя... держать в своих руках. Он все больше хотел, чтобы это существо обожало и жаждало только его.       Возможно отчасти Караи была права.       Избавившись от лишних мыслей, глава Фут натянул одежду и подошел к своему столу. Он взял папку с документами, которую закончил прошлой ночью, и аккуратно сунул в неё новую бумагу. Шреддер осторожно почесал не сопротивлявшегося Сплинтера за ухом и вышел из комнаты. Сейчас он проклинал себя, когда запирал дверь своей спальни.

***

      Встреча оказалась такой же скучной, как диктатор и ожидал. Приспешники спорили друг с другом о решение наболевших вопросов, Караи пыталась выступить посредником, Ороку Саки отвергал глупые идеи. Прошли часы, прежде чем решение было принято, и это было не то решение, на которое надеялся руководитель клана. Караи записала в его таблице, единственное мнение, которое имело значение, кроме его собственного.       Саки убрал важные документы со стола, в намерении сложить их в папку. Девушка дождалась, пока комната опустеет, прежде чем встать со своего места и сесть рядом с ним. — Нам нужно это обсудить. Помнишь? — Согласен, — Саки складывал бумаги обратно в карманы скоросшивателя, когда Караи начала свою, явно отрепетированную речь.       Кунаичи помолчала пару минут, прежде чем продолжить беседу. — Мы, вроде, говорили о том, чтобы держать крысу до нужного момента. Ты сказал, что хочешь сломить его до того, как отомстишь в последний раз. Если помнишь, мастер, я не согласилась с тобой и заявила, что ты не сможешь его обуздать. Тогда ты предложил заключить пари. Я была уверена, что тебе будет и месяца мало для выполнения плана. А ты заявил, что достаточно недели... Ты явно сломал крысу за ту неделю... а затем продолжил уничтожать его и дальше после того, как заставил меня рассказать ему о черепахах. Почему тогда он еще жив? Зачем таскаешься с ним?... — Я не обязан оправдываться перед тобой, — глава Фут злобно рыкнул на ученицу. — И я не разрешал тебе брать маски. Это не обсуждалось. Ты должна была просто добить его той фразой.       Кунаичи пожала плечами: — Я хотела помочь... — Дело не в этом. — Саки скрестил руки, раздраженно посмотрев на девушку. —Теперь он не снимет эти тряпки. Он привязал их к своей руке и никому не позволяет их трогать. — Так заставь его, — всякое веселье, которое было в чертах лица Караи, внезапно пропало. — Прошу прощения, что? — Шреддер, конечно услышал слова ученицы, но был в недоумении от ее наглости. Почему это она учила его что и как делать?! — Сенсей, если ты не хочешь, чтобы маски были у крысы, просто заставь их снять, забери их. Он заключенный и полностью под твоим контролем. Тебе не нужно спрашивать его ни о чем. Как-то ты размяк... — Следи за своим языком, дитя, или я его отрежу. — зло предупредил диктатор.        Они оба знали, что Шреддер этого не сделает, но Караи испуганно наклонила голову, чтобы восстановить самообладание. — Приношу извинения, мастер. Я не имею в виду неуважение к тебе, я только боюсь, что ты теряешь себя в своей «миссии» и забываешь о конце этой «игры». — А если и да? — случайно сказал злодей свою мысль вслух. — Прошу прощения, что? — в точности повторила вопрос учителя кунаичи. Сейчас Караи выглядела ошарашенной как никогда. — Ну допустим я продолжаю поддерживать жизнь крысы... Хорошо, пусть так. И почему это плохо по твоему мнению? — Если он придет в себя, то нападет на тебя, а потом и на всех нас, — ответила девушка. — Он опасен, не стоит недооценивать его. — Он полностью сломлен и как ты сказала «обуздан». Он не нападет на меня, а если и нападет, то сейчас он слишком слаб и напуган, чтобы быть опасным. — Шреддер пожал плечами, продолжи собирать документы в папку. — Помню, ты говорил о неком «обуздании», и я думаю, что в случае опасности «промывка мозгов» будет эффективной. Но все же, если он решит восстать, что ты тогда будешь делать? Ты убьешь его? Или позволишь ему прикончить себя? — Достаточно! — громко рявкнул Ороку Саки.       Караи не пристально смотрела на него. — Я довожу это до вашего сведения только из страха за вашу безопасность и вашу репутацию, учитель. — твердо сказала воительница. — Я не понимаю, как, удерживая моего врага на цепи, можно разрушить мою репутацию. — грозно заявил Саки, огрызнувшись в ответ. — А что, если он решит вонзить лезвие тебе в грудь, пока ты спишь?! — возмутилась девушка. — Ты переместил его в свои покои, как будто он не представляет никакой угрозы! — Он сделает это, только если ты отдашь ему клинок. — холодно сказал главарь Фут, посмотрев на ученицу. — Ты знаешь, я бы никогда не сделала этого, но, пожалуйста, постарайся понять мою точку зрения.... — заверила своего мастера Караи. — Ты сказал, что убьешь его в течение недели, а прошло уже два месяца. А ты что сделал? Вывел его из камеры, избаловал и перевел в господские апартаменты.       Кунаичи решила высказать все наболевшее в глаза "отцу". — Я не баловал его, а отмыл перед тем, как привести в свою комнату, чтобы не испортить ковры или простыни. Не более... — Саки знал, что выглядел отчаянно, и, возможно, девушка была в какой-то степени права, но он не мог решить, на какой стороне медали он хотел бы быть в данный момент. — Примите решение здесь и сейчас, учитель, и придерживайтесь его, — решительно заявила девушка. — Либо убейте крысу, как планировалось изначально, либо оставьте в качестве питомца. Однако, если вы выберете второй вариант, вам следует каждый раз напоминать ему, кто тут главный, а кто ведомый.       Караи сдерживала любые суждения в своём холодном обидчивом тоне. Шреддер знал, что ученица ненавидит то, что он держит крысу подле себя. Глава Фут не был уверен, злилась ли она из-за того, что Сплинтер мог быть опасен, или из-за того, что крыса занимала значительное количество его свободного времени. — Какое тебе дело до моего решения? Он редко покидает мои покои. — нет, Саки не оправдываться. Он просто хотел вытянуть из Караи как можно больше информации. — Скажу как есть, отец, — ответила юная кунаичи, взяв всю волю в кулак. — Честно говоря, я не против крысы. Если ты хочешь держать его рядом в качестве домашнего животного, то, пожалуйста, я не против. Только я не собираюсь гладить его, как ты, или что-то в этом роде. Но я думаю, что могу поговорить с ним если захочу. Однако тебе нужно принять решение сейчас. — Я буду держать его, пока он не станет помехой для меня. — решил Ороку Саки. Ему очень не хотелось произносить это вслух.       Караи кивнула в знак согласия, но намеривалась продолжить непростой разговор. — Тогда тебе нужно вылечить все его увечья. — девушка серьёзно посмотрела на своего учителя, не спускаясь с него глаз. — Мне не нравится видеть его в таком ужасном состоянии. Рука крысы вывихнута уже слишком долгое время. Такими темпами потребуется хирургическое вмешательство, если ты постоянно будешь тревожить его травму. — Что случилось, дитя? Это разве не делает его слабым, чтобы он не представлял угрозы? — спросил Саки, радуясь своему доброму сердцу. — Если ты собираешься держать его в качестве домашнего животного, относитесь к нему как к домашнему животному! — Караи тяжело вздохнула, ударив кулаком об столешницу. — Питомцев с травмой плеча либо лечат, либо усыпляют навсегда. — Может быть, я просто удалю его руку, это ведь обычное дело для собак и котов? — Саки задумался, ухмыляясь зверскому плану. — Удалить конечность, чтобы не лечить ее — это новый уровень жестокости... тем более забавы ради. Одумайся! Если хочешь привести крысу в чувство, вылечи его. Я не смогу с ним поговорить, если ты отрежешь ему руку ради веселья.       У девушки уже не оставалось сил на этого упрямца и она устало закатила глаза. — Хорошо, я приведу Стокмана с главной башни, он все исправит.       Саки сделал пометку на стикере, который вытащил из папки. Он позвонит ученому, когда вернется в свои покои. — Спасибо, пап. Тогда увидимся за обедом.       Караи покинула зал первой. Шреддер кивнул ей вслед и тоже ушел через несколько минут.