Побудь со мной

—"Интересно.. все ещё находятся на встрече? Через сколько я по итогам ушёл." – думал об обыденном Цукаса, возвращаясь домой, понимая, что солнце уже скользит за горизонт и скоро наступит ночь, которой он не хотел. Он также думал о Пушке, осознавая, что вет.клиника уже бы закрылась пока он ходит, поэтому он попросил Мизуки забрать котёнка и скинул пароль своей двери. Трогать человека, с которым он почти не общается было неприятно, но также было неприятно думать, что будет твориться в голове у серого создания всю ночь, что он бы провел у ветеринаров. Он бы подумал, что его бросили? Впрочем Акияма был не против, сказав, что: "Всё равно было скучно", а это значило, что Цукаса не отвлек его от важных дел. Как же повезло. —"Вернуться домой, покормить животных, поиграть с ними, переждать последний день и наконец я возьмусь за работу~. Удивительно, что эти два дня были полностью свободные или сейчас выходные?" — смотря в телефон, чтобы убедиться в своих словах, на экране показывало, что сегодня суббота, летнего дня. Значит не ошибся, пока вдали показывалось высокое здание, в котором он жил на последнем этаже. Машину брать не хотелось, особенно после последних событий. —"С другой стороны ходить пешком иногда полезно." — он уже подходил к зданию, пока на улице уже совсем стало темно. Думая о том, чем он займётся сегодня ночью, когда животные лягут спать, в голову идей не приходило. И это вызывало внутреннюю тревогу. —"Надо на всякий заняться готовкой, если на холодильнике все пункты перечеркнуты ручкой." — заниматься тем, что он просто ляжет спать было последней его мыслью, если она вообще возникала у него. Он не хотел ложиться спать, понимая, что он не может ничем себя занять. Проникая в кровь, все спиртное, что он выпил, начало ударяться в голову все сильнее, чем раньше. Он даже мог назвать себя трезвым, но ощущал расслабленный и уязвимый рассудок. Лифт, нужный этаж, длинный коридор, его голова плыла, ощущая лёгкость своих шагов, будто бы он подобает лебедю переступал по красному ковру, дойдя до своей двери, Цукаса плавными движениями стал вводить код, пока датчик не запикал, пуская хозяина внутрь. —Я дома. – сказал Цукаса, чувствуя запах своей квартиры. Он дома, в доме, где его выслушают стены вместе с собакой, где никто не спросит о его самочувствии и сколько он спал, дома, где он может разбить свою же посуду, а после резаться об осколки, собирая их в кучу, в доме, где он может разговаривать в интонации в которой он хочет и никто его не осудит за какой-то не такой тон, эти холодные стены только промолчат, а корги стерпит любое его дерьмо, даже если он будет говорить, что его в этом мире держит только забота о нем. Сумо встретит его с работы с самым лучшим настроением и рассказывать ему о своём дне, легче чем любому человеку. Его уже должны были встретить. Но в квартире была тишина. —Сумо.. Пушок..? — его так никто и не встретил, а в квартире не было звуков гремящих игрушек, топот лап со звонким скулежем и мурчанием, не было контакта пушистой шерсти с его брюками. Цукаса насторожился, услышав только как об окно бился железный провод на улице, что раскручивался от ночного ветра. Он включил свет в коридоре, наконец понимая, что стоял возле чужих ботинок. Мизуки ещё не ушёл? Тогда почему он молчит? —Мизуки, если ты хочешь меня напугать, знай я страшен в гневе! – уже громче сказал он, поставив свои ботинки по соседству. Но ему так никто и не ответил. Цукаса мог это сослать на хорошую шумоизоляцию, с которой он и искал квартиры, наверное, что и послужило тому, что на него не жаловались соседи ни разу. Он стал открывать все двери, начиная с кухни. —"Мизуки их покормил? Вух! Значит они спят! Я уже испугался." – в мисках был остаток еды, он улыбнулся, понимая, что животные сыты и просто легли спать, хоть он и не просил Акияму об этом. Все комнаты были открыты, осталась только одна, что была в зале. Аккуратно ступая в темноту, уже хотя поблагодарить Мизуки. Он увидел как свет лампы упал на силуэт с фиолетовыми волосами. Цукаса отступился назад, пытаясь остаться незамеченным, пока Руи мог слышать как дверь сзади его скрипнула. Прекращая гладить животных, которые спали в своих лежанках, он повернулся к Цукасе. —Я даже не услышал, как ты прише... — Руи замолк, посмотрев в чужое лицо. — Цукаса-кун? – Он смотрел в оранжевые глаза, в лицо, когда Тенма молча смотрел, пока его фигура отдалялась от Руи. — Что случилось? — он встал с корточек, стараясь не разбудить животных, подходя к Цукасе, пока тот наоборот отходил от него ещё дальше и дальше, смотря на Камиширо. —"Таблетки же сработали, тогда почему я снова вижу его в своей квартире?" — В голове мелькали все их прошлые встречи, которые уже смогли отпечататься в его сознании. Как его душили в собственной машине, как следили злыми глазами за ним, дыша в спину. Но сейчас.. силуэт выглядел по другому? Это не было его озлобленной, подростковой версией. Это был образ режиссёра, которого он встретил на совместной встречи. Завязанные волосы в небольшой хвостик, темно зелёный пиджак, с широкими штанами коричнего цвета, именно в таком образе, он его встретил. Цукаса запутался окончательно. Что сейчас было реальностью, а что было тем, от чего он покупал лекарства. Он .. выглядел по другому или его мозг уже успел запомнить его внешний облик, чтобы вызвать доверие? Его же разум использовал самого родного ему человека против него и это было самым отвратительным. Цукаса поклялся от этого избавиться, но сейчас надо было думать над своими действиями. Если в данный момент это настоящий Руи, то Цукаса не хотел показывать ему свой внутренний страх, и что этот страх был связан с ним самим. Тогда Кашимиро точно бы начал считать, что он противен Цукасе. Этого боялся Цукаса ещё больше, чем собственной смерти от мёртвых рук на горле. —Р-руи..? – понимая, что мог выглядеть странно, но надеясь, что не смотрелся испуганным, выпалил из себя Тенма. — Что ты тут делаешь? — лицо Кашимиро, что выглядело удивленным, наконец сменилось на улыбку, будто бы все вставало на свои места. —Оя? Так Мизуки тебе не сказал? .. — Кашимиро почесал затылок, размышляя об сложившейся ситуации, продолжая стоять на месте, чему Цукаса был внутренне рад, ведь для начала должен был узнать кто именно стоял сейчас в зале. Руи хихикнул, продолжая говорить. — У него после твоего звонка появились "неожиданные и срочные дела" поэтому он отдал твою просьбе мне. У тебя очень милые питомцы, Цукаса-кун. —"Это правда? Нет, я не могу в это поверить, пока не смогу убедиться сам, прости меня, Руи." — он начал быстро набирать сообщение одному контакту. Пока Кашимиро улыбчиво ждал, когда Цукаса допишет. —Ты забрал котёнка? – стараясь не выглядеть странно ещё и для Мизуки, написал он. —Ну... у меня появились срочные дела, поэтому я попросил об этом другого человека. — и Мизуки всегда находится в сети, чтобы моментально отвечать? Тенма уже успел почувствовать облегчение, понимая, что все складывалось, как снова напрягся. —То есть ты дал пароль от моей квартиры, другому человеку..? —Фуфу, ты же сказал, у тебя ничего ценного там нету, а ты так и не вернулся домой? —Уже вернулся. —О, человек успел уйти? Цукаса посмотрел на Руи, который снова гладил его животных. —Да нет, рядом сидит. —Хехе, тогда я продолжу заниматься своими мега важными делами, пока-пока~ . Не успев покрыть Мизуки всеми английскими словами, которые он выучил, модельер уже успел свалить из сети, оставляя последнее слово за собой. Цукаса цыкнул, но узнал, что Руи перед ним был настоящим, а сейчас для него это было самым важным, но на всякий случай, он выпил ещё одну таблетку, сбегая в ванную, только сейчас задумываясь, что Кашимиро мог видеть его скелетов в шкафу, его препараты. Он просил Мизуки лишь занести кошку, ссылаясь на то что, он не успел убраться в своей квартире, но не знал распространялась ли эта просьба на режиссёра, который к тому же успел их покормить и уложить спать, как заботливая мама. Цукаса вздохнул, садясь рядом с Руи. Ему не нравилось, что он мог или сможет узнать о нем, что не должен, но и не мог просто так его выгнать. Сердце с вежливостью не позволят. —Спасибо, что покормил их. —Ты оставил корм на столе, поэтому думаю им повезло. Потому что я не стану лазить по чужим шкафам. — Руи был понимающим человеком и мог доказать это в любой своей фразе, хоть и был по своей природе любопытен. Но Цукаса знал, что его любопытство не мешает комфорту других людей. — Как их зовут? Актёр накрутил волосы на палец, называя имена своих любимцев. Мимо Руи не пройдут детали, особенно то что котёнок Цукасы был так похож на кота Эму. И даже имел такое же имя. Раз Руи был у него дома, значит встреча уже закончилась. Цукаса был даже рад, что успел незаметно уйти, не планируя заводить новые знакомства и делиться своим номером... погодите. —Руи. —Хм..?. —Откуда у тебя мой номер? —Фуфу, боюсь если ты узнаешь, мне не избежать своей смерти. —Боюсь если ты не скажешь откуда, то так и будет. Руи драматично схватился за сердце. —Ах, Цукаса-кун угрожает мне! Вот уж не думал, что ты станешь таким злым! — Кашимиро всхлипнул, вытирая несуществующие крупицы слез. —Вот кому надо было уступить главную роль. —Ах, мировая звезда, похвалила мои способности, я навсегда это запомню. — Цукаса бы соврал, если бы сказал, что сейчас не улыбался, смотря на дурачества Кашимиро. Он выглядел таким.. таким самим собой, когда наворачивал перед ним драму точно также, как и 7 лет назад. Но вдруг его лицо стало более серьёзным, сбивая звезду с толку. — Кстати насчёт этого. Были ли когда-то ещё попытки покушения на тебя? – Теперь и лицо Цукасы стало серьёзным, он напрягся насколько смог, чтобы вспомнить что-то похожее. —Мне пытались подмешать в стакан афродизиак несколько раз, но не думаю, что это может быть как-то связано. — Цукаса смотрел на серьёзное лицо Руи, который явно о чем-то думал. —И как на вкус? —Руи! —Шучу-шучу, да, не думаю, что это может быть связано. У тебя есть среди актерского состава бывшие? —Причём тут это? —Сейчас от этого зависит твоя безопасность, думаю важно знать потенциальных подозреваемых и рассказать об этом полиции. Цукаса покраснел, даже если это и было ради его безопасности, но вопрос все равно был для него личным, однако Камиширо был прав, сейчас важны детали даже если он ощущал свою горечь в горле. —У меня не было отношений. — Чтобы не дать времени это обдумать, Цукаса сразу продолжил. — Я думаю это были завистники. Если бы я умер, у кого-то могла бы возможность забрать мою роль до начала съёмок. Возможно он уже скрылся, ибо понял, что я пойду в полицию. — достав из кармана сложенный документ, он показал его Руи. — Здесь подтвердили, что в саке действительно было содержание стеклянной пыли. Но не повлияет ли это на съёмки? Если в лаборатории работала понимающая девушка, то не думаю, что в полиции об этом не разгласят. Может я отдам анализы потом? —И позволишь потенциальному убийце скрыться? —Но.. из за прошлого режиссёра у фильма итак дурной осадок, я не хочу портить его своими проблемами. К Цукасе прикоснулась рука, поглаживая его волосы. —Цукаса-кун.. тебе действительно важен фильм больше самого себя? — он дернулся от внезапного жеста, чувствуя как его щеки снова становятся красными, его волосы приятно теребят, действуя успокаивающе. —"Верно, потому что всем будет глубокого наплевать, ведь главное, что не умер, а значит обязан продолжить свою работу." —"Но расстраивать тебя, я не хочу." —Хорошо, я подумаю завтра, что можно будет сделать. Но подумай сам. Я мог легко подсыпать эту пыль себе сам и наделать шуму, чтобы быть более заметным и выпросить жалость к себе. — Он видел как лицо Кашимиро стало более задумчивым. — Надо собрать больше доказательств, что это было именно покушением, а не моей корыстной мыслью испортить чью-то репутацию. Человек может думать, что я обращусь в полицию и поэтому пока не показываться, чтобы не выдать себя. Я буду в безопасности и можно будет собрать больше улик. Руи уже хотел возразить, но понимал, что сам не раз сталкивался именно с тем, что описал Цукаса. Актёр закатывает истерику, начиная заседание суда, на котором заявляет только то что ему вздумается. Плачет, вызывая поддержку своей аудитории, пока "виновника" начинают травить. Как бы Кашимиро не хотел, чтобы дело поскорее раскрыли, но слова Тенмы были логичны, он посмотрел на Цукасу снова, в момент его зевка, он зевнул за ним по цепной реакции, вспоминая, что уже поздно. —Хорошо, только будь осторожнее. — Цукаса выдохнул, слыша как Руи встал со своего места. —Фуфу, кажется уже темно, Цукаса-кун. — для Руи это было обычной фразой, пока для Цукасы напоминанием, что только благодаря Руи, он все ещё не вслушивается в тишину своей квартиры. — Думаю, я уже пойду. Спокойной ночи, Цукаса-кун. —"Мы же так хорошо говорили.." —Уже уходишь домой? —Да, тебе нужно поспать, ты видел свои чёрные дыры под глазами? —Хаха, думаю ты прав, спокойной ночи, Руи. —"Я просто не хочу, чтобы мы дальше об этом говорили." —Тогда я пошёл, до понедельника, Цукаса-кун. Руи отряхнул свои штаны от шерсти, подходя к входной двери. Цукаса мило улыбался, смотря как Камиширо скрывается за его дверью. —"Спать...? Ох, нет, мой дорогой Руи, мне ещё рано спать. Я не лягу, пока мой организм сам же не упадёт на пол, чтобы я не мог много думать. Нашему мозгу становится скучно, когда мы неподвижны и ничем не отвлечены и тогда он начинает придумать множество различных картин и размышлений, как прошёл наш день. Понимаешь, Руи, я боюсь спать и боюсь думать, что мне придётся неподвижно лежать и ничем себя не занимать. Сейчас я пошёл на кухню, смотря на список своих дел. Пусто. Как неожиданно и неприятно. Тогда я беру нож, которым хотел вскрыть себе живот до появления Сумо и начинаю готовку еды. Заварное тесто, в которое нельзя добавлять сахар, чтобы его форма не испортилась, различная начинка, которая уже придаёт сладкий вкус. Наверное я кому-то это подарю, потому что мне запрещают сладкое. Приходит час, а мои ноги до сих пор стоят на ногах. Ноги стоят на ногах.. не важно, продукты в холодильнике заканчиваются, а я все ещё делаю различные сладости, после которой убираю свою кухню. Проходит третий час, мои глаза болят и закрываются самостоятельно, это отличный знак, а значит можно продолжать далее. Я сделал порядком все, что только умел и пока продукты окончательно не кончились. Это плохо и я ищу чем можно заняться ещё. Это скучно, но занимает меня. Я ищу в шкафах различные вещи и вижу, как на дне лежал клубок пряжи, не думая, я его беру и иду искать кручок и вязать, вязать, вязать по обучающим роликам, у меня получилась связанная сова, без глаз, однотонного цвета, с кривыми узлами, но в целом это выглядело хорошо. Пятый час, я иду искать чем заняться ещё. Пряжа кончилась, это так плохо, чем можно заняться ещё в этом доме? Я продолжаю поиски, пока моя голова начинает трещать от недостатка сна, пока в конце концов я не падаю на кровать, как бы не хотел этого. Я проиграл и не смог вырубиться вовремя, как грустно. Я закрываю свои глаза, понимая насколько легко отнёсся к своему проигрышу или мой мозг сделал меня более без чувственным? Первая истерика это горечь на языке, а их продолжительность уже пункт в распорядке дня. Относиться к чему-то более холодно- это нормально. Если мы на все ярко реагировали, от нас бы ничего не осталось. Я думаю о Руи, думаю почему не попросил его остаться с собой. Чтобы не выглядеть в его глазах жалким и тратить его время? Он так часто называл меня звездой, что я хочу продолжать для него сиять далее. Я вспоминаю, когда меня впервые дернули за волосы, потому что увидел грустное видео. Я тогда плакал и хотел рассказать маме, что мне грустно." —"Это твои проблемы, что ты смотрел на это, причём тут я? Вот скажи? Ты старший ребёнок в семье или кто? У тебя сестрёнка младшая родилась, ты должен её защищать, а не плакать из-за видео, позорище. Не перестанешь ныть, вообще с папой поделюсь, он очень обрадуется, так что не трать моё время. Не впутывай других в свои проблемы, тебе никто не поможет, только ты себе сам." —Да, ты права, мама. Все свои проблемы, решу только я сам. Спокойной ночи, Руи. В мыслях почему-то оказался момент, когда он только заселился в эту квартиру. Это было несколько лет назад, а он все ещё помнит, свои фантазии, как его утешал Камиширо в своём гараже, думал о том, как могло быть иначе. Сейчас же ему все равно, стыдно за них или же нет. Это фантазии, о которых никто не узнает. Поэтому он обнимает свое одеяло, представляя где были бы ноги, где туловище, а где голова. Он сплетает свои ноги с чужими, обнимая Руи за шею, целуя его щеку. Он пытается закрыть свои глаза снова. Понимая, что у него это не выходит. Находясь будто бы в своём мозге, наблюдая за комнатной с большого экрана, он видит спящего Руи к которому не может прикоснуться, как и контролировать свое тело. Он может только поворачивать свою голову и следить за чёрной фигурой в углу спальни. Тенма неподвижно смотрел, как его настигнет паралич, даже если он уже видел его, это все также оставалось неприятным. Страх перед неизвестностью от которой нельзя убежать. *** Дверь закрылась, оповещая, что кто-то зашёл в дом. —Я дома. – проговаривая свои слова, в ответ ему предстала тишина. Холодного цвета стены, одинокий коридор и равнодушная тишина. —"Интересно, Цукаса-кун ощущает тоже самое, когда возвращается домой?" – вступая дальше порога, он услышал смех и разговоры по телефону, понимая, что все таки он не один. —Хехе...хм? Привет, Руи. – занято ответили ему. – Ужин на столе. —Хорошо, спасибо. — не успевая сказать, как его уже игнорировали и продолжили разговаривать по телефону дальше. Хорошо, он не станет ей мешать. Он также равнодушно ушел на кухню, где уже остыла еда. Его даже не спросили, почему он задержался на встрече. Может, он бы и хотел спросить любят ли его ещё (или впринципе, когда-то любили), но просто не станет, потому что ему все равно было на самом деле наплевать. Брак по расчёту. Он давно не носит свое обручальное кольцо, как и его жена, не видя в этом смысла. Они не близки друг-другу и никогда близкими не станут. Их брак выгоден их родителям, что соединили свои компании и смогли обеспечить им сладкую жизнь. Руи даже сам не понимал почему работал, ведь мог жить за счёт чужих денег, главное не жаловаться на их бракосочетание и жить как раньше, но его это не устраивало. —"Интересно.. было бы нам также все равно, если бы мы изменили друг-другу." — задал сам себе вопрос Руи, может, он и хотел бы его спросить у жены, но не думал, что та со своими длинным языком не растрепает все их родителям. Но...какая разница сейчас? Может он и хотел ощутить от брака тепло и чувство любви, но в конце концов понял для самого себя, что не хочет так жить дальше. Да и этот овощной суп задел его сердце. Интересно, как там сейчас, Цукаса-кун. Он так на него обижен и зол, но так не может снова ощущать холод этой квартиры. Пока в квартире Тенмы были милые питомцы и милый хозяин, с которым хотелось также придумывать идеи, но он все убегал и убегал от него. Сначала убегал от своих проблем, а потом убежал их труппы и от самого Руи, слушая дудку своих родителей. —"Насколько же тебе плохо на самом деле, Цукаса-кун? Как сильно они тебя сломали, что ты так замкнут в себе? Фуфу, мне так обидно, но так хочется увидеть твою настоящую улыбку." — Руи хихикнул, понимая насколько с бывшим другом, он тепло себя ощущал. Понимал, что больше не хочет оставаться тут, стоило в его жизни снова появится Тенме, что будет его принимать. Правда ведь? Но он больше не отпустит просто так Цукасу, как бы он не продолжал убегать от всех людей, просто потому что его так учили в детстве. Потому что он его догонит. —Ты куда? – сказала его жена, которая уже собиралась ложиться спать, видя только радостное лицо своего мужа, который чуть ли не прыгал, собирая сумку с вещами. Её упорно игнорировали, на что она только махнула рукой и ушла спать. Его действия были настолько внезапными и импульсивными, но он понимал, что ни о чем не пожалеет, напевая песню из их постановок. Он так давно не пел, что звук получился не самым чистым, а ноты тянулись с трудом, но его это устраивало и поднимало настроение. Сумка была небольшой, только с самым необходимым. Документы, трусы, зарядка, игрушка утконоса. Здание хорошо охранялось, но уже успел рассказать охраннику кто он такой, кто такой Цукаса, какая у него квартира и в добавок показать всю его галерею с совместными, школьными фотками. Руи кое как дополз до лифта и начал подниматься на нужный этаж, взявшись за свои ноги. Он даже и не думал, что их дома могут находиться на двух разных сторонах города и что ему придётся сюда идти уже во второй раз подряд, было только неловко, что ему придётся разбудить Цукасу, но его внутреннее чутье подсказывало, что ему нагло наврали о том, что лягут спать. Руи было столько всего интересно! Столько времени прошло и он так хотел снова узнавать об этом парне все новое и новое, он даже ему простит все эти года разлуки, если Цукаса признается со сколькими людьми он соглашался, что стоит поспать, пока косметика скрывала его два огромных синяка под глазами. Он обязан это выяснить! О! Его этаж. Мысленно он уже извинился, что потревожит Цукасу, а ещё мысленно не мог терпеть в любопытстве правдива ли его теория или нет. Стук в дверь. Никто не открывает. Ещё один стук в дверь. Опять тишина. —Нет, я его сейчас убивать начну. Действительно спит??? Руи просто не мог в это проверить! А может Цукаса просто не захотел открыть дверь? Эх, ну что ж. Придётся сегодня спать на улице. Руи уже героически хотел принять свою судьбу, как увидел вдали коридора одинокую фигуру, что курила на балконе в домашних шортах и майке. Цукаса потягивал тяжкий дым, задыхаясь в кашле, будто бы из него сейчас выбьют всю душу. Было бы неплохо. Делая очередную затяжку, что проникала в его лёгкие, он снова словил приступ кашля и облокотился на перила, выдыхая из все остатки воздуха. Он уже хотел делать очередную затяжку, как со страху дернулся, когда его спины коснулась чья-то рука, роняя сигарету вниз. —Так и знал, что ты не спишь. —"Ах.. это Руи." —Я проснулся. Захотелось покурить и потом лечь обратно. – Цукаса уже хотел взять пачку сигарет, как её выхватила чужая рука, поднимая свою руку вверх, не давая Цукасе до нее дотянуться. —Давай признаем, что это не твоё, я видел как ты задыхался, а значит только начал. Не губи свое здоровье вредной привычкой, когда есть шанс.— Руи видел то самое лицо человека, который не смог скрыть свой секрет и признавал это. —У меня не получилось заснуть, а мне кто-то по незнанию подарил хорошие сигареты. Но мне интересно, что ты тут делаешь. —Мне негде ночевать, поэтому я пришёл к тебе. ~ Оранжевые глаза округлились в недоумении. —Погоди, ты же ранее говорил, что идёшь домо- —Я буду разводиться. —....? —Руи, я же правильно понимаю—.. —Я был женат по расчёту довольно долго, но смог признаться себе, что не хочу иметь ничего общего с тем человеком только сейчас. Тенма простоял ещё недолго, пока в его голову приходило осознание, что он фантазировал и даже дрочил, на человека, у которого все это время была жена. Цукаса конечно понимал, что не иметь любовных уз за столько времени наверное мог только он, но в его голове даже мысли и не было, что Руи преуспел быстрее чем он. Цукаса опустил голову, принимая, какой он дебил. Сколько им лет вообще. Двадцать пять? Руи потрепал своего друга по плечу, понимая насколько Цукаса сейчас был удивлён. —Мы даже не носили обручальные кольца, поэтому я не жалею о своём решении, но на пока я могу остаться у тебя? —"Остаться у тебя.. " – эхом прошлось в его голове. —"Остаться у меня........" – Цукаса действительно был не против, но также понимал, что теперь в его доме будет находиться человек. Безусловно дорогой ему человек и от этого было ещё беспокойнее. Ведь именно для таких людей он хотел продолжать оставаться яркой звездой. Это было так иронично, что он может себе позволить что-то ляпнуть незнакомцу, понимая, что они видят друг-друга первый и последний раз. Но не мог позволить этого с родными. —Конечно. – все же ответил Цукаса Все таки он был рад. Его собственные мысли преследовали его только, когда он оставался один, а тут выпала такая возможность. Он подошёл к своей двери, просто так её открывая, Руи подумал, какая бы реакция была у актёра, если бы он просто так открыл дверь и расставил свои вещи. —Чувствуй себя как дома, эти дни, я найду, что постелить. —Фуфу, спасибо большое, что согласился. Тенма стелил постель, попутно спрятав свои лекарства и блокнот, в котором записи тянули на пять пожизненных. Многофункциональность. —Спокойной ночи, Цукаса-кун. —Спокойной ночи, Руи. Наконец Цукаса сегодня задумывался о том, что сегодня он сможет хорошо поспать. А также думал о том, что ему завтра все равно придётся встать раньше.