Ты мое проклятье

"Эмоциональная открытость и желание проявлять любовь идут рука об руку с физическим удовольствием в постели."

(с) Сью Джонсон. Чувство любви. Новый научный подход к романтическим отношениям.

Сатору коротким, но очень соблазнительным жестом облизнул внезапно пересохшие губы. Грудная клетка медленно поднялась, расширяясь, а затем быстро опустилась обратно, когда маг сделал шумный опаляющий выдох, стоило колену Эйши прислониться к его паху. Пальцы сжались на плетеных подлокотниках, заставляя дерево жалобно хрустнуть, а голубые глаза медленно прикрылись. Годжо явно боролся с собственным самообладанием. С одной стороны, хотелось взбрыкнуть, ведь природа мужчины и доминанта не хотела мириться с таким положением, требуя немедленно взять девушку за тонкую талию, перекинуть через плечо и утащить в направлении уж если не спальни, то ближайшей удобной поверхности. С другой, надо ведь иногда давать любимой волю и не глушить ее инициативу на корню. Удовольствие в сексе должно быть обоюдным, как и инициатива, исходящая от партнеров. Снова жалобный скрип дерева. Вторая половина сейчас одолела мужскую природу, придавила ненадолго. Годжо пообещал сам себе, что сейчас девушка может развлекаться, но потом он воздаст ей по заслугам в двойном размере. Эйша не могла без улыбки наблюдать за тем, как Сатору медленно принимал решение в ее пользу, приструнял свои сиюминутные желания, тяжело дыша от терпения и возбуждения. Зрелище очень интригующее и приятное, девушка даже не стала прятать самодовольную усмешку, пристраивая второе колено между бедром мужчины и подлокотником кресла, приспускаясь, прогибая поясницу, но не садясь Годжо на колено до конца. - Хороший мальчик, - не удержалась Нэкоцу и от наполненной лукавством интонации, даря в награду короткий, даже невинный поцелуй, чтобы не искушать Сатору мыслями о том, чтобы забрать инициативу обратно. В конце концов, он сам позволил, и девушка была намерена этим воспользоваться. Поцелуй на острой скуле, рядом с ухом, большой палец погладил кромку раковины и прижал мочку, нырнул в ямку под ней. Ладонь перешла с затылка на шею, прижимаясь всей поверхностью к коже и ощущая провалы мышц и выступы косточек, оглаживала, словно расчищая и готовя путь для дальнейших поцелуев. Пока спускалась, губы облюбовали ухо, оставив на хрящике горящий полуукус, присосали мочку и переключились на шею, с которой можно было обойтись чуть грубее. Обхватить приглянувшийся участок кожи, целуя сильнее, только подумав отпустить и с новой силой ловя, сжимая губами, проходясь языком и тут же стирая влажный след. Еще разок таким образом заставить кожу покраснеть, и вот к общему действу подключились зубки, ловко переходя на новую территорию, чтобы не довести до боли и засосов. Рука тем временем незаметным образом добралась до груди, спустилась на пресс, кончиками пальцев угадывая рельеф, минуя напрягающиеся кубики и следуя сразу к самому интересному. Разве что Эйша не удержалась и провела от пупка и до резинки белья кончиками ногтей, легонько царапнув Сатору по нервам, хихикнув от того, как он вздрогнул и вновь со скрипом сжал подлокотники. Немного отодвинув колено, девушка позволила руке протиснуться ниже, неторопливо и с явным наслаждением погладив пах, одновременно более смазанными и сильными поцелуями осыпая кадык, забираясь под челюсть, заставляя запрокинуть голову назад. Потому-то маг и не заметил, в какой момент Эйша облизнула собственные пальцы, проникая под белье, ловя и смачивая головку, покружив скользкими подушечками по ней. А не взбрыкнул только потому, что девушка вовремя поймала Годжо поцелуем, уже более тягучим и глубоким, но все же доминирующим, сочетая его с движениями руки и загоняя язык глубже в тот момент, когда сильнее обхватывала член, отодвигая крайнюю плоть. Однако и тут не дала магу ни насытиться, ни опомниться, не допуская его атаки, разрывая поцелуй ровно в момент, когда он готовился на нее наброситься, и с победоносной улыбкой соскользнула по его телу вниз, пристраиваясь между ног. Сатору оскалился, морща нос, все больше походя на дикого белоснежного волка со вздыбленной шерстью, у которого так неосторожно смеют забирать то, что он по праву считал своим. Магу приходилось нелегко, заталкивая свою природу доминанта поглубже, вешая на внутреннего зверя цепи и замки, чтобы он так быстро не обламывал девушке малину. Приходилось шумно дышать, морща нос, показывая белоснежные зубы и клыки, чуть выбивающиеся из общего ряда. Воздух резко врывался в легкие, старательно вентилируя их. Однако Годжо не смог удержаться от маленькой мести - одна ладонь отпустила подлокотник, готовый переломиться в любую секунду от той силы, с которой его сжали, пришлось тряхануть рукой, разгоняя напряжение, возвращая нормальный кровоток. Пальцы мягко легли на рыжую макушку, скользя вниз, путаясь в прядках, собирая их в хвост, чтобы Эйше не мешались ее же собственные волосы. Нет зрелища прекраснее непокорного мужчины, ради женской прихоти пытающегося загнать себя в ярмо послушания хотя бы на время. И это не могло не вызывать у Нэкоцу неподконтрольную улыбку, довольную, широкую и соблазнительную, словно девушка была каким-нибудь демоном похоти и очередная жертва попалась в ее лапы. Не без помощи Годжо белье на нем было приспущено, а спустя несколько секунд раздумий Эйша его и вовсе сняла, намеренно прижимаясь животом и грудью к магу, подобно змее скользя немного вверх, чтобы оставить несколько поцелуев на каменных мышцах вдоль грудины, забраться язычком в ложбинки пресса, даже слегка укусить за кожу около пупка. Капля слюны помогла руке двигаться легче и приятнее, размазывая прозрачную жидкость по стволу, натягивая складки кожи, и обратно, скрывая головку, сжимая с особенным вниманием и усилием. Повторное движение и оголившаяся вершинка попала в плен жаркого рта без лишних прелюдий и издевательств. Губы сомкнулись, язык закружил и обласкал, сдобрив щедрой порцией слюны, и Эйша двинула головой назад, сужая колечко губ, ослабляя только на самом кончике и неожиданно подаваясь обратно вперед, заглатывая на этот раз гораздо больше. Не до самого горла, но приятно обхватывая ствол, совершая движение, за ним еще одно, складывая перед губами еще и пальцы, довольно быстро ужесточая темп. Сатору теперь дышал шумно и очень быстро, иногда на выдохе можно было даже уловить нотки голоса, а пальцы с силой начинали сжимать пряди волос, приятно натягивая, но при этом не причиняя боли. Очень яркая реакция, возбуждающая и такая открытая, которая попросту рвала выдержку, заставляя Эйшу желать все больше и больше. Не только этих шумных вздохов, а настоящих стонов, чтобы маг оказался хотя бы на этот сладкий миг полностью в ее власти, наслаждаясь процессом. Годжо даже иногда не мог удержаться и немного двигал бедрами, проталкивая головку капельку глубже, а рукой задавая более неспешный и изнурительный темп, позволяющий наслаждаться процессом, а эмоции не искрить фонтаном. Тепло и мягкость рта, юркий язык, слюна, что облегчала скольжение - все это было слишком прекрасно, показывая, насколько Нэкоцу умела и в этой части утех. Вторая ладонь легла рядом с первой, окончательно задавая темп, не позволяя Эйше доводить его до безумной грани с ослепительной вспышкой разрядки. Мага тут же одарили недовольным взглядом исподлобья. Эйша повиновалась заданному темпу, усыпляя бдительность Сатору и расслабляя горло, подаваясь заметно ближе, когда он этого не ожидал. Головка проскочила по корню языка и скользнула глубже, уперевшись в глотку, девушка подалась немного назад, но не настолько, чтобы позволить члену выскочить обратно в рот. Снова вперед, еще немного дальше, опять мелкое по амплитуде движение, но этого хватало для стимуляции самой чувствительной части. Вдобавок женские пальчики скользнули со ствола ниже, решив нанести Годжо новый удар ниже пояса и аккуратно смяв округлую плоть, перекатив между длинных ноготков. Сатору шумно охнул, непроизвольно дернувшись, член стал еще больше, сильнее налился кровью, даже, кажется, стал еще тверже, растягивая горло Эйши. В какой-то момент маг даже не удержался, немного грубо загоняя ствол до самого конца, достаточно медленно, чтобы Нэкоцу не задохнулась от неожиданности, несколько секунд насладился теснотой и пульсацией от попыток девушки сделать вздох, после чего сжал пальцы на волосах посильнее, потянув, вынуждая выпустить член из тугого плена горла и теплого рта, издавая приглушенный стон. Вдох. За ним выдох. Чтобы понизить градус подскочившего до опасной отметки возбуждения, сбивая с себя спесь. Большой палец прошелся по мокрым от слюны губам, стирая излишки влаги, наклон вниз, одновременно с этим положить ладонь под затылок на шейку, заставляя Эйшу выпрямиться, оставаясь все также на коленях, даря благодарный поцелуй, который показывал, сколько наслаждения сейчас получил маг. Но одновременно с этим предупреждая, что пора бы равнять счет. Не без сожаления Эйша смирилась с тем, что время ее правления закончилось и пришел черед Годжо мстить ей за ее проделки. А так хотелось закончить начатое, услышать немного больше стонов из мужского горла, увидеть нетерпение и то, как захлопнутся голубые глаза от удовольствия. «Ладно, как пожелаешь», - со вздохом все-таки подчинилась девушка, подавив в себе желание скользнуть к члену рукой и вызвать на себя тем самым гнев. Вместо этого повела плечиками, давая шелковому халату спуститься с них в сгибы локтей и дальше, упасть на пол, обнажая женскую фигурку в нижнем белье винного цвета. Встав с колен, Эйша прижалась телом к Сатору, заскользив вверх, чуть прогибаясь, отчетливо ощущая, как мокрый член оставляет за собой продольный след на ее животе, а драгоценный камушек в сережке пирсинга слегка царапает чувствительную кожу, по которой следом проходился шелк нижнего белья девушки. Сатору как раз хватило этого времени, чтобы немного прояснить разум, не срываясь во все тяжкие и не нападая на девушку как какое-то дикое животное. Коварная улыбка появилась на губах мужчины, когда он оставил звонкий, но безболезненный шлепок на ягодице Эйши, тут же принимаясь наглаживать ладонью пострадавшее место, разгоняя кровь, сжимая кожу пальцами, даже немного царапая ногтями через ткань, оставляя белеющие полоски, которые в скором времени станут розовыми. Ладонь исчезла довольно неожиданно, зацепляя пальцами застежку лифчика, расстегивая тугие крючки, вторая рука легла под ягодицы, приподнимая, заставляя обхватить коленями крепкий торс по бокам, поднимаясь из довольно удобного, но совершенно не подходящего для намеченных целей кресла. И все это не разрывая тягучего, очень глубокого поцелуя, языком исследуя чужой ротик, подчиняя своей воле. Эйша обхватила руками Сатору за шею для общего удобства, перед этим избавившись от расстегнутого мешающегося бюстгальтера. Сначала зацепилась за плечо мага одной рукой, со второй сбрасывая бретельку, затем поменяла руки и где-то на пути из кухни в спальню скинула более ненужный элемент одежды. Обняла, запуская пальцы в белоснежные волосы, прильнула и подтянулась по мужскому телу чуть выше, крепче обнимая ногами за пояс и подключаясь к неторопливому поцелую. Раз уж Годжо не смущал вкус смазки на ее губах, впиваясь в него сильнее, отвечая на движения языка и тоже не отказывая себе в удовольствии иной раз поймать его нижнюю губу и оттянуть, пройтись по ней зубами. Сатору не собирался отказывать девушке в этом удовольствии, перемещая одну руку в сторону, крепко обхватывая ягодицу, на вторую легла другая ладонь, сжимая пальцы, натягивая кожу, заставляя половые губы приоткрыться, отчего смазки стало на тонкой ткани еще больше. Еще ближе, чтобы прикоснуться подушечками к сжатому колечку мышц и немного входу, чувствуя, как там горячо и мокро. Поцелуй от этого только ужесточился, глубже проскальзывая языком, не давая дышать на какой-то миг, наводя свои порядки, лаская растерявшийся на несколько секунд язычок, оглаживая зубки. Наклоняясь, почти падая с Эйшей на постель, сильнее вжимаясь членом в напряженный клитор и половые губы через несколько слоев ткани, проскальзывая вверх, чтобы усилить ощущения, имитируя основное действие. Теперь уже с женских губ сорвался легкий стон, пальцы более нетерпеливо сомкнулись на плечах мага, даже капельку болезненно захватывая кожу, несильно царапая. И нужно было бы отползти от края кровати подальше для дальнейшего удобства, но Нэкоцу не могла не поддаться соблазну наоборот быть как можно ближе к Годжо, спуская ноги на постель, чтобы не мешать ему двигаться. Но одну шкодливую загребущую руку все же быстренько спуская по его груди и прессу вниз, в последний момент обрывая свое желание приласкать и без того возбужденный член, вместо этого складывая ладонь Сатору на поясницу и надавливая, проходясь по всем местам, которые могли быть здесь особенно чувствительными. Сатору не стал отказывать Эйше в маленькой слабости и желании тоже приласкать его. Зато с наслаждением оттянул нижнюю губу девушки, перед этим захватив ее клыками, выпрямляясь, слегка отстраняясь, чтобы в следующий момент беззастенчиво укусить округлое плечико, оставляя влажный след, немного вниз и в сторону, чтобы коснуться языком косточки ключицы, которые сегодня еще не ласкал и которые так и манили. Так что теперь хрупкие косточки были вылизаны и зацелованы, пока юркий язык не скользнул в ямочку между ними и вниз, по ложбинке груди. При этом пришлось соскользнуть ниже, занимая другое положение и оставляя нижнюю часть девичьего тела без внимания, поэтому точно по клитору, прикрытому пока еще тонкой тканью белья, несильно шлепнула рука, вызывая словно короткое замыкание. «Ах так?» - только и успело пронестись в голове девушки, прежде чем бирюзовые глаза захлопнулись от короткой, но яркой искры наслаждения, пальцы мстительно прошлись Сатору по спине, оставляя легкие отметины. И вот хотела Эйша побыть послушной и хорошей, повинуясь воле мага, но нет, такие вот поддразнивания все-таки склонили ее к соблазнительной идее немного насолить Годжо и поиграться своими коготками у него на нервах. Нэкоцу все же отползла ближе к изголовью кровати, ускользая из-под губ мужчины ровно в тот момент, когда на ее коже уже хотели оставить очередной поцелуй, но за шею Сатору придержала, заставляя следовать за собой. Одна нога при этом юркнула магу между ног, сгибаясь, прикладывая ступню к паху и прижимая горячий член к лобку, неторопливо ведя вверх в отместку за шлепки. Небольшая борьба, Эйша даже не успела понять, что и как произошло, когда она оказалась вжата телом Годжо в кровать. Ноги при этом ей широко развели, удобно пристроившись между ними и не позволяя больше взбрыкивать, руки перехватили, сжимая запястья одной рукой, задействуя какую-то технику, раз Эйша не могла так просто применить ни одну из своих. Ни высосать энергию из мага, у которого был просто бесконечный запас, ни просочиться через горячую ладонь, сжимавшую на грани с болью. - Ну нет, любимая. Сходить с ума сегодня будешь только ты, - Сатору показательно не то прошипел, не то прорычал эти слова, стягивая с переносицы очки, откладывая их в сторону на прикроватную тумбочку. Демонстративно облизнул два пальца, давая Эйше понять и осознать, что она сама напросилась на игры погорячее и пожестче, проскальзывая ими под тонкую ткань белья. Нажим, половые губы были разведены в стороны, затем вниз, натягивая нижнюю арочку, даже капельку проскальзывая пальцем в пульсирующий вход, но не позволяя выгнуться и протолкнуть палец дальше, поднимаясь наверх, зажимая клитор между средним и указательным, безжалостно потеребив. И все это сопровождалось прицельными укусами за шейку и плечики, чтобы собственные ощущения окончательно не давали Эйше продохнуть и осознать ситуацию, чтобы снова взбрыкнуть и взять инициативу под свой контроль. Он еще не наигрался. Тактика более чем сработала: строптивая Нэкоцу не только откинула всякие мысли потягаться с Годжо в умелости, но и растеклась по постели, как масло по горячей сковородке. Правда, поначалу, конечно же, взбрыкнула, не ожидав, что ей зафиксируют руки, и тут же зарделась, когда ноги распахнули властным жестом, окатив получившееся зрелище жгучим взглядом. А зрелище и правда вышло возбуждающее: длинноногая и пышногрудая красотка с проступившим на скулах и кончиках ушей смущением, волосы рассыпались по постели шелковым шлейфом, а рыжие ресницы прятали за собой затуманенный бирюзовый взгляд. Дополняли всю эту красоту стоны от резко-интенсивных ласк и то, как Эйша выгибала тело навстречу, несмотря на то что Сатору старался плотно придавить ее к постели. Все равно было приятно и мало одновременно, хотелось еще больше и быстрее, как бы Годжо там ни угрожал. Но Сатору, как истинный демон, не собирался давать всего сразу и так просто. Скалился, морщил нос, то и дело осаждая непокорную, ведь Эйша явно не собиралась быть послушной девочкой и думала довести его до невменяемого и неподконтрольного состояния. Но пока сдерживать себя удавалось, как и мужскую природу, что с каждой каплей разрушала выдержку, требуя выхода. Новый укус на ключице, губы заскользили ниже, оставляя новый мазок языком в соблазнительной ложбинке, четко между раскинувшихся в стороны полушарий. Укус на одном из них сбоку, отчего на светлой коже появилось красноватое пятнышко и характерный отпечаток слюны, заскользив в сторону, но, когда до торчащего от напряжения соска остались считанные миллиметры, Годжо, как назло, сменил траекторию, уходя ниже, снова к ложбинке и на другое полушарие. Пальцы в то время тоже не знали покоя. Оставив ненадолго взрывающийся от интенсивности ощущений клитор, давая ему немного передышки, они заскользили по мокрым складочкам вниз, растирая их, заставляя приливать все больше крови, краснеть и набухать, пока средний и указательный не скользнули внутрь до самого конца, раздвигая с небольшим усилием пульсирующие стенки, касаясь мягкой преграды. Эйша раскрыла рот, глубоко вдыхая воздух, вместе с этим захлопывая глаза и закидывая голову назад, подставляя ненасытному до поцелуев магу свою шею. Она ведь даже не догадывалась, что на сей раз на ней не стеснялись оставлять следы бурной близости. Поясница напряглась, как и пресс, девушка заняла не слишком удобный, но очень приятный для себя наклон, обращаясь к заполняющим ее ощущениям. Движение вперед, затем назад, мышцы податливо расступались, а чувствительная точка внутри тоже не осталась без внимания, заставляя все больше забываться, поддаваясь ненасытности, и вот уже Нэкоцу двинула тазом навстречу, а потом обратно, не столько ловя темп Сатору, сколько задавая собственный. Который маг с удовольствием подхватил и поддержал, повышая концентрацию, чтобы спихнуть Нэкоцу в пропасть удовольствия, на самое дно. Ласки на груди, таки "сжалившись", сместились на возбужденные вершинки сосков. Прикусывая один из них, немного оттягивая на себя, выпуская из плена и тут же, словно извиняясь, принимаясь зализывать, наконец вбирая в рот, посасывая и теребя языком. Большой палец при этом лег на немного отдохнувший и уже позабывший о том, какими безжалостными могут быть ласки, клитор, придавливая его подушечкой большого к лобковой косточке, совершая круговые движения. То ослабляя нажим, то наоборот усиливая, при этом не прекращая движений пальцами, находя самые чувствительные места. Совместно с короткими, но быстрыми и меткими толчками это заставило девушку извиваться и елозить по постели, кусать губы и нетерпеливо постанывать в желании получить больше. Выгнуться, напрягаясь от поясницы до макушки, чувствуя все до мельчайших вибраций, подобно натянутой струне, судорожно вдохнуть и рухнуть на постель, чуть расслабляясь, пытаясь свести ножки, чтобы усилить трение. И вновь встать на лопатки, на этот раз бороздя пальчиками ног простынь, сжимая мышцы лона и с протяжным облегчающим стоном срываясь со своего первого сегодняшнего пика. Сатору с упоением наслаждался столь прекрасным зрелищем, жадно пожирая в этот момент Эйшу глазами. Внутри него так некстати проснулась какая-то темная сущность, ненасытная, которую все больше и больше распаляли метания девушки по постели. То, как она впивается своими ноготками в простыню под собой, как приподнимает бедра, а уж крики и вовсе были усладой для ушей мага. Годжо даже позволил себе демоническую усмешку, так напоминая хищника, что вышел на след своей жертвы и которую собирался гнать до самого изнеможения, пока она не попадется ему на клыки. Коротко облизнул губы, еще раз тряханув рукой, заставляя мышцы внутри прийти в движение, окончательно срывая выдержку. Заставляя практически метаться по постели и останавливаясь лишь в тот момент, когда понял, что еще секунда и непрекращающийся оргазм доведет Эйшу до коматозного состояния. Маг с садистским наслаждением медленно вытащил пальцы с характерным хлюпом, еще и подушечками за стенки цеплялся как крючками, все сильнее проводя по и без того сжимающимся мышцам. Давая каплю передышки, целуя в пересохшие губы. Проникший ему в рот стон был больше похож на жалобное хныканье, вызвавшее усмешку. Годжо уже достаточно знал Нэкоцу, чтобы понимать, что не заткни он ее сейчас поцелуем - она начала бы мяучить и осыпать его комплиментами наподобие того, что он демон и монстр в постели. А так лишь пыталась восстановить дыхание, шумно гоняя воздух по легким, потянула свои руки вниз, пробуя освободить из чужой хватки. Напрягая шейку, Эйша слегка приподняла голову, чтобы удобнее было целовать в ответ, все-таки съерничав и прикусив Сатору губу, тут же подключив язык и спешно зализав, а там между делом и скользнув им дальше и глубже. А ножки наконец расслабив и с четкой дрожью после оргазма спуская их на постель, выпрямляя, стараясь пристроить таким образом, чтобы мышцы не трясло слишком сильно. Сатору хоть и сжалился, но так могло лишь показаться. Буквально пара секунд передышки, не давая Нэкоцу до конца прийти в себя и снова начать перехватывать инициативу. Маг ловко просунул одну ладонь под спинку девушки, отрывая ее от постели, заставляя сесть, усаживая ее теперь себе на бедра, делая поползновения к краю постели. Напротив нее как раз стояло зеркало, отлично отображающее всю конструкцию переплетенных вместе тел, отчего маг окончательно принимал сходство с демоном. Особенно когда опустил ноги на пушистый ковер, чтобы они не мерзли, приподнял Эйшу так, словно она вообще ничего не весила, и усадил спиной к себе, а лицом к зеркалу! Видимо, чтобы окончательно накалить и без того кипящую от страсти обстановку. Ладони мягко прошлись по бедрам, раскрывая их еще шире, одной рукой скользя к промежности, играясь с половыми губами и клитором, припадая к шейке как какой-то вампир, со стоном целуя крепко, грозя оставить засос. И все это Эйша видела прекрасно в зеркале, как и сам маг, который даже и не думал прикрывать глаза, пожирая взглядом отражение. По налитой груди и торчащим соскам, по небольшим красноватым пятнышкам, по тонкой талии и особенное внимание уделяя тому, что его пальцы творили внизу. А вот вторую, наоборот, пуская по стройному телу вверх. Пересчитал ребра, даже постучал по ним, как по клавишам, и удобно подхватил одно полушарие груди снизу-вверх, сжимая, перебирая. При этом не забывая продолжать терзать шейку и плечики. Эйша и сама замерла на краткий миг, рассматривая их совместное с Сатору отражение, где она предстала во всей красе, а он, словно личный демон, держал в своем плену ее душу. Не удержала краску смущения и даже легкого стыда, проявившуюся на скулах, но одновременно такие порочные картины хлестко ударяли по воображению и заводили не на шутку. Довести до взвинченного и ненасытного состояния еще больше мог разве что только голодный взгляд голубых глаз, каким ее пожирали в зеркале. - Глазами съел, а вслух сказать комплимент не можешь? - усмехнулась она, чувствуя поясницей прикасающийся к ней член и волнообразно выгибаясь, прижимаясь к Годжо плотнее ягодицами. Сатору удивленно приподнял бровь, как раз скользя губами по плечику в сторону начала шейки, кусая не то в наказание за несдержанность и поддразнивания, не то от удивления за такую постановку слов. Было довольно неожиданным услышать такую замаскированную просьбу, ведь он считал, что его красноречивого взгляда, которым он буквально пожирал Эйшу, ей хватало, для того чтобы понимать, что она любима, а по реакции тела, что желанна как ни одна девушка. - Интерес-сно, - голос получился с соблазнительной хрипотцой, опускаясь до каких-то потаенных и поистине демонических нот, вызывая табун мурашек по телу и очередную волну возбуждения, что прошлась словно плеть, заставляя смазку выделиться еще больше, а мышцы сжаться. Пальцы проникли внутрь, натягивая половые губы, а в плен губ и языка попало горящее от смущения девичье ушко. - Тебе настолько хочется услышать о том, как ты восхитительна и насколько я тебя хочу? - пальцы сжали сосок и вытянули его, щипая, переключаясь на второй, а пальцы другой руки задвигались еще быстрее, с силой бороздя нежные стенки. Девушка не удержалась - навалилась спиной на Годжо сильнее, едва не растекаясь по нему от вязкого удовольствия, парализовавшего тело ниже пояса. Контролировать ноги и все еще сжимающиеся и подрагивающие после недавнего экстаза мышцы было нелегко, а Сатору еще и щедро добавил от себя, напав на уязвимое ушко, заставив Нэкоцу тут же обратно выгнуться дугой, пытаясь убежать от приятного, но в то же время щекотного ощущения. - М-м… допустим… - внеочередной судорожный выдох, Эйша зажмурила глаза от того, с какой силой пробежались мурашки у нее по загривку, стоило Сатору скользнуть языком по ушной кромке. - То, насколько ты меня хочешь, я и так прекрасно чувствую, - она снова вильнула тазом, поднимая одну руку, закидывая ее за шею мага и цепляясь, чтобы можно было выгнуться в пояснице сильнее и еще теснее прижать ягодицами член. - А все остальное… что поделать, если я из тех женщин, что любят ушами. Это для Сатору хоть и стало неожиданностью, но не отказывать же любимой в этой маленькой слабости? Сатору не был искусным в комплиментах женщинам, но постарался все исполнить по высшему разряду. Тем более, что пошлости обычно только повышали уровень возбуждения, дополняя как специи блюдо, делая его только вкуснее. - Ты меня с ума сводишь. Такая красивая, соблазнительная, - Годжо почти шептал эти слова напоминая грешника, что впервые исповедовался в церкви перед статуей своей собственной богини. - Невероятная... - жаркие хриплые выдохи, наполненные ломаными стонами и действиями тела, не знавшим пощады. Сатору с хлюпом вытащил пальцы, блестевшие от обилия смазки на них, смещая обе руки под ягодицы, приподнимая Нэкоцу. Головка сначала уткнулась в колечко мышц, сжавшееся словно в страхе, прошлась дальше, надавливая на вход, приоткрывая его, а голубые глаза жадно следили за тем, как на член стекает влага, пачкая и смазывая. - И сегодня я буду твоим персональным безжалостным демоном, которого ты свела с ума, - с этими словами маг вошел внутрь одним слитным движением, не останавливаясь, растягивая тугие стенки с небольшим усилием, входя хоть и натужно, но с очень приятным распирающим давлением, издавая мученический и явно недовольный рык, смешанный со стоном, когда головка уткнулась в матку раньше того, как он заполнил бы девушку собой до корня. Зато Эйша была полностью довольна, издав звонкий и даже пронзительный стон, выпрямившись по струнке, вытянув спинку и шею, слегка запрокинув голову назад от того, как ее повело. Бедра на краткий миг свело вязкой патокой, мышцы внутри импульсивно сжались в ответ на прикосновение к слабому месту, обхватили туже ствол, не дав ему протиснуться дальше. И через несколько сладких для девушки мгновений отпустили, выделяя еще большее обилие смазки, превращая зрелище в зеркале в картинку из фильма для взрослых окончательно и бесповоротно. Однако, стремясь сделать приятно и Сатору, Нэкоцу немного сменила положение своего тела, шире раздвигая ноги, закидывая их магу на колени и освобождая кусочек постели перед собой. Совсем не большой, но достаточный, чтобы упереться в него руками, перенося часть собственного веса, приподнимая таз, напрягая поясницу, но расслабляя мышцы лона и плавно опускаясь, загоняя на этот раз член на пару сантиметров глубже. Сатору от этого сжал зубы, шумно выдыхая, испуская сдавленный стон. Сопротивление женского тела понемногу спадало, позволяя с каждым разом протискиваться все дальше, не причиняя боли, но при этом повышая планку удовольствия еще на пару пунктов. Ладони с ягодиц сместились плавным скользящим, но таким жадным движением на тонкую талию. Годжо даже в таком, казалось бы, простом жесте умудрялся показывать свою ненасытную натуру, не щадя Нэкоцу. Скольжение, отдающееся теплом, все ближе и ближе, слегка царапая короткими ногтями, оставляя розоватые полоски, сдерживаемая сила, которая чувствовалась абсолютно во всем. В шумных и очень глубоких вздохах, ломаных хриплых стонах, прикосновениях и особенно в движениях. Годжо сильнее уперся ступнями в ковер, напрягая пресс, совершая толчок за толчком, еще и Эйшу дергая за талию, задавая темп и угол, заходя под непривычным, но таким приятным углом, натягивая и не позволяя никогда подстроиться под него до самого конца, заставляя мышцы сжиматься. Может, Эйша бы и подстроилась, дай Сатору ей немного времени для разгона, а еще бразды правления, но маг жесткой хваткой задал свой темп, не позволяя вырваться из роли ведомого. Не то чтобы Нэкоцу и хотела, у нее даже мыслей сейчас таких не возникало: она старалась сгладить резкий спуск по стволу и не так остро его чувствовать. Новое движение вниз и очередная яркая вспышка, от которой сводило ноги, сжимало мышцы, все ниже пояса напрягалось, выбивая стон. Слишком пронзительное ощущение, чтобы принять его на себя полностью - так можно было очень быстро и стремительно достичь разрядки, причем такой, что Эйша боялась сжаться и не выпустить мага из своего плена порядка нескольких насыщенных для нее минут. Однако ее мнение не слишком учитывалось, мужские руки крепко держали и вели за талию, насаживая с силой, все быстрее, заставляя девушку дрожать и готовиться морально. Сатору и сам наслаждался процессом. Сжимающимися мышцами и узким проходом, в котором хотелось двигаться быстро и безжалостно, до искр перед глазами. Пальцы от этого сжимали крепко, даже цепко, грозя позже оставить на нежной фарфоровой коже синяки. Наслаждение накатывало на парочку как прибой. И маг останавливаться на этом не собирался, ему уже удалось подтолкнуть Эйшу к краю бездонной пропасти, наполненной удовольствием, и он собирался вновь столкнуть ее туда и при этом быть не утянутым самому. Годжо еще и наслаждался запретным во всех смыслах этого слова зрелищем, которое отображалось в большом зеркале перед ними. Торчащие темные соски, налитая грудь, капельки пота, что текли по нежной коже, натянувшиеся вокруг члена половые губы, налившиеся кровью и покрасневшие, и все это дополняли стоны, а иногда даже вскрики, особенно в те моменты, когда член сильнее утыкался в матку, вот-вот грозя преодолеть сопротивление. Сатору и так умудрялся доставать до таких мест, где не касался ни один мужчина. И все же ужесточал темп, медленно, но верно насаживая девушку сильнее, резче, заставляя двигать бедрами и напрягаться, впадая в состояние искрящегося и опасного провода. Хотелось все больше, глубже и быстрее, но самой двигаться было достаточно сложно, Эйша могла только подмахивать тазом, подкручивать и все сильнее выгибать поясницу, оправдывая кошачесть своей фамилии. Особенно глубокий и меткий толчок, девушка от неожиданности вскрикнула, дернувшись и сжавшись, и следующий удар в тугие мышцы стал финальным, превратив Эйшу в слабый и дрожащий кусочек желе. Казалось, если бы не руки Годжо, она непременно бы завалилась вперед и упала от слабости. Сатору при этом как с цепи сорвался, падая спиной на кровать, насаживая Эйшу на себя глубоко и весьма грубо. Дыхание было хриплым, прерывистым, то и дело угадывались нотки голоса или пробирающее до костей рычание. Одна рука вытянулась, ложась вдоль тела девушки, сжимая пальцами то одно, то другое полушарие груди, а вторая с талии ушла вниз. На губах мага появилась темная и явно не предвещающая ничего хорошего усмешка. Нэкоцу и так билась в особенно оглушающей волне оргазма, и Сатору собирался обессилеть ее еще больше. Пальцы мягко огладили лобок, скользнули чуть выше, надавив на нижнюю часть живота, отчетливо ощущая, как движется головка члена, и заставляя женские мышцы сжаться больше, делая проход чертовски узким. Нажим, круговое движение, еще одно, заставляя Эйшу стонать и практически хныкать от нескончаемой разрядки, которая сотрясала все тело, не давая соображать адекватно. В какой-то миг обманчиво сжалившись, рука скользнула ниже, но так лишь показалось в первые несколько секунд, пока подушечки не решили напомнить, насколько чувствительными и безжалостными могут быть прикосновения к клитору. Хлопок, вскрик и следом пальцы прижали пульсирующий в сладкой агонии бугорок, двигаясь из стороны в сторону, теребя, приминая, почти что вдавливая, но не позволяя убежать, заставляя только сдаться, брызгая влагой на требовательные пальцы, которые двигались весьма жестко, собираясь какими угодно способами достигнуть поставленной для мага цели. - С-стой!.. - короткий выкрик - это все, что успела девушка, прежде чем понять, что ее накрывает полное забытье. Оргазм и так был достаточно сильным, чтобы туго сжаться, претерпевая сладкие судороги и забывая дышать, а по закаменевшим мышцам толчки и пульсация разносились грубой вибрацией, сотрясали и тормошили, заставляя вскрикивать, метаться и умолять. Эйша хотела остановить это, соскочить с безумного аттракциона раньше точки невозврата, но была бессильна в чужих лапах, и даже предупреждение не возымело на Годжо никакого эффекта! - Сатору! Я же!.. Поздно. На пике Нэкоцу смогла только резко вдохнуть, опьяняя затуманенный разум воздухом, распаляя пересохшее горло, замолкая и тут же отключаясь. Умудряясь сдавить мага с особенной силой, впиваясь ногтями в его руки до крови на секунды и в конце концов не выдерживая, отплывая в обморок. Сатору в эти секунды и сам дошел до точки невозврата, а когда Эйша еще и сжала его с особой силой, вонзая ноготки в руки, прежде чем отплыть в обморок, чертыхнулся, загоняя член до самого конца, изливаясь внутрь. Немного не ожидал он, что девушка его сожмет с такой силой и не отпустит, не позволяя выскользнуть, так что маг просто поддался инстинктам, заполняя Нэкоцу до отказа. Понадобилось немного времени, прежде чем Годжо и сам перестал содрогаться в приятных конвульсиях, сердце грохотом стучало в ушах, губы пересохли, а каждый вздох царапал и раздражал горло. Шумный вздох, поцелуй во взмокший висок. Понадобилось немного времени, чтобы вытащить из Эйши все постороннее, укладывая ее на кровать. Сатору даже успел привести в порядок себя и девушку, убрав с них обоих следы бурного утра, одеться, приготовить новый завтрак и с подносом прийти в спальню, когда Нэкоцу начала приходить в себя. Что было очень кстати, поскольку, только открыв глаза, Эйша поняла, что ближайшие пару часов будет новорожденным олененком, если попытается встать или вообще дойти да хотя бы до дверного проема. О походе в ванную и тем более на пляж или за покупками до вечера не могло быть и речи. У нее ведь ноги дрожали до сих пор даже в лежачем положении, если она их хоть немного напрягала! - Ох… - только так смогла она прокомментировать свое возвращение в этот бренный мир, не без скрипа и эпитетов в адрес Годжо приподнимаясь на постели, наваливаясь спиной на изголовье кровати и смотря, что это такое маг с собой тащит в постель. Сатору временно опустил небольшой складной столик в ногах, перед этим сдвинув в сторону одеяло. Помог Эйше занять удобную позицию, добавив подушку, которую предварительно взбил, чтобы было помягче. Только после этих нехитрых махинаций маг поставил столик на бедра девушки, сделав ножки повыше, чтобы не сильно напрягать Нэкоцу и дать ей немного пространства для собственного удобства. - Я приготовил новую порцию завтрака, - довольная улыбка так и тянула губы вверх, особенно когда он смотрел на потуги Эйши и ее ворчание. А от его улыбки Нэкоцу лишь больше бухтела и возилась, смешила его еще больше, поднимая планку настроения вверх. Это была своего рода их бесконечная игра в кошки-мышки, в которой Годжо всегда дергал эту ворчунью за рыжий хвостик, но в этот раз все неожиданным образом повернулось. Стоило магу присесть рядом, до него дотянулись, касаясь уголка губ поцелуем, еще и кончиком языка тихонько лизнув. - У тебя здесь соус… был, - с совершенно невинным видом заявила Эйша, но блеск бирюзовых глаз ее с потрохами выдавал. Сатору и сам с улыбкой смотрел в красивые глаза, так похожие на воды моря за окном. Подцепил вилкой кусочек омлета, подул, чтобы было не так горячо, протягивая к губам Эйши. Но при этом не забывая и поблагодарить. - Спасибо, что вытерла, - кончик языка прошелся по губам хищно и весьма соблазнительно, красноречиво показывая, что маг был бы совсем не против продолжить. Просто не хочет доводить Нэкоцу до коматозного состояния. - Кстати, пока готовил, мне в голову пришла одна идея, - говорил Сатору, при этом не забывая скармливать девушке приготовленную еду. Явно проголодавшаяся со вчерашнего дня Эйша с удовольствием, а главное - молчанием поглощала предлагаемое, порываясь только забрать у Годжо вилку и есть самостоятельно. Подняла глаза на него, поняв, что ей хотели что-то рассказать, и всем своим видом показывала, что внимательно слушает и треск еды за ушами ей не помешает это делать. Сатору как раз закончил с основным блюдом и принялся за фруктовый салат, зацепляя сразу и манго, и ананас, показывая всем своим видом, что приборы он Эйше не отдаст. Может, только чашку с чаем и то не факт. - Я ведь с твоей семьей познакомился. Поэтому подумал, что надо будет познакомить и тебя с моей, - Годжо специально проследил, чтобы в тот момент, когда он говорил эти слова, Эйша ничего не ела и не пила. - Конечно, семья у меня большая. Один детский сад чего стоит. Точно! - маг щелкнул пальцами. - Со знакомства с ним и начнем. Познакомлю тебя с моими учениками! Весь вид Эйши так и выражал: ну и зачем? Столь постной мины он у нее еще не видел, однако наблюдал ее всего пару секунд, после чего девушка вздохнула. Нет, рано или поздно она все равно познакомилась бы с юными дарованиями магического техникума, что-то ей это подсказывало. Даже останься Нэкоцу с Годжо просто партнерами по свержению дряхлых стариканов с их насиженных и проперженных мест, с учениками полезно было бы наладить контакт. - А им есть дело до того, кого ты себе завел? - Эйша хихикнула, обводя мага взглядом. - Или ты похвастаться хочешь? Сатору даже призадумался. Изначально он захотел это сделать просто, чтобы Эйша на своей шкурке поняла, как это, знакомиться с чьей-то семьей. Тем более что он еще с самого начала предупреждал, что с ним в комплекте идет целый детский сад жемчужин магического техникума. Но после вопроса ситуация стала приобретать чуть другие оттенки. - Скорее больше второго, но и первое тоже присутствует. Есть у меня одна ученица, которой очень даже интересно, с кем я решу связать свою судьбу, - Сатору даже усмехнулся, сразу вспоминались все детские капризы и слезы Амаи, которая в то время довольно активно отстаивала свое право быть рядом с ним и противилась самой мысли о том, чтобы у него появилась вторая половинка. Даже временная, без чего-то серьезного. На словах про судьбу Эйша, конечно, не удержалась от того, чтобы закатить глаза. Вовсе не факт, что у них сложится что-то настолько серьезное: Сатору был и оставался индивидом довольно шумным и иногда бесящим, а Нэкоцу тоже не подарок. Мало того, что занятая мадам, так еще и свободолюбивая. - Хорошо, веди на свою выставку талантов. Только давай ты меня предупредишь заранее, когда пойдем? А то ты любишь появляться как черт из табакерки и рушить мои планы на вечер. Сатору тут же горделиво поднял нос. Нравилось ему, когда его учеников хвалили, а то большинство людей считали их монстрами, которых требовалось изгнать, запечатать, уничтожить - нужное подчеркнуть - и забыть как страшный сон. - Хорошо. Я заранее постараюсь спланировать эту встречу, - Годжо как раз собирал последние кусочки фруктов, накалывая их на вилку, скармливая Эйше, успевшей прикончить все, что было на тарелках, и теперь она явно была сытая во всех смыслах и вполне довольная жизнью. - Только надо будет купить набор пирожных в пекарне Сирохиге, - Сатору даже призадумался, вспоминая, что сейчас нравится больше всего Амаи и ее ненасытному зверю. - Будем давать взятку дракону и его хозяйке. - А ты, получается, принцесса? - не удержалась от смешка Эйша. Похоже, среди домочадцев Годжо был и такой ревнивый кадр, которому появление кого-то у учителя могло прийтись настолько не по нраву, что придется стать рыцарем из клише и вызволять голубоглазую принцессу из лап дракона. Нэкоцу даже припомнила, что одна девушка была однофамильцем мага и он ее выделял из всего состава. «Не страшно. Уж с девочками я находить общий язык умею».