A Woman Scorned

***

Королевская гавань       Все в Малом Совете уставились на мейстера, который дочитывал им свиток с Драконьего Камня. Прошло всего три месяца с тех пор, как бывшая королева, принцесса Рейнира и принц Деймон покинули Красный замок. Всего три месяца. Как же это случилось? — Мейстер… прочтите послание еще раз, — приказал Отто, покраснев от гнева. Невозможно. Этого не могло быть. Эймма была Аррен… ни один из детей Родрика Аррена и Дейлы Таргариен никогда не претендовал на дракона. Даже если в ней и была кровь дракона… как, черт возьми, она могла заявить права на этого ужасного Каннибала? Самый неукротимый дракон! Другие Таргариены погибли, пытаясь. Что сделало ее достойной этого зверя? Ее, женщину, которая не могла даже дать королю сына! И когда она стала политически мудрой? Отто прочитал соглашение, которое она заставила подписать Визериса через месяц, после ее отъезда. Его комнату в Башне Десницы все еще восстанавливали после его истерики. Как она посмела? Как она могла просить Драконий Камень и драконов? Как она могла утверждать, что решение об образовании и замужестве Рейниры должна принимать она? Как, черт возьми, она посмела просить Узкое море? Хуже всего было то, что этот идиот отдал ей все! Каждое требование, которое Эймма выдвинула, Визерис выполнил! Семь Адов! Как его будущий внук мог стать принцем Драконьего Камня, если он принадлежал его сводной сестре? Как он мог быть королем драконов без дракона? Придется ли им умолять Эймму или Рейниру дать им шанс получить дракона в будущем или хотя бы яйцо? Никогда! Он скорее украдет яйцо, чем будет выпрашивать его у маленькой девочки. По крайней мере, Пламенная Мечта все еще была в яме. Самка дракона была всем, что у них осталось, но без пары она не могла принести потомство. Возможно, его внук сможет претендовать на нее. Да… так и должно быть. Отто думал о нескольких способах вернуть Драконий Камень, но тот, кто написал это чертово соглашение, был гением. Внесение пункта о том, что если вотчина будет каким-либо образом отнята у принцессы Рейниры Таргариен, Драконий Камень, его вассалы и любые союзники могут объявить войну любому королю, сидящему на Железном троне, закрыло любые политические пути для лишения Рейниры Драконьего Камня. У них была огневая мощь, чтобы уничтожить Королевскую Гавань и любого, кто пытался противостоять их правлению в Узком Море. И они это знали. Нет, Отто не мог даже пытаться забрать Драконий Камень. Даже убийство Рейниры ничего ему не даст — он будет первым подозреваемым, если что-нибудь случится с принцессой, и теперь зная, что Эймма заявила права на Каннибала… Отто содрогнулся. Он не мог коснуться и волоска на голове Рейниры. Эймма же, напротив, могла все, что ей угодно… — Послание гласит: Его Милости, королю Визерису, первому своего имени, королю андалов, ройнаров и первых людей, лорду Семи королевств и защитнику государства, а также членам Малого Совета. Леди Эймма Аррен оседлала некогда дикого дракона, Каннибала, которого она переименовала в Гаэлитокса. Принц Деймон следил за их полетами, и кажется, что Гэлитокс проникся к леди Аррен. Также смиренно напоминаем о выплате годового содержания принцессе и леди Аррен. Писано мейстером Драконьего Камня. Боги! Как мог Отто забыть, что теперь они должны платить бывшей королеве и принцессе пособие. Ему еще предстояло поговорить об этом с Мастером над монетами. Он взглянул на лорда Лаймана Бисбери и увидел, что тот был готов, когда вынул кусок пергамента и вручил его королю. Подождите, когда Бисбери подготовился? — Ваша Светлость, я прочитал договор, который вы и леди Аррен подписали. Мне его прислали, как и всем остальным, если я правильно понял, — начал лорд Бисбери. Что? Когда эта сука Аррен разослала текст соглашения? Если другие лорды знали о подробностях, Отто не сможет манипулировать этим в своих интересах! В пекло Эймму Аррен! Если она отправила его членам Малого Совета, то она могла бы отправить его и куда-нибудь еще. Кто знал, сколько людей теперь были в курсе соглашения? Все верховные лорды? Семеро! Что теперь мог сделать Отто? — Я переписывался с ее личным помощником и мы договорились, что платеж за этот год будет отправлен через Железный банк Браавоса. Они будут брать выделенный платеж из нашей казны каждый месяц в году, а затем выплачивать полную сумму в угодное леди Аррен и принцессе время. Должен сказать… это хорошо продумано, Ваша Светлость, так как гарантирует, что мы никогда не пропустим платеж и не разозлим Драконий Камень. Вот дерьмо… Теперь Отто не мог отказать им в деньгах. Все знали, что нельзя связываться с Железным банком Браавоса. Никто не хотел связываться с Безликими. Нет, лучше оставить их монеты в покое. — Ваша Светлость, я очень беспокоюсь о принцессе. Разве не было необходимо послать септу, чтобы научить ее тому, как быть женщиной? — спросил великий мейстер Рансайтер. Он и Отто обсуждали это перед собранием Совета. Им нужен собственный человек рядом с принцессой. Этим язычницам следовало бы уважать Семерых. Возможно, так они смогут повлиять на девчонку, а потом и найти ей и мужа. Джейсон Ланнистер может быть? Лорд-командующий нахмурился на это заявление. Он не знал, что задумал эта серая крыса, но он остановит его. — Пункт номер четыре, великий мейстер. Леди Аррен — единственная, кто может решить, какое образование получит принцесса, а затем за кого принцесса выйдет замуж. Король и Малый Совет утратили все права на принцессу, когда потребовали от леди Аррен аннулирования. Лорд-командующий тоже знал содержание?! Кто еще, бабы на кухне? Вестерлинг любил Рейниру, он позаботится о том, чтобы Совет не вмешивался в ее жизнь… даже если это будет означать перерезать их всех и потом с радостью отправиться на Стену. И как Лорд-командующий он проводил много времени с королем. Охраняя его даже во время их встреч… еще один путь для Отто отрезан. — Да, Лорд-командующий Вестерлинг прав. Мы никоим образом не можем вмешиваться в жизнь Рейниры. Это не сработало бы в нашу пользу, — печально сказал Визерис. Он скучал по своей маленькой девочке. По тому, как звенел ее смех, по ее объятиям, даже по запаху дракона, который она так часто несла на себе после полетов с Сиракс. Визерису казалось, что ему руку отрубили. Он заставил себя не скучать по Эймме. В конце концов, все это было сделано для королевства. Он не мог быть королем, разрушившим дестилетия мира, потому что у него не было наследника мужского пола. Нет, он не мог скучать по Эймме. Не мог вспоминать ее прекрасную улыбку, когда она просыпалась рядом с ним, мягкость ее серебристых локонов в своих руках, их разговоры до поздней ночи или ее легкий смех, когда она говорила о дочери. Это она сделала из него мужчину. Впрочем, он едва успевал скучать по Эймме. Днем он был занят выполнением своих обязанностей, а ночью приходила Алисента Хайтауэр и составляла ему компанию. Впервые она пришла в ту же ночь, когда отплыли Эймма и Рейнира. Он сидел у своей модели старой Валирии и играл с кольцом жены. Она, наверное, уже заметила, что его нет, но ему нужна была хотя частичка ее рядом. Она забрала все остальное. Сначала Визерис был осторожен с дочерью своего Десницы. Он понял намерения Отто. Визерис мог видеть его амбиции, но он был так одинок. Визерис был самым могущественным человеком в Вестеросе, и он был мучительно одинок. Алисента и Визерис часто вместе читали, говорили об истории, а иногда, когда он был пьян, говорили о том, как скучают по Рейнире. Однажды ночью они выпили и на следующее утро проснулись голыми рядом друг с другом. Он знал, что сделал и знал, что должен взять на себя ответственность за свои действия. Он трахнул лучшую подругу своей дочери, и Алисента, возможно, была беременна. Часть его тошнило от самого себя, но другая часть радовалась перспективе иметь сына. Его мечта сбывалась. Он должен был поступить правильно. Если Алисента была беременна, его сын не родится незаконнорожденным. Визерис знал, что это разозлит лорда Велариона, который привез свою дочь ко двору, в надежде сделать ее королевой, но Визерис был королем. Все согласятся с его волей. — И мы собрались не поэтому. Я созвал Малый Совет, чтобы объявить о своей помолвке, — заявил Визерис. Он стоял и смотрел на всех мужчин за столом. Лорд Корлис выпрямился в конце стола, ожидая его следующих слов. Справа от Визериса сидел Отто с легкой улыбкой на губах. Рядом с ним стояла Алисента, одетая в безупречное синее платье. Единственным несовершенством в ней были окровавленные кончики пальцев — она беспрестанно обрывала заусенцы, чтобы справиться с волнением. — Я собираюсь жениться на леди Алисенте Хайтауэр до конца весны, — сказал Визерис. Отто кивнул, довольный, глядя на дочь. Наконец-то сегодня что-то пошло правильно. Его кровь сядет на Железный трон. Годы служения дому Таргариенов окупились. Лорды Малого Совета были потрясены. Леди Лейна Веларион не просто была более знатной, не просто несла валирийскую кровь. Она была дочерью ближайшего союзника Таргариенов. И обеспечила бы Железному Трону связь с богатейшей семьей Семи Королевств. Казна и так уже потеряла стабильную выплату налогов от лорда Дрифтмарка, который теперь попадал под власть Драконьего Камня. Одного приданного леди Лейны, могло хватить, чтобы выплатить содержание леди Аррен и принцессе в следующем году. О чем думал король? Морской Змей медленно встал. Его ярость была ощутима, но говорил он спокойно. — Это абсурд. Мой дом валирийский. Величайшая сила в королевстве, — заявил он с явным гневом в голосе, хотя его тон был уважительным. Он будто снова оказался на Великом Совете, где его семьей пренебрегли. Сначала его жене было отказано в чести быть королевой, а теперь и его дочери. — А я твой король, — твердо сказал Визерис. Отто удовлетворенно ухмыльнулся. Пусть Морской Змей знает, что Дом Хайтауэров сделал то, что ему дважды не удалось. Дочь Отто будет королевой. Корлис глубоко вздохнул и взглянул на Хайтауэра. Алисента не могла ни с кем встречаться взглядом, вместо этого глядя в пол. Отто же выглядел крайне самодовольным. Он не скрывал, как радовался этой победе. Корлис еще раз взглянул на короля и ушел, не удосужившись отдать ему должное. Рейнис прежде говорила, что это может случиться. Он по глупости проигнорировал свою жену, мечтая о том, что его маленькая девочка станет королевой Семи Королевств, а его внук — королем в будущем. Что ж, он постарается чаще слушать свою мудрую жену. Он и его семья никогда больше не будут дураками