Пират и русалка - не пара, не пара, не пара!

      Ариэль открыла глаза и осмотрелась. Вместо ног у неё опять был хвост, а Джек стоял у края воды и смотрел в морскую даль. На горизонте, рассекая волны, плескались дельфины. Ей захотелось поскорей очутиться в воде, чтобы вместе плыть к острову.       — Джек! Мне надо в воду.       — А, да. Сейчас.       Он поднял очень лёгкое тело маленькой русалочки и без особых проблем понёс её в воду. Она была так свежа и красива в лучах утреннего солнца, что Джек не мог оторвать от неё глаз. Столь чистое и невинное создание он давно уже не имел счастья держать в своих загребущих пиратских руках. Пальцы у него так огрубели за жизнь, проведённую в боях и за штурвалом, что казались кусками старого дерева на фоне идеально гладкой, белоснежной кожи.       — Ты себя хорошо чувствуешь? Ты ночью метался и бредил, — в голосе русалочки проскользнуло искреннее беспокойство.       О таком пирата никто и не спрашивал. Он и не знал-то толком, что такое забота, а в сострадание давно не верил. Привык жить сам по себе. Пожалуй, о нём заботился мистер Гиббс, тот был добряк, каких мало, но необязательный и любящий присосаться к бутылке с ромом, отчего часто влипал в неприятности.       — Я как новый. Что мне будет? Я из таких передряг выходил живым, а тут просто воды нахлебался морской. Да я само море, детка! — Джек подмигнул Ариэль и бережно положил её в воду. Как же ему нравилась эта вздорная и смелая девчонка. Просто душу переворачивала своим присутствием.       Дельфины подплыли совсем близко. Ариэль поговорила с ними, и они позволили Джеку сесть на спину к самому крупному самцу. Путь до Тортуги был не таким уж и далёким, всего-то оставалось пару часов. Джек был удивлён быстротой передвижения на своём живом транспорте. Русалочка сопровождала его до самой островной бухты, сплошь усеянной бутылками из-под рома и окурками от сигар. Ей очень не понравилось увиденное, так как вода здесь была мутной и имела неприятный запах от различных нечистот. Джек же обратил внимание на пришвартованные корабли. Сегодня их тут было восемь, и один из них его. Это означало, что предавшая его команда может быть где-то неподалёку. Опять-таки, была вероятность, что от неё мало кто остался. Пиратская жизнь слишком изменчива, не уступая в этом погоде на море.        Никто на острове не заботился об окружающей среде, да и вообще ни о чем не заботился. Как ещё могут жить мужчины без каких-либо правил в окружении грудастых шлюх и бутылок дешёвого пойла?! Здесь вы не найдете примерного семьянина или мальчика из церковного хора, ну, разве что он будет чьим-то пленником. Джек не хотел, чтобы чистая, как первый снег, морская девочка увидела сей рассадник разврата. Даже такой конченный человек, как он, понимал, когда нужно соблюдать хоть какие-то рамки приличия, пускай и сильно кривые от той жизни, которую вёл уже немолодой пират.       — Здесь мы расстанемся. Дальше тебе нельзя.       — Но почему? Там же такие же люди, как и ты?! — в глазах Ариэль мелькнуло недоумение.       — Послушай, девочка, я — не они. Там опасно для такой куколки как ты. Да что уж греха таить, там опасно любому нормальному человеку.       — Джек, я не хочу уходить! Мне хочется узнать мир людей…       — Поверь мне на слово. Это место, оно… слишком опасно.       — Но тогда покажи мне что-то другое, Джек!       Джек Воробей не знал, что ответить глупой русалке. Любой ответ мог спровоцировать её на неразумные поступки. Его познания в женщинах были слишком скудны и ограничивались жаркими ночами в нетрезвом состоянии. Порой он удивлялся, что у него вообще что-то получалось на пьяную голову. Ариэль не была похожа на всех их вместе взятых. Её милое личико переплюнуло даже мисс Свон. Да и кем та была? Просто дочерью богатого папаши, пусть и губернатора. Да, смелая, да, любящая, но не голубых кровей. Здесь же было нечто совсем иное. Морская дева, дочь настоящего царя. К ней нельзя применить земные рамки. Собрав свои немногочисленные мысли, Джек всё же решил схитрить.       — Милая Ариэль, я тут поразмыслил немного. Скоро у меня будет корабль и команда бравых ребят, коих здесь пруд-пруди. Я обещаю, что как только немного встану на ноги, так сказать. То есть, опять встану в строй, тогда мы встретимся в более приемлемой обстановке. И тогда я покажу тебе более достойные места, нежели этот жалкий островок с людьми настолько низкого сорта, что и за людей-то их считать не стоит. Поверь, здесь смотреть не на что!       Ариэль не сильно-то и верила Джеку, но что-то подсказывало ей, что сейчас лучше прислушиваться к его явно лживой речи. В его словах была доля правды, мифические существа чувствуют людей, видят их. Им дан этот дар по праву рождения. Русалка ещё не знала обо всех своих возможностях. На занятиях в младших классах подводной школы людей они проходили поверхностно, а в высшую она только перешла. Ей ещё два года учиться разным премудростям, а главное, их научат колдовать, петь песни сирен, готовить снадобья от различного рода морских заболеваний и лечить ранения. Как не хотела Ариэль признавать своё поражение, но внутренний голос заставил её повременить с изучением других людей.       — А знаешь что, Джек, я и сама уже не хочу смотреть на тех, кто тут живёт. Судя по отзывам моих морских собратьев, — она кивнула в сторону дельфинов, — здесь обитают какие-то дикие особи мира людей. Мне пора домой, Клиффорд довезет тебя до берега. Прощай! — ударив хвостом по воде, Ариэль направилась подальше от острова. Весь её вид кричал о том, что она обиделась на Джека.       Пират не удержался и сдавленно хрюкнул в кулак, чтоб не расхохотаться. Ему сейчас сложно было сдержать себя, так по-детски нелепо выглядело их расставание, но и обижать Ариэль ему не хотелось. Сидеть на гладкой спине морского создания оказалось не шибко удобно. Очень хотелось поскорее почувствовать под ногами твёрдую землю. Джек понимал, что навряд ли ещё раз увидит Ариэль. Морская девочка уплывет под толщу воды и забудет его, играя с рыбками в своём дворце. Напоследок он решил покрасоваться и встал на широкую темно-серую спину дельфина. Тот, поняв его намерение, ведь дельфиний интеллект превышает человеческий, медленно подплыл к высокому причалу Тортуги. Обернувшись, Джек изящно поднял руку и помахал Ариэль на прощание, как ни странно, но она тоже обернулась в этот момент и махнула рукой, после чего нырнула в накатившую волну и исчезла с поверхности.       Для Джека всё происходящее с ним не имело особого веса, но что-то в груди, там, где стучит и бьётся, заставило его задуматься о том, что существует и другая жизнь, без приключений и без боёв на шпагах и саблях.       Его мысли тут же улетучились, так как на берегу он наткнулся на пьяного мистера Гиббса, спящего в луже помоев в обнимку со свиньёй.       — Хоть что-то в этом мире никогда не изменится, — пробурчал себе под нос Джек. Он набрал в ведро чистой воды из стоящей рядом бочки и окатил из него старого друга. Мистер Гиббс тут же проснулся и расфокусированным взглядом долго вглядывался в своего обидчика. Лицо у него в этот момент было совсем детским, что выглядело очень забавно на фоне потрепанной жизнью внешности.       — Эй, старый друг! Вставай! Солнце встало, нас ждут великие дела.       — И какие же? — выпалил было мистер Гиббс, но тут же осёкся, — разрази меня гром! Джек, Джек Воробей, живой?! А поговаривали, что тебя уже морской черт доедает в своём логове.       — Не дождутся! Как видишь, я жив и готов к новым приключениям. Пойдём в трактир, надо покумекать об одном дельце, — Джека не смущали ни запах, ни видок друга. В этом месте вонь была также естественна, как запахи лучших духов в Лувре. В конце концов, пираты не отличались брезгливостью и любовью к чистоте.       — Стесняюсь спросить, как ты выжил на этот раз? Мортимер трещал на всю округу, что тебя бросили на крохотном островке без еды и воды.       — Ага, и с одной пулей в мушкете, — кивнул Джек и улыбнулся своей самой хитрой улыбкой, — но они не учли, что там есть престный ручей, есть пальмы с кокосами и кое-какая живность. Да и я кое-что умею, не дитя малое. А спасся, только цыц, ты никому не скажешь? — он приложил палец к губам.       — Джеки, я могила, ты ж знаешь, — ударил себя в обтянутую мокрой рубахой грудь Гиббс.       — Тогда слушай, — Джек наклонился к самому его уху, — там живут огромные черепахи, я сплел верёвку из лиан и уплыл на одной из них.       — Да врешь ты всё! Так не бывает.       — Честное моё слово. Именно так всё и было.       Тут они дошли до трактира «Пьяная лодка», и Джек толкнул вечно открытую дверь, висящую уже пару лет на одной петле и неизвестно почему ещё не отлетевшую ко всем чертям. Джентльмены удачи зашли в тускло освещённое помещение, пропитанное запахом дыма и перегара. Вдохнув сей коктейль, Джек почувствовал себя дома.