Осталось лишь помнить

Когда Лекс открыл глаза, комнату по-прежнему обволакивал мрак, но, судя по голосам, доносившимся то сверху, то снизу, утро, похоже, уже давно наступило. На бедре лежала тёплая ладонь, периодически ощупывая мягкость кожи, и губы юноши слегка дрогнули в мечтательной улыбке. В воспоминаниях всплыли вчерашние пылкие касания и слова, сказанные Ником в порыве чувств. И хотя омега сомневался в том, что альфа признался в любви искренне, всё же в душе надеялся стать в будущем таким же значимым, как и Даниель. Николас будто почувствовал его волнение и медленно повёл ладонь к внутренней части бедра, спрятанной под гладкостью шелковистых брюк, поднимаясь всё выше, пока омега не остановил его, цепко ухватившись за кисть. Не то чтобы Лекс был против, ему в принципе нравилась игривость альфы, как часть характера, но, во-первых, он не хотел разбудить каким-нибудь лишним звуком Даниеля, ведь альфа всё ещё похрапывал и совсем рядом. Во-вторых, как говорила мама, нельзя позволять альфе слишком часто распускать руки, иначе можно очень быстро превратиться из любимого в обслугу, утратив в глазах мужчины былую изюминку. — Упс, — с усмешкой шепнул Ник, когда юноша оттянул его руку до того, как пальцы коснулись мягкой плоти. — Уже не спишь? — Нет, — так же тихо ответил омега, позволив положить ладонь обратно на бедро. — Ты ведь и так понял. — А Дан, похоже, ещё спит. Но оно и не удивительно. При ранениях или тяжёлой болезни альфы инстинктивно впадали в некую спячку, ведь во сне восстановление шло гораздо быстрее. Николас бы даже подшутил над Даниелем, когда тот бы проснулся, припомнив партнёру его давнее колледжное прозвище, но промолчит. Он и сам чуть бледнее побелки не стал, когда из первых уст услышал о вчерашней зачистке, потому язык не повернётся свести опасное приключение к шутке. Похоже, им придётся задержаться здесь ещё на некоторое время, и надо бы известить об этом Марию. Альфа нащупал под подушкой фонарик и, включив, положил на тумбу так, чтобы свет не потревожил спящего. Сам же лениво поднялся с кровати и потянулся руками к потолку, разминая кости. Стандартные кровати делались для бет, не учитывая, что на ней мог спать альфа, потому и ему, и Даниелю пришлось согнуть колени, чтобы поместиться. Раньше такие детали казались обыденными, а сейчас легко можно обратить внимание, насколько сильно разнились вещи для всех трёх полов. — Ты куда? — поинтересовался юноша, наблюдая, как подрагивают в напряжении мужские мышцы. — Схожу в бар. Надо снять комнату ещё на пару ночей. — Я с тобой, — шепнул омега, медленно подползая к краю. И уже свесив босые ноги, обратился к обувающемуся Нику со вчерашними мыслями: — Заодно хочу кое о чём попросить.

***

— Значит, он жил в центре? — прожевав варёное голубиное мясо, спросил мужчина. — Да, — кивнул юноша, взяв в руки дольку помидора. — Я знаю дорогу, если что. — Хм-м, — задумался Ник, обращая глаза к своей тарелке. Он-то, конечно, не против сводить Лекса к другу, но оставлять Даниеля одного не хотелось. К тому же неизвестно, какие опасности могут таиться в центре. Альфа снова перевёл взгляд к ожидающему ответа омеге, в глазах которого столько надежды ютилось, что других слов, кроме согласия, он произнести просто не сможет: — Ладно, попробуем прорваться. Но если преградой станут бандиты или опасные твари, мы рисковать не станем. Идёт? — Хорошо, — просиял омега и вышел из-за стола, чтобы на радостях чмокнуть альфу в колючую щёку. — Спасибо, Ник! — Малыш, я бы сказал, что не стоило, но не скажу, — усмехнулся мужчина, довольный омежьим порывом. — Ану-ка, отход, — слегка подтолкнула Мария Лекса животом. — Я тут с тарелками и кружками хожу. — Извините, — стеснённо произнёс юноша, отходя к своему месту. — Мария, — позвал альфа, — подойдёшь потом? Хочу у тебя, как у здешней, про центр города расспросить. — Звиняй, парень, но работа не ждёт. Леона скоро вернётся, спроси у неё. — Ладно, — кивнул мужчина. — Кстати, мясо объедение. Мои комплименты повару, — подмигнул он ей. — Каков подхалим, а, — хохотнула женщина, расплывшись в белозубой улыбке, и пошла дальше по рядам. Николас ухмыльнулся — приятно осознавать, что он снова производит на людей должное впечатление. Утром, ещё до того, как Лекс проснулся, его снова посещала лихорадка, разгоняя жар по жилам, но в этот раз он не чувствовал тяжести ни в теле, ни в душе. Всё-таки в обострение секс с омегой ничем не заменишь, даже отменной дрочкой с желанным альфой. Сейчас он чувствовал себя превосходно, будто змей, сбросивший старую жмущую кожу, что мешала свободно двигаться. И как ему удавалось держаться все восемь лет? Загадка. — Расскажешь о своём друге, пока ждём Леону? — в приподнятом настроении произнёс мужчина, снова закинув в рот мясо. — М-м, — запнулся юноша, вспоминая, каким был до апокалипсиса Тео. — Нам обоим было всего по двенадцать, когда мы в последний раз виделись. Но я помню, какие у него были красивые светло-русые волосы и смешной характер, — он улыбнулся, видя в картинках памяти, как омега часто шутил и кривлялся. — Я всегда всех стеснялся, а Тео цвёл в окружении людей. Надеюсь, он жив. — Даже если выжил, то мог стать совсем другим, — предупредил мужчина, зная, как сильно иногда мог поменяться характер человека после апокалипсиса. — Да, я понимаю, — кивнул юноша, понуро ковыряясь вилкой в тарелке. — Но каким бы он ни стал, я хочу его увидеть. — Оп-ля, кого я вижу, — появилась за спиной Ника Леона, как обычно самодовольно ухмыляясь. — Как там Даниель? — спросила она, утягивая стул от соседнего столика. Бета, что за ним сидел, враждебно прищурился, возможно кого-то ожидая, но предъявлять альфе ничего не стал. — Не помешаю, надеюсь? Ник качнул головой. Они ведь как раз её и ждали, но мужчина всё не мог понять, почему альфа постоянно вызывала некое раздражение, будто он продолжал видеть в ней соперницу. Будь Леона холостой, это бы всё объясняло, но она замужем и на Лекса точно видов не имеет. Может, дело в феромонах? У них у обоих древесные запахи. Говорят, в старину альфы со схожим феромоном часто сражались друг с другом за превосходство. Но Николас не чувствовал, чтобы Леона напрягалась рядом с ним так же, как он. — Доброе утро, — улыбнулся ей омега, и пока Ник сидел, нахмурив брови, ответил на вопрос: — Он ещё спит. Но, судя по спокойному дыханию, ему явно лучше, чем вчера. — Ну и хорошо, — радушно произнесла она и, треснув ладонями по столу, придвинулась ближе, делая вид, будто следующие слова не для чужих ушей. — Как вам моё гнёздышко? Понравилось? — Маловато выбора в музыке, — уклончиво ответил Ник, видя, как начали рдеть щёки на юном лице напротив. — Но в целом уютно. Леона чуть склонилась в сторону Лекса и прикрыла веки, поглубже втянув воздух. А затем распахнула, с ухмылкой взглянув на не слишком довольного её поступком мужчину. Да, жест выдался неприличный, но ей хотелось знать, нужно ли прибраться в помещении, прежде чем она снова поведёт туда мужа. Алан не слишком жаловал чужие запахи в своём гнезде, а уж похотливые — тем более. — Рада, что вы хорошо провели время, — буднично произнесла она. — Ага, — недовольно хмыкнул мужчина. Но раздражение ушло, когда он увидел, с какой мечтательной улыбкой Лекс снова ковырял свой несчастный салат. — Ладно, проехали. Мы, кстати, ждали тебя. — О? Зачем? — поинтересовалась женщина, сложив руки на стол. — Что можешь сказать о центре города? Лекс хочет повидаться с другом. Правда, неизвестно, жив ли он. — Це-ентр, — протянула женщина, обдумывая ответ. — Ну, он ничем особо не отличается от нынешних мест. Только бандюг больше, и зомбаки по заброшкам шарятся активнее, но в целом — иногда Бернард мелкоту свою выгуливает их пострелять. — Ты с этим бетой знакома? — Мария знакома, а я работаю на неё, так что и важных посетителей в лицо знаю. — Удивительно. Альфа работает на бету, — усмехнулся мужчина. Скажи кто ему эту фразу в прошлом — ни за что бы не поверил. — Мария не из робких. Раньше тут заправлял всем её муж, но его не стало. Пришлось бизнес ей на своих плечах держать. А беты-женщины — это тебе не омежки, как их частенько привыкли сравнивать, — она ойкнула, вспомнив про одного такого омежку рядом. — Прости, милый, не обижайся. — Всё нормально, — улыбчиво ответил юноша. Заслушавшись, он, в общем-то, и не заметил какого-то подтекста в словах. — Я больше удивлена, что вы знакомы с Бернардом. Всего день в этом захолустье, а уже в передряги влезли. Точнее Даниель. — Если бы я вчера не взбесился, он бы не получил травму, — тяжело вздохнул мужчина, снова почувствовав неприятное давление в груди. — Ну что сказать: милые бранятся — только тешатся, — хохотнула Леона, явно пропуская в тон издёвку. Николас застыл и нервно дёрнул уголками губ, скорчив подобие улыбки, хотя, скорее всего, она больше напоминала гримасу отвращения. Леоне пришлось извиниться за подкол, видимо посчитав, что она задела тонкую альфью натуру, но по спине Ника всё равно прошёлся холодок, будто женщина прознала его секрет. — А в центр все улицы открыты? — вдруг поинтересовался юноша, привлекая к себе внимание. — Мы везде можем пройти? — Ну-у, когда я последний раз ездила туда за товарами, препятствий не повстречала. Думаю, после зимы никто баррикад ещё не успел настроить. — Тогда хорошо, — выдохнул омега. Дорогу к дому Тео он помнил, но в городе лежало слишком много развилок, в которых легко заплутать. — Ладно, пойдём собираться, малыш, — начал подниматься мужчина, заодно покрепче затянул пакет с мясом для Даниеля. — До встречи, Леона. — Будьте осторожны, — пожелала женщина, помахав ладонью. — Хорошо, — кивнул юноша, перед уходом положив в рот последнюю дольку помидора.

***

— Куда-то собрались? — прозвучал хриплый голос, когда Ник с Лексом пытались бесшумно сложить в рюкзаки нужные для похода вещи. — Дан, — нервно хохотнул Николас, будто застуканный за преступлением. — Мы разбудили тебя? — Куда-то собрались? — вновь повторил альфа, в этот раз настойчивее. — Я хочу сходить к другу в город, — признался омега, засовывая пистолет в кобуру на талии. — Мы… — А я не у дел, значит? — грубо перебил его мужчина, резко сбросив с себя одеяло. — Дани, тебе нужно отдыхать, — снисходительно ответил Николас, подходя к севшему на край кровати альфе. — Как нога? — Я в норме, — рыкнул Даниель, сердито уставившись в печальные серые глаза. Он ненавидел, когда на него смотрели с жалостью. — И я иду с вами! Николас только бессильно вздохнул — знал, что переубеждать этого упрямца нет смысла, но он прекрасно видел, как подёргивается кожа на чужих нездоровых веках. И не понять: то ли от злости, то ли альфа пытается скрыть, насколько больно ему даже просто сидеть. — Ладно, как скажешь, — смирился мужчина и протянул Дану пакет. — Поешь тогда. Не спеши, мы подождём. — Спасибо, бля, за одолжение, — фыркнул он, выдёргивая из пальцев еду. Пока альфа отрывал клыками куски мяса, прожёвывая их с особой жадностью, Николас задумался. А не посчитал ли Даниель, что они с Лексом снова решили уединиться за его спиной? Потому и отреагировал так резко. Неприятно было осознавать, что он утратил доверие любимого, и хорошо бы позже уделить больше внимания своему альфе.

***

— Здесь направо, — скомандовал юноша, проходя очередную высотку. — Как ты, Дан? — забеспокоился мужчина, уже несколько минут наблюдая, как дыхание альфы становилось всё тяжелее и тяжелее. — Да нормально я, — вякнул он, упёрто ступая на больную ногу, что каждым движением жгла, будто вылетающая из дула пуля. Но он не даст считать себя инвалидом! Подумаешь, царапина. Его, бывало, и сильнее ранило. И что теперь, как немощь валяться в постели? — Теперь сюд-да, — вздрогнув, заикнулся омега, остановившись на входе в тёмный арочный туннель, разделяющий два дома. В глубине, оперевшись об облезлую стену спиной, стоял мужчина, затягивающийся сигаретой, и явно недобро смотрел в его сторону. Лекс сделал шаг назад, но Николас обнял его за плечо и молча повёл мимо подозрительного беты. — Слышь, — остановился возле него Даниель. — Не подскажешь, далеко «ларь Дурота»? Бородатый, малоприятный мужик дёрнул губой и прищурился, видимо оценивая, кто перед ним стоит. Затем, сбив пальцем с сигареты пепел, наклонился к альфе и в полухрипе назвал адрес. Дан благодарно кивнул и похромал к выходу, где, насторожившись, его уже ждали Ник с Лексом, из-за игры света казавшиеся просто двумя силуэтами. — Что ещё за ларь? — спросил Ник, оглянувшись назад, убедиться, что тот тип за ними не идёт. — Оружейная, — не стал таить мужчина. — Бернард подсказал, но адрес я забыл. Думал, по дороге из города заскочим, но раз уж мы в центре, зайду сегодня. — Неплохая идея. Патроны бы не помешали. — Хоть кто-то из нас должен думать о выживании, а не только об омежьих жопах, — с упрёком высказался альфа, ускорившись в шаге. И плевать на боль. Ник промолчал. Похоже, Даниэль ещё не раз напомнит про его пару часов удовольствия. И стоило ли оно того? Сложно сказать, но, по крайней мере, Ник больше не чувствовал былой агрессии, а в их с Даном отношениях важно держать самообладание. — Сюда, — омега снова завернул за угол. — Кх-х… Услышав где-то неподалёку кряхтение, они огляделись и заметили прыгуна, свисающего с балкона на пятом этаже. Это не первая тварь на их пути, и чем дальше в глубь, тем чаще попадались разные виды. Город опасен тем, что со стороны улицы всё может выглядеть спокойным, но стоит не заметить притаившегося в разбитом окне упыря, и прощай жизнь. Дан взглянул на Ника, дав понять, что с одним глазом может и промазать, в ответ мужчина кивнул, потянувшись за револьвером. Проверив, надёжно ли сидит глушитель, альфа прицелился и нажал на курок. Длинные пальцы твари разжались, и она рухнула на поваленный мусорный жбан, привлекая на звук ещё одного перерождённого. Теперь в мусоре валялось два трупа. — Ну и далеко ещё? — спросил Дан, проходя мимо умерщвлённых тварей. — Да, ещё пара домов, — заверил его юноша, стараясь не смотреть на изуродованные тела. — Неплохой здесь райончик был раньше, — поглядывал по сторонам Ник, оценивая сохранившиеся вывески и форму домов. — Да, раньше здесь было очень красиво, — кивнул омега, вспоминая прошлое. — Мы с Тео долго гуляли по этим улицам, когда я к нему приезжал. Как только за соседним домом показались знакомые серые стены, Лекс прибавил в шаге, не обратив внимания на недовольное прицмокивание Даниеля, и вскоре оказался перед нужным подъездом. Сердце отчаянно заколотилось, подпитываемое волнением, и чтобы немного успокоиться, юноше пришлось ненадолго задержать дыхание. — Пришли, — выдохнул он. Ник нахмурился. Окна у этого дома были заколочены не все, но, судя по свисающей мокрой одежде, дом являлся жилым. С одной стороны, конечно, хорошо — была надежда встретить омегу живым, с учётом, если он вообще остался жить в старой квартире. Но в вольных домах обычно царила анархия, и если отец юноши не был достаточно сильным, чтобы дать отпор бандитам, то и сын, и омега-родитель, скорее всего, пошли по рукам. — Заходим или чё? Солнце всю башку уже напекло, — проворчал Дан, проведя ладонью по нагретым кудрям. — Да… — чуть ли не шёпотом ответил юноша. В подъезде витала прохлада, и Даниель вздохнул, с блаженством ощутив, как горячее тело постепенно остывало. Правда, новым испытанием стали ступеньки аж на седьмой этаж. Из некоторых квартир доносились то крики, то смех, разбавляемые болезненными стонами. Хотелось перестрелять всех этих трахунов, но это ведь не его дело, у каждого своя жизнь и своя судьба. Наверное, дай природа ему больше эмпатии, и уже давно кормил бы червей с пулей в башке. Николасу повезло, что у него такой партнёр, как он, иначе тот точно бы ворвался в какую-нибудь квартиру спасать несчастных — вон как напрягает скулы, с ненавистью вглядываясь в каждую дверь. — Здесь, — сообщил юноша, остановившись напротив железной двери с синей облезлой краской. Николас слегка оттянул юношу назад и подошёл к двери сам, плотно прислонив к ледяной глади ухо. Внутри глухо слышались мужские голоса и редкие постукивания, будто посуды по столу, но это не те звуки, которые пытался услышать мужчина. Нужен был хоть стон, хоть плач, хоть что-нибудь, указывающее на присутствие омеги в помещении. И вот, когда он уже хотел сообщить, что, скорее всего, пришли они зря, послышался сильный стук, а за ним еле различимый звонкий вскрик. — Дан, доставай ружьё, — твёрдо сказал он и, отлипнув от железа, взялся за револьвер. — Где-то там как минимум два мужика и, предположительно, омега. Но может быть и женщина. — Ясно. Отходи, — приказал альфа, отцепив от рюкзака оружие. — Сколько там комнат? — обратился он к притихшему Лексу. — Три. От двери — длинный коридор, потом будет справа зал, а дальше — по разные стороны две комнаты. — Ник, — кивнул ему Дан подбородком, и мужчина потянул за круглую ручку. Мало где сейчас можно встретить уцелевшие замки, особенно во вскрытых квартирах, потому, как и ожидалось, дверь свободно открылась. И что самое главное — без скрипа. Первым вошёл Даниель, пропуская вперёд себя лишь дуло. Его встретили полумрак и грязный, затоптанный ковёр, который тянулся до самых дальних комнат. Сопляк, конечно же, забыл упомянуть, что от двери лежал проход сначала на кухню, и только потом — в зал. Впрочем, Дан был готов к встрече с бандитами, даже если бы они стояли у входа, потому резко повернул ружьё на свет незашторенного окна, но кухня оказалась пуста. — Я ж сказал, пика, — дошёл до него грубый голос за закрытой дверью в зал. — Хули ты мне своей бубой тычешь, остолоп. — Да иди к чёрту, ты смухлевал! Похоже, их ещё не услышали. Дан снова кивнул, и за ним внутрь вошёл Николас, держа револьвер наготове. Лекса же Ник оставил стоять в проходе на кухню, чтобы, если вдруг откроется стрельба, омегу не задело. Далее альфа подошёл к раздвижной деревянной двери, сделанной в азиатском стиле, и приготовился снова открыть проход для Даниеля. — Тц, а меж глаз черта не хочешь? — Братан, не начинай. — Э, куда сиськи спрятал, шлюха? — Я замё-ёрз… — вымученно прозвучал высокий юношеский голос. Диалог продолжился дальше, но мужчины услышали достаточно. Парень находился в комнате, вопрос лишь — тот ли там омега? И выяснить это можно лишь одним способом. Дан выставил перед собой ружьё и, глядя в упор на дверь, кивнул, сообщая, что готов к внезапному вторжению. Через секунду промедления Ник с силой толкнул створку пальцами, и та со скрипом отъехала в противоположную сторону. Невзирая на боль от резких движений, Даниель ворвался внутрь. — Не двигаться! — властным тоном приказал он, видя перед собой двух сидящих на диване мужиков с картами в руках. Один был тёмным, с длинной бородой и мускулистый; другой — не такой крупный и не заросший, зато весь в шрамах. Пока Дан нацелился на бородатого, второй оскалился и, вопреки приказу, бросился к небольшому стеклянному столу, на котором лежало два пистолета. Но схватить не успел: Николас выстрелил в стекло, и всё, что на нём лежало, вместе с осколками оказалось на полу. Под весь этот лязг жмущийся у окна юноша пискнул, прикрыв голову руками, но о нём они позаботятся позднее. — Следующая полетит в голову, — предупредил Николас, наставив на бандюгу дуло. — Сука! — вякнул мужик, но последовал примеру своего сообщника, смиренно подняв руки. — Чё вам надо? — Съебали из хаты, оба, — дерзко бросил Дан, кивнув на дверь. — И без фокусов. — Омега остаётся, — добавил Ник, поглядывая на парня. —Тц, — недовольно цокнул бородатый, — ладно. Оба альфы, как есть, поднялись и, не опуская рук, прошли к выходу. Нечасто удавалось так просто выпроводить бандюг из насиженного жилища, впрочем, эти оказались слишком самоуверенными, раз ничем не подпёрли дверь. — Малыш, выходи. Лекс настороженно выглянул из-за холодильника и, не обнаружив опасности, последовал за альфами в зал, куда снова первым вошёл Даниель. — Что, опять? — нервно взглянул парень на альфу. — Дайте моей жопе хоть часик отдохнуть. — Да кому всралась твоя жопа, — скривился Дан. — Это твой дружок? — обратился он уже к другому омеге. Юноша нерешительно выглянул из-за спины Ника, и почему-то внутри у него всё скрутилось от волнения. Перед глазами предстал молодой парень с русыми волосами по плечи и весьма недовольным выражением лица. Из одежды на нём почти ничего не было, кроме коротких рваных шорт и грязных белых носков. По худощавому телу мелькали то синяки, то следы от слишком грубой хватки. Но это был он. Даже спустя восемь лет, сквозь взросление и изменившийся голос, Тео всё равно остался узнаваемым.