Шалфей, зелёный бергамот и перец

Прошло две недели с тех пор, как Мираж исчез после их последней игры. Две длинные, мучительные недели, которые Тхэ Джун провёл, отчаянно пытаясь найти его хотя бы каким-то образом. Сначала Крипто не придал этому большого значения — Мираж мог пропасть на день или два, чтобы отдохнуть от игр. Но когда время перевалило за два дня, беспокойство начало закрадываться в его мысли. Это было странно, особенно учитывая, что Мираж всегда был рядом, маячил перед глазами — на арене, в баре, на встречах. Первое, что сделал Крипто, было очевидным — звонки и сообщения. Однако каждый раз в ответ была лишь тишина. Он даже пытался звонить с незнакомых номеров, надеясь, что Мираж просто игнорирует его. Но результата не было. Следующий шаг был более настойчивым. Парк несколько раз приходил в бар, где обычно работал Эллиот, надеясь увидеть его за стойкой — как всегда, улыбчивого, уверенного, разливающего напитки посетителям с лёгкостью. Но и тут его ожидало разочарование: Миража не было. Бар продолжал шуметь, наполняться людьми, но для Тхэ Джуна он казался пустым без привычной фигуры Уитта. Сотрудники только пожимали плечами — никто не видел его. С каждым днём тревога усиливалась. Он просматривал списки участников игр, которые стартовали чуть позже, надеясь увидеть там знакомое имя. Но Мираж не участвовал ни в одном из новых матчей. Это было странно, непохоже на него. Трюкач всегда присутствовал, везде и всюду, будто был неотъемлемой частью каждой игры. И теперь он просто исчез. Парк думал обратиться к другим легендам — Патфайндеру, Рамье, даже Рене. Они были ближе всего к Уитту, могли что-то знать, но... что он им скажет? Начнутся вопросы, на которые у Крипто не было желания отвечать: «Зачем тебе это?», «Почему ты так переживаешь?». И как он объяснит? Скажет правду? Признается, что они с Уиттом поцеловались и он не мог найти себе места? Не мог выбросить из головы эту чёртову неопределённость? Нет, Крипто просто не мог. Но с каждым днём эта неопределённость становилась для него всё невыносимее. Время шло, и напряжение только росло. Крипто сканировал все возможные источники информации, и каждый неудачный поиск словно давил на его грудь. Он сидел перед несколькими экранами, нервно водя пальцами по клавишам, но результат всегда был один — ничего. Тхэ привык к тому, что всегда может найти ответы, даже самые сложные вопросы в цифровом пространстве рано или поздно приводили к разгадке. Но здесь, несмотря на все усилия, был лишь вакуум. Никаких транзакций, ни одной записи в социальных сетях, никаких билетов на транспорт. Крипто встал со стула и подошёл к окну. Тусклый свет улицы едва освещал комнату, но его мысли были слишком далеко от всего. Почему Мираж исчез именно сейчас? Почему он ничего не сказал? Тхэ Джун знал его как человека, который не умел держать что-то в себе, который постоянно был на виду. В отчаянии Крипто перевёл взгляд на стол, где лежала фотография с одной из их игр. Мираж, с привычной самоуверенной улыбкой, стоял, будто побеждая одним своим видом, а рядом — сам Тхэ Джун, сдержанный, с каменным лицом. Он раздражённо выдохнул, но всё же взял фото в руки. Его пальцы предательски дрожали. «Зачем я вообще её храню?» — мелькнуло в голове. Но ответом была тишина. Крипто вернулся к компьютеру и, откинувшись на спинку стула, ощутил, как усталость охватывает его с ног до головы. Его взгляд скользил по панелям с кодами и данными, но за этими строками скрывались его собственные страхи и сомнения. Конечно, Мираж был взрослым мужчиной, способным постоять за себя. Он даже был старше Тхэ Джуна почти на десять лет. Но сейчас это ощущалось иначе. Он глубоко вдохнул, пытаясь подавить растущее беспокойство и привести мысли в порядок, но вновь и вновь вспоминался тот поцелуй. Этот момент не давал покоя, словно навязчивый образ, который возвращался снова и снова. Неужели это была ошибка? Или ошибка была в том, как они оба отреагировали на него? Но что теперь? Крипто сжал кулаки, словно пытаясь заглушить все чувства. Всё усложнялось его семьёй и Синдикатом. Это была не просто паранойя — он знал, на что они способны. И если бы кто-то узнал о его отношениях с Уиттом, всё стало бы хуже. Парк не мог позволить себе такую роскошь — сближаться с кем-либо. Ему удалось выжить и сохранить свою анонимность только благодаря дистанции. Дистанция была его щитом, его безопасностью. Он вспомнил угрозы, которые поступали от Синдиката. Его сестра, люди, которые были близки ему в прошлом — их жизни всегда висели на волоске из-за его работы. Неужели он допустит, чтобы Мираж оказался в той же опасности? «Если что-то случилось с ним...» — Крипто крепко закрыл глаза, сжав виски, стараясь заглушить этот ужасный сценарий в голове. Уитт был слишком добр, слишком светел для этого мира. Даже если они не были так близки, как ему бы хотелось, Эллиот всё равно занимал важное место в его жизни. И эта важность пугала его больше, чем он готов был признать. «Твоё беспокойство о нём не имеет смысла», — уговаривал себя хакер. — «Ты должен держаться от него подальше. Ты всегда так делал». Но почему-то теперь эта идея казалась не просто неправильной, а мучительно неверной. Но почему это стало так важно? Почему он не мог просто забыть про Уитта и продолжить жить, как раньше? Всё, что оставалось, — это снова и снова приходить в бар или ждать, когда Мираж появится на играх. Крипто знал, что должен был поговорить с ним и установить чёткие границы.

***

Когда дни слились в сплошное ожидание, каждое посещение бара и каждый просмотр списка участников игр не приносили результата, Крипто наконец увидел его. Мираж стоял за стойкой, но выглядел иначе. Уставшим, но таким спокойным. Его обычно сияющая улыбка была лишь тенью того, что Парк привык видеть. Он машинально протирал стаканы, общался с гостями, но всё его тело будто излучало какое-то едва уловимое изменение. Крипто не сразу поверил своим глазам — он не мог понять, действительно ли это Уитт или он просто сошёл с ума и воображение сыграло с ним злую шутку. Тхэ Джун сел за самый дальний столик, ощутив, как по телу прокатился лёгкий прилив облегчения. Эллиот жив. Но следом за этим пришли волна раздражения и тысячи вопросов, которые все эти дни бурлили в его голове. Бар начал пустеть. Последние посетители покинули помещение, и Мираж, не спеша протирая столы, наконец заметил одинокую фигуру в углу. — Извините, бар уже закрыт, — голос прозвучал небрежно в попытке сохранить вежливость. Но через мгновение он замялся, его взгляд нервно метнулся в сторону, прежде чем вернулся к фигуре. — О, Крипто, это ты. Парк смотрел на него внимательно, ощущая, как пальцы слишком сильно сжимают бутылку воды. Всё его тело было готово взорваться от напряжения, которое он не мог подавить. А Мираж неуверенно переминался с ноги на ногу, нервно теребя тряпку, словно она могла помочь разрядить возникшую между ними атмосферу. Осознав это, он резко бросил её на стол. — Эллиот, — спокойно произнёс Парк, ощущая, как голос становится тише. Его взгляд не отрывался от Миража, словно он пытался найти ответы в его лице, в каждой знакомой черте. — Где ты был?

***

Мираж не обернулся, когда покидал арену. Свет прожекторов слепил, в ушах стоял гул, а его имя мелькало в комментариях зрителей, но всё это казалось далеким, будто происходило не с ним. Он не убегал от толпы или внимания — он убегал от себя. Он не хотел встречаться взглядом с Крипто, не хотел видеть на его лице недоумение. Воспоминания о том, что произошло, жгли, и ему хотелось спрятаться, сбежать как можно дальше. Это, казалось, легче, чем услышать, что Крипто скажет сейчас. Это был детский, инфантильный поступок, но, если он задержится хотя бы на минуту, всё может стать ещё хуже. Вернувшись домой, Мираж не находил себе места. Он метался по комнате, мысленно ругая себя за каждый момент, который всплывал в памяти снова и снова. «Почему я полез к нему вообще?» — эта мысль преследовала его на каждом шагу. Эллиот уселся на диван, сжимая голову руками. Он вспоминал, как его губы соприкоснулись с губами Крипто, в носу всё ещё стоял тот запах парфюма. Всё внутри переворачивалось — тогда это был ужас и одновременно... счастье? Но теперь всё казалось вопиющей глупостью, с которой он не мог справиться. «Чего ожидал? Что всё будет иначе?» — он ударил кулаком по столу, как будто мог таким образом выплеснуть злость, смешанную с отчаянием. Конечно, Крипто заговорил бы о том, что они оба мужчины или о каких-нибудь параноидальных вещах. «Ему это не нужно», — уговаривал себя Мираж, — «И я ему не нужен». Пару дней Уитт не выходил из дома, окончательно впав в апатию. Мысли разрывали голову на части, и каждое воспоминание об упущенном моменте лишь добавляло масла в огонь. Не дождавшись спокойствия, он принял простое, но необходимое решение — взять перерыв, вернуться в родной дом и исчезнуть на время. Бар или Игры сейчас были последней вещью, о которой хотелось думать. Он попросил Рамью последить за баром и найти ему замену на ближайшие смены, а затем собрал сумку и ушёл. Мираж принял все меры, чтобы остаться незамеченным: он специально попросил знакомых подвезти его на машине, расплачивался только наличкой, а телефон принципиально почти не включал уже пару дней — всё для того, чтобы Парк не смог его отследить. Эллиот не был параноиком, но знал, насколько умён и целеустремлён Крипто, если поставит себе цель. А сейчас он не был готов к встрече. Лишь перед тем, как почти доехать до матери, он воспользовался смартфоном. Включив устройство, Мираж увидел поток уведомлений: пропущенные звонки, сообщения — всё от Крипто. Некоторые номера были незнакомыми, но это не сбило его с толку: Парк, конечно же, попытался достучаться другими способами. Среди всех этих попыток затесалось и сообщение от Рампарт. Саркастичное, как всегда: «Чё вы опять не поделили? Твой хакер чуть ли не живёт в баре, да и выглядит так, будто сдох». Мираж вздохнул. «Если спросит про меня, просто игнорируй» — быстро ответил трюкач и снова отключил телефон. Тишина возвращалась. Уитт прибыл к матери поздно ночью. Его всегда охватывало беспокойство, когда он возвращался. Всё выглядело, как всегда: те же старые цветы на подоконниках, слегка обшарпанные обои в коридоре, скрипучая входная дверь. Но если дом словно застыл во времени, то состояние матери ухудшалось с каждым разом, и каждый визит был тяжелее предыдущего. Мираж помогал по дому, как мог: готовил простые блюда, напоминал о приёме лекарств, убирался и чинил вещи. Но порой он замечал, что мать с трудом узнаёт его. В такие моменты Эллиот садился напротив и говорил: «Мам, это я. Я твой сын, Эллиот. Я тут, помнишь?». Она смотрела на него с удивлением, словно впервые осознавала, кто он, а затем спокойно улыбалась и трепала его по голове: «Конечно же помню. Как я могла тебя забыть, сынок?» В один из дней они сидели на старой скамейке во дворе, наблюдая, как солнце медленно опускается за горизонт. Закат окутывал их тёплым светом, а в воздухе уже чувствовалась лёгкая прохлада. Мираж знал, что такие моменты были редкими — когда её состояние позволяло насладиться простой тишиной. Они молчали, но это молчание было странно умиротворяющим. Вдруг она нарушила его: — Ты уже нашёл кого-нибудь, Эллиот? Его сердце замерло. Этот вопрос разорвал ту хрупкую оболочку, которой он пытался оградить себя сейчас от собственных эмоций. Эллиот отвёл взгляд, пряча нарастающее беспокойство за ироничной улыбкой. — Есть один человек… — он остановился, не желая углубляться. — Но ничего не выйдет, мам. Всё сложно… Её лицо напряглось, пытаясь осмыслить его слова, но это было ей не по силам. Она вздохнула и слабо улыбнулась: — Ты всегда был молодцом. И с победой. Я знала, что ты лучший на Играх. Её голос звучал с гордостью, но от этого Эллиоту становилось только тяжелее. Она всё ещё думала, что Игры закончились на днях, хотя прошло уже больше недели. Он накрыл её руку своей, сжимая чуть крепче, словно пытаясь зацепиться за этот момент. Вдруг она снова заговорила: — А кто этот парень, который был с тобой в команде? Мираж растерялся. Ответить было труднее, чем он думал. Его мысли тут же вернулись к Крипто. Парк занимал всё его сознание, и Уитт не знал, что делать с этими чувствами. Он боялся сказать матери правду, боялся признаться, но попытался уйти от темы: — Да так… коллега. Мы редко общаемся. Она посмотрела на него так, будто знала, что он что-то недоговаривает, но больше вопросов не задала. Ночи в доме матери не приносили Миражу ни покоя, ни облегчения. В темноте перед его глазами вновь и вновь вставал образ Крипто — холодного, отстранённого, но такого близкого. Мираж ворочался в постели, терзаемый тревогой. Он видел, как Крипто отворачивается от него, и в этих снах Мираж больше не мог прятаться за иллюзиями. Все подавленные чувства вырывались на поверхность, но над ним лишь смеялись. Он боялся этих снов, ведь каждый из них лишь усиливал его сомнения и страхи. Мысли разъедали его изнутри. Каждое утро он просыпался всё более измотанным. Бессонные ночи тянули его на глубину, и каждый новый день становился невыносимее. Но в глубине души он понимал: рано или поздно придётся вернуться. Встретиться с Парком лицом к лицу и выслушать, что тот скажет. Если Тхэ Джун попросит его уйти — он уйдёт. Он отпустит его, если это то, чего тот хочет. Уитт готов был принять любое решение, каким бы болезненным оно ни оказалось. Когда пришло время возвращаться, Эллиот грустно оглядывал дом, понимая, что этот визит был одним из самых тяжёлых. Но перед тем, как уйти, его мать, чувствуя себя чуть лучше, подошла к нему и обняла. — Ты уезжаешь, да? — тихо спросила она. — Да, мам. Мне пора. Она внимательно посмотрела на него, словно видела что-то, что он сам отказывался замечать. — Эллиот, — сказала она тихо и снова обняла Уитта, — ты должен быть смелым. Ты сильный парень, даже если сам так не думаешь. И не бойся оступиться. Если у тебя есть какая-то мечта, если тебе кто-то дорог, ты должен бороться за это. У тебя всё получится, потому что ты мой сын. Я всегда буду с тобой и верить в тебя, кем бы ты ни был и куда бы ни шёл. Эти слова глубоко тронули Уитта. Он почувствовал, как его горло сжимает от волнения, и в глазах щипало от слёз. Он обнял её крепче, позволив себе ненадолго погрузиться в слабость и страх. Но её уверенность передалась и ему. Это было всё, что ему сейчас нужно. Когда Мираж сел в машину, он принял для себя решение. Он больше не будет прятаться. Когда придёт время, он встретится с Тхэ и расскажет ему всё, что чувствует. Несмотря на все сомнения, несмотря на неопределённость, он готов бороться. Потому что, как бы страшно ни было, он слишком сильно любил Крипто, чтобы просто так сдаться.

***

Уитт молчал, словно не ожидая прямого вопроса, но затем снова вернул привычное добродушное выражение лица. — Я… ездил к матери. Нужно было заняться личными делами, — он пожал плечами, пытаясь звучать так, словно это не имеет никакого значения. Но его голос выдал его. Крипто тяжело вздохнул, пытаясь бороться с явным недовольством. Он верил, что Уитт действительно ездил к матери, но этот ответ был слишком простым для той ситуации, в которой они оказались. Внутри Тхэ Джуна всё бушевало — раздражение и растерянность переплетались в странную смесь, которую он уже не мог спокойно контролировать. — Эллиот, — начал он холодно, всё ещё пытаясь держать себя в руках. — Ты серьёзно думаешь, что такой ответ меня устроит? Где ты был — это не главный вопрос. Мираж наклонил голову, оглядывая пол. Он не планировал сегодня этого диалога. — Ты сам мне такой задал. Какой тогда главный вопрос, Крипто? — с лёгким сарказмом спросил Уитт, хотя голос дрожал. — Поцелуй, Эллиот, — Парк был прям, как всегда. — Ты поцеловал меня, даже когда я повёл себя как последний мудак. И что потом? Просто исчез на две недели, не дав мне возможности понять, что произошло. Ты… сбежал, — в его голосе послышалось не только раздражение, но и обида, которую он не мог больше скрывать. Мираж резко поднял взгляд, и в его глазах мелькнула странная смесь удивления и надежды. — Я… я подумал, что нет смысла тогда об этом говорить, — наконец пробормотал Уитт, потеряв свою обычную уверенность. Крипто тихо усмехнулся, но в этом смехе не было ни капли радости. Он был наполнен горечью. — Ты правда так думал? Ты нагло ворвался в мою жизнь, сделал это… и просто ушёл? И теперь делаешь вид, что ничего не было? Мираж вдруг нахмурился, в его глазах загорелся огонёк возмущения. Он скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что теперь не намерен так просто сдаваться. — А ты что, хотел, чтобы я остался? Ты бы просто сбежал первым. Ты всегда так делаешь. — их разговор снова превращался в обычную перепалку. Он легонько прикусил язык, пытаясь умерить свой пыл. — Да, я совершил глупость. Но всё же… Внезапно хакер потерял самообладание. Он резко поднялся с места, стул с грохотом упал на пол. — Серьёзно? — выпалил он. — Вот поэтому нам и нужно было поговорить, Уитт. Я не могу позволить себе такие вещи, как поцелуи или чувства. Я должен был сказать тебе это ещё раньше, но ты просто пропал, оставив всё так, как есть. Трюкач молчал, напряжённо смотря куда-то в пустоту. — Я прекрасно понял, что нравлюсь тебе. — продолжал Парк. — Но тебе стоит забыть об этом. Это бессмысленно. Мираж прищурился. Столько причин могло заставить Крипто говорить такое, но Уитт решил начать с простого. — Из-за того, что происходит с твоей семьёй и Синдикатом? Да, Тхэ Джун? Крипто замер, словно ударенный молнией. Он уставился на Миража, не веря, что тот мог знать. — Что? О чём ты вообще? Уитт пожал плечами, теперь глядя в глаза хакеру с теплотой. Всё оказалось гораздо проще, чем он думал. — Так и знал… Всё нормально, можешь не переживать. — Это не нормально, — резко ответил Парк, чувствуя, как злость затмевает его разум. — Ты вообще понимаешь, к чему ты ведёшь? Если мы будем ближе… если что-то между нами пойдёт дальше... Ты можешь пострадать. Или твоя мать. — он замолчал, чувствуя, как голос дрогнул на последней фразе. — Ты такого будущего хочешь? Мираж усмехнулся, подходя чуть ближе. — Всё-таки ты не соврал, когда сказал, что переживаешь за меня? — вдруг спросил он, неожиданно для Крипто. — Чего? — резко выпалил хакер. Как Мираж мог так легко говорить всё? — Это не шутка, Уитт. Синдикат — они могут убить тебя. Ты хотя бы думал об этом? Парни вновь встретились взглядами, но теперь у Эллиота было больше серьёзности, чем Крипто ожидал. — Ты правда считаешь, что я не подумал о рисках? — спокойно, но твёрдо произнёс трюкач. — Я давно уже знал, на что иду. Я себя так накрутил за это время, а ты лишь об этом… Тебе стоит перестать думать, что ты единственный, кто принимает решения. Крипто дёрнулся, осознав, как сильно они оба были вовлечены в этот конфликт. Но в словах Миража было что-то, что надломило его. Расстояние между ними сократилось до минимума. — Я просто... не хочу, чтобы ты пострадал, — тихо сказал он, его голос стал мягче. Казалось, что ещё немного и он сорвётся. Парк стоял, тяжело дыша, его взгляд метался по лицу Миража. Ему не хотелось открываться, не хотелось признаваться, но из него вырвалось само собой: — Я искал тебя. Все две недели. Я пытался… пытался понять, где ты. — его голос задрожал, он не мог больше скрывать волнения, которое переполняло всё это время. — Я уже решил, что ты пропал и больше не вернёшься. Каждая фраза давалась хакеру с трудом. Это было признание, которого Мираж ждал слишком долго. Крипто, тот, кто всегда держался в стороне, кто не признавал слабостей, теперь стоял перед ним, открыто показывая свою уязвимость. Для него это был огромный шаг, и Уитт это понял. — Тхэ Джун, — тихо произнёс он, его голос был полон понимания и тепла. — Прости, что мой побег заставил тебя думать такое. Я не хотел, чтобы ты так переживал из-за меня. Мне надо было время. Просто… я не знал, как справиться со всем этим. — трюкач улыбнулся. — Но мы можем справиться вместе, понял? Ты не один. Крипто смотрел на него с недоверием. Его плечи немного опустились, и он сделал шаг назад, собираясь вновь спрятаться за своей маской, а затем уйти. Но в этот момент Мираж мягко, но уверенно схватил его, сократив расстояние между ними до минимума. Он осторожно обнял хакера, положив руку на его спину. — Ты можешь доверять мне, — шепнул он. — Я больше не сбегу от тебя. Обещаю. Крипто на мгновение застыл, словно не зная, что делать, но затем его напряжённые мышцы расслабились, и он, наконец, позволил себе ответить на объятие. Он не мог больше сдерживать эмоции, и медленно положил голову на плечо Миража. — Я… не привык к этому, — сдавленно произнёс он, пытаясь собрать свои мысли. — Но... я тоже постараюсь не убегать. Это было не просто обещание, а осознание того, что они оба наконец приняли решение бороться не друг против друга, а вместе.

***

Парни стояли рядом, их объятие было нежным, но сохраняло некое напряжение. В этот момент Эллиот чувствовал странную смесь облегчения и волнения. После двух недель разлуки, нервов и неуверенности, он наконец чувствовал Парка рядом. Стараясь справиться с бушующими эмоциями, Уитт робко произнёс: — Можно… можно тебя поцеловать? В этот раз лучше спрошу… Крипто взглянул на него, слегка усмехнувшись последней фразе. Его взгляд был, как всегда, спокойным и ровным, но теперь в нём отчётливо читалась мягкость, что Мираж редко видел. Парк коротко кивнул. Мираж замялся, прежде чем приблизиться. Когда их губы наконец соприкоснулись, всё было не так гладко, как он ожидал. Они оба немного запнулись, их поцелуй получился неловким, как будто каждый из них ещё до конца не решил, куда двигаться дальше. Губы Эллиота двигались неумело, словно он пытался понять, что чувствует Тхэ, но не мог найти правильного ритма. Крипто, почувствовав его неуверенность, решительно, но мягко взял инициативу на себя. Он углубил поцелуй, его движения стали увереннее. Медленно, но неизбежно, страсть между ними начала нарастать. Уитт ощутил, как всё его тело напряглось от этого нового, захватывающего опыта. Его ладони сами потянулись к лицу хакера — пальцы осторожно прошлись по краям имплантов, скользнув по скулам и зарывшись в волосы. Руки Парка опустились на талию Миража, притягивая его ближе, пока между ними почти не осталось расстояния. Уитт впервые почувствовал, насколько прикосновения Тхэ могут быть ласковыми и уверенными. Ощущение их близости росло с каждым моментом, и страсть, скрытая за масками неопределённости, медленно вырывалась наружу. Крипто слегка отстранился, прерывая поцелуй, и посмотрел Миражу в глаза. Его взгляд стал более многозначительным, и он, не говоря ни слова, медленно наклонился к шее Эллиота. Он коснулся губами кожи, оставляя мягкие поцелуи, но вдруг осторожно укусил, и Мираж не сдержался — тихий стон непроизвольно вырвался из него. Он не думал, что Крипто будет таким... смелым. Неожиданные касания заставили его жадно искать большего, прижимаясь ближе. Пока трюкач пытался осмыслить происходящее, руки Тхэ проникли под его рубашку. Холодные пальцы прошлись по оголённой коже, оставляя за собой ощущение жара. Уитт уловил, как дыхание Крипто стало чуть тяжелее, а вместе с этим росло и его собственное возбуждение. Настойчивые прикосновения были почти невыносимо приятными, и это смущало Миража. Крипто что-то прошептал на корейском, его голос звучал тихо и хрипло, словно шелест листьев. — А? Что ты сказал? — слабо усмехнулся Эллиот, хотя лицо его пылало. Он не понимал, но в этом был какой-то особый шарм. Уитт прикрыл глаза, позволяя себе просто ощущать каждый момент, каждое прикосновение и каждый поцелуй, которые были такими неожиданными, но такими необходимыми сейчас. Мираж, почувствовав, как его накрывает волной тепла и внезапного возбуждения, слегка отстранился от Крипто, тяжело дыша. Волнение, смешанное с растущим желанием, было сильнее, чем он ожидал. — Погоди, мне... — запыхавшись, он сделал шаг назад и неловко потёр шею, где всё ещё ощущал жар поцелуев. — Я... Мне нужно быстро в душ. Я только после работы, чувствую себя... не самым свежим. Это буквально минут пять. Уитт виновато улыбнулся и, жестом указывая по коридору, повёл его в небольшую комнату отдыха. — Тут есть диван и всё, что нужно, — сказал он, указывая на угловой чёрный диван у стены. Столик рядом был уставлен книгами и журналами, а на тумбочках лежали всякие мелочи — обычный домашний уют, который неожиданно выбивался из обстановки бара. Крипто сел, наблюдая за тем, как Уитт уходит. Ожидание заставляло его волноваться, и он не мог удержаться от мысли о том, как Эллиот выглядел минуты назад и его тело трепетало под каждым прикосновением. Всё стремительно стало меняться между ними, из-за чего Парк закрыл лицо руками и нервно усмехнулся сам себе. Он уже не знал, что делает, но больше не хотелось всё контролировать. Впервые за долгое время он готов просто плыть по течению, без планов и расчетов. Когда Эллиот вернулся, он был лишь в длинной футболке, а на бёдрах виднелись ярко-жёлтые боксеры. Его волосы были всё ещё слегка влажными и растрёпанными, а капли воды медленно стекали по шее. Крипто задержал на нём взгляд — Эллиот выглядел немного неуверенно, но при этом невероятно сексуально, особенно когда ткань футболки прилипала к телу на груди и плечах. — Ну, вот я и... — начал Мираж, но не успел договорить. Парк не стал медлить. Он тут же притянул Уитта к себе, прижимая его к дивану. Их губы снова соприкоснулись, но на этот раз поцелуй был лишён прежней неловкости. Он был глубоким, горячим и полным страсти, будто время вокруг остановилось, оставив только их двоих. Хакер целовал его с жадностью, словно ожидание только подогрело его желание. Крипто быстро избавил Уитта от влажной футболки, и холодный воздух комнаты мгновенно коснулся кожи, покрывая его мурашками. Эллиот заметил, как задумчивый взгляд Тхэ задержался на его теле, что заставило его почувствовать себя уязвимее. Хотя Мираж был физически крепче и накаченнее Парка, сейчас он ощущал себя маленьким и незащищённым. Парк перешёл к шее Эллиота, покрывая её поцелуями, время от времени оставляя засосы, и с каждым прикосновением Мираж выдыхал сильнее. Крипто действовал не спеша, казалось, что каждый его поцелуй был продуман и выверен. Он уделял внимание каждой детали: от нежного покусывания кожи до медленного движения губ вдоль ключиц. Тхэ чувствовал, как тело Миража под его прикосновениями трепещет, будто каждое касание отзывалось в нём тысячами электрических импульсов. Когда Тхэ Джун добрался до его груди, он провёл губами и языком по соскам, лаская их медленно, но настойчиво. Уитт не смог сдержать стон, уже громче, чем прежде. Это наслаждение сносило его, и он непроизвольно выгнулся, прижимаясь ближе к Крипто. — Чёрт, — едва слышно пробормотал Мираж, его дыхание сбилось, а в голове творился полный хаос. Уитту казалось, что, возможно, стоило немного побрить грудь после возвращения, но Парк, судя по всему, не обращал внимания на эту небрежность. Крипто продолжал, его руки медленно скользили по телу Уитта, останавливаясь на его бёдрах. Пальцы поглаживали кожу, оставляя за собой дорожку приятного тепла. Их тела становились всё ближе и ближе, и казалось, что они сплелись воедино. Мираж ощущал каждое прикосновение так остро, что казалось, будто его тело пульсировало от удовольствия. Крипто не отрывал взгляда от Миража, наблюдая, как его тело извивалось под каждым касанием, как дыхание становилось всё более прерывистым, а лицо пылало от возбуждения. Желание усилить их контакт становилось почти невыносимым, и в голове Тхэ мелькнула смелая мысль попробовать что-то новое, то, чего он никогда прежде не делал. Его губы скользнули вниз по животу Эллиота, оставляя за собой влажные дорожки поцелуев. Уитт, застыл, глядя на него затуманенным взглядом, не понимая, что происходит, пока не почувствовал, как Крипто осторожно раздвинул его ноги и начал стягивать с него бельё. — Погоди, ты... — начал было Мираж, но Парк его не слушал. Он продолжал уверенно двигаться дальше, и все слова застряли у Эллиота в горле. Дыхание Тхэ становилось всё горячее, и каждое прикосновение его губ отзывалось в теле Миража дрожью. Эллиот невольно напрягся, не до конца понимая, что тот задумал. Но в следующее мгновение его тело перевернули, и крепкие руки приподняли его бёдра. Он чувствовал, как дыхание Крипто приближается к его самой уязвимой части, и в груди всё сильнее нарастало тревожное возбуждение. Парк остановился, оглядывая Миража. Парень уткнулся в диванную подушку, пытаясь скрыть раскрасневшееся лицо. Тело Эллиота дрожало от ожидания, и он уже не мог скрывать, как сильно хотел продолжения. Крипто аккуратно провёл руками по бёдрам, плавно переходя к ягодицам, затем слегка раздвинул их, поглаживая ладонями. Хакеру казалось, что он слышит, как сердце Миража колотится громче и быстрее, а дыхание становится неровным. В голове у Миража крутилось множество вопросов, но все они тут же исчезли, как только он почувствовал, как мягкий, влажный язык Крипто скользнул по его коже. Этот момент оказался шокирующе приятным, и его дыхание сорвалось на глубокий, приглушённый стон. Тхэ начал с осторожных, ласковых прикосновений губами, сначала обводя языком чувствительную кожу рядом с анусом. Это движение заставило Уитта вздрогнуть, и его тело моментально напряглось. Он открыл глаза и оторвался от подушки, чувствуя, как жар охватывает его. Крипто не спешил, продолжая дразнить, то касаясь, то отходя на мгновение. Эллиот не мог поверить в происходящее. Всё было таким новым и непривычным, что его тело полностью погружалось в удовольствие, которое он никогда раньше не испытывал. Его пальцы вцепились в диван, а ноги инстинктивно раздвинулись шире, открывая Крипто полный доступ. Парк двигался медленно, уверенно продолжая изучать эту чувствительную область. Его язык нежно обводил вокруг дырочки, дразня этими медленными круговыми движениями, исследуя и пробуя. Когда Парк наконец коснулся языком самого ануса, Уитт не смог сдержаться. Его тело дёрнулось от наслаждения, и он выгнулся навстречу, позволяя Крипто продолжать. Тхэ, почувствовав, как Эллиот реагирует на каждое прикосновение, стал работать языком настойчивее. Он аккуратно ласкал и проникал внутрь, увеличивая темп. Каждое действие Крипто было уверенным, но нежным, словно он не хотел причинить Уитту дискомфорт. Его язык продолжал погружаться внутрь, исследуя всё глубже, и каждый раз, когда Крипто двигался чуть сильнее, Мираж таял под ним. Он не мог сдерживать стоны, не мог остановить себя от того, чтобы невольно двигать бёдрами и поддаваться этому наслаждению. — Ох, твою ж... — прошептал трюкач, едва способный ещё говорить. Голос дрожал от напряжения и удовольствия. Дыхание становилось ещё более прерывистым, а каждое прикосновение покрывало его тело мурашками. Крипто продолжал, его руки уверенно скользили по ягодицам Миража, раскрывая его ещё больше. Язык Тхэ двигался быстро, пробуя каждую реакцию, каждую вибрацию тела. Волны похоти захватывали Миража одна за другой, его сознание постепенно тонуло в этом. Хакер чередовал медленные, глубокие ласки с более быстрыми, каждый раз оставляя Эллиота с чувством, что всё только начинается. Уитт уже не мог думать ни о чём, кроме этого интенсивного удовольствия, которое захватило его целиком и погрузило в бездну. Весь его стыд и неуверенность исчезли, уступив место чистому экстазу, который пронизывал каждую клетку его тела. — Боже... Тхэ, это... — едва смог вымолвить Мираж, его голос был низким и прерывистым. Он почувствовал, как его тело полностью расслабилось и он больше не мог сопротивляться, доверяя Парку, как никогда прежде. Крипто, не останавливаясь, продолжал нежно ласкать его, язык мягко и уверенно двигался внутри, чувствуя, как мышцы Эллиота расслабляются всё больше. Тхэ Джун наслаждался реакцией, понимая, что окончательно взял контроль над ситуацией. Тело Миража трепетало, ноги дрожали, а сердце билось так, будто вот-вот вырвется из груди. Он уже не мог думать ни о чём другом — всё его внимание было сосредоточено на действиях партнёра, которые сводили его с ума, заставляя забыть обо всём, кроме их близости в этот момент. Тхэ, чувствуя, что Эллиот приближается к своему пределу, аккуратно отстранился, стягивая с себя майку. Уитт перевернулся на спину, тяжело выдыхая через нос, заметно раздражённый тем, что Парк прервал всё так резко. Крипто, уловив недовольство Миража, хмыкнул. Его взгляд пробежал по раскрасневшемуся лицу трюкача, который, хоть и пытался выглядеть раздражённым, не мог скрыть того, что происходящее ему безумно нравится. — Чего такой недовольный? Мираж поднял на него взгляд, всё ещё стараясь восстановить дыхание, и слегка покачал головой, собираясь с мыслями. — Эллиот… Чего ты сейчас хочешь? — Парк внезапно стал серьёзным, а его взгляд внимательно наблюдал за реакцией. — Э-эм… — Уитт замешкался. — Думаю, я не против быть снизу. Такой ответ заставил сердце Крипто забиться чаще. Он почувствовал, как к его лицу прилила кровь, но сдержался, не давая своим эмоциям проявиться слишком явно. Он кивнул, готовясь к следующему шагу. Эллиот резко вскочил с дивана и бросился к тумбочке, лихорадочно открывая дверцы одну за другой в поисках защиты. Его движения были резкими, даже немного неуклюжими, словно его отвлекали навязчивые и тревожные мысли. Но когда он нашёл только тюбик со смазкой и ни одного презерватива, то замер, почувствовав лёгкое разочарование. — Что-то не так? — спросил Крипто, подходя ближе и заглядывая через его плечо. Мираж выпрямился и обернулся, ухмыляясь: — Похоже, это всё, что у меня тут есть, — пробубнил он, крутя перед собой тюбик смазки. — О-о-о… Даже срок годности нормальный. Удивительно. Крипто усмехнулся, однако в его взгляде появилось что-то более серьёзное. — Не заразный, если это тебя беспокоит, — Парк произнёс это с лёгкой иронией, но потом быстро смягчил тон. — Но, если это важно для тебя, можем перенести всё это на потом. Мираж задумался, но затем вздохнул и отвёл взгляд. — Всё нормально, думаю, что я тоже. Честно говоря, у меня слишком давно никого не было. — он нервно сглотнул, сжимая в руке тюбик. — Можно и без презерватива. Эти слова вызвали у Крипто новый всплеск возбуждения. Мираж доверял ему, и это не осталось незамеченным. Тхэ уверенно уложил парня обратно на диван, забрав у него из рук смазку. — Раз ты уверен... — прошептал он, устраиваясь между его ног. Его голос звучал низко и бархатисто, словно обещая, что всё будет в порядке. Крипто осторожно открыл тюбик со смазкой, выдавливая небольшое количество на пальцы. Прохладная, скользкая текстура растеклась по его коже. Он бросил короткий взгляд на Миража, который лежал на диване, глядя на него с таким же доверием, какое проявлял на арене перед началом боя. Но это было другое сражение — более интимное, полное новых ощущений. Смазав пальцы, хакер аккуратно коснулся Уитта. Мираж слегка вздрогнул от прикосновения, но тут же расслабился, приоткрыв рот и прикрыв глаза. Тхэ начал медленно массировать вход, позволяя ему привыкнуть к ощущениям. — Расслабься, — прошептал Крипто, его голос был чуть хриплым, словно он сам боролся с собственными эмоциями. Первый палец проник внутрь. Мираж зашипел от резкого вторжения, хотя его тело давно было готово к этому. Но это было не больно, скорее, странно. Он подтянул колени ближе к груди, стараясь расслабиться. Парк двигался осторожно, прислушиваясь к каждому вздоху и стону Эллиота. Но спустя секунды его движения становились всё более уверенными, и он медленно растягивал анус Миража круговыми движениями пальца, погружаясь глубже. Эллиот почувствовал, как тёплое покалывание расходится по телу. — Ты... не такой напряжённый, как я ожидал, — заметил Крипто, слегка удивлённо, когда почувствовал, что тело Миража легче реагирует, чем он предполагал. Эллиот открыл глаза, удивившись этой фразе. — А? Ну... я иногда использовал игрушки, — признался он, не удержавшись. — Да и в душе я немного подготовился... Крипто остановился, но его губы расплылись в улыбке. Он наклонился ближе к уху Миража, его дыхание коснулось кожи, заставив Эллиота вздрогнуть. — Не ожидал от тебя такой... развратности, — прошептал Тхэ с ноткой игривости. — Не знал, что ты этим занимаешься. Мираж издал тихий вздох, чувствуя, как сильно бьётся его сердце из-за этих слов. Он пытался пошутить, но все попытки застряли в горле. В этот момент второй палец скользнул внутрь, и Уитт выгнулся, хватаясь руками за диван. Это было более ярко — два пальца двигались настойчивее, и ощущение растяжения стало ощутимым. Едва заметное жжение сменялось глубоким чувством наполненности, и каждый раз, когда пальцы Тхэ касались чувствительных стенок внутри, Эллиот вздрагивал. Его дыхание участилось, мышцы бедер напряглись, и он почти не мог сдержать громкие стоны, которые вырывались из него. Мираж прикусил губу, пытаясь сохранить хоть немного контроля, но это было невозможно. Парк наблюдал за ним с почти хищным вниманием, его пальцы наращивали темп, а сам он не отрывал взгляда от лица Эллиота, наслаждаясь видом. Другая рука нежно ласкала напряжённый член Миража, но удерживая его на грани, не давая кончить слишком рано. Для Крипто это было непередаваемое ощущение. Его пальцы чувствовали, как тело Миража отвечает на каждое его движение, как мышцы сжимаются и пульсируют. Это осознание власти будоражило, и хакер понимал, что всё, что происходит сейчас — это не просто физический акт. Это был момент доверия, момент, когда Мираж открывался ему полностью, и это возбуждало Крипто так сильно, что он окончательно перестал жалеть, что моментально полез к Уитту с намёками. Они давно были взрослыми людьми, у которых были простые человеческие потребности. Каждый вздох, каждый тихий стон, каждый дрожащий отклик на его действия приносили Парку глубокое удовлетворение. Он чувствовал, что управляет не только телом Миража, но и его эмоциями. Крипто медленно вынул пальцы из Миража, удерживая их на миг внутри, наслаждаясь тем, как стенки Эллиота рефлекторно сжались, словно не желая отпускать. Уитт тяжело дышал, его грудь быстро вздымалась, словно он только что пробежал марафон. Тхэ взглянул на партнёра, впитывая этот момент, который казался мимолётным, но слишком значимым. Но терпение иссякало, и он быстро сбросил джинсы и бельё, наконец избавившись от боли напряжённого ожидания. Эллиот вздрогнул, когда тёплая рука Крипто коснулась щеки, и открыл глаза, встретившись жадным, пылающим взглядом. Без единого слова хакер склонился и поцеловал его со всей страстью и желанием, которые, казалось, с каждым мгновением усиливались. Уитт отвечал ему с той же пылкостью, обвив руками его шею, притягивая ближе. Языки нетерпеливо сплелись, и Мираж застонал в поцелуй, когда язык Парка начал исследовать его рот. Он касался нёба, слегка щекоча его, проводил языком по зубам Уитта и каждый раз перехватывал инициативу. Когда воздуха обоим стало не доставать, Крипто отстранился. Он взял тюбик и щедро смазал свой член, а затем тихо прошептал: — Готов? Голос был хриплым, а внутри всё горело, поэтому, не дожидаясь ответа, он начал входить в Миража, придерживал ногу трюкача, а второй рукой помогая себе аккуратно вставить свой член внутрь Эллиота. Уитт задыхался, его тело непроизвольно выгибалось навстречу, но при этом он чувствовал лёгкую боль и давление. Крипто двигался осторожно, давая Миражу время привыкнуть к новому ощущению. — Это... нереально, — простонал Мираж, ощущая, как Крипто медленно продвигается глубже, растягивая его ещё сильнее. Голова кружилась, а его тело ощущало каждый миллиметр движения. Мозг отказывался поверить, что всё это происходит на самом деле. — Как будто я сплю... Он не мог остановить поток мыслей — всё происходящее казалось невозможным и одновременно слишком ярким, как будто он находился в каком-то гипнотическом сне. Эллиот снова выгнулся, принимая Крипто всё глубже. Тело трепетало от каждого движения: горячий член пульсировал внутри, а чувствительные мышцы Уитта сжимались вокруг него, стремясь удержать. Мираж ощущал проникновение как мощные волны жара, перекатывающиеся по его телу и заставляющие его сжиматься ещё сильнее. Крипто держал его крепко за бёдра, двигаясь в ритме, который подходил Миражу, иногда наклоняясь ближе и шепча тихие, горячие слова ему на ухо. Они будоражили, и кожа Эллиота покрывалась мурашками. Но внезапно, с прерывистым дыханием, Уитт приподнялся на предплечьях и прошептал: — Поменяем... поменяем позу. Я хочу... хочу попробовать сверху. Крипто сразу же замедлил движения, позволяя Миражу выскользнуть из-под него. Эллиот с трудом поднялся на колени, откинув назад мокрые от пота пряди волос, а затем сел сверху, осторожно направляя член внутрь себя. Это было ещё более интенсивно: угол проникновения изменился, и давление стало значительно сильнее. Трюкач зажмурился, его мышцы напряглись, и он снова простонал, когда Крипто вошёл полностью. — Осторожно... вот так, — прошептал Тхэ, его руки вновь уверенно обхватили бёдра Эллиота, помогая ему. — Двигайся так, как тебе хочется... Теперь Мираж сам задавал темп, двигаясь сначала осторожно, но вскоре его толчки стали быстрее. Их тела были в едином ритме, а стоны Миража становились громче, сливаясь с глубокими, удовлетворёнными звуками Крипто. Эллиот чувствовал себя свободным и полностью открытым, как никогда раньше. Крипто смотрел на него с обожанием, чувствуя, как достигает предела. Но внезапно Парк заметил, как движения Миража замедлились, его лицо напряглось. Он внимательно посмотрел на Эллиота, осторожно поглаживая его, и тихо, с заботой, спросил: — Всё нормально? Тебе точно нравится? — Ты... эм... — Мираж замялся, пытаясь найти нужные слова, но затем резко выпалил: — У тебя... чуть больше, чем я себе представлял. — Ты представлял нас в постели? — уточнил Тхэ. Он был одновременно удивлён и польщён, а выражение лица выдавало неподдельный интерес. Эллиот пожал плечами, избегая взгляда Крипто, и пробормотал: — Ну... не то чтобы... но, может быть... представлял, — он тяжело вздохнул, отворачиваясь. Но через секунду внезапно вновь повернулся: — Удивлён, что такого классного и уморп… умепомор… тьфу... шикарного Эллиота Уитта возбуждает занудный заучка? Крипто не сдержался — уголки его губ моментально приподнялись, а в глазах заиграли весёлые искорки. Он нежно провёл пальцами по щеке Эллиота, сдерживая смешок: — Немного, — ответил он тихо, понижая голос, ощущая приятное тепло от откровенности.— Но мне нравится. Мираж сам не мог поверить, что только что признался в подобном, но назад пути уже не было. Он запрокинул голову, глубоко вздохнув, пытаясь перевести дух. В этот момент до него снова донёсся знакомый аромат — шалфей, зелёный бергамот и перец, тот самый. Сегодня аромат был чуть мягче, чем обычно, и только сейчас Эллиот ощутил его. — Ты опять пользуешься этим... твоим парфюмом, — пробормотал парень, пытаясь сменить тему. — Он всегда такой узнаваемый. Крипто приподнял бровь, слегка наклонил голову и прищурился. — Ты что, меня всегда нюхаешь? Эллиот закатил глаза и неохотно признался: — Просто он слишком вонючий, — он обнял хакера, положив голову ему на плечо. — Ну ладно, не вонючий. Просто я давно заметил, что ты пользуешься именно этим ароматом. Он у тебя всегда один и тот же. — Забавно, — сказал Тхэ, откинувшись назад и оперевшись на подушку дивана, но не отпуская Уитта из объятий. — Это же ты мне его подарил. Трюкач резко отстранился, недоверчиво глядя на Крипто. — Чего? Когда это было вообще? Парк нахмурился, задумавшись, а затем вернул своё обычное спокойное выражение лица: — Где-то после того, как я пришёл на Игры. Все тогда решили устроить мне небольшую вечеринку — отмечали, что я уже несколько месяцев как одна из легенд. Многие принесли подарки, и ты был в их числе. Он на секунду замолчал, а затем тихо засмеялся, прикрывая рот кулаком, явно стараясь сдержать эмоции. — А? — Мираж растерялся, не понимая, что происходит. — Над чем смеёшься? — Прости... Просто я вспомнил, что ты тогда весь вечер ходил с таким недовольным лицом и злобно смотрел на меня весь вечер, думая, что я не замечаю, — Тхэ снова собрался и, пытаясь выглядеть серьёзным, добавил: — Извини, мне просто показалось это забавным. Уитт раздражённо напрягся, пытаясь вспомнить тот день. Внезапно его осенило: он просто взял одну из коробок с подарками, которые обычно приносили фанаты, не вникая в то, что там было. Осознание этого сильно смутило, и он почувствовал стыд. — О... — простонал он. — Я тогда просто схватил что-то из кучи фанатских подарков. Я тогда даже приходить не хотел, но это испортило бы мою репутацию. Крипто снова рассмеялся, и его смех был таким искренним, что Мираж не смог удержаться от лёгкой улыбки. В этот момент он ощутил, насколько счастлив видеть Парка таким расслабленным и в хорошем настроении. — Ты такой дурачок, — сквозь смех сказал Тхэ. — Я ещё тогда сразу не поверил, что ты специально выбрал этот подарок. Но знаешь что? Мне всё равно понравилось. Я с тех пор покупаю только его. Мираж посмотрел на него, чувствуя, как внутри всё тает от этих слов. Крипто нежно притянул его к себе и поцеловал — медленно и мягко, этим поцелуем он хотел показать большее. Чувствуя, как желание вновь накрывает с головой, Крипто медленно приподнял Миража за бёдра, напоминая ему, чем они занимались. Эллиот, ухватившись за плечи партнёра, подчинился этому движению, его бёдра начали ритмично двигаться, стремясь к тому самому пику, который уже был так близок. Каждое движение проникало всё глубже, оставляя после себя не просто физическое наслаждение, а нечто гораздо более значимое, что останется с ними навсегда. Даже сквозь усталость, Эллиот нашёл в себе силы взять инициативу, ускоряя темп. Он двигался быстро, каждый раз стараясь почувствовать хакера ещё сильнее, как будто хотел раствориться в этом моменте полностью. Напряжение в теле нарастало, с каждой секундой движения приносили новые волны удовольствия, всё более интенсивные. Уитт задыхался, глаза были прикрыты, и казалось, что он вот-вот потеряет контроль над собой. Его голос дрогнул, и он едва смог прошептать: — Тхэ... Тхэ Джун... я уже... Его слова прозвучали как мольба. В этот момент Парк, заметив его состояние, быстрым движением повалил парня на спину, не сбавляя темпа. Его взгляд сфокусировался на трюкаче, отражая тепло, заботу и что-то более личное. Он нежно коснулся подбородка Миража, заставляя его повернуть голову и встретить его взгляд. — Смотри на меня, — его голос звучал властно. — Не отводи глаз. Тхэ не остановился на этом. Вторая рука скользнула вниз, обхватила в ладонь член Миража. Он начал ласкать его, крепко и уверенно, что Мираж мог только стонать в ответ, чувствуя, как его тело не выдерживает. Эллиот изо всех сил старался не закрывать глаза, его взгляд оставался прикован к Крипто, но удерживать зрительный контакт становилось невыносимо тяжело. Сердце бешено колотилось, как будто готово было вырваться из груди. Каждое движение Крипто, каждое его прикосновение подталкивали Уитта всё ближе к грани, за которой уже не оставалось места для сдержанности. Крипто ласкал его, быстро поглаживая чувствительную головку, а их движения стали слаженными, идеальными, как будто их тела слились в танце. И вот, наконец, Эллиот не выдержал — его тело содрогнулось от мощного оргазма, он до боли прикусил губу, чувствуя, как кончает себе на живот, но всё это время его взгляд оставался прикованным к Парку, как будто в этот миг он хотел передать ему всё то, что не мог сказать сейчас вслух. В этот же момент Тхэ Джун, почувствовав, как стенки кишечника со всей силы сжимаются вокруг него, попытался выйти, чтобы не кончить внутрь. Но Мираж, поняв его намерение, быстро обхватил его бёдра ногами, не давая ему уйти. Это застало Тхэ врасплох, и он, издав сдавленный стон, не смог удержаться — жар прокатился по его телу, и он выплеснул тёплое и густое семя в Эллиота, заполняя его частью себя. Это был окончательное подтверждение их чувств друг к другу, и хакер крепко обнял парня, словно боясь, что тот уйдёт. Когда всё закончилось, тишина окутала комнату, нарушаясь лишь их прерывистым дыханием. Парни лежали рядом, словно мир вокруг них перестал существовать. Впервые за долгое время тишина не казалась им пугающей, не давила на сознание, навязывая тревогу. Она была спокойной и чарующей, а этот миг, наполненный близостью, они запомнят на всю жизнь. Мираж лежал неподвижно, чувствуя, как его тело постепенно расслабляется. Ноги всё ещё слегка дрожали, и каждое нежное прикосновение Парка отзывалось в нём слабым, но приятным покалыванием. С трудом собираясь с мыслями, он слегка пошевелился и тихо пробормотал: — Мне нужно немного полежать. Я, по-моему, ног не чувствую, — он слабо засмеялся, будто не хотел прерывать этот момент. — Но потом нам надо пойти в душ, иначе меня придётся отлеплять от дивана. Да и тебя. А ещё, кажется, чистку придётся вызывать... Крипто не ответил, но его улыбка — редкая, искренняя — говорила больше, чем могли бы любые слова. Он провёл рукой по волосам Миража, убирая с его лица пряди. Некоторое время они просто молчали, наслаждаясь друг другом. В этом молчании не было ни следа прежней неловкости, только принятие того, что между ними больше не осталось недосказанности. Только ощущение, что они движутся в правильном направлении. Эллиот аккуратно повернулся на бок и посмотрел на Крипто. В его голове мелькали тысячи мыслей, но одна отчётливо выделялась среди всех. Он приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же замялся, словно сомневаясь, стоит ли это произносить вслух. Наконец, решившись, он тихо позвал: — Тхэ Джун... Парк медленно повернул голову, его взгляд был спокойным и внимательным, а каждое слово Миража имело для него особую важность. Слышать своё настоящее имя от того, кого он так долго держал на расстоянии, было всё ещё непривычно. Но спрашивать о том, откуда он его знает, не имело больше для хакера смысла. Уитт вздохнул, собираясь с духом, и наконец произнёс то, что так долго сдерживал, словно боялся, что, сказав, разрушит всё, что между ними сейчас было. — Я люблю тебя… — его голос дрожал от эмоций, но во взгляде не было ни капли сомнения. — Вот… Давно мечтал это сказать... Всё, пойдём уже в душ. Крипто не сказал ни слова, а просто притянул Эллиота ближе, мешая парню встать. В этом жесте была вся забота, вся его искренность, и ничего больше не требовалось. Они оба знали — этого было достаточно. Лёжа так, рядом, обнявшись и улыбаясь, Тхэ Джун Парк поймал себя на мысли, что впервые за долгое время он по-настоящему счастлив.