Paw and Order

Клубничное фраппучино: смешанный лёд, молоко, клубничное пюре и взбитые сливки с ванилью День Эндрю начался, как всегда. Он, как и четвероногие кошки, о которых заботился каждый день, был человеком привычки. Он проснулся в 5:30 утра, не нуждаясь в будильнике, кроме собственных биологических часов. Он спустился вниз, Сэр и Кинг наперегонки пришли первыми, и его приветствовали голодные вопли десяти кошек. Он кормил их, лечил Клео от гипертиреоза, чистил неизбежные комки шерсти после сезона линьки и наполнял миски водой. Дейзи замурлыкала, пытаясь поцарапать. Эндрю с радостью подчинился, прежде чем выпустить всех маленьких монстров из тихой комнаты. Эндрю ушёл на час, чтобы позаниматься в тренажёрном зале дальше по улице. По дороге он курил, отмахиваясь от Аарона «эта штука тебя убьёт», эхом отдающегося в его затылке. Тренажёрный зал обычно был пуст с 6 утра до 7 утра, так что это было идеально для него. Он позволил своему телу двигаться, поднимая тяжести, пока его руки не дрожали от усилий, а пот не покрыл его тело. Там он принял душ и надел одежду, которую выбрал на день. В тот день он подобрал чёрную ветровку, для которой закатал рукава до локтей, тёмные рваные джинсы и свои надёжные ботинки. Он оживил свой наряд крошечной серьгой в виде меча, свисавшей из одного уха, маленьким ножом в другом, цепочкой, которую он продел через две петли для ремня, и снова надел нарукавные повязки. Вернувшись, Эндрю направился прямо на кухню, а Кинг ворчливо плелась за ним. Чёрная кошка устроилась на углу прилавка, наблюдая за каждым его движением, пока он тщательно отмерял ингредиенты своего обычного рецепта тройного шоколадного кекса, даже не пытаясь что-либо украсть. Как только это было в духовке, он перешёл к банановым маффинам, которые, как он знал, предпочитала Амелия. В воздухе кухни пахло домашней выпечкой, что ещё больше подчёркивалось тем, что Эндрю готовил тесто для ванильного торта. К тому времени, когда всё было готово и остывало на стеллажах, было 8 утра. Paw and Order был готов встретить своих клиентов в 9 утра. Кит и Кэт, два полосатых кота, брат и сестра, уже бродили по помещению, выискивая, какой вред они могут причинить. Эндрю никогда не был так рад выбирать искусственные растения вместо настоящих, когда они заставляли несчастную пластиковую монстеру гибнуть на линолеуме. Опять же. Эндрю снова поднял фальшивое растение после проигранной борьбы с гравитацией и открыл двери. Он обнаружил крошечную очередь завсегдатаев, уже ожидающих снаружи. Они все поздоровались, когда он впустил их внутрь, уже приветствуя кошек и занимая столики. — Эндрю! Привет! Эндрю узнает этот голос повсюду. — Доброе утро, Николь, — сказал он пожилой даме. — Ты не поверишь, но я вчера для внуков испекла партию печенья и испекла слишком много! — Она рассмеялась про себя, а затем протянула Эндрю большую тарелку. — Вот я и подумала, что принесу их тебе. — Николь.. — Нет, ты должен взять их. В противном случае никто не будет их есть, а мой стоматолог просто потеряет сознание, если я снова сломаю свои зубные протезы. Они для тебя, я настаиваю. — Я не могу есть всё это, — он определённо мог, но он должен был казаться хоть немного разумным перед покупателями. Он пробовал печенье Николь в прошлом. Это были самые вкусные печенья, которые он когда-либо ел. — Продай их! Используй деньги, чтобы позаботиться о кошках, — она указала на него пальцем. — Рассматривай это как пожертвование. Как те, что делают в школах для финансирования экскурсий. Я делаю небольшое пожертвование, вот и всё. Эндрю благодарно кивнул. Он занёс посуду внутрь и подвёл Николь к свободному столику. Она поблагодарила его, и он принялся за работу, принимая заказы. Он добавил партию печенья в меню, и почти все они были мгновенно распроданы. Он оставил одно для себя, спрятав его под прилавком в недоступном для кошек месте, никто не должен был об этом знать. Кинг наблюдала за ним со своего обычного места над прилавком своими ярко-жёлтыми глазами, пока он прятал улики своего преступления. Он поднёс палец к губам, и пушистая черная кошка медленно подмигнула ему, всегда участвуя в его сладких преступлениях. Когда все клиенты были обслужены, Эндрю принёс Николь её обычный напиток: клубничный фрапучино с шоколадным кексом на закуску. Независимо от погоды, это всегда было её любимым напитком. Кроме того, кекс был мягким. Не было риска, что её дантист накричит на неё из-за её протезов. — О, Эндрю. Как мило, что ты всегда помнишь. — Это за счёт заведения. Старуха прищурилась на него. — Ни в коем случае. Так дела не делаются, молодой человек. — В обмен на печенье. — Нет никакого обмена. Это было пожертвование. И в любом случае, если я захочу оставить тебе чаевые, я это сделаю. Эндрю закатил глаза. Он оставил её в приятной компании Клео, взрослого трёхцветного мейн-куна с гипертиреозом. Слева от него раздалось хихиканье. Он перевёл взгляд на Мишу, который лапой вырывал у студента немного взбитых сливок из горячего шоколада, пытаясь уберечь свой ноутбук от решительных действий кошки. Эндрю подошёл к столу, доставая из кармана маленький пластиковый пакетик с угощением. Это был последний, ему нужно было купить ещё после закрытия. — Вот, дай ему это, — студент взял пакетик и протянул его Мише. Рыжий кот проглотил его не задумываясь. — Этот забавный, - сказали студенты рядом, улыбаясь так широко, что у них заслезились глаза. — Почеши его под головой. Студент последовал совету Эндрю, и Миша тут же опустил голову на диван, держа задницу в воздухе самым нелепым образом. —Ну и король драмы, - снова засмеялись они. Эндрю был уверен, что у кошек есть встроенный радар, потому что не прошло и секунды, как Кит и Кэт ни с того ни с сего бросились к столу, выпрашивая угощение. Эндрю оставил студентов разбираться с ними тремя. Он услышал нежное щебетание над головой. — Привет, Сэр, — щебетала белая кошка. Она играла в акробата на подвесных платформах, которые Эндрю подвесил к потолку и которые создавали небольшое поле для приключений вокруг кафе. Эндрю похлопал себя по плечу. Сэр мурлыкнула, а затем прыгнула ему на спину, прижав свою маленькую головку к его уху со всей нежностью, на которую была способна. Он почесал её за ухом, отчего она заурчала ещё громче. Она улеглась ему на плечи, обхватив его, как маленький дракончик, пока он ходил по кафе и продолжал обслуживать клиентов, заставив не одного улыбнуться при этом зрелище. День прошёл быстро. Эндрю подавал еду и напитки, прогонял Кит и Кэт после того, как они попытались украсть у мужчины рогалик прямо с его тарелки. Не успел он оглянуться, как наступило три часа дня. Как всегда, Аарон опоздал. Эндрю занимался тем, что убирал кружки в раковину, когда в кафе вошёл парень. Он никогда не видел его. Если бы видел, то обязательно бы запомнил. Мужчина выглядел примерно его ровесником, с огненно-рыжими волосами и решительным взглядом, несмотря на то, что его глаза метались вправо и влево, словно он ожидал, что кто-то на него набросится. Была середина дня, а значит, кафе было заполнено, за исключением одного столика в задней части, который, на первый взгляд, мог бы быть свободным, но не был. Эндрю бросил полотенце на раковину и протопал туда как раз в тот момент, когда парень сел. — Ты не умеешь читать? — спросил Эндрю. Когда незнакомец поднял взгляд и посмотрел на него, ему с трудом удалось сохранить лицо прямым. Его глаза были настолько поразительно голубыми, что напомнили Эндрю ясное небо в холодные зимние дни, шок аквамарина и льда. Веснушки усыпали переносицу и щёки. Эндрю моргнул, когда в них пронёсся ураган от его холодных слов. У него было два больших шрама, неровные линии, пересекающие друг друга, на правой щеке и шрам от ожога под левым глазом. Они не были свежими, но и не выглядели старыми. — Прости, что? — Вывеска недостаточно большая для тебя? — спросил Эндрю, указывая пальцем на большую вывеску, на которой было чётко написано: ЗАБРОНИРОВАНО КАЖДУЮ СРЕДУ С 15:00 ДО ЗАКРЫТИЯ. — Оу, — лицо незнакомца окрасилось в красный цвет. — Извини, я не заметил. Он поднялся на ноги, затем двинулся к стойке под поднятой бровью Эндрю. Эндрю заметил, как Кинг проснулась от появления незнакомца, не сводя с него жёлтых глаз и не двигаясь. — Могу я заказать что-нибудь на вынос? — Да. — Хорошо, — он взял меню между покрытых шрамами пальцев, некоторые из которых исчезли под тканью свитера, цвет которого был удивительно похож на синий цвет его глаз, и просмотрел список напитков, прежде чем остановиться на котпучино. Эндрю быстро приготовил его, изо всех сил стараясь не думать об аквамариновых глазах, наблюдавших за тем, как он готовит напиток, а затем протянул человеку чёрную чашку, покрытую лапами. Он расплатился, оставив внушительные пятнадцать долларов чаевых, и, не говоря ни слова, вышел из кафе. Эндрю обменялся взглядом с Кингом. Он пожал плечами, вздохнул и посмотрел, как через несколько мгновений в кафе вошли его племянницы, за которыми следовал их отец с одинаковыми розовыми мини-рюкзачками. — Дядя Эндрю! — воскликнула Анна, в то время как Амелия пошла погладить Дейзи, которая мирно спала в корзинке у большого окна. Обе девочки не потянулись обниматься. Аарон всегда предупреждал их, чтобы они прежде спрашивали его (хотя почти всегда отвечал "да"), и Эндрю всегда был благодарен за небольшое внимание. И только когда он развёл руки в стороны, Анна нежно обхватила его талию своими маленькими ручками. — Привет, — сказал Аарон, опуская рюкзаки за стол, от которого Эндрю прогнал незнакомца всего пару минут назад. — Привет, — ответил Эндрю, как раз когда Амелия обняла его. — Я... Кхм.. — Если Аарон и хотел что-то сказать Эндрю, он передумал и вместо этого покачал головой. — Кейтлин может приехать за ними только в 8 вечера, тебя это устраивает? — Да. — Хорошо. Девочки, будьте послушными. Близнецы подарили отцу свою самую невинную улыбку. Он поцеловал их обеих в лоб, затем кивнул Эндрю, после чего вышел обратно, несомненно, чтобы попасть на следующую встречу с одним из своих пациентов. — Дядя Эндрю? — спросила Амелия, когда Симба подошёл понюхать её руку. Она взяла кота на руки и понесла его на руках, Симба был очень рад, что позволил ей это сделать. — Да? — Можно мне маффин? — Иди садись, и вы обе получите по одному. — Ура! — сказали девочки в унисон. Они направились к своему столу, свесив ноги со стульев, терпеливо ожидая, пока Эндрю принесёт им кексы (банановый для Амелии, с шоколадной крошкой для Анны). Он принёс с собой три порции горячего шоколада и сел между обеими девушками. Он пил вместе с ними, внимательно наблюдая за кафе. Племянницы рассказали ему обо всём, что они узнали в школе, и о том, как мама брала их в парк на выходные. Они рассказали ему, как кормили уток. Анна попыталась подойти к лебедю, но не поняла, почему мама унесла её, когда птица подошла ближе и начала хлопать своими большими крыльями. — Ты могла пораниться. — Но это же лебедь, — запротестовала Анна. — Лебеди могут быть опасны, особенно если ты подходишь близко к их гнёздам. Анна нахмурилась. Она ещё глубже уселась в кресло, откусывая кусочек кекса. — Я просто хотела дать ему немного еды. — Пока безопаснее придерживаться уток. Он отпил глоток горячего шоколада. Неважно, сколько ему будет лет, Эндрю всегда будет любить этот напиток. В нем было ровно двенадцать зефирок, шесть, которые почти мгновенно таяли в тёплом шоколаде, и шесть, которые оставались наверху. Когда девочки спрашивали, почему у них меньше, он просто отвечал, что они моложе и поэтому им нужно меньше зефира. Они приняли этот аргумент без вопросов. — Где Сэр? — спросила Амелия. Симба радостно мурлыкал, сидя у неё на коленях. Эндрю сделал вид, что не заметил, как она тайком передала коту банановый кекс. — Наверное, в тайной комнате. — Смогу я увидеть её чуть позже? — Тебе придётся помочь мне накормить их всех, когда я закрою кафе, так что да, ты обязательно её увидишь. Амелия улыбнулась. Она вернулась к поглаживанию Симбы. Новый клиент вошёл как раз в тот момент, когда Эндрю допивал свой напиток. Он оставил девочек с их книжками-раскрасками, чтобы обслужить мужчину. Когда он закончил, он остался у стойки и наблюдал за двумя маленькими девочками. Они выглядели как идеальное сочетание своих родителей. Они унаследовали светлые волосы Аарона и голубые глаза Кейтлин. У них были веснушки матери и улыбка Аарона. Анна болтала с Амелией без умолку, а её сестра молча слушала, высунув кончик языка изо рта в сосредоточенном разглядывании своего рисунка. Что-то перевернулось в организме Эндрю. Он подумал, что в другой жизни это могли быть его брат и он. Жизнь была бы совсем другой, если бы мать не вышвырнула его из своей жизни и не предпочла одного близнеца другому. Его не бросали бы из приёмной семьи в приёмную. Он бы не... Нет. Эндрю не любил зацикливаться на прошлом. Он ничего не мог с этим поделать. Но что он мог сделать, так это позаботиться о том, чтобы с его племянницами никогда ничего не случилось. Именно это обещание он дал им в первый раз, когда увидел их, когда они были еще младенцами, едва им исполнилось несколько дней. К 18:45 вечера Эндрю приготовил девочкам бутерброды на ужин, пока они показывали ему свои рисунки. Он обслужил последних клиентов за день и закрылся в семь вечера. Девочки всё ещё были заняты ужином, поэтому он начал убирать вокруг. Ему не хотелось их беспокоить, поэтому он отметил, что на следующее утро перед встречей с Би нужно будет пропылесосить. Верный своему слову, Эндрю позволил Амелии и Анне помочь ему покормить своих кошачьих компаньонов в тихой комнате. Амелия искренне рассмеялась, когда её обступили Миша, Кит и Кэт. Она погладила каждого из них по голове, после чего поставила их миски с едой и последовала за дядей и сестрой в квартиру Эндрю. Когда Сэр и Кинг тоже были накормлены, он позволил близнецам смотреть телевизор на своём диване. Сэр быстро легла между ними. Она мурлыкала, когда маленькие девочки гладили её шерсть, глядя на экран. Кинг преданно оставался рядом с Эндрю. Его звонок в дверь раздался ровно в восемь вечера. Девочки боролись за то, чтобы не заснуть на диване, и Эндрю, не веря, что они не упадут с лестницы, отнёс их обеих вниз, по одной на руках, к матери. Тёмные мешки подчеркивали голубые глаза Кейтлин, но при виде дочерей её лицо сразу же просветлело. Близнецы бросились к ней на руки, крепко обняв маму. — Привет, Эндрю, — сказала она с осторожной улыбкой. — Привет, Кейтлин. — Спасибо, что позаботился о них. — Они уже поужинали, — он передал ей их рюкзачки. — Им просто нужно принять душ, и они будут готовы ко сну. — Спасибо. Увидимся на следующей неделе? — Эндрю кивнул в ответ. — Тогда хорошего вечера. — Вам тоже. Он смотрел, как Кейтлин уезжает, и снова оказался один в своей квартире. Он подумывал остаться дома, но в голове у него шумело. Он схватил свою кожаную куртку и вышел на улицу. Запуск двигателя его GS был подобен выбросу адреналина. Он уже не часто ездил на машине, так как большинство вещей в Пальметто находилось в шаговой доступности, но он никак не мог решиться сесть на автобус, чтобы поехать в Колумбию. Он мчался по шоссе, прокладывая себе путь через машины и не обращая внимания на возмущённые гудки, которые он вызывал на своём пути. В Райских Сумерках было не так много народу, как обычно по вечерам в пятницу, учитывая, что это была середина недели. Он всё равно получил свой обычный VIP-пропуск, а затем открыл двери под громогласную музыку, от которой кровь пульсировала в его теле. — Приветик, давненько тебя не видел! — Привет, Роланд. — Есть компания на вечер? Эндрю бросил на него взгляд. — Нет. — Ах, — ухмыльнулся Роланд. Он облизал губы. — Как обычно? — Да. — Сейчас будет. Эндрю прислонился к стойке, пока Роланд не спеша готовил его стакан виски. Оглядываясь назад, он мог бы обойти стойку и сделать это сам. Это определённо было бы быстрее. Эндрю не спеша отсканировал комнату, освещённую вспышками разноцветных огней. Люди в разной степени опьянения танцевали вместе — или, скорее, бесстыдно тёрлись друг о друга, — в то время как другие пили за столиками. Музыка, звучавшая из колонок, была похожа на биение сердца, пульсировала сильно и ровно, поддерживая жизнь в телах вокруг Эндрю. — Вот, держи, — сказал Роланд у него за спиной. Эндрю молча принял напиток, сделав заслуженный глоток, который приятно обжёг горло по пути вниз. — Я могу сделать перерыв через двадцать минут, — добавил бармен, опираясь локтями на стойку. Эндрю не упустил перемены в его тоне. В тот вечер Роланд был одет в чёрный сетчатый топ, под которым ничего не было, что эффектно демонстрировало всю верхнюю часть его тела. На шее у него висело несколько цепочек, на пальцах — множество колец, а в ушах — маленькие серёжки, отражающие радужные огни. — Я никогда не говорил, что ты меня интересуешь сегодня вечером, — категорично ответил Эндрю. Роланд поджал губы. — Тогда у тебя есть лучший вариант? Эндрю воспользовался предлогом, чтобы сделать ещё один глоток виски и просканировать глазами ночной клуб. Он простонал. — Двадцать минут, не опаздывай. Роланд не опоздал. Он вошёл в комнату отдыха с уверенной ухмылкой. Эндрю захотелось стереть её с его губ. Он закрыл за собой дверь, фактически заперев их обоих внутри с характерным щелчком. — Знаешь, я действительно не ожидал увидеть тебя сегодня вечером, — он пересёк небольшую комнату и встал прямо перед Эндрю. — Хотя не могу сказать, что это не приятный сюрприз. Эндрю очень хотелось сбить эту глупую ухмылку с его губ. — Не смотри на меня так. Роланд надулся. Он придвинулся спиной к стене, его тёмные глаза твёрдо смотрели на Эндрю. — Как ты хочешь меня? — Я ничего не хочу, — почти ответил Эндрю. — Держи свои руки.. — При себе, да я и так это знаю. Сегодня без наручников? — Заткнись. Да или нет? Ухмылка Роланда превратилась в оскал. — Да, блять. Их губы встретились в голодном поцелуе, и Роланд тут же открыл рот для Эндрю. Он скользил языком друг по другу, ничуть не заботясь о том, как сильно он прижимает другого мужчину к стене у себя за спиной. Роланд слабо застонал ему в рот, посылая укол прямо в пах Эндрю. Эндрю встал на колени, быстро расстегнул молнию на обтягивающих кожаных штанах бармена и взял его в рот. Он сразу же установил грубый темп. Роланд привык к этому. Впрочем, Эндрю это не особенно волновало. Однако ему стало не всё равно, когда Роланд выгнул бёдра и толкнулся в рот Эндрю еще глубже. Реакция Эндрю была мгновенной. Он с такой силой ударил кулаком по животу другого мужчины, что Роланд сложился вдвое упав колени. — Господи, мать твою, — хрипло прохрипел он. — Какого хрена... — Вон. Убирайся, — прорычал Эндрю, стоя в нескольких шагах от Роланда, его мысли крутились, крутились, крутились и крутились. Роланд заправил шорты обратно в брюки, держась за живот, и только когда он вышел из комнаты отдыха, Эндрю позволил себе упасть на колени. Он вцепился пальцами в волосы, пытаясь, но безуспешно, заземлиться. Это была плохая идея. Вся его жизнь была плохой идеей. Воздух не поступал в лёгкие. Далёкий голос Би эхом отдавался в его сознании. Он прижал лоб к коленям. Вдох через нос. Выдох через рот. Нежелательные воспоминания, которые он не мог стереть, преследовали его. Вдох через нос. Он громко выругался. Выдох через рот. Эндрю тонул. Он пытался думать о Сэр и Кинг, которые ждут его дома. О шалостях, которые Миша, Кит и Кэт неизбежно придумают на следующий день. О том, что нужно рано вставать, чтобы дать Клео лекарство. О том, что им всем нужно найти заботливый дом. Он не знал, сколько времени он просидел, замкнувшись в себе. Минуту? Десять минут? Час? По крайней мере, никто не вошёл к нему с приступом паники. Когда Эндрю убедился, что может набрать достаточно воздуха в лёгкие и ноги не подкосятся, он вышел из клуба через заднюю дверь и поехал домой так быстро, как только мог GS. Эндрю проснулся с неясным сознанием. Он позволил своим ногам унести его вниз по лестнице, чтобы заняться домашними делами, позволив своему телу роботизировать его. Даже выпечка не смогла вывести его из оцепенения. Слава Богу, вечером у него была еженедельная встреча с Би. Большую часть дня он не встречался с ней. Он принимал заказы, обслуживал клиентов, но не беспокоился о различных проделках кошек. Никто не задавался вопросом, почему его глаза выглядят более пустыми, чем обычно — большинство людей, вероятно, даже не замечали этого, — и Эндрю не был настроен на светские беседы, поэтому он покидал столики, как только клиенты были довольны своим заказом. Так было до трёх часов дня, пока в кафе не вошёл рыжеволосый парень. Эндрю не обратил на него никакого внимания, пока не заметил, что тот идёт к тому же столику, что и вчера. Наглый, грёбаный ублюдок. Эндрю подошёл к столику, его лицо было безучастно. — Что я могу предложить? Если Эндрю и был лишён каких-либо эмоций за весь день, то крошечный огонек проснулся в его груди, когда голубые глаза мужчины уставились ему прямо в глаза. — Сегодня мне не будут читать лекцию? — Сегодня не среда. — Так я могу сидеть здесь? — Я не люблю повторяться. Что хотите съесть или выпить? Ухмылка дёрнула уголок губ незнакомца, и Эндрю очень старался не уследить за этим едва заметным движением. Ему это катастрофически не удавалось. Мужчина взял меню и быстро просканировал его. — Я возьму котучино, — его язык легко обернулся вокруг слова, показав лёгкий акцент, который подсказал Эндрю, что он, вероятно, говорит по-итальянски. — Хорошо. Эндрю собирался уйти, но незнакомец заговорил снова. — Вы не записываете? — Не имеет смысла. — О. Хм, подождите. У вас есть фруктовые салаты? — Фруктовые салаты, — с недоверием повторил Эндрю. Нет, у него не было никаких фруктовых салатов. Какой маньяк мог зайти в кошачье кафе и попросить фруктовый салат? — Я могу вам его приготовить. Эндрю мысленно дал себе пощёчину. Этот парень предвещал неприятности. — Круто, — лицо незнакомца озарилось при его ответе, и Эндрю почти потерял всякую способность говорить прямо там и тогда. Он прочистил горло. — Есть аллергия? — Нет, насколько я знаю. Отлично. Теперь он не знал, отправлять ли этого идиота в больницу. У Эндрю не было Эпипена, а ближайшая аптека находилась в пятнадцати минутах ходьбы. Ну, если кто-то умер в его кафе из-за аллергии на грёбаный фруктовый салат, то он, вероятно, так и поступил. Эндрю исчез в подсобке, проведя быструю инвентаризацию оставшихся у него фруктов. Одно киви, два яблока, горсть черники, оставшейся от запасов для приготовления черничных кексов, и апельсин. Этого будет достаточно. После терапии Эндрю нужно будет зайти в продуктовый магазин. Он аккуратно нарезал фрукты, положил их в большой стакан, который он взял в своей квартире, который обычно использовал для виски. Это был хрустальный стакан, поэтому он мысленно пригрозил незнакомцу, чтобы тот был с ним осторожен, а не то... Иначе что? Эндрю простонал. Он принёс мужчине его котпучино и фруктовый салат. Эндрю остановился на месте, не дойдя до стола, держа напиток в одной руке и стакан в другой. Он не мог поверить своим глазам. Сэр предала его. Пушистая белая кошка стояла в метре от мужчины, спокойно наблюдая за вытянутыми покрытыми шрамами пальцами перед своими голубыми глазами. Эндрю не смел дышать. Это была катастрофа. Может быть, ему действительно придётся сегодня отвезти этого идиота в отделение скорой помощи. Она вильнула хвостом, сделала несколько шагов, которые отделяли её от поглаживания по голове, и бесстыдно ударила головой по его руке с таким громким мурлыканьем, что даже Эндрю услышал его. Эндрю повернул голову к прилавку, чтобы убедиться, что Кинг тоже видит это с высоты своего укромного места, и он не сошёл с ума. Если бы она могла, Эндрю был уверен, то она пожала бы плечами от бесстрастия при таком ударе в спину. Сэр не была известна своей дикостью, но у неё также не было репутации животного, который подходит к незнакомцам, когда встречает их впервые. То, что сейчас она практически лежала на коленях у мужчины, выпрашивая объятия, было самым неожиданным оскорблением. Эндрю положил заказ на стол, глядя на белую кошку, которой явно было всё равно, поскольку она продолжала строить глазки парню. А парень не переставал улыбаться ей своей улыбкой. — Спасибо, — сказал он, вернув взгляд к Эндрю. Блондину пришлось заставить себя уйти, чтобы не застыть на месте, как олень в свете фар. Если глаза Эндрю и блуждали в направлении мужчины чаще, чем ему хотелось бы признать, Эндрю говорил себе, что это только для того, чтобы убедиться, что Сэр не собирается отгрызть ему пальцы.