Paw and Order

Котпучино: одна порция шипучего прессо, парное молоко и пена. — С каких пор у тебя есть сотрудник? Эндрю не удосужился поднять глаза на брата, пока тот раскладывал кексы для своих племянниц. — У меня нет работника. — О, так этот парень, который ходит вокруг и разносит напитки, просто какой-то странный тип, которого ты впустил? Эндрю поднял глаза и увидел, как Нил ставит два котпучино перед двумя хихикающими студентками. Одна из них что-то говорила ему, патетически наклонившись вперёд на локтях. Лицо её подруги покраснело. Нил моргнул ей, прежде чем ответить. Они оба покраснели. Эндрю подозревал, что на этот раз не по той же причине. — В общем-то, да. — Скажи мне, что он и близко не подойдёт к моим дочерям. Эндрю обратил свой самый ненавистный взгляд на своего близнеца. — Ты думаешь, я позволю им оказаться в какой-либо опасной ситуации? — Ты только что согласился, что этот человек... — Не лезь не в своё дело, Аарон. Аарон раздражённо хмыкнул. Он посмотрел вниз на жужжание своих часов. Это были смарт-часы, которые Кейтлин подарила ему на день рождения в прошлом году. Эндрю посмотрел на них с презрением, когда они в первый раз сообщили о входящем звонке, и Аарон ответил с них. Кому нахрен нужен телефон, если в наше время даже часы справляются с этой задачей? Аарон не очень терпеливо объяснил, что может взять часы, потому что они связаны с его телефоном через bluetooth, но Эндрю все равно не видел в них смысла. Цель часов — показывать время, и точка. Эндрю прекрасно обходился своим старым телефоном-раскладушкой, большое вам, блять, спасибо. Это было до тех пор, пока Ники — который теперь занимался маркетингом в берлинском стартапе Эрика — не настоял на том, что ему жизненно необходимо обзавестись смартфоном, чтобы поддерживать свой бизнес на плаву и регулярно писать в социальных сетях для процветания Paw and Order. В конце концов, Эндрю сдался и пошёл в магазин, чтобы купить глупое современное устройство, а свой динозавр телефон забросил в ящик, чтобы тот больше никогда не увидел свет. Эндрю умрёт, прежде чем признает, что Ники был прав, когда завёл аккаунт в Instagram и получил ещё больше покупателей после того, как стал регулярно выкладывать фотографии кошек. Сила социальных сетей, так назвал это его двоюродный брат. Эх, неважно. — Тебе звонят часы, — категорично заявил Эндрю. — Это не мои часы, это мой секретарь. — Оу, вот беда. Вам звонит ваш секретарь-часы, доктор Аарон Майкл Миньярд. Аарон мрачно посмотрел на него. — Мне нужно идти. Кейт заберёт их, как обычно, если ты не против? — Да. — Спасибо. Амелия чихнула в рукав, пока Анна протягивала ей салфетку. — У них будет суп на обед. Чтобы отогнать холод и прочее дерьмо,— сказал Эндрю. — Спасибо, это должно помочь. Извини, что привожу её к тебе, пока она болеет. Эндрю пожал плечами. — Не твоя вина, — он дёрнул подбородком в направлении запястья Аарона. — А теперь иди, долг зовёт. Аарон достал свой телефон из кармана, чтобы ответить на звонок, пока он выходил из кафе, почёсывая Клео за ушами по дороге. Эндрю обернулся, чтобы приготовить чашку зеленого чая с лимонным соком для своей племянницы, когда почувствовал присутствие Нила позади себя. — Итак, вас двое. Не совсем вопрос, но наблюдение. — Я только один. Аарон – сам по себе. — Должен ли я обижаться, что ты меня не представил? Эндрю поднял бровь на забавный тон Нила. — Ты был слишком занят очаровыванием сердец этих девушек. Нил заметно нахмурился. — Я ничего не делал. — Ах да, я уверен, что они хихикали только из-за твоей блестящей личности. — Прости, что я так восхитителен. — Ну, если бы мистер Восхитительность мог убрать свою задницу с моего пути, чтобы я мог пойти дать моим племянницам тёплый напиток, это было бы фантастически. Нил быстро прислонил своё тело к стойке, чтобы Эндрю прошёл мимо него по пути к племянницам. — Дядя Эндрю, у меня болит горло, — заявила Амелия со всей торжественностью, на которую только способна девочка её возраста. Эндрю успел протянуть ей салфетку, прежде чем она чихнула в неё. Он присел рядом с ней, кивком одобрив Анне, что она может взять с подноса свой кекс и кружку чая. — У тебя жар? — Я не знаю. — Могу я потрогать твой лоб? — Да. Её кожа была прохладной под его пальцами. — Жара нет. — Это плохо? — Нет, это хорошо. Пей чай, он поможет твоему горлышку, — Амелия кивнула. Она взяла чашку, не дуя на нее. — Будь осторожна, он горячий. — Кто это? — спросила Анна. Эндрю проследил за её взглядом. Он обернулся, и его взгляд неизбежно упал на рыжую голову, гладящую голову Сэр. — Это никто. Обе близняшки нахмурились. На другом конце комнаты Нил рассмеялся над словами покупателя – постоянного клиента, который, как подозревал Эндрю, был писателем – и сердце Эндрю безжалостно сжалось в груди. Эндрю отвернулся как раз в тот момент, когда другой мужчина перевёл взгляд на него. Он надеялся, что этого было достаточно, чтобы скрыть жар, неловко распустившийся на его щеках, как весенние цветы. — Он идёт сюда, — сообщила ему Анна, и, конечно, рыжеволосый стоял рядом с ним всего несколько секунд спустя. — Привет, — поприветствовал он их, не обращая внимания на бешено бьющееся сердце Эндрю. Очаровательная улыбка растянулась на его губах, когда он заговорил. — Привет, — ответили девочки в унисон, хотя голос Амелии прозвучал отчетливо. Эндрю мысленно отметил, что нужно добавить в её чай побольше меда. — Так вы племянницы Эндрю, я полагаю? — Да, — ответила Анна, её тон внезапно наполнился всей серьёзностью, на которую она была способна. — Я Анна. Это Амелия, но мы зовём ее Милли. А вас? — Нил. Меня зовут Нил, — Анна осмотрела его с ног до головы, пока Амелия снова чихала в свою салфетку. — Будь здорова. — Спасибо, — застенчиво ответила Амелия. Из них двоих Анна была более откровенной. Она без колебаний вступала в разговоры со взрослыми и придумывала интересные, хотя иногда и очень случайные анекдоты. Амелия, с другой стороны, была более интровертной. Ей нравилось наблюдать за людьми на расстоянии и держаться в стороне, предпочитая компанию книг и вымышленных миров реальному миру. Оба близнеца были похожи на своих родителей. Нил присел рядом с ней. — Знаешь, когда я был маленьким, у моей мамы был такой трюк, чтобы простуда быстро проходила. Это сразу же заинтересовало Анну. — Что это было? — Она наливала в кружку горячую воду и давала настояться полному зубчику чеснока. Эндрю уставился на мужчину. Он определённо был сумасшедшим. Возникла небольшая пауза, пока близнецы с одинаковым недоумением смотрели на рыжего. — Это отвратительно, — наконец воскликнула Анна, сделав преувеличенную рвотную гримасу. Амелия повернулась к своему дяде. — Ты не заставишь меня пить чеснок? — Обещаю, что не буду. Нил просто пожал плечами. — Эй, это сработало. — Я не собираюсь заставлять своих племянниц пить твой странный горячий чесночный сок, Нил. — Должен признать, что это было не очень вкусно. Эндрю застонал от досады. Он не успел ничего ответить на это, потому что телефон Нила зазвонил в его кармане, прервав их разговор. Он достал его, и, увидев, кто звонит, нахмурил брови. Он извинился и отошёл от Эндрю и его племянниц. Эндрю не понравилось внезапное напряжение в плечах рыжего. — Нил работает на тебя? — спросила Анна, как только он оказался вне пределов слышимости. — Нет. — У него странные вкусы, — помрачнела она. Эндрю чуть не фыркнул. Кто он такой, чтобы судить о вкусах Нила, когда он сам не мог выкинуть этого человека из своих проклятых мыслей? О, ирония судьбы. Эндрю направился к стойке, чтобы обслужить только что пришедшего клиента. Он протянул женщине её латте в стаканчике, но тут его внимание привлёк Нил, который всё ещё разговаривал по телефону за пределами магазина. Он говорил оживлённо, шипя сквозь зубы, свободная рука была сцеплена в кулак. Нил повесил трубку. Он засунул телефон обратно в карман, а затем поднял глаза и увидел, что Эндрю смотрит на него. Сила бури, разразившейся в глазах Нила, была достаточной, чтобы заставить его пересечь комнату и подойти к двери, но Нил покачал головой и ушёл, прежде чем Эндрю успел сделать три шага. Эндрю застыл на месте. Если Нилу нужно было уединиться, не нужно было бежать за ним. Обернувшись, он увидел, как Амелия снова чихает в свою салфетку. — Да, мне нужно поговорить с Аароном или Кейтлин Миньярд. Нет, неважно, с кем из них. Я просто... я сейчас с их дочерьми. Да. Я брат Аарона. Да, Амелия больна и у неё жар. Мне нужно, чтобы ты сказал им, что... Нет. Да. Я не дурак. Ты сам им скажешь или мне нужно... Хорошо, — Эндрю повесил трубку и бросил телефон на стол. Амелия хныкала откуда-то с его дивана. — Мама скоро придёт? — слабо спросила она. Сэр забралась к ней под одеяло, эта маленькая негодница всегда использовала любой источник тепла, который могла найти. — Да. — Я устала, — глаза Амелии теперь горели из-за жара. Эта простуда была чертовски злой. Эндрю пытался убедить её съесть немного супа, а также немного детского тайленола с вишнёвым вкусом, который остался у него с того времени, когда Анна подхватила грипп, и он был единственным свободным человеком, чтобы позаботиться о близнецах. Она согласилась на четыре ложки, прежде чем начала плакать в тарелке от усталости. — Постарайся поспать немного. Я разбужу тебя, когда придёт твоя мама или твой папа. Девочка фыркнула, но ещё глубже зарылась в одеяло. Эндрю был на сорок пятой минуте настольной игры с Анной, когда зазвонил его телефон с именем Аарона на экране. Звонок в его квартире уже давно перестал работать, а Эндрю не так часто посещал гостей, чтобы беспокоиться о его замене. Поэтому Аарон и Кейтлин взяли за привычку звонить на телефон Эндрю, и пусть он звонит дважды, чтобы показать, что они внизу. Анна вышла вслед за Эндрю на улицу. Как только она увидела отца, сразу же бросилась к нему в объятия. — Милли заболела! — воскликнула она, но её слова заглушил пиджак отца. Аарон крепко прижал её к себе. — Я знаю. Я отвезу вас обеих домой, — он перевёл взгляд на Эндрю. — Спасибо, что позвонил. Я не мог отпроситься со встречи, чтобы приехать раньше. — Она спит на диване. Аарон кивнул. Он последовал за братом наверх, Анна всё ещё была у него на руках. Он сразу же подошёл к дочери и прижал ладонь свободной руки к её лбу. Амелия моргнула и открыла глаза. — Привет, Милли, — тихо прошептал Аарон. — Как ты себя чувствуешь? Она хныкала с водянистыми глазами. — Не очень хорошо. — Пойдём домой, а? Амелия кивнула. Эндрю пошевелился, прежде чем Аарон смог опустить Анну на землю. — Я держу её, — Амелия протянула к нему руки. Сэр выглянула из-под одеяла, удивляясь, почему все смеют тревожить её драгоценный сон. Амелия с готовностью позволила Эндрю поднять её с дивана. Она положила голову ему на плечо. К тому времени, как Эндрю пристегнул её в машине Аарона, она снова заснула. Он закрыл дверь достаточно тихо, чтобы не разбудить её. — Спасибо, — сказал Аарон, когда он присоединился к нему у водительской двери. — Она съела немного супа и немного тайленола. Лихорадка началась пару часов назад. Аарон кивнул. — Её лучшая подруга простудилась несколько дней назад. Возможно, она заразилась от неё в школе. — Ты сможешь остаться дома, чтобы позаботиться о ней? — Кейт собирается взять два выходных. Я возьму один или два, если понадобится. Эндрю хмыкнул. — Я не собираюсь переезжать отсюда. Аарон сразу же воспринял это заявление так, как оно было на самом деле. Если бы им понадобилась помощь, Эндрю мог бы взять её на себя. Его близнец благодарно кивнул ему. Когда близнецы родились и Эндрю впервые навестил их в больнице, он молча поклялся, что ни им, ни их родителям никогда не придётся бороться, если он сможет им помочь. Если бы он мог защитить их даже от самых незначительных неудобств, Эндрю поклялся себе, что сделает это. — Я дам тебе знать, как всё будет развиваться, — тихо сказал Аарон. — Спокойной ночи, Эндрю, — он сел в машину и уехал. Эндрю смотрел, как он сворачивает за угол, надеясь, что его племяннице скоро станет лучше. — Спокойной ночи, — прошептал Эндрю, его слова потерялись в ночи. На следующее утро Эндрю проснулся с ощущением, что во сне он случайно обидел Смерть, и она пришла забрать его душу. В горле было суше, чем в пустыне, а в висках стучала противная головная боль. Он застонал. Он издал звук отвращения, когда отряхнулся от пропитанных потом простыней. Кинг окликнула его с конца кровати. — Да, я встал, — прохрипел он, тут же поморщившись от огня, охватившего его горло. Встать с постели оказалось непосильной задачей. Он быстро обнаружил, что горло – не единственная больная часть его тела. Эндрю каким-то образом удалось спуститься по лестнице, не упав головой вперед. Сэр и Кинг внимательно следили за ним, наблюдая за каждым его движением, пока он открывал тайную комнату, чтобы выпустить других кошек покормить их. Это заняло гораздо больше времени, чем обычно, к неудовольствию голодных кошек. Трудно было быть таким быстрым и эффективным, как обычно, когда за ночь он получил тело восьмидесятипятилетнего старика. Холли мяукнула достаточно громко, чтобы разбудить всех соседей. — Я знаю, — проворчал Эндрю. Он насыпал Холли ложечку корма в её миску. Она тут же набросилась на него. Он продолжал наполнять все миски, пока все кошки не позавтракали, и дал Клео лекарство. Голова у него кружилась от сильной дрожи во всём теле, но он был благодарен мейн-куну за то, что та приняла лекарство без всякой неохоты. Эндрю мог бы убить себя за сон. Вместо этого он взял маску, надел её на рот и нос, тщательно вымыл руки и занялся выпечкой на день вперёд. Никогда ещё он не был так благодарен мышечной памяти. Он позволил своим рукам взять на себя управление, позволив себе отключить разум, пока он работал как робот. Он приготовил самые простые рецепты. Банановый хлеб, пирожные, печенье и шоколадный торт, в который он добавил маленькие кусочки карамели. Этого было достаточно. К тому времени, когда он закончил, его головная боль усилилась в геометрической прогрессии. Он открыл "Paw and Order" для своих утренних клиентов и тут же пожелал, чтобы день уже закончился, изо всех сил стараясь не испортить ни одного заказа. Это должно было быть легко, только его постоянные клиенты приходили так рано. И тем не менее, это оказалось ещё одним невозможным подвигом. Нил появился ровно в 10 утра. Эндрю чуть было не подумал, что у него галлюцинации. Однако, когда Нил подошёл к прилавку, его сердце совершило кульбит. — Эй, почему ты в маске? Эндрю обернулся, чтобы высморкаться, вымыть руки и вернуть маску на место. — Амелия заразила меня своей простудой. Нил склонил голову набок. — Ты неважно выглядишь. Ты говоришь, как старый грузовик. — Вау, спасибо, Нил. Я ценю этот комплимент, — ответил Эндрю сквозь скребущее горло. — Тебе не стоит вставать. — У меня есть бизнес, который нужно поддерживать на плаву. — Чем больше ты отдохнёшь, тем быстрее восстановишься, а значит, тем быстрее сможешь вернуться к работе. Эндрю моргнул. Это... имело смысл. Он отказывался признать это из упрямой гордости. — Я не могу закрыть это место на пару дней. — Почему? — Я только что сказал тебе, — Эндрю кашлянул. — Мне нужны деньги. Нил нахмурился. Эндрю увидел, как в его голове формируется плохая идея, прежде чем он успел открыть рот. — Я могу позаботиться об этом. — Нет. — Я знаю, как работает это место. Ты показал мне, как делать напитки. Я просто... не умею печь. Но я могу научиться. Эндрю насмешливо хмыкнул. Он протягивал клиентке её латте. — Ты и близко не подойдёшь к моим печам. И вообще к моей кухне, если уж на то пошло. Пока меня здесь нет, чтобы проконтролировать тебя. — Хорошо, — пожал плечами Нил. — Тогда погибай от жара, я полагаю. Эндрю ничего не сказал на это. Ему и не нужно было. Когда он повернулся, чтобы взять кружку, головная боль вернулась с новой силой. Он поднёс руку ко лбу, желая, чтобы боль в висках утихла. Не успел он пошевелиться, как Нил уже был рядом с ним. — Ты в порядке? — Да, — Нил посмотрел на него с такой силой, что Эндрю вздохнул от поражения. — Отлично, — огрызнулся он. Он сделал шаг к Нилу, вложив в свой тон столько убеждённости, сколько мог. — Если ты сожжёшь моё кафе, у тебя не будет ни одного уголка, ни одной щели, ни одного убежища, где бы ты мог спрятаться. Понял? Нил усмехнулся. — Да, сэр. А теперь иди спать, пока не вырубился на плитке. Эндрю бросил долгий взгляд на Paw and Order, на своих завсегдатаев, пьющих и поедающих приготовленные им еду и напитки, на кошек, просящих погладить их. Некоторые нежатся на подоконнике на солнышке. Подняв глаза, он увидел, что Кинг молча смотрит на него, словно осмеливаясь остаться здесь, а не идти спать. Затем его взгляд вернулся к человеку, стоящему перед ним. Эндрю не мог объяснить, почему он так доверял ему эту ответственность. Paw and Order — это всё, что у него было. Даже Аарону не позволили бы управлять магазином, пусть даже всего на час. — Я возьму Кинг с собой, — это всё, что сказал Эндрю, прежде чем повернуться, доверяя Кинг настолько, чтобы последовать за ним, и оставить судьбу проекта своей жизни в руках незнакомца. Когда Эндрю очнулся от сна, он не знал, как долго он спал. Он медленно открыл глаза, дезориентация затуманила его мозг, пока сознание не уловило его мысли. Он застыл в постели, но не почувствовал никакого запаха дыма, идущего снизу. Подняв голову, он обнаружил Кинг, свернувшуюся калачиком у его ног. Она моргнула ему в ответ, издав тоненькое щебетание. Она опустила голову и снова закрыла глаза. Эндрю схватил свой телефон. — Какого чёрта? — Часы в верхней части его экрана показывали 14:37. Он проспал более четырёх часов. Этого было достаточно, чтобы привести его в бешенство. Он проигнорировал свою менее мучительную, но всё ещё присутствующую головную боль. Он схватил чистую маску и спустился по лестнице так быстро, как только позволяло его больное тело. Paw and Order кипела активной деятельностью. Миша был занят тем, что тёрся головой о локоть женщины, Кит и Кат не давали покоя группе студентов, которые пытались спасти то, что, насколько мог судить Эндрю, было групповой презентацией. Клео устроилась на одной из настенных платформ, свернувшись калачиком вокруг Салема. Симба и Холли играли в злобный футбольный матч с игрушечной мышью под столами. Все казались счастливыми. Ни на одном столе не было недостатка в еде или напитках. Ничего не сгорело. Эндрю искал Нила и нашёл его моющим металлическую жестянку за прилавком с Сэр, обёрнутой вокруг шеи, как пушистый шарф. Он бы прокомментировал это, если бы не заметил старый фартук, подаренный Ники, обернутый вокруг его талии. — О, привет! — ярко сказал Нил. На его щеке было пятно чего-то, подозрительно похожего на какао-порошок. — Тебе лучше? Ты выглядишь менее бледным. Эндрю только кивнул. Он протянул пальцы, чтобы Сэр понюхала. Она радостно мяукнула на него, а затем ударилась своей маленькой головкой о челюсть Нила. Что ж, по крайней мере, не было никаких сомнений в её чувствах к другому мужчине. — Здесь много людей, - продолжал Нил. — Но я думаю, что мы с этой маленькой леди держимся довольно хорошо. Она отличная помощница. Или лучше сказать "ассистентка"? Не мог бы ты просто сказать мне, где хранится запас салфеток? У меня почти закончились, и я не хочу лезть не в своё дело, — Эндрю наклонился, чтобы открыть шкафчик рядом с раковиной. Он протянул полную пачку другому мужчине. — Круто, по крайней мере, мне больше не придётся говорить людям, чтобы они вытирали лицо рукавом. О, и я хотел бы, чтобы ты знал, что я попробовал технику, которую ты показал мне на днях с латте, и смотрите! Теперь я могу это делать. И этот ублюдок точно мог. — Что-нибудь случилось? — Неа. Кто-то пытался войти с собакой. Не думаю, что она придёт снова, — зверской ухмылки Нила было более чем достаточно, чтобы дать ему понять, насколько сильно он разозлился на эту настойчивую назойливость. Эндрю точно знал, кто она такая. Она никогда больше не вернётся. Хорошее уничтожение. Эндрю кивнул Нилу и пошёл на кухню. Он заглянул туда и был почти удивлён, увидев, что там тоже ничего не сгорело. Он просил Нила не заходить туда. Нил, похоже, и не собирался. Он хмыкнул и направился обратно в главный зал кафе. Нил как раз вытирал жестянку, которую мыл. Эндрю полностью винил тепло, которое распространилось по всему его телу при виде лихорадочной улыбки Нила. — Тебе что-нибудь нужно? — спросил Нил. Сэр мурлыкала на Эндрю. Он протянул руку, чтобы снова почесать её под подбородком. Когда Эндрю захотелось прикоснуться к шее Нила, почувствовать тёплую, загорелую кожу прямо под завязками фартука, так близко к тому месту, где были его пальцы, он тут же засунул руку обратно в карман джинсов. — Как ты думаешь, ты сможешь продержаться пару часов? Нил засиял. — Конечно! — Тогда я возвращаюсь наверх. Я не хочу рисковать заразить кого-нибудь. — Ты уверен, что не хочешь даже стакан воды? — Я возьму его наверху. — Хорошо. Иди и выспись. Эндрю ушёл, прежде чем любое неподобающее слово успело вырваться из его рта. Он снова заснул, как только его голова коснулась подушки дивана. Его разбудил стук в дверь. Эндрю выругался на пёстрой смеси ворчливого английского и немецкого языка. Он высунул ноги из-под своего пушистого одеяла, обернул его вокруг тела и открыл дверь с большей силой, чем нужно. Он не знал, чего ожидал, но это точно был не Нил, стоящий там с большим пакетом еды в руках. Пока Эндрю был слишком занят очередным кризисом, Сэр проскользнул между их ног внутрь квартиры. — Привет, — сказал Нил. — Чувствуешь себя лучше? Эндрю хмыкнул в ответ. — Который час? — 19:34 вечера. Ну, блин. Эндрю притворился безразличным. Он небрежным жестом указал на сумку. — Что это? — Еда. Не жди ничего шикарного, это просто мисо суп и пельмени. — Никакого чесночного чая? Это вызвало фырканье у Нила. — Нет. Если только ты действительно хочешь, тогда я могу... — Отвали. Нил улыбнулся. Что за проблема была у Нила с его постоянной улыбкой? Эндрю хотелось поцеловать эту глупую улыбку. Рыжий предложил Эндрю свою сумку. Запах, который начал исходить от неё, заставил его разинуть рот. За весь день он почти ничего не ел. Его желудок заурчал, как назойливое напоминание. — Магазин закрыт. Я накормил всех кошек, немного прибрался, запер всех на ночь. О, Клео получила своё лекарство, — сказал Нил. — Вот, возьми еду, пока она ещё горячая. Эндрю взял пакет. Он повернулся к своей квартире, и именно в этот момент его мозг решил перестать работать. Опять эта дурацкая лихорадка. — Заходишь? — Я не думаю... — Если только тебе больше негде быть сегодня вечером. Короткая пауза. — Я не думаю, что есть. — Тогда заходи, — Эндрю сделал пару шагов внутрь. Услышать мягкий щелчок дверного замка было приятнее, чем всё, что он мог себе представить. Мягкие шаги проследовали за ним к дивану. Он сел. Нил сделал то же самое, на противоположной стороне дивана. Эндрю покопался в сумке, выложив содержимое на маленький, поцарапанный кошкой журнальный столик. Эндрю хмыкнул. — Как ты думаешь, сколько еды я съедаю в одиночку? Нил почесал затылок. — Я думал, ты будешь голоден. Желудок Эндрю ответил за него. — Не настолько голоден, чтобы съесть столько же, сколько школа голодных акул, но нормально. — Твой желудок говорит обратное. — Заткнись, — Эндрю был удивлён отсутствием тепла в его словах. — В ящике рядом с холодильником есть ложки и старая пара палочек для еды. Нил встал, чтобы достать их, позволив Эндрю сделать столь необходимый длинный вдох. Он ущипнул себя за переносицу. Как это могло случиться? Как он мог позволить Нилу подойти к нему так близко? Почему Нил вообще хотел оставаться рядом с ним? — Вот, — сказал Нил, протягивая ему ложку. Эндрю схватил его за кончик. Он не мог рискнуть прикоснуться к Нилу. Он не знал, что случится, если он это сделает. Точнее, знал. Но он отказывался думать об этом дальше. Он не мог себе этого позволить. Некоторое время они ели в тишине. Мисо суп творил чудеса, успокаивая огонь в горле Эндрю, а пельмени оказались как раз тем, в чём нуждалось его сердце. Эндрю знал, в каком ресторане Нил их заказывал. Он находился в конце улицы и всегда был одним из его любимых. Знал ли об этом Нил, Эндрю понятия не имел. Тем не менее, он был благодарен. — Ты вчера был расстроен, — сказал Эндрю, проглотив шестой пельмень с овощами. — А? — Тебе позвонили. Это тебя расстроило. Ты ушёл. — О. Да, — Эндрю подождал немного, Нил положил свои палочки. — Это был мой арендодатель. Он засранец. — Арендодатели обычно такие. — Он поднял мне арендную плату. — Ни с того ни с сего? — Да. — Действительно, засранец. Нил надулся. Он сделал большой глоток своего супа. — Я жил с двумя друзьями. Они решили, что им пора обзавестись собственным жильём, что меня полностью устраивает. Я просто думал, что этот идиот будет искать нового человека, которому можно сдать это дерьмовое жильё, но он решил вместо этого поднять мою часть арендной платы. Эндрю поднял бровь. — Жил? Нил скорчил гримасу. — Я сказал ему отвалить. Эндрю хмыкнул, настолько близко к смеху, насколько это было возможно. — Так дипломатично. — Он заслужил это. — Ещё как заслужил, — Эндрю съел ещё один пельмень, отгоняя Сэр от своей еды. Но потом ему что-то пришло в голову. Он нахмурился. — Где ты сейчас живёшь? — Э-э... я не... — Нил издал стон. — Только не говори мне, что прошлой ночью ты спал под мостом. — Не под мостом. Как, чёрт возьми, Эндрю мог влюбиться в этого идиота, как глупая девочка-подросток? — Господи, мать твою, ты такой тупой. — Что? Мне некуда было идти! Вокзал был следующим лучшим местом. Эндрю медленно положил палочки для еды. Он не доверял себе с ними. Быстрый взгляд в глупые голубые глаза Нила звучал сейчас слишком здорово, он не мог рисковать. — Потому что, конечно, отели — это чуждое тебе понятие? — Я был слишком расстроен. — Слишком расстроен, чтобы спать в тёплом месте? — Это не имеет значения. Кровь Эндрю закипела в его жилах. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что это не имеет значения? Нил пожал плечами. Его глаза потемнели. Его плечи напряглись. — Не имеет, — слова вырвались с сердитым шипением. Раненое животное, загнанное в угол. Эндрю не знал, через что этот человек прошёл в своей жизни, его шрамы были достаточным свидетельством того, что она не была к нему добра. Нил начал дрожать. Слабая дрожь в его пальцах, его глаза опустились на пустое место на подушке рядом с Сэр. Эндрю протянул руку, обхватив и сжав его шею, чтобы вернуть его в настоящее, пока другой мужчина не заблудился в своём прошлом. — Ты в порядке, Нил, — сказал Эндрю, его голос был спокоен, как никогда. Он крепче сжал пальцы на шее. Нил вздрогнул. Он моргнул, один раз. Дважды. Он вернулся и посмотрел на него. Сила печали в глазах Нила заставила Эндрю сглотнуть. — Это просто... Эндрю убрал пальцы. Он взял палочки для еды и отправил в рот еще один пельмень – на этот раз свиной. — Тебе не нужно ничего объяснять. Нил замолчал. Он кивнул и почесал Сэр за ухом. Белая кошка тут же отпрянула от его прикосновения. Она опустилась на подушку, её длинный мех образовал вокруг неё облако. — Спасибо, — пробормотал Нил так тихо, что Эндрю почти не услышал его. Эндрю смотрел, как он проводит пальцами по шерсти белой кошки, медленно и нежно. — Ты можешь остаться здесь на ночь, — так же тихо прошептал Эндрю. Нил поднял голову. — Я не хочу злоупотреблять твоим гостеприимством. Эндрю чуть не закатил глаза в череп. — Ты ничем не злоупотребляешь. Я предлагаю тебе свой диван на ночь. Ты помог мне сегодня, позволь мне помочь тебе в ответ. На секунду Эндрю подумал, что Нил собирается отказаться. Рыжий сделал длинный вдох. — Спасибо. Эндрю схватил салфетку, чтобы высморкаться. — Ничего страшного. Мы найдём тебе новое место. Ты не один, Нил. Больше нет.