To be left outside alone

— Я не знаю, что ты сделаешь, но эта женщина должна исчезнуть из нашей жизни навсегда, — Сехер спокойно заправила прядь волос, которая выбилась из идеальной прически, — ты услышал меня, Невзад? — Сестра, ты же знаешь, я сделаю для тебя всё что угодно, лишь бы ты была счастлива, — он опустился перед ней на колени и взял за руки, — эта змея больше не побеспокоит тебя, обещаю. — Я не хочу чтоб ты считал меня плохим человеком, но на кону стоит очень много и я не могу этого допустить, она слишком крепко вцепилась в Зию и пытается разрушить нашу семью. Сехер смотрела на него взглядом побитой собаки, пытаясь найти себе оправдания. — Не надо, сестра, не говори ничего, — его глаза сверкали от ненависти, — они разрушили жизнь моей дочери, они издеваются над тобой, так что пусть не ждут пощады. Он поднялся и упёрся руками о поручни балкона, который выходил из её комнаты в сад, вдыхая воздух полной грудью. Женщина стала рядом. — Он остаётся здесь только вежливости, — она кивнула в сторону мужа, который сидел возле бассейна и читал книгу, — словно мы чужие друг другу. — Он так и не поговорил с тобой после возвращения? — Нет, всё что он сказал, это то, что ему нужно время чтобы обдумать всё что случилось, — Сехер горько улыбнулась, — если б я знала, что после стольких лет, он сможет так легко отдалиться от меня, от детей, и ради кого, Невзад? Ради неё? Женщина не содержала слёз и тут же попыталась их вытереть. Брат повернулся и аккуратно обнял её за плечи. — Они не стоят ни одной пролитой тобой слезинки. — Просто сделай, что нужно, — она отстранилась и поправила белый свитер, который немного задрался в области талии, — ступай, я хочу отдохнуть. Невзад уже у двери повернулся, посмотрел на неё ещё раз и сжав кулаки покинул помещение, поспешив приводить её просьбу в действие. Она достала шкатулку с украшениями, достала свадебный альбом и опустившись на край кровати стала разглядывать всё с начала, вспоминая самые яркие моменты из совместной жизни — на каждой фотографии ей улыбались те, кого она любила и о ком заботилась всю свою жизнь. Сехер провела кончиками пальцев по лицу мужа, в этот день они праздновали его день рождения, и она испекла торт специально для него, который пробегающий мимо Мехмет чуть не утащил со скатертью со стола, но благодаря быстрой реакции Зии, всё осталось целым и невредимым. Она улыбнулась и посмотрела в зеркало напротив. Её красота уступала красоте Аланур, её идеальным формам и макияжу, всё что она видела в нём, это уставшую женщину, которая всё больше превращалась в мрачную тень. — Бесте, ты же знаешь, сегодня ночь галерей и музеев, я с самого утра на ногах, — Аланур поправила белое платье и подошла к дочери, — жизнь моя, мне нужна твоя помощь, ради бога, оставь эту тарелку хотя бы на минуту, иначе гостям ничего не останется! Женщина увидела новых клиентов и направилась к ним. — И перестань закатывать глаза, я всё вижу! Бесте поставила тарелку на стол и взяла телефон. — Аслы, я одна с ней не справлюсь, ты же знаешь, — девушка говорила полу шепотом, — придумай как вытащить меня отсюда, иначе она сведёт меня с ума! — Я не хочу быть свидетелем какого-то преступления сегодня, — сестра на том конце провода засмеялась, — не забывай, я пережила свадьбу, и сорванную брачную ночь, так что… — Единственный кто сегодня от неё пострадает это я, и то только потому, что в который раз не оправдала её ожидания. Боковым зрением она увидела приближающуюся мать. — Если ты снова жалуешься на меня Аслы, то передавай ей привет, — Аланур взяла с тумбочки бумаги и подошла ближе, — и сделай мне кофе пожалуйста, у тебя он получается лучше, чем у кого либо. И не надо сутулится, жизнь моя, ты дочь своей матери, а как мы помним красота в семье Илдыз передается по наследству! Она улыбнулась как-то мягче чем обычно, и Бесте немного успокоилась, она очень сильно любила эту женщину, несмотря на её противоречивый характер. — Ты ещё долго будешь наказывать меня своим молчанием? — Сехер вошла в кабинет без стука, чем тут же вызвала раздражение у мужа, — одно моё присутствие здесь доставляет тебе дискомфорт. — Я не хочу с тобой ругаться сейчас, — он поставил камень изумрудного цвета, который рассматривал до этого обратно в коллекцию и взял стоящий рядом. — Что я должна сделать, чтоб загладить свою вину? Почему ты перечёркиваешь всё что было между нами так легко? Как мне повернуть время вспять и исправить свою ошибку? Скажи! — Сехер… — Ты даже не смотришь на меня, настолько я вызываю у тебя отвращение?! — она резко закрыла шкатулку с камнями стоящую перед ним и схватила его за руку. — Не смей! — мужчина вскочил и встал напротив, встретившись с ней взглядом, — не делай то, о чём потом пожалеешь! — А ты? О чём ты жалеешь сейчас?! Её слова заставили его остыть и аккуратно убрать её руку. — Пожалуйста, иди к себе, я не хочу чтоб тебе было плохо. — Ты настолько равнодушен ко мне, что превращаешь гнев в жалость? — Сехер рассмеялась от обиды, — я мать твоих детей, скажи, если бы эта женщина не появилась в нашем доме, как снег на голову, ты бы допустил хотя бы мысль о том, что я не тот человек который тебе нужен? Зия упёрся кулаками об стол, и опустил голову, закрыв глаза. Казалось кто-то свалил на него непосильную ношу, под тяжестью которой он не мог подняться. — Я не хочу обесценивать, то, что ты сделала за все эти годы, но мне трудно осознавать, что для Сехер, которую я знал, так легко было сломать чужую жизнь и продолжать наслаждаться своей. Тебя никогда не мучила совесть? Ты никогда не испытывала чувство вины? Почему ты пытаешься вызвать его у меня, если ты не знаешь что это такое. — Что я только не испытывала, господин Зия, — Сехер отвернулась и сжала пальцы до синевы, — кроме одного, я никогда не чувствовала, что ты нуждаешься во мне так, как нуждаешься в ней. Она громит наш дом, врывается ко мне на кухню, унижает и скандалит и ты молчишь, но стоило мне схватить тебя за руку, и я тут же получила отпор. Где твоя справедливость, Зия? — Я уже сомневаюсь, что она существует в этом мире. — Если ставить под сомнения всё что происходит, в конечном итоге ничего не останется. Телефон на его столе завибрировал, оповестив о приходе нового смс сообщения. — Это она? — женщина посмотрела на устройство, и добавила — наверное трудно ответить на этот вопрос человеку у которого нет совести. — Кого ты пытаешься сейчас унизить, себя или меня? — он повернулся к ней и гримаса огорчения застыла на его лице. Сехер неспеша сняла обручальное кольцо с безымянного пальца и положила его на стол. — Ничего не унижает женщину так, как отсутствие внимания и любви, от мужчины, которому она посвятила всю свою жизнь. Она развернулась и подошла к двери. — Когда ты решишь, что тебе нужно, перед тем как сказать детям, дай мне об этом знать. Я не хочу, чтоб они смотрели на тебя так же, как ты смотришь сейчас на меня. Женщина вышла оставив его в одиночестве. Он взял телефон и прочитал смс: «Приходи сегодня в галерею, здесь будет на что посмотреть. Я уже упаковала картину, о которой говорила ранее. До встречи.» Зия взял в руки обручальное кольцо и положил его во внутренний карман своего пиджака. Голова раскалывалась от эмоций, сердце стучало и казалось вот вот выпрыгнет наружу. Он не мог ненавидеть свою жену. Две женщины ожидали от него действий, на которые он никак не мог решиться. От громкого стука в дверь Невзад подскочил, испугавшись от неожиданности. На пороге стояла сестра, на которой не было лица. — Я передумала, — она хладнокровно произнесла каждое слово, — больше не нужно ничего делать. — Но я уже решил этот вопрос, Сехер! — от удивления он открыл рот. — Что ты решил? Ты должен отменить всё, что ты сделал, немедленно! — её голос задрожал от волнения. — Хорошо, хорошо, успокойся, — он достал телефон с кармана, — тебе лучше прилечь, ты выглядишь очень уставшей. Я всё сделаю, не беспокойся. — Я надеюсь, что хотя бы на тебя я могу рассчитывать, — она выдохнула и как призрак удалилась в свою комнату. — Я не могу подвести тебя, сестра, — он посмотрел на номер, одним движением заблокировал экран и поставил устройство обратно, — она заслужила то, что с ней случится. Аланур пыталась поддерживать разговор, но глазами искала в толпе Зию. Она ждала его так, как он ждал её в том доме. Молодые мальчики в белых рубашках и темных жилетках разносили напитки, а для удобства гостей поставили небольшие столики, чтоб они могли обсудить то, что им понравилось больше всего. Её осыпали комплиментами, а она в ответ фирменно улыбалась, наклонив голову немного набок. В этом белом облегающим платье она выглядела как девочка которая пришла на свидание, и застыла в ожидании своего возлюбленного. Когда он наконец появился в толпе, она резко развернулась и сделала вид, что внимательно смотрит на картину. Он подошёл к ней сзади и рефлекторно дотронулся до предплечья, заменяя этим жестом словесное приветствие. — Рада, что ты здесь… — Аланур повернулась к нему и увидела его расстроенный взгляд, — она указала рукой на свободный столик и они направились к нему. Он вытащил с кармана обручальное кольцо и положил перед ней. — Если это предложение, то это худшее, что я могла представить, — она наигранно рассмеялась, но уже через секунду вернулась в обычное состояние, — расскажешь сам или придется вытаскивать всё силой? К ней подошёл официант, она взяла прозрачный коктейль, и не отводя от мужчины взгляд, сделала несколько глотков. — Дай угадаю, Аланур, нам нужно серьезно поговорить, — она пыталась сказать это его голосом. — Или ты знаешь меня слишком хорошо, или я становлюсь слишком предсказуем для такой женщины как ты. — Какой такой? — она сделала ещё глоток и положила стакан на столик рядом с кольцом, — я отлично совмещаю два варианта вместе. — Ты как всегда прекрасно выглядишь, — он снова почувствовал тепло, которое разливалось внутри. Её присутствие его успокаивало. — На мероприятии то? — Аланур рассмеялась, и через секунду добавила, — отчасти это тоже моя работа. Но не будем об этом. — В последнее время мои разговоры не приносят ничего хорошего, — он немного помедлив, продолжил — понимаешь, Сехер… Аланур слушала его, но странный звон в ушах становился всё громче, ей стало трудно дышать, она прищурилась и остановила свой взгляд на его губах, пытаясь понять о чём он говорит, она становилась невесомой, и всё больше переставала чувствовать своё тело, желудок горел огнём, звон не прекращался, в глазах темнело и когда последние силы покинули её, Аланур начала терять сознание. Зия пытался передать ей словами то, что не мог сказать жене, он заметил как женщина странно изменилась в лице, она побледнела и пыталась вдохнуть побольше воздуха. Он понял, что с ней что-то происходит, и еле успел подскочить к ней, когда она падала, чтоб поймать в свои объятия. — Аланур! — он не заметил как закричал, потом похлопал рукой по щеке, но она не подавала никаких признаков жизни. Кто-то набирал «скорую», в мгновение все засуетились, но времени ждать не было, он подхватил её на руки и бросился к машине. Он не помнил кто открыл ему заднюю дверь, не помнил как уложил её на сиденье и вдавил педаль газа. В голове была только одна мысль " я должен успеть", он знал что никогда не простит себе если с ней что-то случится.