Joker's Thread

По правилам этикета Тэхён не мог начать есть, пока не придёт глава дома. Вот только ему уже надоело сидеть и смотреть на фруктовые тарелки. Клаун вернулся практически сразу же, как отвёл господина в свой кабинет, и тихо стоял, опустив голову, около двери. Это означало, что Чонгук и Чимин уже двадцать минут находились наедине и неизвестно о чём говорили. Ким не мог сказать, что это ревность. Нет. Скорее волнение за обоих. Его муж мог быть жестоким, а у этого юноши слишком длинный язык. Да и жалко как-то его: неизвестно, как он оказался у тех нелегалов, выглядел сильно потрёпанным, ещё и Чонгуку отдали в качестве оплаты, будто скот. Звучало просто ужасно. Такое и врагу не пожелаешь. Буквально в один миг Тэхён накрутил себя настолько, что ему стало жалко того беднягу, хоть он о нём вообще ничего не знал. Ким глубоко вдохнул и выдохнул. Только он решил уже встать и подняться в спальню, потому что есть уже перехотелось, как двери открылись, и с прямой осанкой вошёл Чонгук, а за ним Чимин. Тэхён легонько кивнул в знак приветствия и сел обратно. Напротив быстро прыгнул на стул юноша, скривив лицо. Прислуга ест вместе с господами?.. — Бутерброды с оливками? Брр, — он аж затрясся от избытка эмоций. — Что-то не нравится? Могу насыпать миску костей и поставить на пол, — дёрнул уголком губ Чонгук. — Ты всегда такой противный или сегодня какой-то особенный день? Тэхён поднёс вилку с кусочком мяса ко рту, да так и застыл, подняв брови. — Для тебя теперь каждый день будет особенным, — ухмыльнулся мужчина. Юноша фыркнул и, мелко нарезав стейк, закинул один из кусочков в рот, и даже не успел толком прожевать: — Кто готовил это мясо? — обернулся на стоящую рядом прислугу. Повар поднял голову. — Я… мистер, — он даже не знал, как к нему обращаться, и Тэхён понимал из-за чего. Сначала Чонгук называл его питомцем дома Чон, то есть прислугой, а сейчас он вместе с ними ел за одним столом, хотя такое вообще не позволительно для его уровня. Чимин поманил его пальцем, как бы прося подойти. Повар немного растерялся, но всё же приблизился. — Как оно готовится? — Ну-у, — мужчина средних лет посмотрел сначала на молодого господина, а потом на хозяина дома. — Это стейк Рибай. Слабой прожарки. — Чимин подвигал бровями, как бы говоря «дальше». — Посолить, обжарить каждую сторону и бока на очень горячей сковороде или угольном гриле в течение минуты. Обжарка занимает примерно четыре-шесть минут для среднего веса стейка. Юноша посмотрел на тарелку, а потом с широкой улыбкой и с огромным восхищением в глазах снова поднял глаза на повара. — Клянусь. Это самое вкусное, что я ел в свой жизни! — вскрикнул Чимин. — Так сочно и мягко, просто тает во рту. Пожалуйста, делай его всегда! — он сложил ладошки в молящем жесте и выпятил нижнюю губу, которая стала ещё больше. — Мы готовим его через раз, потому что в рационе господ должно быть не только мясо, но и рыба, — уже более увереннее, после солнечной улыбки, проговорил повар. Чимин, как маленький ребёнок, похлопал в ладоши и запихнул огромный кусок стейка в рот, пытаясь пережевать. Ким понимал его, он тоже восхитился вкусом еды, когда впервые её попробовал. Справа от Тэхёна послышались какие-то странные звуки, он обернулся, и у него чуть вилка из рук не выпала. Чонгук, прикрывая рот, тихо хихикал, смотря на то, как Пак до сих пор пытался прожевать огромный кусок мяса, что у него одна из щёк стала выпирать. — Что смешного? — с набитым ртом произнёс юноша и нахмурился. — Расскажи нам — вместе посмеёмся, — Чимин развёл руки в стороны, всё ещё пытаясь пережёвывать. Горничные, стоящие сзади, прикрыли рот рукой, тихо смеясь над таким милым Паком. Только вот у Кима начиналась паническая атака из-за обстановки вокруг: появился нарастающий ком в горле, учащённое сердцебиение, нехватка воздуха, в голове смех и голоса начали превращаться в одну какофонию звуков. Почему его так резко накрыла тревога? Всё же было нормально. Он сел как можно прямее и прикрыл глаза, делая глубокие вдохи и выдохи и медленно считая до десяти и обратно, максимально на этом сконцентрировавшись. Такое бывало раньше и не редко. Всё из-за полупустой комнаты, в которой он провёл несколько лет в одиночестве. Не сойти с ума было очень трудно. Естественно, никто не обратил внимания на Тэхёна, и когда его слегка отпустило, смех резко прекратился. Открыв глаза, он заметил, что Чонгук схватился одной рукой за голову, потирая висок. Парень только хотел уточнить всё ли хорошо, как Чимин тут же положил свою руку поверх чонгуковой в белой перчатке и мягко сжал её. — Мозги заболели? Рад, что они у тебя есть, — негромко проговорил юноша и улыбнулся, смотря прямо ему в глаза. Тэхён в панике посмотрел на Клауна, который растерянно перевёл взгляд на него. Другие люди в помещении тоже стали переглядываться. Его муж не любил, когда его трогали. Все просто затаили дыхание и не двигались, даже Чонгук, смотря, что же будет дальше. Первым в себя пришёл именно Тэхён, потому что правда испугался за юношу. Чон мог ему серьёзно навредить, а ведь это только первый его день в особняке. — Пак, Чонгуку не очень нравится, когда… — Ты прав, у меня и правда чутка закололо в висках, но сейчас уже лучше, — мягко улыбнулся Чон. Отчего Тэхён вообще выпал из реальности на мгновение. Это сон? Если нет, то как объяснить такое резкое изменение? Может, это его добрый брат-близнец? Нет? Тогда почему он такой нежный, игривый и ласковый сейчас? Мягко сжал руку Чимина в своей и смотрел на него так тепло, будто… Лучше не делать поспешных выводов. Тэхён — мастер себя накрутить. Снова оглядев расслабленное лицо Чонгука, Ким зацепился за его глаза. Они всегда так сильно отдавали синим? Голубой же был их истинным цветом. — Если вы уже поели, то соизвольте приступить к своим обязанностям, мистер Пак, — громко произнёс Клаун, и голос из-за стоявшей тишины эхом пронёсся по столовой. Чимин тут же убрал руку, а Чон словно потянулся за ней, и юноша, слегка поклонившись, встал и пошёл следом за дворецким. Безмолвие сохранилось после их ухода. Чон быстро помотал головой, трясущейся рукой поправил волосы и бегло взглянул на Тэхёна, а тот, конечно же, всё это время пялился на его лицо, но как только его уличили в этом, быстро уставился в тарелку и нервно стал накалывать листик салата на вилку. Казалось, они оба не понимали, что сейчас произошло. Но цвет глаз Чонгука снова вернулся к ясному голубому небу.

***

Прочитав последнюю книгу, привезённую из дома Кимов, Тэхён понял, что заняться ему абсолютно нечем. После обеда они разошлись, и ни о Чонгуке, ни о Чимине ни слуха ни духа. Поэтому парень всё-таки решил отправиться в своё сокровенное место — библиотеку. На этот раз предупредив свою горничную Бо, которая первая попалась по пути. Не хотелось повторения прошлого инцидента. Подойдя к витиеватой двери, Тэхён замер, уже тянувшись к ручке. В библиотеке был какой-то шум, хотя в ней, как говорил дворецкий, вообще никто не появлялся. Приоткрыв небольшую щёлочку, Ким одним глазком заглянул внутрь и увидел подметающего и что-то напевающего Чимина. Песню не разобрать, ведь он пел её буквально под нос, но даже такой его бубнёж разносился эхом по двухэтажному помещению. Слегка вздохнув, он открыл дверь на всю и тихонько зашёл внутрь. Вот только стоящего спиной ко входу юношу такое действие напугало до чёртиков, что тот аж дёрнулся и схватился за сердце. — Господи! Тебе нужно ходить с бубенчиком на шее, а то как призрак передвигаешься, — вздохнул Пак, но тут же более серьёзным взглядом посмотрел на него, изучая с ног до головы. — Мне говорили, что сюда никто не заходит. — Не знаю, кто вам такое сказал, но библиотека — это мой единственный укромный уголок, который я часто посещаю, — он говорил с ним не как с прислугой, а больше как с себе равным. Будто Чимин дворянин. Почему он решил так с ним разговаривать? Тэхён не мог ответить. — Вам сказали убрать её? Чимин немного кривился каждый раз, когда Ким произносил «вам», но ничего на это не говорил. Странно, ему должно быть приятно, что второй хозяин этого дома к нему, слуге, обращался с почтением и не принижал по этикету. Хотя, когда его переодели и умыли, он даже больше походил на «молодого господина», чем сам Тэхён. Блондинистые короткие волосы мягко колыхались при малейшем движении, словно были легче пёрышка, стройное лицо, не сильно высоко посаженные брови, карие глаза, очень пухлые губы, невысокого роста и стройного телосложения. Он такой миниатюрный и утончённый, что некоторым чертам Ким даже бело позавидовал. — Не верю, что этот рассадник пыли кто-то посещал до этого. На стульях будто вековой слой грязи. — Я беру книги только с определённых полок и ухожу вглубь. Здесь читать мне некомфортно, — объяснял Тэхён, пока поднимался на второй этаж, и, подойдя к своему любимому стеллажу, поставил одну из давно прочитанных, но не вернувшуюся на полку книгу на место. — То есть ты, получается, книжный червь? — Чимин облокотился на метлу и склонил голову в бок. Тэхён промолчал, подумав, что на такой вопрос ответ не требовался. — А ты не из разговорчивых, да? — Тэхён, не обращая внимания на ненужный шум, выбирал историю для сегодняшнего прочтения. — Знаешь, а ты здесь самый настоящий, — негромко проговорил Пак. — В смысле? — но Ким всё услышал. — Почему ты вышел за Чон Чонгука? У тебя в жизни мало экстрима? — ловко перевёл тему Чимин. — Вопросом на вопрос не отвечают, — хмыкнул Тэхён и пошёл вглубь библиотеки. — Эй, подожди! — звук удара деревянной палки метлы и быстрого подъёма по лестнице. — Я не «эй», — парень резко обернулся к подбежавшему к нему юноше. — Обращайся ко мне, как велено по статусу — молодой господин. Тэхёну аж самому стало противно от своих же слов. Он же не любил это обращение, так почему же сейчас произнёс это? Может, из-за раздражения, которое окутало его только при виде Пака? Юноша пристально посмотрел в глаза Кима, а потом проскользнул взглядом по всему силуэту. — Знаешь, у меня есть одна способность. — Тэхён округлил глаза. Этого не может быть — крестьяне, почти всегда рождались без дара. Неужели Чимину так сильно повезло? — Я умею определять ложь. — Тебе очень повезло с такой полезной способностью, — промямлил Ким. Даже какой-то мальчик из деревни имел дар, а он… получалось, хуже него. — Мне кажется или ты не о том сейчас подумал? У меня нет никакой силы, — быстро помотал в отрицании головой. — Определять ложь у меня выработалось за годы тренировок. Я пас овец за монеты, и меня часто надуривали, да и рынки в деревнях тот ещё рассадник жуликов. Так что, чтобы выжить, нужно развивать ловкость, умение лгать и быстро бегать, — Чимин широко улыбнулся от своей «шутки», но Ким только нахмурился. В бедных районах и правда творилось всякое. Абсолютное беззаконие. Если кто-то тебя пырнёт в переулке — никто не остановится помочь. Когда он и Ёрым шли к домику ювелира, они были прямо на главной площади, рядом со штабом дозорных, поэтому там, естественно, всё тихо на ближайшие километра три, а вот что дальше… — А-у-у, — юноша щёлкнул прямо перед носом Тэхёна. — Вот это тебя в грёзы унесло. Ты хоть слышал, что я тебе сказал? — Нет, — коротко ответил тот и, развернувшись, направился дальше — к своему любимому окну. — Ну вот, сам говоришь, что я от вопроса ухожу, но поступаешь так же! — проныл Чимин и потопал следом. — Ты так и не ответил насчёт Чон Чонгука. — Тэхён опять резко остановился, но на этот раз не оборачивался. — Почему я вообще должен отвечать на такой вопрос, который задала мне прислуга? — он боялся ошибиться и рассказать их историю не так, хоть она была и маленькой, а потом получить нагоняй от своего мужа. — Потому что вы вообще не подходите друг другу. Как вода и огонь. Он даже практически не смотрит на тебя… — А на тебя, как я заметил, он смотрит слишком часто. Тебе не кажется, что это не нормально? — раздражение медленно перерастало в злость, чего ему очень не хотелось. — Именно об этом я и говорю. Он с самого начала нашего пути вёл себя странно и будто заманивал меня в свои сети. Именно поэтому я так сильно и удивился, что у него, оказывается, есть муж. Я считаю такое неприемлемым, но ты же понимаешь, что он мой хозяин, и если он мне прикажет… — Чимина аж передёрнуло, и он скривил лицо. — Короче, знай, что я этого не хочу и твой муж мне вообще не нравится, но сделать я ничего не могу: другой работы у меня нет, дома нет, еды нет, да и семьи тоже нет. На миг повисла тишина, где каждый был погружён в свои мысли. Пак был прав, если Чонгук прикажет ему лечь в его кровать, то он должен повиноваться. Но один момент оставался непонятен: — Ты говоришь, что он тебе не нравится, но сам бежишь первым трогать его и спрашивать «всё ли хорошо», — Ким вместе с книгой сложил руки на груди. Чимин поднял одну бровь, а затем вторую. — Ты про момент в столовой? Ты же понимаешь, что мне не нужно, чтобы он умирал, да? — получил в ответ растерянно-задумчивое лицо. — В тот момент мы ещё не были знакомы с тобой. Мне было сложно понять, что ты за человек, потому что Ким Тэхён меняет выражения лица только с расслабленного на удивлённое и обратно. Я подумал, что если сейчас мой хозяин умрёт, то ты просто выкинешь меня, поэтому извини — я просто боялся за свою шкуру. Зато теперь я познакомился с тобой, и ты мне понравился куда больше, чем этот клоун без цирка. Так что теперь пускай хоть поскользнётся в ванне — я буду только рад, — опять широко улыбнулся Чимин. Вот только Тэхёну придётся ещё привыкнуть к его деревенской и абсолютно бестактной речи. Вдруг позади, с первого этажа, раздались шаги и через мгновение монотонное поднятие по лестнице. Когда Ким заметил макушку Клауна, то тут же выдохнул. — Вы меня звали? — холодно произнёс тот. — Понимаю, что Клаун и клоун очень созвучны, но не на столько же, — весело хмыкнул юноша, на что у дворецкого ни один мускул не дёрнулся. — Если у тебя есть время досаждать молодому господину, то найдётся и на помощь в прачечной, — строго сказал мужчина и указал рукой на лестницу. Чимин громко и тяжело выдохнул и всё же поплёлся вниз. — Молодой господин, вы останетесь тут? — намного мягче и уважительнее уточнил дворецкий, на что спускающийся юноша громко цыкнул. С ним он так не разговаривал. — Я только пришёл и, скорее всего, останусь здесь до темноты, так что накрывайте ужин без меня. Не волнуйся, я смогу найти дорогу до спальни, — ласково проговорил Тэхён и, слегка поклонившись, наконец-то направился к своему излюбленному месту, чтобы провести там расслабляющие минуты спокойствия, тишины и фантастических историй.

***

Когда Ким одним разом закрыл книгу и прижал её к груди, за окном уже было далеко не вечер. Рассказ был не на пять страниц и так сильно увлёк парня, что, как обычно, счёт времени прошёл мимо него. Но в этот раз он медленно спрыгнул с широкого подоконника и не спеша направился вдоль рядов. Бо была предупреждена так же, как и Клаун, так что его никто не будет искать. Только если служанка завтра отчитает за неявку на ужин, но это уже будет завтра. Что поделать, если он привык к двухразовому питанию и никак не может адаптироваться к трём? Он поставил книгу на место и, спустившись вниз, отключил свет во всей библиотеке, закрыв за собой дверь. Он не боялся темноты или остаться в большом помещении одному. Это всё уже давно вошло в рутину его жизни и даже приелось в какой-то степени. Тэхён настолько часто был один и в кромешной тьме, что сейчас больше привыкал именно к свету и огромному количеству людей. Лениво шагая по каменному коридору и смотря в окна, Ким размышлял о том, а всегда ли теперь так будет? Проснулся, засел в библиотеке, пошёл спать. Отныне это и есть его распорядок дня на все оставшиеся годы? Ну, можно ещё выходить в сад. Правда, он до сих пор при виде него вспоминал тот злосчастный пикник и впадал в подобие уныния. А чем-то другим одному здесь заняться и нечем. Вот если бы… Чонгук был рядом, то можно было бы куда-нибудь выбраться, устроить вместе читальный вечер с обсуждением страниц или сыграть в какие-то игры, даже в шахматы. Тэхён не против чего угодно, только бы быть рядом с ним, касаться его… Нет, нет, нет. Ким быстро потряс головой. Не хватало ещё перед сном поймать такие грустные мысли и думать о них всю ночь. Лучше вспомнить прочитанную книгу, где главные герои, хоть и было очень сложно, но остались вместе — это хоть чуточку давало надежду на счастливое будущее. Уже подходя к предпоследнему повороту, Тэхён замер. Громкие шаги отражались по всему коридору. На мгновение он подумал, что этот кто-то шёл к нему, но шум резко стих, и последовал увесистый стук в дверь. Это Клаун делал обход или что-то вроде такого? Ким медленно, буквально одним глазком, выглянул из-за угла и заметил Пак Чимина, который, не скрывая своей нервозности, сложив руки на груди, стучал ногой об пол, что-то бубня под нос. Он находился через две двери от поворота и Кима точно не смог бы заметить. Но что ему понадобилось около двери… Чонгука?! Он ещё раз пересчитал двери, думая, что ошибся, но нет. Это были покои его мужа! Дверь слегка приоткрылась, и оттуда послышался слабый голос, очень тихий, вообще не разобрать. Только Чимин, хоть и шептал, но говорил на весь коридор. — Я что, реально должен бегать к тебе по любой твоей прихоти? Издеваешься? Ты время видел? Если ты сова, то это не значит, что все вокруг такие же, — снова бубнёж из двери. — И что мне теперь сделать? Спать у тебя в комнате? — Тэхён нахмурился. Не успел он и секунду обдумать смысл диалога, как рука схватила Чимина за кисть и втянула внутрь спальни, захлопнув за собой дверь. Ким от шока аж выскочил из-за угла и быстро направился к комнате. Вдруг Чонгук сейчас его изобьёт или изрешетит, как это было с его семьёй? Хотя для этого не нужно затаскивать юношу в свою комнату. Вообще, таким слугам, как Чимин, нельзя заходить в покои господина. Только дворецкий, личные горничные и, в их случае, муж в праве видеть его спальню. Когда Ким подошёл вплотную к двери, то замер, никак не мог решиться постучать. Поднимал руку и снова опускал, а потом решил прислушаться. Как только он немного себя успокоил, то вокруг стало в разы тише. И вдруг изнутри послышался стон. Тэхён резко отошёл на шаг, а стоны стали только набирать обороты. Они точно принадлежали Чимину, и этот скулёж был словно вовсе не от боли. Парень быстро развернулся и, практически не издавая звуков, дошёл до своей спальни. Зайдя внутрь, прислонился к двери и закрыл рот рукой. Не верилось, что это происходило с ним. Те звуки понять как-то по-другому просто нельзя. Он скатился по двери на пол и спрятал лицо в коленях. Тэхён правда пытался не заплакать, но несколько капель всё-таки прыснули из глаз. В сердце чёрная дыра, а в голове шум. Почему судьба так с ним жестока? Сначала преподнесла принца, который спас его от драконов, а потом просто… Ким Тэхён не хотел верить, что Чон Чонгук мог с ним так поступить. Буквально пару дней назад он мило улыбался ему, рассказывая сокровенную историю. У судьбы нет причин без причины сводить посторонних.