Фото на память - 2

Серый продолжал относиться ко мне как к хрустальному до первой моей истерики. Я ненавижу состояние, в которое он вгонял меня своей гиперопекой. «Ты пообедал в колледже?», «Не забыл зонт? Там ливень», «Я постирал и погладил твои вещи, они в твоём шкафу», «Ты приготовил ужин? Спасибо, маленький, но не нужно утруждать так своё сердечко, я лучше закажу, ладно?». Я стал чувствовать себя ребёнком. Это напоминало о жизни с родителями и начинало адски раздражать. С одной стороны я понимал, что Серый ведёт себя так из-за опыта со своей бабушкой сердечницей, но с другой стороны — я-то молодой парень, которому нет и 20, ну взгляни ты на мир не через призму истории со своей ба. И вот в очередной раз, когда я был на фотосессии и уже закончил, Серый заехал за мной и набрал меня. Я принял вызов, собирая фотик со всей приблудой в портфель, зажимая телефон между ухом и плечом. — Да, Серёж. — Я подъехал и вижу тебя. Я мельком осмотрелся, не увидел его, но согласно промычал. — Не зажимай так телефон, малыш, вдруг нерв защемит и это цепной реакцией вызовет приступ. Ну всё, достал. Я сбросил и кинул телефон в рюкзак, после закрыв его на молнию. От злости участилось дыхание и я попытался его успокоить. Я понимаю — забота. Забота… но мне уже становится страшно, что он скоро меня в клетку посадит, лишь бы уберечь. А я не люблю испытывать страх, поэтому раздражаюсь. Срываться на Сером не дело, он не виноват ведь по сути. Хотя с какого хера это он не виноват? Мы уже раз 10 говорили об опеке и каждый раз его понимания хватает не более, чем на двое суток. Надоело. Гневно сев в машину, я кинул портфель назад. — Пристегнись, солнце, — смотрел на меня Серый, как всегда немного взволнованно. — Не хочу, — скрестил я руки на груди, хмуро глядя на него. — Пристёгиваться не хочу. Быть младенцем в 19 не хочу. Или, может, ты не из-за ба своей так печёшься обо мне, а просто думаешь, что я валенок тупой? Серый немного растерялся от моего напора, но меня было не остановить. Я невольно начал повышать голос, сев почти лицом к парню. — Мы столько раз с тобой обсуждали, что мне не нравится опека, ты каждый раз соглашаешься со мной, киваешь, а через несколько дней всё снова по той же песне, снова опека, будто я ребёнок. Я не люблю такое, не хочу я так. Тебе нравится ругаться со мной? — Конечно нет. — Так в чем дело? Зачем ты это делаешь? — Я тебе рассказывал про свою бабушку… — Я помню, Серый, но это не даёт тебе права лишать меня возможности жить нормально. Мне 19, но я ощущаю себя недоразвитым ребёнком. Я здоров, кроме приступов тахикардии, но из-за твоего такого щепетильного отношения ко мне, я начинаю думать, что и правда слишком слаб здоровьем. Я не хочу чувствовать себя инвалидом. — Дим, но я боюсь, что не смогу помочь тебе в приступ. Лучше ведь исключить факторы, которые могут спровоцировать стресс, а от стресса растёт вероятность приступа. Мы же вместе читали с тобой об этой тахикардии, — его спокойный и мягкий тон отчего-то выбешивает меня ещё больше. — Так ты и вызываешь у меня стресс, потому что мне надо нервничать из-за ругани с тобой. Хотя казалось бы — мы обсуждаем одно и то же каждый раз. Сергей вздохнул, откидываясь на спинку кресла и глядя в лобовое. И мне бы закрыть свой рот на этом, но я добавил: — И ты сам говоришь «я боюсь за…». Ты боишься. Это твой страх. Тебе с ним и бороться. Я могу только сказать, что я в порядке, успокоить тебя могу только этим. Но ты будто слышишь не это, а «я не знаю что чувствую, не понимаю себя» и продолжаешь давить заботой. Услышь меня — я в порядке. Поверь ты, что я хорошо чувствую себя. Если я почувствую, что мне дурно, то так тебе сразу и скажу. У нас даже секс стал редкостью, хотя я знаю, что его нужно больше и хочется чаще. Вот теперь поток иссяк. И немного накрыло смущение от последних моих слов. Они вот совсем и не обязательны были… Серый потёр пальцами переносицу, прикрыв глаза, и положил руки на руль. Помедлил и устало чуть хрипло сказал: — Пристегнись. Поедем домой. Не знаю, что в его голове. Похоже, меня снова не слышат. Не знаю. Я устал и выяснять уже ничего не хочу. Молча пристёгиваюсь и Серый трогается с места. До дома ехали в полной тишине, а дома я, избегая разговора, тут же ушёл в душ. Пока я переодевался после него, в душ ушёл Серый, заботливо погрев мне ужин и накрыв на стол. Даже чай заварил с мятой. Наверно думает, что я психую из-за чего-то другого и сорвался на нем. Но с другой стороны я не в курсе, что там в его голове, а выяснять сейчас не хочется. Но и тишина эта давит… он действительно понял меня или мы поссорились? Когда он вышел из душа, я уже лежал в постели. А когда Серый лёг в неё и привычно обнял меня со спины, поцеловав в плечо, я немного расслабился. Похоже, не поссорились. После его поцелуя, я перевёл взгляд на него, столкнувшись с его прямым взглядом на меня. Люблю всё-таки этого придурка… — Как дела? — из-за его тихого хриплого голоса, закрытых плотных штор и тёплого света от прикроватного светильника меня начало заводить. — Всё хорошо… — смотрю в глаза, хоть и смущает. — Я тебе верю, — снова мягко целует в плечо, не отводя взгляд. — Прости меня. Ты прав, я перегибаю из-за своего страха за тебя. Но ты молодой здоровый парень. У которого немного сбоит сердце, но всё поправимо операцией. Я на пару секунд невольно отвёл взгляд и согласно промычал. А когда снова посмотрел на Серого, он потерся своим носом о мой, из-за чего я прикрыл глаза. И в следующую секунду он меня мягко, нежно поцеловал, обнимая за талию чуть крепче. Я не планировал спать с ним сегодня… ну в смысле секс… но тело тут же отозвалось на его прикосновения приятным потягиванием внизу живота. Сергей потянул меня под себя, уложив тем самым на спину, навис надо мной и чуть углубил поцелуй. А я слегка прогнулся в пояснице, прижимаясь к нему животом, и это определённо было для него зелёным светом. Мне захотелось обнять его, что я и сделал, но вредность из меня не вытрахать, поэтому прежде я провёл ногтями по его плечам и лопаткам, бесследно царапая кожу. Серый зверел на глазах: прервал поцелуй и сначала слегка куснул меня за шею, а потом стал оставлять слабые засосы на ней и на моем правом плече. Наконец-то без осторожностей, будто я хрустальный. От растущего возбуждения я перестал контролировать происходящее, поэтому на выдохе у меня невольно с тихим стоном вылетело: — Люблю тебя… Серый поднял взгляд на меня и коротко поцеловал. — Повтори, — прозвучало немного властно и ещё больше смутило, потому что повторить я должен был, глядя ему в глаза. — Люблю тебя… Дурак… — не люблю смущаться, он знает. — И я люблю тебя, — прошептал он мне в губы, глядя в глаза и одной рукой поглаживая меня по бедру. Я невольно отвернулся, краснея и прикрыв глаза. Но Серый не стал издеваться сильнее и продолжил покрывать мою шею поцелуями. Но в этот раз он начал постепенно спускаться губами к моей груди. Дыхание чуть сбилось, тело слегка напряглось от смущения, из-за чего я свёл колени, слабо зажав между ними бёдра Серого. Не надо, Дим… всё хорошо, выдохни. Это твой Серый. На твоём теле не осталось места, которого он бы не видел. Повезло же, что мне достался такой раскрепощённый парень. Будь мы оба стеснительны в постели, дальше пятиминутного перепиха под одеялом при выключенном свете мы бы не уехали, явно. А он такой изврат оказался… Фууух… Меня словно током прошибло, когда Серый коснулся губами моего правого сосочка, параллельно мягко обхватив пальцами левый. Он едва ощутимо одновременно ласкал их, зная, что они невероятно чувствительны. Мои невольные тихие стоны заводили его и меня самого впридачу. Он мягко погладил мои руки своими и затем положил мои пальцы поверх обоих моих сосков, отстранившись. Он наблюдал, поведусь ли я, переступлю ли своё смущение. Мои щёки горели и я явно выглядел ужасно, но я уже слишком возбуждён. Глядя в глаза своему парню, я начал мягко массировать свои соски пальцами, покрываясь мурашками от приятных ощущений. Серый поцеловал коротко мои пальцы и поцелуями стал спускаться к низу моего живота. Медленно стянул с меня белье, оставив его за пределами кровати, и ладонями развёл мои ноги шире. Я послушался. Я… хочу слушаться… Чуть откинув голову назад на подушке, я прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям в теле внимательнее. Хотелось коснуться члена и снять напряжение внизу живота, но Серый не даст. Он любит растягивать ласки, любит наблюдать за моими реакциями. Особенно когда завтра суббота и нам обоим утром никуда не надо. Его поцелуи были мучительны. На грани раздражения. Особенно когда его мягкие губы касались кожи на внутренней стороне моих бёдер. — Боже, ну пожалуйста… — я даже не заметил, что произнёс это вслух. — Пожалуйста что? — голос Серого был низким и хриплым, возбужденным. Обожаю. — Продолжи, пожалуйста… — Как? — он издевался и намерено провёл влажным горячим языком от основания моего члена к головке лишь единожды, после глядя на меня и наслаждаясь моими жалобными стонами. — Возьми в рот… — как же это смущает, черт возьми, не заставляй меня повторять… — И всё? — И отсоси, блин, ну пожалуйста, — всё-таки раздражение взяло верх, но Серого это только позабавило. Он улыбнулся: — Мой голодный мальчик, — провёл носом по моему члену снова снизу вверх и тут же взял головку в рот. Я хотел ещё побубнить, но смог только простонать. Снова прикрыл глаза, чуть крепче сжимая свои соски и немного их пощипывая. Я чувствовал, как по члену стекает горячая слюна, а от ощущений во рту Серого невольно закатывались глаза и спирало дыхание. Из-за его переживаний обо мне, у нас давно не было секса, а от стресса из-за сердца я в последнее время даже не заводился настолько, чтоб до дрочки. Будет стыдно кончить быстро, но мне так хочется, так хорошо… Невольно отпускаю свои соски и сжимаю руками подушку под головой, тяжело дыша и сдавленно постанывая. Развожу ножки шире, чтоб не мешать Серому. Хочется чувствовать его тело своим. Как он сам ещё не кончил, господи… Мышцы в теле одновременно расслаблены и напряжены. Мое тело полностью в руках Серого и он отлично знает, что с ним нужно делать. Но… я тоже хочу сделать приятное… Едва приоткрыв глаза, наблюдаю картину — Серый между моих ног поглаживает мою талию, крепко сжимая ее ладонями, и активно двигает головой, насасывая. От его тихих причмокиваний мне снова приятно сводит тело. Он явно кайфует оттого, что делает. Почему это так сладко видеть… Очередная волна приятного покалывания и я с тихим протяжным стоном кончаю Серому прямо в рот, не успев предупредить. Но он определённо был готов, даже не отстранился. Лишь продолжил активно двигать головой, глотая мою сперму. И после нескольких движений, плавно выпустил член изо рта, подняв взгляд на меня. Он улыбался, в то время как я едва ли мог набраться сил пошевелишь хотя бы пальцами рук. Серый снова навис надо мной, глядя в глаза. Коротко чмокнул меня в кончик носа и тихо посмеялся. — Какой ты милый, когда только кончил, — поумилялся пару секунд и чуть наклонил голову набок. — Будем отдыхать? — Нет, — едва мотаю головой. — Хочу приятно и тебе… сделать… Невольно отвожу взгляд, чувствуя как краснею. А Серый стал заглядывать мне в глаза, смущая ещё больше. Я из-за этого почувствовал себя обнаженным перед ним не только телом, но и душой, мыслями. Он будто снял всю мою защиту. Это пугает, но и одновременно вызывает какой-то приятный трепет в груди. — Может, тогда встанешь на коленочки? — провёл он носом по моей щеке и мягко поцеловал за ушком. Я выдавил из себя лишь тихое согласно мычание. Он выучил все мои эрогенные зоны и любимые позы, паразит… С его помощью я перевернулся, и он поставил меня на колени, разводя мои ягодицы ладонями. Знаю, что вид его явно заводит, но как стыдно… Уткнувшись лицом в подушку, я крепко сжал ее обеими руками. Серый слегка похлопал меня по попке. — Расслабься, маленький. Иначе как я войду? После похлопываний, Серый нежно погладил мою попку и внезапно звонко шлёпнул по правой ягодице, чем вызывал тихое недовольное шипение с моей стороны. Но снова лишь умилился. Я повилял слегка бёдрами, хныча и прося о большем. И похоже Серый сам уже сгорает от желания, потому как обычно он готов вылизать меня со всех сторон, а иногда ещё и с игрушками резиновыми надо мной издевается. Но сегодня я довольно быстро ощутил пальцы Серого во влажной и прохладной смазке на моей дырочке. Он начал с мягких поглаживаний, но почти тут же ввёл два пальца в меня, немного растягивая колечко мышц. Но я слишком расслаблен уже, поэтому его пальцы вошли почти без преград. Серый коротко мягко поцеловал меня в поясницу, заставляя тем самым сильней прогибаться. Его пальцы медленно двигались во мне, но мне не хватало ощущения заполненности. Мне было мало даже когда он добавил третий палец. Лишь когда я стал нетерпеливо двигаться навстречу пальцам, Серый убрал их и пристроился ко мне сам. Сначала поигрался: поводил членом по дырочке, не входя. Затем пошлёпал по ней членом. Потерся головкой о колечко мышц. И когда я вот-вот уже и наору на него, он всё-таки вошёл. Плавно, но настойчиво и сразу на все свои 16 сантиметров. Тяжело мне такое принять разом и он знает это, поэтому тут же прижался к моей спине грудью, нежно целуя мои плечи. Я повернул голову набок, хрипло тихо постанывая и наслаждаясь ощущением крепкого горячего члена в себе. Я и сам сильно нагрелся и вспотел, но это вовсе не смущало. — Как дела? — Серый поглаживал мое плечо кончиками пальцев, глядя на мое лицо. — Хорошо… — даже отлично. — Ты такой влажный и горячий, — снова поцеловал в плечо. — Приятно…? — Очень. — Я… хороший… мальчик…? — не знаю, зачем это несу… Серый чуть улыбнулся, сказал на ушко: — Ты замечательный… самый послушный. И это вызвало волну мурашек по всему телу. А с губ невольно слетело: — Да… хозяин… По шумному выдоху Сергея понял, что ему эта фраза очень понравилась. И он подхватил такой мой настрой, крепко, но мягко, обхватив одной ладонью мое горло. Я мог дышать, но голос подать уже было проблемой. Все тело приятно сковало, я во власти хозяина. Он не отпустит меня, пока не будет удовлетворён сам, и я с этим согласен. Мой хозяин будет удовлетворён тогда, когда и я получу удовольствие. У меня лучший хозяин. Сергей сжал мое горло чуть крепче, начав двигаться во мне. Жалеть меня сейчас он не стал. Едва выходя, он резкими толчками входит в меня до основания, постепенно набирая скорость. Я подчинён. Ни слова против. Лишь тихо хнычу сквозь стоны, сжимая подушку, но расслабляя дырочку для члена Сергея. Он слегка кусает меня за плечо. Слабый укол боли смешивается с невероятным возбуждением. От этого коктейля сильнее сводит низ живота. Сергей двигается более равномерно, всё продолжая набирать скорость. Он давит на меня своим весом, чтобы я раздвинул ноги шире и лёг на кровать животом. Слушаюсь и он целует меня в висок. — Замечательный, — шепчет, тяжело дыша. — Да, хозяин… — хрипло шепчу в ответ. Сергей немного поворачивает мою голову в сторону, заставляя смотреть ему в глаза. Входит так глубоко, что периодически вздрагиваю и покрываюсь мурашками. Слишком откровенно, я так не могу. Но отсутствие выбора в данный момент снова заводит. Крепко сжимает мое горло, перекрыв дыхание полностью, и страстно целует, активно втрахивая меня в постель. Тело невольно напрягается, я крепче сжимаю Сергея, из-за чего тот тихо рычит, постанывая. Резко отстраняется, сев на колени, и свободной рукой несколько раз звонко шлепает меня по попке. От шлепков прижигает, но сладостные ощущения от движения члена возле простаты перекрывают всё остальное. Если бы он не душил меня, я бы только и мог, что просить ещё, ещё, ещё. Но он будто итак знает, что мне нужно. Продолжает трахать меня под тем самым углом, отчего я весь дрожу. Но когда он резко выходит и отпускает мое горло, я чуть не плачу от досады. Однако он переворачивает меня на спину и снова потирается о мою дырочку головкой. — Ноги шире, — поглаживает свой член, дожидаясь моей реакции. Я снова слушаюсь и раздвигаю перед ним ноги максимально возможно для меня. Как стыдно быть таким податливым и открытым. Но ему нравится это. Поэтому я делаю. Я хочу, чтобы ему нравилось. Снова входит в меня до основания, поднимает мои ноги и кладёт себе на плечи. Поцеловал меня в колено и, глядя в глаза, снова начал активно долбить мою дырочку членом. Понимаю, что ему нравится наблюдать, как я себя ласкаю. Потому одной рукой поглаживаю и пощипываю свой сосок, а другой рукой обхватываю свой член и начинаю надрачивать, стараясь подстроиться под темп Сергея. Глаза в глаза и снова волна мурашек по телу. Сергей крепко сжимает мои бёдра, разглядывая тело, и снова набирает обороты. Под этим углом ещё приятнее и я невольно отпускаю сосок, сжимая подушку под головой. Дыхание сбивается и громкость голоса я давно не контролирую. Пожалуйста, только не останавливайся… Волна сильнейшего удовольствия неторопливо, тягостно расходится от низа живота по всему телу, мир перед глазами меркнет, тело сжимается и я чувствую свою горячую сперму на руке. Только мое тело расслабляется, как следом такой же горячей волной меня обжигает внутри: жжется, но так хорошо. Люблю кончать с ним одновременно. Серый почти падает на меня сверху, не выходя. Прижимает меня собой к постели и мягко целует, положив обе мои руки себе на плечи. Когда он вот так лезет нежиться после секса, я будто ещё больше влюбляюсь в него. Поглаживает мое тело, словно изучая, и медленно двигается во мне. Понимаю, что хочет выйти, но разрываю наш поцелуй. — Не выходи… — голос хриплый, тихий. — Нравится? — чуть улыбается, глядя на меня. — Мне хорошо… — расслабленно выдыхаю. — Мой маленький, — тихо посмеялся и крепко обнял, целуя в висок. Я обхватил его руками и ногами, как обезьянка, смущаясь, но все же прижимаясь. Мой мужик. Не отдам.