Malfoy Mysteries: Distracted by Murder

      Стоя в дверях кабинета, Драко прикрыл рукой нос и рот и, прищурившись, оглядел открывшуюся перед ним сцену. Комната была именно такой, какой Драко помнил её с детства. Светлый деревянный стол, гордо стоящий перед большими окнами с панелями напротив дверей. Невысокий простой книжный шкаф с одной стороны и большой камин с другой. Два удобных кресла из светло-коричневой кожи, стоящие напротив стола на изысканном и очень дорогом персидском ковре.       Тобиас Флинт не любил выставлять богатство напоказ, что было редкостью для общества чистокровных. Большинство материальных вещей, окружавших его, были очень дорогими, но, тем не менее, простыми. Маркус, похоже, перенял данную черту у своего отца. На полках всего стояло несколько книг, а фотографии в рамках придавали помещению более уютный вид, чем Тобиас когда-либо вкладывал в него, но в целом стиль минимализма не был нарушен.       Закатав рукава и надев пару наколдованных им перчаток, он медленно направился к телу, лежащему ничком между столом и стульями. Избегая большой лужи багровой жидкости, Драко приложил два пальца к искривлённой шее, проверяя пульс. Это казалось излишним, учитывая количество крови, пропитавшей ковёр и странный угол наклона шеи, но его так обучили. Пальцы в перчатках коснулись холодной и жёсткой кожи. Он отдёрнул руку и зажмурил глаза, борясь с подступающей к горлу желчи.       Мёртвые тела не были для Драко новшеством. Учёба на целителя сослужила ему хорошую службу в практике с изрядной долей трупов. После этого он побывал на местах преступлений в составе МАКУСА, которых было не счесть. Но ни тело, ни кровь, ни запах в данный момент его не волновали. Проблема заключалась в том, что это был первый случай, когда жертвой стал человек, который оказался ему знаком. Кто-то, кого он называл другом, независимо от того, как давно пользовался данным термином. Поднявшись, Драко тяжело сглотнул и снова оглядел помещение.       В комнате он увидел больше личных вещей, чем раньше. Старый квоффл был засунут в верхнюю часть книжного шкафа рядом с фотографией команды Хогвартса по квиддичу с третьего курса Драко. Портрет Пэнси стоял на камине рядом с фотографией поменьше, на которой они были запечатлены на каком-то торжественном приёме. Сжав челюсти, он снова сосредоточился на лежащем перед ним теле. Кровь была видна на левом боку, но он не мог разглядеть никаких явных повреждений на спине Флинта. Шея была вывернута в неестественном положении, возможно в результате перелома. Драко оценил расстояние между телом и столом, размышляя, не могло ли это быть причиной деформации. Сделав ещё один глубокий вдох, он обошёл тело и увидел след из капель крови. Они вели к двери, но внезапно прекратились, капелька удвоилась по сравнению с предыдущими. Подняв взгляд, он увидел красное пятно на коже кресла. Маловероятно, что кровь принадлежала Флинту, но без дополнительной информации ничего нельзя было утверждать наверняка.       Он продолжал методично обходить комнату, заглядывая везде, где только мог, дабы не нарушать картину преступления настолько, насколько ему позволялось на данный момент. Драко надеялся найти орудие убийства или какую-нибудь другую улику, но попытки оказались тщетны. Он понимал, что придётся звонить в DMLE и очень скоро, но нутром чувствовал, что это как-то связано с убийством его матери, и не хотел упускать возможность найти эту связь, если она существовала. Обойдя стол, Драко заметил, что стул развернут так, как будто Флинт сидел в нём непосредственно перед убийством. Осмотрев столешницу стола, он отметил, что она соответствует остальной обстановке комнаты. Минимализм с едва заметными штрихами. Как и полагается в кабинете патриарха, стол из светлого дерева был увенчан хрустальным графином, наполненным янтарной жидкостью, и бокалом с камнями на расстоянии вытянутой руки. Перо и чернильница находились рядом с небольшой стопкой пергаментов, ожидающих своего часа, а в углу стола стояла небольшая фотография, на которой были запечатлены Флинт и Пэнси. Сердце Драко замерло при виде двух смеющихся влюблённых в объективе. Он ненадолго задумался о том, кто сообщит ей о кончине её возлюбленного, и почувствовал, как по телу пробежал холодок. Прочистив горло, его вниманием завладела рукопись, лежавшая рядом с фотографией, и Драко не смог удержаться от того, чтобы не скривить губы.       Месть Вейлы       Рукопись: П. Паркинсон       Понимая, что пора вызывать авроров, он начал обходить стол обратно к дверям, но что-то заставило его остановиться. Если бы не солнечный свет, пробивавшийся в этот момент сквозь тучи, Драко мог бы это пропустить. На углу стола блестела кучка перламутрово-фиолетового порошка. Подойдя ближе, он попытался понять, что это за вещество. Если бы не цвет, то можно было бы предположить, что это жемчужная пыль. В голове мелькнула мысль, что это могла бы быть лунная пыль, но если вспомнить её свойства, то мерцала она только под полной луной. Драко уже собирался превратить перо в футляр, но снова остановился. Да, существовала такая возможность, чтобы выяснить, что это за порошок, дома, в созданной им лаборатории, но что делать дальше с полученной информацией, у него не имелось ни малейшего представления. Тогда бы он лишил себя возможности поделиться данными с Министерством без того, чтобы его не обвинили в сфабрикованности улик на месте преступления, что было бы им совершено, унеся образец с собой. Как бы ни было сильно желание получить ответы, меньше всего Драко хотелось становиться врагом Министерства, учитывая его личный интерес в расследовании деятельности Пожирателей смерти.       Он знал, что это дело получит широкую огласку, особенно если Скитер или Криви возьмутся освещать его. Стоит им получить сведения, намекающие на его причастность в этом убийстве, и для него очень быстро всё может обернуться скверным образом. Положив перо обратно в карман, он вышел из кабинета и, отправив своего Патронуса, уселся на ступеньках перед входом, ожидая прибытия авроров.       Драко прислонился к двери и поднял глаза вверх. Облака закрывали большую часть неба, отбрасывая на землю тяжёлые, но быстро движущиеся тени. В кронах деревьев слышалось пение всевозможных птиц, а по ухоженным травинкам бегали белки. Тёмные крылья унесли одинокого ворона в сторону от отчётливых звуков чьего-то появления на краю территории. Глубоко вздохнув, он закрыл глаза и приготовился к тому, что сейчас на него посыплется шквал вопросов. Через несколько мгновений, открыв глаза, Драко покачал головой.       Навстречу ему по вымощенной гравием дорожке шёл не кто иной, как Гарри Поттер в полном облачении Аврора. Даже на расстоянии можно было разглядеть скептическое выражение лица Мальчика, который выжил, и его непокорные чёрные волосы, которые развевались на ветру. Поднявшись, он засунул руки в карманы и стал наблюдать за тем, как Гарри направляется к нему. Когда тот оказался в нескольких футах от ступенек, Драко позволил ухмылке появиться на его лице и рассмеялся.       — Просто нужно было оставаться в гуще событий, а, Поттер?       — Не ожидал застать тебя на месте преступления, Малфой.       Драко приподнял бровь, услышав, как собеседник выговаривал его фамилию, будто сдабривал каждый слог толикой яда, прежде чем повернуться к женщине-амазонке рядом с ним в соответствующей тёмно-синей мантии, которая почти не скрывала мускулистое тело её обладательницы, ничем не уступавшее партнёру. Она была почти одного роста с Гарри, но лишь на дюйм ниже Драко. Белокурые волосы, заплетённые в толстую косу, доходили ей чуть ниже плеч. Встретившись с её льдисто-голубыми глазами, он протянул руку, чтобы представиться.       Она ответила на рукопожатие, и он почувствовал пробежавший холодок между ладонями, после чего та быстро одёрнула её. В словах аврора слышался сильный исландский акцент, а на лице появилась лисья улыбка.       — Катрин Эстелласдоттир. Приятно познакомиться.       — С тех пор, как ты уехал, всё стало хорошо. Неужели нельзя было оставить всё как есть? — пробормотал Гарри.       — И позволить тебе испортить Министерство ещё больше, чем оно уже есть? — ответил Драко с характерным для него сарказмом в голосе.       — Почему бы тебе не зайти внутрь, пока я разговариваю с мистером Малфоем? — Катрин схватила Гарри за плечо и подтолкнула его к двери. Он вздрогнул, вырвался из её хватки и, пробормотав что-то, направился в поместье.       Полностью вернув своё внимание к Драко, её глаза, казалось, посуровели и, если возможно, посветлели. Она слегка наклонила голову, глядя поверх него, пытаясь что-то прочесть во внешнем виде. Её взгляд остановился на его татуировке и двинулся дальше, а затем снова вернулся к лицу, прищурив глаза. Пока она пыталась разгадать стоящего перед ней мужчину, Драко тоже делал свои собственные наблюдения.       Нежность черт её лица и голоса была обманчивой и совсем не вязалась с крепким телосложением. Несмотря на явную попытку казаться пугающей, которая, вероятно, срабатывала для большинства людей, Драко чувствовал себя в присутствии Катрин спокойно. Это само по себе начало вызывать в нём конфликт. Его тело, его магия испытывали желание просто довериться ей, несмотря на то, что он услышал от неё всего два полных предложения, заставивших его разум перейти в режим быстрого мыслительного процесса. Их глаза снова встретились, и магия запульсировала в его жилах, словно пытаясь дотянуться до неё. Ему приходилось чувствовать что-то подобное только с одним человеком, но это ощущение отличалось.       — Почему бы не начать с самого начала? — наконец сказала она, подняв руки в жесте, указывающем, что он должен начать говорить.       — Просто зашёл повидаться со старым знакомым, — коротко ответил он.       Несмотря на то, что его тело уговаривало рассказать всё этой женщине-башне, его разум противился этому. Тихий голосок подсказывал ему, что это ложное чувство безопасности, которое оттачивалось годами и искусным образом преподносилось. Было очевидно, что она опытна в своей работе, возможно, лучше, чем большинство авроров, с которыми его связывала работа в Америке. Сознание напоминало ему, что даже будучи невиновной стороной в этом убийстве, он рисковал поставить себя в неудобное положение, если будет допрашивать жертву относительно другого убийства. Убийство, признанное самоубийством тем же Министерством, в котором работал Викинг до него. Иначе говоря, его имя и прошлое не сыграют ему на руку в случае несправедливого заточения в тюрьме.       — Вы сперва позвонили ему? Воспользовались каминным звонком?       — Нет. Я только пару недель назад вернулся в страну и наконец-то освоился в том месте, где остановился. Он должен был жениться на одной из моих лучших подруг, и я надеялся сделать им обоим сюрприз.       На лице Катрин отразилось недоверие, но она не подала виду. Вместо этого девушка не сдвинулась с места, наблюдая за ним. Единственными движениями, выдавшими её внимание, были поднятая бровь и слабая тень улыбки, появившаяся на губах. Но более ничего невозможно прочесть на её лице. Подобную технику ему приходилось в действии видеть всего раз, но по его мнению, она не производила должного эффекта. Его начало одолевать желание продолжать разговор, разрываясь между впечатлением, которое девушка производила на него, и раздражением. Она, должно быть, увидела на его лице выражение покорности, потому что когда Драко перевёл дыхание, на её лице появилась ухмылка.       Он рассказал ей о том, как прибыл в поместье, и рассказал про свои опасения. Объяснил, что, увидев открытую дверь, вошёл внутрь, наложив предварительно заклинание обнаружения, но более не использовал никаких чар, кроме наколдованных пары перчаток. Она подняла бровь при упоминании об этом, но когда Драко сослался, что хотел быть как можно более аккуратным на месте преступления, не стала его перебивать, удовлетворившись объяснением, что он проверял пульс, после чего позвонил им. Аврор задала ему несколько вопросов: к чему ещё он прикасался в кабинете и не показалось ли что-нибудь неуместным. Чем больше вопросов было задано, тем сильнее проявлялся её исландский акцент.       — Вам больше ничего не показалось подозрительным?       — Кроме трупа, вы имеете в виду? Нет. Насколько я могу судить, ничего не было сломано или украдено. У меня нет моего оборудования, так что я не мог…       Драко замолчал, осознав, что он сказал. Брови Катрин приподнялись к линии роста волос, когда он прикусил щеку. За последние два года он так привык к тому, что его допускали на места преступлений, поэтому ему было трудно вспомнить, что на этот раз сам является подозреваемым.       — Оборудование? Какое оборудование должно быть у вас, мистер Малфой? — она снова наклонила голову, ожидая его ответа с застывшими, покрытыми инеем глазами, которые медленно начали оттаивать, пока он не сболтнул лишнего.       Проведя рукой по волосам и потирая затылок, он виновато посмотрел на неё сквозь ресницы. В этот момент ему стало предельно очевидным, что бессмысленно пытаться выдумать историю, которая смогла бы объяснить им сказанную оплошность. Расправив плечи и приподняв подбородок, Драко решил должным уточнить, что до возвращения в Лондон обучался на криминалиста и работал в МАКУСЕ. Их взгляды застыли в патовой ситуации после его ответа, как острые лезвия, сцепленные в замок, ожидая, когда другой дрогнет.       Она провела языком по зубам и щёлкнула пальцами, призывая его ждать на ступеньках, пока их агент-криминалист прибудет на место происшествия, а сама вошла внутрь. Разочарование снова охватило его, когда он прислонился к закрытой двери. Скрестив руки на груди, Драко откинул голову назад и закрыл глаза. Делая медленные глубокие вдохи, он сосредоточился на окружающих звуках и запахах, чтобы отвлечься от нарастающего раздражения. Не таким представлялся ему день, но если быть честным с самим собой, то удивляться не стоило. Ничто и никогда не проходило так, как должно было произойти. До его слуха донеслись бодрые звуки песенки золотистого снегиря, которые разогнали туман, наполненный гневом, и позволили ему обдумать свои дальнейшие действия.       Флинт был мёртв.       Вдох.       Ещё одно имя вычеркнуто из его списка.       Выдох.       Пэнси будет очень расстроена. В любом случае, ему нужно с ней связаться.       Вдох.       Она может что-то знать. Она ведь жила здесь. Или, по крайней мере, часто здесь останавливалась.       Выдох.       Решение принято. Он обратится к Пэнси. Следующий вопрос заключался в том, сможет ли он доверять ей настолько, чтобы она помогла ему?       Вдох.       Это было…?       Он открыл глаза, услышав, как кто-то прочистил горло.       — Почему ты на месте моего преступления, Малфой?       — На месте твоего преступления? — он заслонил глаза от солнца, вырвавшегося из-за одной из больших туч, а затем посмотрел на неё, и у него перехватило дыхание.       Огонь, вспыхнувший в её шоколадных глазах, был ярче, чем когда-либо, когда он смотрел на неё. Прошло три года с тех пор, как Драко видел её в последний раз, но по его ощущениям словно прошло меньше суток. Желание протянуть к ней руки было почти непреодолимым. Почти. Она скрестила руки и переместила свой вес таким образом, чтобы постукивать ногой, дожидаясь, когда тот ответит, игнорируя его вопросы. Поджав губы, Гермиона нетерпеливо приподняла брови, не обращая внимания на слабый хлопок, указывающий на то, что рядом кто-то аппарировал. Драко наблюдал за тем, как знакомый, с которым они учились в Хогвартсе, прошмыгнул мимо них в здание, кивнув ему и помахав рукой ей.       — Я нашёл его, — в конце концов, ответил Драко, кивнув в сторону здания, где, как он предполагал, скрылся судмедэксперт.       Гермиона смотрела на него, а его глаза не отрывались от её лица. Глаза, которые, казалось, тянули его к себе без единого слова. С ним всегда так было. Даже в детстве. Именно поэтому он отказывался смотреть ей в глаза, пока учился в Хогвартсе, ибо тогда терял всякую способность к рациональному мышлению. Когда Драко провёл языком по губам, на её щеках вспыхнул румянец, и она опустила взгляд на сумку, которую несла в руках, разрушая чары, пленившие его.       — Ты что-нибудь трогал? — спросила она, поднимая глаза и глядя на него, пока копалась в сумке. — Мне нужно будет снять копии ваших отпечатков пальцев. А также образцы ДНК. — Она выпрямилась, встряхнула волосами, пытаясь убрать их с плеч.       — Отпечатки пальцев… Ты агент ИМП? — спросил Драко, нахмурив брови. Он не мог припомнить, чтобы она когда-нибудь упоминала о своём интересе к этому аспекту закона.       — Нет, я чертов игрок в квиддич, — она закатила глаза и направилась в поместье. Раздражённо вздохнув, Гермиона остановилась и отложила футляр, прежде чем собрать волосы в пучок локонов на макушке. — Не уходи! — требовательно кинув через плечо и поймав взгляд Драко, который наблюдал за ней. Подняв бровь, он кивнул, и она повернулась, продолжая идти к телу.       — Конечно, черт возьми, — пробормотал Драко, глядя ей вслед. Когда она убрала волосы, обнажилось глубокое V-образное отверстие в задней части серой рубашки с длинными рукавами, демонстрируя ещё больше слегка загорелой кожи. Осмотрев остальную одежду девушки, пока она не скрылась за углом, он понял, что ценит маггловские наряды как никогда раньше. Прямые обтягивающие джинсы, в которые она была одета, демонстрировали её изгибы, заправленные в чёрные сапоги с высокими берцами. Наслаждаясь открывающимся видом, Драко начал задумываться о том, насколько типично для британского Министерства быть столь небрежно одетым. Как только мысль о Министерстве пронеслась в его голове, он закрыл глаза и застонал. Устроиться туда на работу теперь будет ещё сложнее, чем ожидалось.       Звук сработавшей камеры вывел его из задумчивости, когда вместо щелчка раздался взволнованный голос.       — Драко Малфой, вы здесь в качестве потенциальной жертвы? Или, возможно, вы подозреваемый? А может быть, просто свидетель? Как давно вы здесь? Были ли вы свидетелем того, что здесь произошло? Это вы вызвали авроров? Как Вы относитесь к тому, что Гарри Поттер возглавил это дело? Есть ли у вас какие-либо мысли или чувства против того, чтобы в деле участвовала магглорожденная, такая как Гермиона Грейнджер?        Тот же репортёр, который устроил засаду на него и Блейза, снова тыкал камерой в его лицо.       В глазах Драко вспыхнули кинжалы, когда он посмотрел на молодого человека, делающего очередной снимок. От его постоянных расспросов магия Драко начинала бить ключом и растекалась по его венам. В его голове промелькнуло множество разнообразных и уникальных проклятий, но ему стоило усилий прикусить язык, чтобы не наброситься на репортёра. Как бы ни было приятно, он понимал, что сейчас не лучшее время для использования одного из самых зловещих проклятий, чтобы избавиться от вредителя. Впервые за этот день удача оказалась на его стороне: из темноты прихожей донесся мягкий, но фантастически угрожающий голос.       — Криви…— предупреждение было явным, и волшебник быстро опустил камеру, сделав несколько поспешных шагов назад.       В этот момент Драко почувствовал отчаянное желание узнать, что же произошло между мужчиной и валькирией, вышедшей из дверей. На лице Криви отразился страх: все краски улетучились, а те немногие веснушки, которые у него были, выделялись как никогда.       — Какие прекрасные фотографии ты сегодня запечатлел? — голос Катрин был низким, но медовым. Он напомнил Драко кошку Марги, которая подражала звукам своей жертвы, чтобы заманить её.— Ты знаешь, как мне нравится, что ты любишь устраивать засады на местах моих преступлений. — Её глаза были холодны, и если бы Драко не знал ничего лучше, он бы поклялся, что воздух, казалось, опустился на несколько градусов, когда она приблизилась к Криви.       — Я… — пискнул он, прежде чем прочистить горло. — Я, пожалуй, пойду. — Сделав ещё несколько шагов назад, он повесил ремешок фотоаппарата на шею и выхватил из воздуха блокнот, который Драко не заметил ранее. Не говоря больше ни слова, репортёр крутанулся на пятках и с громким треском исчез.       — Я не знаю, что ты с ним сделала, но я должен знать, — Драко повернулся к ней с ухмылкой.       Она откинула голову назад и рассмеялась.       — В твоих мечтах, Малфой. Тогда я потеряю своё преимущество.       — Говоришь как истинный слизеринец.       — Мне об этом ничего неизвестно, я ведь училась в Дурмстранге, — она повернулась, чтобы взглянуть на него, глаза больше не были застывшими, в них плескалось веселье.       — Наверное, это к лучшему. Хогвартс был немного дерьмовым в моё время, — он отвернулся, когда мимо прошёл судмедэксперт с телом Маркуса Флинта, застёгнутым на молнию в чёрном мешке. Слова вырвались прежде, чем Драко успел подумать, изложив Катрин свою теорию. — Это маггловские происки.       Драко не знал, почему с его губ слетела данная реплика, но им снова овладело непреодолимое желание рассказать ей как можно больше. Только на этот раз ему не удалось во время остановиться.       — Откуда ты это знаешь? Ты вроде говорил, что ни к чему не прикасался, — аврор прищурилась, в её глазах снова появилось подозрение.       Пожав плечами, он встретился с ней взглядом.       — Было слишком много крови, чтобы это могло быть чем-то другим. Даже режущее заклинание не произвело бы столько крови, если только это не Сектумсемпра. Однако если бы это было так, то рваные раны были бы по всему телу. Поскольку ни одной раны не наблюдалось на спине, то, скорее всего, все они пришлись на грудь или живот. Не говоря уже о вероятном переломе шеи.       Взгляд, которым она окинула его лицо, напоминал застывшее море, и ощущение, вызванное этим действием, заметно отличалось от того, которое он испытывал, когда Гермиона делала то же самое. Хотя его не тянуло подойти к ней ближе, но всё же желание поддерживать связь между ними оказалось непреодолимым. Она быстро перевела взгляд на мужчину, который готовил портключ, и когда с заклинанием было покончено, тот исчез вместе с телом, а её внимание снова было обращено на него.       — Ты знаком с маггловскими убийствами? — Драко коротко кивнул, и она подняла глаза вверх, пытаясь вернуть себе здравомыслие и складывая кусочки воедино. — Ты научился этому в МАКУСА? — последовавший кивок послужил ответом на её вопрос, и она кивнула головой, как бы отвечая на другой невысказанный вопрос. Внезапно поднятый палец и разворот корпусом говорили о её намерении вернуться в дом.       Тяжёлые тени перекрыли ему обзор, так как большая грозовая туча заслонила солнце. Он уже собирался вернуться на свой пост, прислонившись к двери, когда на улицу вышла Гермиона. Локоны, ранее укрощённые, теперь выбивались и хлестали её по лицу, когда ветер начинал усиливаться. Тяжело вздохнув, Гермиона направила воздух вверх, чтобы сдуть с глаз выбившийся локон, и поставила перед ним чемодан с оборудованием. Перемешав содержимое, она достала свежую карту отпечатков пальцев и коробочку с чернилами на губке.       — Мне нужны отпечатки ваших пальцев и образец ДНК, чтобы я могла сравнить их с уликами. Карточка с отпечатками всё, что у вас есть…       — Я знаю, что делать, — Драко огрызнулся, когда она положила карточку и чернила на ящик для улик, который предварительно увеличила до размеров небольшого стола.       — Не нужно быть таким враждебным, — она закатила глаза и провела руками по предметам, после чего сделала шаг назад и скрестила руки. — Рукава были опущены, когда ты вошёл в комнату?       Покачав головой, его пальцы плавно скользили по каждому из отдельных квадратов на маленькой карточке, оставляя их испачканными чёрными чернилами. Подняв ладони вверх, он посмотрел на неё, приподняв бровь. Закатив глаза, Гермиона сделала шаг вперёд, чтобы стереть чернила с его пальцев, прежде чем произнести ещё одно заклинание. Белый свет окутал его руки и двинулся вверх по предплечьям, после чего исчез. Быстро высушив отпечатки и убрав их, она достала запечатанный тюбик с чем-то похожим на одностороннюю ватную палочку и протянула ему.       — Если только ты не хочешь, чтобы это сделала я, — сказала она с ухмылкой, достойной любого Слизерина.       Он взял тампон и провёл им по внутренней стороне щеки, нахмурившись, когда она намекнула, что Драко не может сделать что-то сам. Когда закрытый тюбик был возвращён, Гермиона спросила, не прикасался ли он к чему-нибудь. Последовал отрицательный ответ, и её взгляд перескочил на парадную дверь, прежде чем корпусом приблизиться к нему.       — Ты что-нибудь нашёл?       Он прищурился, глядя на неё, и радуясь, что решил не брать себе образец порошка.       — Ничего такого, что мне нужно было бы забрать. А вы? — Он наклонился вперёд, имитируя её позу и громкость, с которой она задавала вопросы. Когда Драко подался вперёд, его нос снова уловил запах чего-то сладкого и цветочного, заставляя отшатнуться и провести руками по волосам. Это был знакомый ему запах, который у него не выходило распознать. Разочарование заставило его нахмурить брови, наблюдая за тем, как Гермиона раскладывает предметы в уменьшившемся чемоданчике.       — Ничего, чем я могла бы поделиться, — она быстро взглянула на него краем глаза и вернулась к своему занятию.       Замешательство, с которым ему приходилось мириться в течение дня, к тому моменту иссякло, и на поверхность поднялась былая раздражительность. Теперь к попыткам выяснить, кому потребовалось убивать его мать добивалась новая проблема с обнаружением трупа Флинта. Если это была попытка скрыть информацию о матери от посторонних глаз, то ему предстояло разоблачить преступника. В дверях показались Катрин и Гарри, разговаривая вполголоса, не удостоив их двоих вниманием.       — Я могу идти, агент Грейнджер? — спросил Драко дразнящим тоном, подчёркивая её положение. Намёк на сарказм задел за живое, судя по взгляду Гермионы, но он постарался не думать об этом слишком много. Ему нужно было выпить и отвлечься от всепоглощающего огня, который горел в её глазах.