А ты смешной, Киса.

Майские дни тянулись медленно и размеренно, все были заняты своими делами. После того случая с прикосновениями, Маша старалась всячески избегать Кислова и держать безопасную дистанцию, чтобы ничего такого не выкинуть. «Да уж, руки на стол, Машунь» Но это не всегда удавалось. Как обычно, выбежав покурить, рыжая сталкивается с Кисой у входа в клуб. — Если ты пришел барыжить, то я тебе колени прострелю, кудряшка, — бодро заявила она. — Нет, у меня к тебе есть некоторые вопросики, — чересчур серьезно начал Кислов. — Ну давай, у тебя пара минут, пока меня собственноручно не придушила Софа, — хмыкает девушка, доставая сигарету. — Я вот все никак понять не могу, ты по какой причине от меня шарахаешься, как от спидозного? Парень хмурится. — А почему тебя это так волнует? Точно, ты же только на все готовых девчонок видел. Он игнорирует сказанное, сокращая расстояние между ними, хватая девушку за подбородок, чтобы проверить свое предположение. Маша, как ужаленная отпрыгивает в сторону. — Пиздец, — проводя пятерней по своим волосам, подытожил Кислов. — Не бери в голову, это мой личный загон, — бросает Соколова. — Так, может расскажешь? Хочешь, давай накуримся, так легче говорить… — Кислов, ты точно в адеквате? Я на работе. А тебе, кажется, в школу пора. — А тебе не похер? — ответил он, улыбаясь. Остатки здравого смысла хотят послать его к чертям. — Похер, — смотря в шоколадные глаза, произносит Маша, — но у тебя на все пол часа. Киса улыбается, как чеширский кот. — Умница, — хватая меня за руку, тащит за клуб, в сторону хоз.помещений. Пара обходит гору мусора, очевидно, после ремонта заведения, заворачивая за гараж. — Пришли, — парень достает из рюкзака бумагу и зиплок, после чего бросает вещь на бетон, на которую девушка сразу садится. — Мах, там кофта есть, можешь ее достать, — бросает Кислов, сворачивая самокрутку, — а то снова на меня залипнешь и забудешь. А залипнуть и правда хотелось. — Тююю, больно ты мне сдался, — сморщив нос, беззаботно проговорила девушка. — Ты так быстро согласилась, что у меня возник вопрос - уже пробовала? Киса ловит ее взгляд. — Не парься, я последний, кто тебя осудит. — Пару раз, когда все было совсем хреново, — вымолвила она. — Значит сегодня накуришься без повода, тебе зайдет, — вполголоса пробормотал кудрявый, затягиваясь. Он умело раскуривает блант, передавая его Соколовой, а сам ложится рядом с ней на бетон, закидывая рюкзак под голову. Маша повторяет его действия, делая пару затяжек. Рыжая откидывает голову назад, закрывая глаза. Дым окутывает каждую частичку тела, принося с собой приятную легкость. Спустя пару минут она понимает, зачем Киса сказал ей заранее достать кофту - знал, что захочется лечь. Принимая горизонтальное положение, делает еще одну затяжку, затем передает самокрутку парню. — Расслабило? — донесся немного хриплый голос справа. — Немного, — обыденно отвечает Мария. — Хочешь, раскрою тебе одну маленькую тайну? Кислов поворачивается на бок, опираясь на локоть. Папироса снова уходит в руки девушки — Я тогда убедил Гендоса, что именно этот кулон тебе понравится. А это было ебаааать как не просто. Кислов аккуратно подцепляет пальцами подвеску, едва касаясь молочной кожи. Маша лишь внимательно следит за его движениями. Складывается ощущение, что он ее дразнит. Парень убирает руку, обратно принимая положение «лежа». Этот контраст эмоций вперемешку с травой туманит разум еще сильнее. — Почему «Москва»? — спустя какое-то время задает вопрос друг. — А почему «Киса»? — подхватила собеседница. — Потому-что Гендос уебан. — Ответ аналогичен. Просто привязалось, когда в Москву учиться увезли. — Но что-то мне подсказывает, тебя интересует нечто другое, — поворачивая голову, очень тихо проговорила Соколова. — Может да, а может я просто захотел накурить тебя. Его чуть хриплый голос сейчас вызывал волну приятных мурашек. —Скажи еще что-нибудь, у тебя голос сейчас нереально звучит, — с улыбкой шепчет девушка. Кислов реагирует молниеносно: тут же разворачиваясь в ее сторону, он заглядывает в глаза. Они как два изумрудных камушка, безумно красивые. — Ты так смотришь, будто сейчас поцелуешь, — после этих слов парня мажет. — Может и поцелую, — рвано выдыхает тот, — но в другой раз, — после чего отворачивается сокращая дистанцию. «Ну ты пиздец, Кислов, давай потрахаться еще ей прямо тут предложи» Хочется головой прямо об бетонную плиту биться, на которой они лежат. — Тебе было интересно - почему я шарахаюсь? Дело не в тебе. Отец меня бил, иногда у меня синяки даже проходить толком не успевали. А потом он как ни в чем не было подходил ко мне, обнимая своими противными лапищами, — совсем тихо рассказывает рыжеволосая. — Хочешь, мы ему камень на шею привяжем и в море утопим? — Очень хочу, Вань. — БЛЯЯЯЯЯ, СКАЖИ ЕЩЕ РАЗ, — утыкаясь носом в плечо, восклицает тот. — Обломаешься, зай. Идиллию нарушает телефонный звонок. На экране высвечивается короткое «Софа». — Я бы так пол дня тут провалялась, но меня сейчас расстреляет мой личный Фюрер, — показывая экран Кисе, произносит Маша. В попытке принять вертикальное положение, девушка издает короткое «Ой», плюхается обратно. Голова ощущается ватной. Когда ее так успело размазать? — ТЕБЯ ГДЕ ГРЕБАННЫЕ ДВА ЧАСА ЧЕРТИ НОСЯТ?!, — ее коллега была совсем не в настроении. — Два часа? А, ой. Кислов издает громкий смешок, после чего получает удар в плечо. — Через 10 минут буду, — отключаясь. Они переглядываются и начинают смеяться.