You Against Me

В последнее время Куросаки удалось абсолютно увериться в том, что эти люди – жуки. Им всегда хочется быть в курсе всех событий, что – то вынюхать, найти, поковыряться в чужой голове. Главное – больше улик и фактов. И пусть это только работа, но в лучшем свете она их видеть уж никак не могла.После всего, что сделали ее семье. - Жаль, что Карин не захотела выходить из комнаты, - придав своему голосу как можно больше сочувствия, она беглым взглядом осматривала комнату. – Возможно, мы бы смогли узнать что – то новое. Для дела, конечно, - блондинка быстро исправилась, поймав на себе грозный взгляд матери девушки. - Кстати, а где ваш муж? Масаки излучала собою полную уверенности и сдержанности женщину.Здесь даже не надо было догадываться о том, что если бы не правила этикета, то эта Дженни уже давно была бы выставлена за двери дома. Скрестив руки, она продолжала сдержанно улыбаться. - На работе. - Минуточку, - достав из кармана пиджака небольшой блокнот и ручку, девушка продолжила, - а кем он работает? - Главный врач местной больницы,- на непонимающий взгляд Джесси, Масаки пояснила, - частной. Она Ишшина. И зачем вы все это спрашиваете, если в участке есть все данные? - Да так… Девушка продолжила что – то писать в блокноте. Закончив свое дело, она спрятала его на место, не забыв поправить воротник белой рубашки. На ее действия Масаки лишь хмыкнула и закатила глаза – нужно как можно быстрее выпроводить эту барышню из дома. Неприятно действует на нервы. - Что – то еще? Куросаки с долей отвращения смотрела на блондинку. Но она, кажется, ее игнорировала. - Да, - Дженни заглянула в гостиную, - я надеюсь, что мой следующий визит будет более удачливым, чем сегодня. Поскольку Карин относится к нам подозрительно, то мы будем вынуждены обратиться,к примеру, психологу или же в кризисный центр для жертв изнасилования. Ичиго, что только вышел с чашкой черного чая в руках, подавился отуслышанного. Сильно кашляя,парень вернулся на кухню, проклиная всех и вся на свете. Масаки же только прикрыла глаза, сильнее сжав пальцы. - Мисс Куросаки, а это я так полагаю ваш сын? – заинтересованно спросила она, отмечая про себя его персону очень уж привлекательной. - Да. - У вас, Мисс, удался, - Джесси встрепенулась, поправив немного задравшуюся синюю юбку. Все проблемы на счет Карин, блондинка сразу же позабыла, будто их и не было. - Спасибо, - внезапна лесть в сторону Масаки, сработала на женщину, как малая часть успокоительного. Она всегда гордилась сыном. Но сказанные слова не додали и капли доверия к стоящей напротив персоне. – Но все же, зачем ей психиатр или же… -У Карин сейчас не лучшие времена. Если девочка относится подозрительно ко мне – к совсем чужому человеку, то какого быть семье? – глаза грязно желтого цвета смотрели с открытой издевкой. - В смысле? - В прямом – она вас стыдится. Как ей может помочь мать – домохозяйка? И дело совсем не в финансовом состоянии. Понимаете, вы играете ключевую роль, но так как не справляетесь с этим заданием, я просто вынуждена подключить сюда и социальные службы, для улучшения взаимоотношения в семьи. Сказанные ею слова, стали для Куросаки, как красная тряпка на разъяренного быка. Домохозяйка? Взаимоотношения? Социальные службы? Зубы тихо скрипнули от злости. Что она себе позволяет? Позабыв о правилах этикета, Масаки чуть ли не прорычала: - Вон. - Что, простите? - Вон. Из. Моего. Дома. Лицо Джесси вмиг покраснело. Крутанув на все 180 градусов, она важно пошла к выходу, где стояли ее лакированные туфельки. Обувшись, девушка вышла на улицу, немного задержавшись на пороге. - Надеюсь, вы хорошо подумали, прежде чем сказали это,- в следующую минуту в нее полетела хрустальная ваза. С силою ударившись о быстро закрывшуюся дверь, она с противным звуком треснула и распалась на крупные кусочки. Протяжно выдохнув и вдохнув в себя воздух, пытаясь успокоиться, женщина прислонилась спиною к стене. Утро сегодня выдалось слишком напряженным и сложным. Можно даже сказать неприятным. К тому же ее прозвали бесполезною домохозяйкою. Обидно. Уж сильно обидно. «Пусть только она явится еще раз в моем доме, живой отсюда точно не выберется. Даже никакой статус рабочего не поможет.» - Мам, она дура. Не слушай ее, - Ичиго прислонился к дверному косяку и внимательно смотрел на Масаки. К слову Куросаки не меньше был зол на блондинку и побыл бы еще немного дома, но из – за Укитаке нужно было идти в школу на работу. Черт, почему – то это слово вызывает в него странное волнение.Но сегодня нужно явиться там обязательно, так как вчера и позавчера отходил от драки и хорошенького похмелья. Простояв в молчании пять минут, женщина подала голос: - Ичиго, эта ваза была папиным подарком на мой День рождения. Как думаешь, он сильно расстроится? – скривив губы, она с печалью посмотрела на прозрачные кусочки. - Старик? Мам, ему главное, что бы ты была. «Глупая, надо было думать, чем бросаться. Она даже этого не стоит.» Вдруг раздался стук в дверь. Затем еще один. - Пусть только будет эта стерва, - прошипела женщина и пошла к входу в дом. Открыв дверь, она немного прищурила глаза от ярко светящего солнца – на пороге стоял темноволосый мужчина с удостоверением. С невозмутимым видом тот поздоровался и сразу же представился, не дав ей и слова сказать. - Здравствуйте. Кучики Бьякуя – капитан городской Токийской полиции. Это дом Куросаки? – получив утвердительный кивок, тот продолжил. –Могу ли я увидеть Куросаки Ичиго? … - Одним из наиболее значительных произведений Уайльда начала 1890- х годов стал его роман «Портрет Дориана Грея». Как и в предыдущих произведениях, Уайльд стремится избегать канонов реализма. Пространственные границы действия сужено… Атори – сан, учительница мировой литературы, важно расхаживалась перед учениками старшей школы класса 3 – 3. Женщина довольно приятной внешности увлеченно рассказывала, в общем, о романе, делая вступление для того, что бы подростки имели нужные знания и представления до того, как начнут его читать. Кинув быстрый взгляд на предпоследнюю парту у окна, она на мгновение прикрыла глаза. Дважды хлопнула в ладошки, села за учительский стол и стала листать классный журнал, задав самостоятельное прочтение материала до конца урока. Кото усмехнулась. Откинув назад прядь кудрявых блондинистых волос, девушка обернулась к соседке. - Аяме, посмотри, как Кучики сегодня вырядилась. Пара зеленых глаз пристально посмотрела на объект: белая блуза, темно – синий пояс, черные облегающие штаны и серые туфли на небольшой шпильке. Ничего особого – все девушки так одеваются. Она вопросительно подняла правую бровь: - И что? - Как что? Глаза открой и хорошенько вспомни, когда милашка Рукия так начал одеваться? Где делись футболки, кеды? - Ну… может стиль решила поменять? Откуда я знаю? - Аяме! – блондинка замахала ладонями перед ее лицом. – Деточка, ты ли это мне говоришь? Это же Ку – чи – ки! – она произнесла ее фамилию по слогам нарочно растягивая, что бы услышала не только она. –Наверное, это ее братец такому научил. Последние его похождения имеют пагубное влияние. - Ори - чан, мне кажется… ты слишком ею озабочена. - Кто? Я? Напротив. Рукия сильнее сжала кулаки, положив голову на руки.Брюнетка мысленно молила Кото заткнуться, которая из шепота перешла на тихий голос, и ее разговор мог слышать чуть ли не половина класса. Все же, как ей все это надоело! Почему никто не может забыть о том, что уже прошло? Или им нравиться травить ее? « … замолчи, замолчи, замолчи...» Орихиме бросила злой взгляд в сторону блондинки и повернулась к подруге. - Рукия – чан, не обращай внимания, все не так, - Иноуе жалобно попросила Кучики успокоиться. - Ну – ну… А ты слышала? – блондинка опять заговорила, забыв, что находится на уроке. - Что? - Мне один друг поведал, что видел, как Шиба пару дней назад побитым ходил. Говорил, мол, его даже в больницу родители отвезли из – за сломанного носа.Наверное, опять пытался к кому – то поприставать, да только не на ту попал. И все же мне кажется, что без Куросаки - куна дело не обошлось... Ученики, которые минуту назад тихо разговаривали о своем , внезапно затихли. Некоторые из них бросали заинтересованные взгляды на Рукию, что предательски замерла при упоминании о Куросаки. Но проблема была не в этом – учительница грозно стояла возле Като. Скрестив руки, женщина прищурилась и скривилась, будто съела лимона. - Кхм, кхм... – девушка обернулась от соседки и тихо пискнула. – Уважаемая, я очень надеюсь, что Вы уже прочитали и ознакомились с заданным мною материалом. Поэтому имею в наглость спросить, в чем заключается молодость Дориана? Вопрос, к Вашему сведению, очень прост и легок. - Эм… ну… как бы… - Кото сильно разволновалась, теребя края юбки. – Я… я не знаю Атори – сан. Учительница резко развернулась и прошла к доске. Написав одно предложение белым мелом, она обернулась к ученикам. - «Высшая, как и низшая, форма критики – один из видов автобиографии» - так написал в предисловии к «Портрету Дориана Грея» Оскар Уайльд. Надеюсь, Като- сан, Вы запомните это на будущее. А пока Вы забудете о хороших оценках по моему предмету, пока не исправитесь… На сегодня все. Домашнее задание вы уже знаете. Только oна закончила, как прозвенел звонок на перерыв. Ребята уже бурно обсуждали сегодняшний урок, быстро покинув помещение. - Рукия – чан, - негромко обратилась Атори к брюнетке, когда она проходила мимо. – Задержись, пожалуйста, на пару минут. Мне нужно с тобою поговорить. … Сегодня в школьной раздевалке ребята вели себя очень радостно, узнавшие, что, наконец, прибыла замена Кенпачи Зараки. Хотя, как прибыла, вернее, приехала на довольно крутой иномарке. Проскальзывала информация в ряды учащихся, что это был Куросаки Ичиго, но даже этот факт не затмит того, что, наконец, их души могут успокоиться от ненормального преподавателя. Изнурительные тренировки, огромно длинные кроссы, невероятно высокие требования, которых не должно быть в помине, давали сильную нагрузку. Хотя, благодаря Кенпачи их школа славилась огромным количеством спортсменов. Собравшись на стадионе, старшеклассники с нетерпением ожидали учителя, котрого уже какпятнадцатьминут не было. Орихиме оживленно бегала возле брюнетки и неугомонно ей что – то рассказывала. Сама же Рукия уныло смотрела на вход у стадион, желая смыться с урока как можно быстрее. - Смотрите, смотрите, - радостно завизжала одноклассница, завидев, отныне, физрука. Ичиго шел к ним с Укитаке, яростно о чем – то споря. Парень был слишком злым, о чем говорило его нахмурившееся лицо и сжатые руки в кулак. - Ичиго –кун, я думаю тебе нужно будет с ней поговорить. - С ней? Вы точно издеваетесь! Мне сегодняшнего утра вполне хватило. - Для начала успокойся, отчитай урок. А потом уже и решишь, как лучше, - закончил разговор Джоуширо, посмотрев на уже построившихся ребят. – Итак, это Куросаки Ичиго. Он будет заменять вам Кенпачи - сана, пока он не вернется из соревнований. Но это не значит, что можно садиться ему на голову и делать, что захочется. Хочу вам сказать, что этот молодой человек имеет все полномочия поставить вам двойку и отстранить от занятий, так что ставьтесь к нему подобающим образом. Куросаки – кун, оставляю их тебе, а мне нужно торопиться на урок, - помахав на прощание рукой рыжеволосому парню, Укитаке пошел прочь. - Хэх, - после минутного осматривания, Ичиго смешно дернул носом и улыбнулся. Точнее оскалился. – Ну что, поиграемся? Ребята на такое заявление испуганно посмотрели на учителя и лихорадочно дернулись назад. - Эм, а когда возвращается Зараки – сан? – тихо, будто боясь, что его услышат, прошептал немного худощавый шатен… Пятнадцать минут спустя… - Так не честно! – возмущенно закричали парни, смотря испепеляющим взглядом на девчонок. – Куросаки – сан, почему Вы не сказали, что хорошо играете в футбол?! - А вы и не интересовались этим, - хмыкнул он на их заявление, крутя мяч на указательном пальце. Его открыто забавляли попытки парней забить мяч в ворота, что принадлежали прекрасным представительницам планеты. Подбросив несчастный мяч в воздух, он достаточно легко ударил его ногою, - Кото, принимай! Рукия раздраженно хмыкнула – эта блондинка почти всю игру брала мяч на себя, не давая даже прикоснуться ей к нему. Ну и что, что она умеет играть в футбол? Это же не значит, что остальные – нет. Брюнетка повернула голову в сторону подруги. Бедная Орихиме, она от нее шарахается, как от огня. Внезапно девушка почувствовала сильную боль в затылке. Аж в глазах потемнело. Схватившись рукой за голову, Рукия сильно зажмурилась. - Кучики, не лови ворон! – насмешливо и довольно громко произнесла Оричин. Некоторые девчонки рассмеялись, поддакивая ей. – Если не умеешь играть, лучше отойди в сторонку! - Рукия – чан, ты как? – Иноуе быстро подбежала к подруге и внимательно посмотрела в глаза. Для этого ей пришлось присесть на корточки, так как она наклонила голову вниз. – Сильно болит? - Нет, не очень, - глаза странно защипало, а боль все никак не унималась. – Пройдет. «Нужно было быть внимательнее, от нее ничего хорошего не дождешься. Сама виновата…» - Кучики, ты как? – Ичиго, махнув рукой остальным играть, старался засунуть задние мысли о последнем происшествии куда подальше. В крайней мере это к работе не относится. - Нормально, - девушка продолжала старательно смотреть на потоптанную зеленую траву. - Тогда посмотри на меня. - Я же сказала, что все нормально. - А я так не считаю, - Куросаки нахмурился, буравя ее взглядом. Иноуе же непонимающе смотрела то на одного, то на второго. Затем нервно хихикнула и отошла к одноклассникам. - А я Вашего мнения и не спрашивала. - Вот мелкая, - проклянув уже в который раз сегодняшний день, парень положил левую руку ей на плечо, а правой аккуратно приподнял голову, заставляя тем самым посмотреть на него. В темно – синих, с малым оттенком фиолетового цвета, глазах застыли слезы. Жеки предательски порозовели, выказывая смущение. – Жива? Внезапный крик со стороны парней заставил Ичиго оторваться и посмотреть, что произошло – мяч на огромной скорости опять летел в сторону Рукии. Быстро сориентировавшись, рыжеволосый успел словить его до того, как тот достиг цели. - Вот вы у меня и доигрались… - затем он тихо обратился к брюнетке, - после урока, на выходе. Нужно будет поговорить. А сейчас отправляйся к медсестре, мне не нужны здесь бессознательные тела. - Ты знаешь, что совращение несовершеннолетних строго карается законом? – не поняв зачем, ляпнула Кучики. - Хочешь проверить? – не оборачиваясь, спросил Ичиго. Но даже по интонации можно понять, что тот улыбается. Казалось бы, зачем ей его слушаться? Да вот только шестое чувство подсказывало, что просто так он этого бы не сказал... Это добром не кончится.