Соль невыплаканных слëз

Хан не заметил, как оказался в спальне на кровати брата. Его укутали в одеяло, всучили в руки ромашковый чай, кажется даже с мёдом. Джисон перестал плакать, хныкать, да и вообще двигаться. Он сидел, вдыхая сладковатый тёплый запах свежескошенной травы, держал в обеих руках ещё горячий напиток и пялился в одну точку где-то на противоположной стене. Возможно, он думал. Думал о том, имеет ли для него значение то, что отец хочет его вернуть, увидеть, поселить в своей квартире? Оставил ли он то, что произошло в прошлом? Хан считал, что его жизнь наконец-то стала похожей на нормальную, обычную, стандартную и он до дрожи в коленях боялся, что его прошлое в один миг всё испортит, растопчет и засосёт обратно в пучину вечного страха и горечи. — Хан, ты как? — тот пропустил момент, когда в комнату зашёл Чанбин. Парень сидел на краю кровати, осторожно уместив руку на колене брата. В ответ Джисон лишь почти незаметно кивнул головой, — Ты ведь знаешь, что я всегда могу тебя выслушать? — снова кивок. Посчитав, что толкового диалога построить сегодня уже не получиться, Чанбин поплёлся к двери. — Он просил меня вернуться, — Чанбин с надеждой обернулся. После случившегося Хан не промолвил и слова, лишь рвано поскуливал, задыхаясь от слёз. Чанбину хотелось поскорее услышать объяснения, разобраться во всём, он ведь обещал, что всё будет хорошо, а как он может это гарантировать, не зная причины случившегося, но в тоже время давить на брата своими вопросами он попросту не мог. Повернувшись, Чанбина ждал всё тот же пустой взгляд в стену, — Хочет, чтобы я переехал к нему на квартиру, — голос дрогнул, Хан поспешил это спрятать за глотком горячего чая. — Ты… — начал было Чанбин, возвращаясь к своему старому месту на кровати. — Я ведь могу остаться здесь… С тобой, хён? — его взгляд поменялся. Сейчас Чанбин видел мутные, полные слёз, умоляющие глаза, — Ты ведь меня не выгонишь, я прав…? — О чём ты говоришь? — заключая в объятия и перебивая, произнёс Бин, — Что за бред? Конечно я тебя не выгоню, это и твой дом тоже, оставайся здесь сколько хочешь, — он говорил быстро, чтобы Хан понял, что эти слова не долго обдуманная фраза, а само собой разумеющееся. — Я… Я больше не хочу туда возвращаться, — шептал куда-то в шею брата Хан, — Я хочу забыть всё, что было тогда, оставить всё в том городе. — Всё будет хорошо, — эти слова стали ключевой фразой сегодняшнего вечера. Чанбин принялся успокаивающе похлопывать брата по спине, пока в его голове выстраивался план по решению насущных проблем.

***

На место солнца выступила луна, а Хан плёлся по пустынной тёмной улочке. Он вышел из дома чтобы освежиться, отрезвить свой разум, принять и обдумать ту ситуацию, что с ним произошла, чтобы после решить что делать дальше… Или может ничего и не нужно делать? Может стоит просто отпустить, забыть. Ведь об этом просил его психолог. В любом случае, решения нужно принимать обдуманно. Что бы на его месте сделали остальные? «Вряд ли бы они были такими слабыми, как я.» Они бы не допустили такого исхода. Например, Чонин — самый младший в их компании. Хоть он и юн, но был бы смелее, лучше. Хёнджин? Даже если кажется, что этот человек ветренный, простой и легкомысленный, то на деле он очень верный и надежный товарищ. Он уж точно не допустил бы, чтобы его семья вот так развалилась. Так же как и Феликс. Ликс жизнерадостный парень, умеющий поддерживать, находить нужные слова. Он довольно умён и мил. Да даже у Минхо получилось бы прийти к другому исходу. Сначала кажется, что он ко всему хладнокровен и равнодушен, но на самом деле Минхо очень переживает за своих друзей и близких, заботится о них, хоть и пытается это скрыть. Чан? А Чан сам по себе хорош во всём, тут даже объяснять никому не нужно. Все эти люди, что умудрились стать Джисону близкими всего за пару дней были лучше него. Определённо лучше. Хан ушёл из дома потому, что не мог больше расстраивать брата своим кислым выражением лица, он видел, как Чанбин перенимает его эмоции, переживает. Джисон предполагал, что теперь, когда он живёт у брата, когда тот видит во что превратился Хан, тот чувствует вину перед ним. Чанбин бросил его с родителями, он нагло и беззаботно, считая, что достаточно натерпелся их ссор и скандалов по пустякам, что заслужил от них всех перерыв, сбежал в другой город. Тогда он и представить не мог к чему всё это приведёт. Раньше он не был замечательным старшим братом, о котором мечтает каждый. Чанбин мало проводил с ним время, предпочитая детским играм, тусовки с друзьями, на которые он никогда не брал с собой Хана. Хан в принципе не был знаком с его друзьями, да и более того никогда их не видел. Но сейчас он был другим. Возможно, его изменили новые знакомые, друзья, обстановка, а может и свобода, отсутствие напрягающей семьи. В любом случае Чанбин изменился и это к лучшему. Хан в очередном парке. Даже здесь, в другом городе, ему нужно было место, где он мог бы уединиться, остаться со своими мыслями наедине. Он снова думал. Только, если раньше он думал об ужасных родителях, то теперь думал о себе. Если раньше во всех бедах винил отца с матерью, то теперь винил себя. Если раньше думал о том насколько чудовищны они, насколько сильно они виноваты в его испорченной жизни, то теперь думал о своей ничтожности. Ничье вины в этом больше не было, и уж тем более Чанбина. — Ты чего здесь? — знакомый голос, раздался где-то позади. Хан неподвижно сидел на качелях, прислонившись головой о металлическую цепь сбоку, никак не реагируя на подошедшего. — А ты? — не поворачиваясь, спросил в ответ Джисон. Парень схватился рукой за холодный металл, отчего цепь дëрнулась и пришлось поднять голову. — Живу неподалёку. Увидел из окна какого-то бомжа в парке, хотел прогнать. А то оскверняют детские площадки своим присутствием. — Но это я, — не оценив шутки, заявил Хан, — Всё ещё хочешь прогнать? Он посмотрел на него, желая увидеть отобразившиеся на лице эмоции. Какие они? Как он отреагирует на его слова? Он опечалится? Посочувствует несчастному виду паренька? Или может посмеётся? Но парень, напротив — не издал и звука. О чём он думает? Жалеет? Тёмную радужку его глаз сложно было разглядеть в полумраке. Свет от фонарных столбов позволял различать лишь его силуэт. Сегодня он был в толстовке, на макушке капюшон, а из него выглядывали непослушные прядки, какие-то домашние спортивные штаны… Даже так бледнолицый был неоспоримо красив. — Оставайся, если хочешь. Не буду мешать твоему депресняку, — он глубоко вздохнул, сполна наполняя лёгкие холодным воздухом. Минхо собирался уходить, как вдруг Хан схватил его за руку. — Можешь остаться, Минхо? — в его глазах отражался свет от фонарей, когда Ли впервые посмотрел на собеседника, будто звёзды мелькали в тёмной пучине небытия. Красноватые глаза, отёкшее лицо, бледные губы — Минхо разглядывал паренька, так нагло удерживающего его. Его удерживают? Насильно? Даже если это так, то его похититель самый милый на свете. В его плену Ли провёл бы хоть всю свою жизнь, он хотел бы его видеть каждую упоительную ночь и… Парень усмехнулся собственным мыслям. Порой он слишком далеко уходил. Заметив, что Ли застыл, Хан рассудил это как колебание и добавил: «Пожалуйста». Сейчас Хану нужен был кто-то рядом, иначе одиночество грозилось перерасти в маниакальное сумасшествие. Минхо вышел из ступора и, молча, схватив чужую руку, сел рядом с качелями, на песок. Ладонь Джисона казалась маленькой, худенькой, но что более сейчас важно — ледяной. Обхватив её ладонями парень стал её растирать. Хан не отводил глаз с одноклассника, следил за каждым его действием, не смея нарушать молчания. Тишина между ними не была напряженной или неприятной, отнюдь. Они наслаждались присутствием друг друга и образовавшейся между ними тёплой атмосферой так яро контрастировавшей с прохладой на улице. — Ты такими темпами заболеешь, — заглядывая в глаза, проявил обеспокоенность Минхо. — Нет, — Хан отвёл взгляд. Смотреть этому парню прямо в глаза было сложно, так что Джисон предпочёл изучить звёзды, которые так ярко горели где-то в далеке. — Может лучше ко мне зайдём? — продолжал настаивать Ли. «Раз так заботишься обо мне, может…» — Может лучше обнимешь меня? Казалось, он пьян. Опьянён такой неожиданной близостью с этим парнем. Иначе как объяснить, что эта шутка ещё пару секунд назад казалась ему безобидной и забавной, но стоило её озвучить, как Хан уже мысленно надавал себе пощёчин, штук так пять. Джисон был готов, сказать, что сморозил несусветную чушь, и, что он вовсе не обязан этого делать, как Минхо вдруг встал и, не отпуская чужой руки, подошёл со спины и приобнял. Не смотря на полное отсутствие эмоций на лице, его тело было напряжено, Хан это чувствовал. Удивление от действий Минхо довольно быстро сменилось радостью, и он, молча, продолжил наблюдать за звёздами, ощущая тепло, исходящее от человека позади него. Да, он не мог его видеть, зато чувствовал… Чувствовал его сердцебиение, неровное дыхание, а затем и островатый подбородок на своей макушке, ладони, спускающиеся к его груди и скрепляющиеся в замок. Тепло исходившее от него, отличалось от тепла Чана. Если у того оно было мягкое и пушистое, ощущая его каждый раз, Хан чувствовал поддержку, то у Ли оно было напористое. Его тепло без спроса обволакивало каждую клеточку чужого тела, становилось щитом. С ним Хан чувствовал себя в надёжной безопасности.

***

— Я схожу с ума! — в очередной раз крикнул Минхо на всю комнату с нескрываемой улыбкой на лице. — Заткнись уже! — послышалось где-то снизу. Просить дважды не пришлось, потому что парень полностью погрузился в свои мысли. Всё то время, что Минхо простоял с Ханом, там в парке, под звёздами, в обнимку… его не волновала обстановка, прохлада проникающая под кофту, люди, изредка проходящие мимо, звуки машин с дороги. Его заботил лишь человек рядом с ним. Минхо было приятно ощущать его запах, тепло его тела, спокойное дыхание. Он не мог успокоить своё сердце, что уже начало вытанцовывать сальсу при мысли о том, что творит его хозяин. Хан ведь просто пошутил, но представляя то как они выглядят со стороны… Ли переставал мыслить трезво. Когда Хан успел стать для него ходячей дозой адреналина? «Уже тогда когда он вошёл в двери кабинета.» Минхо уже тогда почувствовал себя странно. В первые минуты, что Хан провёл в классе, Ли разглядывал его, запоминал особенные черты, а у новенького их было много: удивительные пухлые щёчки, один взгляд на которые и тебя так и тянет их пожамкать, аккуратные пухлые губы, обворожительные округлые глаза… Его образ так прочно засел в памяти Минхо, что в какой-то момент Ли просто стало стыдно, смотреть парню в глаза он больше не мог. До сегодняшнего дня. Сегодня он впервые поддался внутреннему желанию и взглянул в его бездонные глаза, но увидел в них лишь пустоту и блики отражённого света. «Я заставлю их сиять.»

***

Утром Хан сидел на краю кровати и смотрел, как в прозрачном стакане медленно растворяется пластинка витамина. Цветная шипучка покрывалась множеством крошечных пузырей, расщепляясь на ходу и придавая жидкости оранжеватый оттенок. Время проведённое с Минхо в ту ночь помогло прийти в себя, помогло отойти от произошедшего и перестать каждую минуту мысленно вспоминать тот звонок, его слова, тон голоса… Так что, не смотря на рекомендации Чанбина, Хан всё же пошёл в школу. Сегодня он снова не принял лекарств. Наверное чуть позже это скажется на его состоянии, но… Хан и вчера не принял таблеток. Бин приносил их ему, но Джисон растворил и вылил его в раковину. Ему было интересно, сколько он сможет продержаться без них? Думаете, глупо? Глупо так самонадеянно проверять самого себя на прочность, а потом страдать от ужасной панической атаки? Скорее всего. Но Хан хотел хоть на немного притвориться здоровым, хотел почувствовать себя не полным психом, не способным прожить без этих чертовых лекарств. Ему хотелось верить, что время проведенное здесь, новые друзья и брат его вылечили и он сможет начать полноценно, как нормальный человек его возраста, жить, отпустив прошлое. Он хотел верить в собственную не безнадёжность. — Знания Хана заметно улучшились. Молодец, Феликс, — произнесла учительница математики на весь класс. Обнажив все тридцать два зуба в своей «кокетливой» улыбке, она глядела только на старосту, — Позанимайтесь и сегодня, я оставлю тебе ключи от кабинета. — Хорошо, учитель, — улыбался Ликс в ответ. — А ничего, что это мои оценки улучшились? И вообще, это не его заслуга, — бурчал себе под нос Хан. Джисон, опустив голову, уставился в парту, рассматривал волокна светлого дерева, покрытого лаком, пока Минхо задумчиво смотрел на парня понурым взглядом, вспоминая того, кто в действительности стоит за улучшившимися оценками одноклассника. Ли вспоминал как однажды застал его смеющимся с Чаном в библиотеке, как они вместе шли домой и как еще много раз проходил мимо этих двоих, замечая как они о чем-то приятно воркуют. Неосознанно Минхо многое подмечал: их касания, улыбки, взгляды. Зная Чана уже несколько лет, он был уверен — старшеклассника Хан не интересует в романтическом плане и о большем он даже не думает. Того довольно давно заботит лишь один человек. Но вот, что испытывает к нему Джисон, Ли не знал. Может ли одноклассник неправильно понять действия заботливого ко всем Чана? — Хан, пошли в столовку? — как прозвенел звонок, к нему подошёл Хван. — Нет аппетита, — Хан отвернулся в сторону окна, не отрывая от парты головы. — Окееей, — тягуче протянул парень, следом послышались удаляющиеся из кабинета прыжки. — Вставай, — кто-то совсем не слышно к нему подошёл. От неожиданности Хан дёрнулся. — Я уже сказал Хёнджину, что не хочу есть, — Джисон всё же взглянул на одноклассника. — Никто и не заставляет тебя есть, — холодный вид Минхо настораживал и в то же время отрезвлял. — А чего тогда зовёшь? — Посидишь за компанию, пошли, — Ли сам потянул парня, крепко ухватив за предплечье. — Больно же! Пусти, сам пойду, — Хан, надувшись, опустил голову в пол, не замечая, как Ли всю дорогу победоносно ухмылялся.

***

Во время обеда Сынмин присел за их общий стол. Вся компания за исключением Чонина, Минхо, а главное ключевой фигуры их будущего диалога — Хана, была в сборе. «Отлично.» — У меня есть просьба, — начал он, сразу как только сел. Каждый за столом уловил предельную серьезность друга, так что столовые приборы были моментально отложены, а взгляды с интересом направлены на говорящего — все собирались внимательно слушать, — Вы же хотите помочь Хану? — в ответ, переглянувшись и особо долго не задумываясь, парни кивнули.

***

— Вы же понимаете, что это важно? — закончил Сынмин, в тот момент, когда Хан и Минхо подсели к их столу. Атмосфера в их коллективе была странная: каждый о чём-то призадумался, нависая над тарелкой с обедом и безрезультатно болтая ложкой из стороны в сторону. — О, Хан. Ты же не хотел… — испугавшись, подскочил с места Хван. — Я его притащил, а то сидит и киснет у себя за партой, побоялся что он испортится и начнёт вонять на весь кабинет, словно забытый тофу, — выпалил Минхо, за что получил осуждающий взгляд в ответ. — О чём болтаете? — поинтересовался Хан, показательно отворачиваясь от одноклассника. — Да, так, планируем куда пойти в парке аттракционов, — сообразил Ким, только приступая к еде. — До этого же ещё три дня, — буркнул Минхо. — Говорят там классная комната ужасов, — вклинился в разговор Чан, игнорируя недовольство Минхо. — Ооо, надо сводить туда мелкого, — Ликс проникся энтузиазмом, — Кстати, где он? — Писал, что дз забыл сделать, а у него сейчас история, — Чан всегда знал о делах Чонина. — Хах, вот он влип, говорят у них учитель похуже нашей математички, — Хёнджин, представив ситуацию Чонина, изрядно повеселел. — Да… — Чан поник, беды младшего его не веселили так же как Хёнджина. Старший на пару секунд призадумался, а потом обратился к Хану, отчего тот широко заулыбался, — Хан, Феликс говорил, что учитель истории тебя частенько хвалит, ты так хорошо в ней разбираешься? — Я просто люблю читать интересные истории, — Хан развёл руками, мол нет в этом ничего удивительного. Джисон не хотел показывать всем, как он рад тому, что старший запомнил о нём такую мелочь, но сам парень словно начал светиться изнутри, заметно повеселел и приободрился. — Может тогда поможешь завтра Чонину, я бы мог и сам, но завтра у нас игра, — и тут всё веселье мигом закончилось. Хан, словно маленький цветочек в период резкой засухи, поник и приуныл. — Да, конечно, — ну, а как он мог ему отказать? Дело даже не в том, что это Чан попросил его, а в том что Чонин его друг — друг, которому нужна помощь. — Отлично, ты отлично его выручаешь. Ладно, ребята, до скорого. Пойду отнесу ему перекусить, — Чан встал со стола и поспешил удалиться, держа в одной руке запечатанную булочку, а во второй банановое молоко, что так любил младший. Хан часто стал замечать особые проявления заботы со стороны старшего по отношению к Чонину. Чан многое о нём знал: знал наизусть его расписание, как в школе так и за её пределами, его предпочтения в еде, одежде, цвете… Порой всё это жутко раздражало Хана, вот и сейчас он вооружился одним из своих самых неприятных взглядов и прожигал им спину старшего. До тер пор, пока тот не скрылся за дверями столовой, а в животе постыдно громко заурчало. — На, — острые кончики палочек ткнулись ему в щёку, оставляя после себя жирный след. Минхо протягивал Хану свой обед — яичный ролл с овощами. — Я не… — хотел было возразить Хан, но стоило ему только открыть рот, как в нём тут же оказался кусочек жаренного яйца. — Не ври. Все слышали, как вопил твой живот, — хоть за столом остался только он и его одноклассники, которые уже ко всему привыкли, это не мешало Хану стыдливо опустить глаза в пол, — Тебя не учили аккуратней есть, поросёнок? — Минхо протянул парню бумажные салфетки. — Вообще-то, это ты меня измазал. — А ещё я снисходительно и так добродушно поделился с тобой своим обедом, так что не думай ворчать, — Минхо пододвинул к нему свою тарелку с остатками блюда, — Я наелся, можешь доесть, — С этими словами парень встал со стола и поспешил удалиться. — Совсем уже! Доедать за ним?! — бурчал Хан, — А ты куда? Ликс встал из-за стола, оставив свой обед недоеденным, переглянулся с Хёнджином, те не проронив ни слова, заговорщицки, с коварными улыбками на лицах кивнули друг другу и Феликс помчался в сторону выхода. — Куда это он? — Хан решил спросить Хвана. — Не знаю, — тот лишь незамысловато пожал плечами, продолжая хитро улыбаться.

***

Ликс нагнал Минхо лишь в коридоре. Тот неспеша плёлся в сторону кабинета. — И, что это было? — поравнявшись с ним, Феликс приобнял Ли за плечи. — Ты о чём? — Минхо хоть и привык к излишней тактильности старосты, но чужую руку всё же скинул. — О твоей ревности и вместе с тем нелепыми ухаживаниями. Хан может и не видел, как ты отреагировал на его заинтересованность к Чану, но мы то обратили внимание, — Ликс радостно, в припрыжку, шёл наравне с Минхо. Мысль о любовных интригах и треугольниках его будоражила. Увидеть такое не в кино на экране, а в реале — такого он пропустить не мог. — Что за бред ты несёшь? — Да ладно тебе, — Ликс игриво толкнул парня в бок. Безнаказанным в случае с Минхо уйти никогда не получиться, поэтому Феликс тут же напоролся на пока что предупреждающий взгляд, холодных глаз, — Каждый может влюбиться, и ты не исключение, Минхо. В этом нет ничего постыдного, — не унимался староста. Он повис на плече друга, давая понять, что отставать не собирается и до последнего будет ждать признания. — По твоему я влюбился в этого оболтуса? — А ты этого ещё не понял? — ответа не последовало, и Феликсу пришлось продолжить размышления, — Хотя в твоём случае это нормально. К тому же чувства понять не так уж и легко, особенно если это касается симпатии, — Ликс намеренно избежал слова «любви», он боялся отпугнуть Минхо, — Но тебе стоит подумать, прислушаться к себе и своему сердцу. Что оно тебе говорит, когда ты находишься рядом с ним или когда думаешь о нём? — все эти разговоры о любви парню были безумно приятны, так что ледяной нрав спутника не мешал ему самозабвенно прыгать по коридору, мечтательно поглядывая на прохожих, — Возможно я не тот человек, с которым ты бы хотел обсуждать свои чувства, но тем не менее я всегда готов помочь, — немного подумав, добавил Ликс. — Спасибо, — это слово из уст Минхо вылетало не так уж и часто, так что сейчас Феликс был искренне ему благодарен за хоть небольшую, но откровенность, — Тогда, не мог бы ты мне кое с чем помочь?

***

После уроков Ликс куда-то убежал, оставляя Хана ждать в кабинете. Но Джисон не остался один. За своим столом сидел Минхо полностью увлеченный своим делом. — Ребята, совсем скоро день посадки деревьев, поэтому… — на одной из перемен в кабинет вошёл классный руководитель. — Не-ет! — зная, что последует дальше, хором заныли ученики. — Да-а! Вам нужно сделать плакат. Рассчитываю на вас! — с этими якобы воодушевляющими словами он покинул кабинет. — Староста? Ликс? Рассчитываем на тебя! — повторяя выражения лица учителя, закричал кто-то. — Но я… — начал было махать руками в знак протеста Феликс. — Не парься, я сделаю за тебя, — на всеобщее удивление заявил Минхо. Хоть у всех чуть и не по выпадали челюсти от шока, никто возражать не стал. Именно поэтому сейчас Минхо сидел, согнувшись над листом цветной бумагой с ножницами в руках, и кропотливо что-то вырезал. Хан же, положив голову на парту, не смог удержаться от незаметного (как ему казалось) разглядывания. Уже вовсю изученный им профиль, только теперь меж его нахмуренных бровей залегла складочка. Парень с неимоверным старанием крутил ножницам в разные стороны, пытаясь повторить нарисованный на бумаге силуэт, но каждого получавшегося кусочка ожидала одна и та же участь — оказаться скомканным в мусорке. — У тебя так скоро бумага закончится, — не выдержал Хан. — Тогда я пошлю тебя купить новую, — не отрываясь от работы, пробубнил Минхо. — Эй! С чего бы мне тебе помогать, — парень встал со своего места и приблизился к столу одноклассника. —Ну как минимум из-за благодарности. — Благодарности? За что? — Я ведь остался в ту ночь и даже обнял тебя, как ты и просил. Разве ты не должен быть мне благодарен? — Минхо не сводил взгляда с бумаги, а зря, ведь иначе он мог бы увидеть полностью побагровевшее лицо Хана, от кончиков ушей до шеи. Хан надеялся, что Ли забудет о том случае или хотя бы толерантно не будет о нём вспоминать, но разве стоило от Минхо ожидать чего-то другого? — Я… Я, — замялся парень, — Если тебе было так трудно, мог и не оставаться. — Кто сказал, что мне было трудно? Мне было только в радость обнимать тебя под покровом звёздной ночи, — лисья улыбка расцвела на лице Ли, кошачьи глаза с усмешкой загорелись. — Тогда зачем просишь благодарности? — Хочу твоего внимания, — эти слова лишили Хана последнего кислорода, но Минхо всё также не смотрел на него. Он пялился лишь на свою работу, — Можешь помочь? — произнёс Ли, протягивая бумагу и ножницы. — Хорошо, — придвигая соседний стул, произнёс Хан. Вырезание фигур из бумаги ничуть не помогало отойти от сказанных одноклассником слов. Через пару минут на телефон Джисона пришло сообщение. Ликс: — «Прости, не могу прийти» — В этот раз хотя бы предупредил, — произнёс Хан свои мысли вслух. — Что? — отрывая от бумаги кисть с синей краской, поинтересовался друг. — Ликс написал, что не придёт, — Джисон положил на стол вырезанные фигурки. — А, хорошо. — Чего хорошего? Я должен был с ним… — Хочешь я с тобой позанимаюсь? — Минхо прервал его и посмотрел прямо в глаза, на этот раз позабыв о кисти. На бумаге расцвела синяя клякса. — Минхо! — заметив неосторожность одноклассника, Хан поспешил оторвать чужую руку от бумаги, небрежно схватив за рукав пиджака. Касаться голой кожи после его слов было немного неловко. — Вот чёрт! — Не страшно, — Джисон схватил со стола ручку и попытался превратить пятно в незамысловатый василёк, — Можно сделать вот так. — Так ты согласен? — Ли не столько интересовала судьба кляксы, чем ответ Хана. — Если ты не занят… — Отлично, тогда собирайся и пошли ко мне? — небрежно бросая грязные кисти в раковину, а незаконченный плакат на подоконник, собирался, как можно быстрее, Минхо. — К тебе? А мы не можем…? А кабинет? А плакат? — растерялся он. — Мне срочно нужно домой. Меня там ждут. — Кто? — Хан складывал учебники в рюкзак. — Потом увидишь, — торопясь и застёгивая чужую молнию не до конца, Ли потащил Хана на выход.

***

— И кто же тебя ждал, что мы всю дорогу неслись, как бешеные? — парни минут за пятнадцать добежали до дома Минхо, поэтому теперь, кто за что оперевшись, пытались отдышаться, когда к ним подбежало рыжее нечто. Кот с белым пятнышком на носике принялся усердно тереться об ногу Ли. — Суни! Проголодался наверное, — напрочь позабыв о друге, Минхо, схватил кота и поплёлся на кухню. — Мы из-за него сюда так бежали? — вслед за хозяином, оббегая Хана с двух сторон, появились ещё двое. — Конечно, они же голодные. Кушать хотят, — Минхо был полностью поглощён своими котами, он тискал их, гладил, параллельно насыпая в миски корм, — Ты иди. Раздевайся. Хан проследовал в следующую комнату. Маленький диван, столик, телевизор. Все было скромно и незамысловато. Легко догадаться, что Минхо это по вкусу. — Ты один здесь живёшь? — отпинывая какую-то шмотку в сторону и освобождая путь к дивану, поинтересовался Хан. — Ага, — выкрикнул он из кухни. — Видно. — Что? — Минхо всё-таки выглянул из комнаты, — А ты чего ещё не разделся? — Хан в куртке развалился на диване и от неожиданности громко охнул, когда видимо уже поужинавший кот прыгнул к нему на живот. Ли злорадно засмеялся, — Иди в спальню, там мой рабочий стол, там и будем заниматься. Хан, повинуясь словам хозяина квартиры, поплёлся в спальню. Комната в отличие от всей квартиры оказалась более живой и насыщенной: большая кровать, парочка подушек, плакаты… Джисон бросил свою куртку на спинку стула и присел на краешек кровати. — Доставай учебник, чего расселся?

***

— Здесь можно вынести из-под корня. Используй формулы… А-а-а тупая твоя башка, — ругался Минхо, держа в руках простой карандаш. Тот от напряжения парня изредка опасно потрескивал, угрожая сломаться. — Давай передохнём. Я устал, поэтому голова не варит, — Хан показательно помассировал виски. — В самом начале было тоже самое. — В самом начале я ещё не был настроен. — Значит ты всегда такой тупой? Как Чан вообще мог с тобой заниматься?! — карандаш всё же сломался. — Откуда ты…? — никто не знал, что Хан периодически занимается с Чаном. Эта тема в их компании как-то не затрагивалась, Ликс не интересовался, а с старшеклассником они договаривались лишь по смс. — Хотел это скрыть? Вместо ответа Хан отодвинул стул и подошел к постели. — Я видел здесь гитару, — рыская рукой под кроватью, пробубнил Хан. — Не уходи от вопроса! — Ты умеешь на ней играть? — парень всё же достал незатейливый интрумент. — Хан! — глаза Минхо опасно вспыхнули — Ну если ты спрятал её, значит не умеешь. Или не любишь. Но зачем тогда она тебе? — Хан на пробу перебрал пару струн. На этом терпение Минхо лопнуло. Он резко встал, подошёл и с лёгкостью выкинул гитару куда-то в стену, хватая парня за ворот рубашки. — Ты… Чего? — глаза Джисона наполнились страхом. Словно маленький кролик, от испуга прижимавший уши, Хан жался к стенкам кровати. Минхо продолжал опасно приближаться, хоть и расстояния между ними почти не оставалось и… Ли не выдержал этого затравленного взгляда. Казалось, Хан был готов разрыдаться. Парень мелко подрагивал, ладошки выставленные перед собой в качестве защиты ослабели, взгляд начал бегать в поисках укрытия. «Нужно… Нужно уходить. Бежать!» — сознание разрывалось, пока тело находилось в оцепенении. — Хан?