9 огней: темнота

      Пока Венера и Нептун о чём-то разговаривали, Огонь Земли, которой сейчас была Дарлин, заметила, что Венера должна была вернуться в человеческий облик обратно. Причём это должно было произойти ровно в тот момент, когда волшебница сняла кольцо — талисман, с помощью которого как раз и превращались волшебницы первой эволюции. Чёрно-розовая леди удивлённо спросила:       — Венера, скажи на милость — как ты не расколдовалась, если ты отдала свой талисман своей матери?       Огонь Венеры впала в ступор — она тоже теперь не понимала, как так вышло. Нептун же задумчиво сказала:       — Может, они нам уже не нужны? Вдруг мы давным-давно превращаемся не от колец, а от палок?       Молчание. Дарлин, сняв шляпу, задумчиво посмотрела на небо. Что она хотела там увидеть — непонятно. Но в какой-то момент розоволосая всё же заговорила:       — Элеонора, похоже, до сих пор не догадывается. Я — достаточно древний хранитель планеты Земля, и я в своём поколении была магом смерти. До того, как мне пришлось столкнуться с Хроносом, мне порой приходилось буквально бегать за своими врагами по другим измерениям. Мне в этом помогал мой посох. Он бы мог, наверное, даже отнести нас всех в измерение Альфа… Но Хронос его давным-давно сломал, мол, чтобы я не отправилась в мир мёртвых искать своих сокомандниц.       Под конец этого рассказа Венера не выдержала и прокричала:       — Блин, а зачем нам тогда эта информация, если ты рассказала по сути мусор? Зачем?

***

      Вечером Эля, вновь придя в себя, ссорилась с Дарлин, которая вновь существовала лишь как внутренний голос. Дарлин пыталась доказать, что она полезнее для планетных хранительниц, чем Эля, а Эля в очередной раз хотела лишь одного — избавиться от Дарлин как от шизофрении. Когда девушка уже молча лежала на кровати, к ней прибежал младший брат, который весело затараторил:       — Эля, Эль. А когда будет готово мясо? А рис? Я хочу, чтобы ты сделала к мясу рис.       Эля распахнула глаза — она не помнила, чтобы её просили что-то готовить. Сев на кровати, она стала медленно спрашивать:       — Лёша. Скажи мне — а когда мама просила меня что-то готовить?       Пауза. Глаза мальчика удивлённо округлились. Он начал растерянно тянуть:       — Ну-у… Мама просила меня передать тебе, чтобы ты приготовила мясо, которое лежит в морозилке.       Девушка резко повернулась к брату и начала прожигать его взглядом.       — В смысле? Оно в морозилке?       — Ну да. Не размораживать же раньше времени.       Эля нервно скрежетнула зубами.       — В смысле?! Чё ты раньше не сказал?!       — Ну прости. Я просто выбирал, с чем бы подавать мясо — с пюрешкой или с рисом. Решил остановиться на рисе. Что тут такого?       Девушка уже была готова кричать. Но её остановил голос Дарлин:       — Давай так: этому вонючему клопу хочется лишь вывести тебя из себя. Воспользуйся его излюбленным методом — нажалуйся матери.       Неожиданно на лице Эли появилась улыбка. Девушка, встав с кровати, повела брата на кухню, где с показной заботой сделала ему бутерброд с колбасой. Когда она с улыбкой протянула ему бутерброд, пацан испугался.       — Эля? Я не узнаю тебя.       Услышав эту робкую речь, Эля улыбнулась сильнее.       — Слушай, Лёш, мясо будет ой как нескоро. Пока лучше перебить аппетит.       Лёша с опаской принялся есть. Он до последнего не знал, почему вдруг его сестру переклинило.       Через некоторое время вернулись родители. Эля несколько удивилась, когда услышала строгий мамин голос:       — Элеонора. Я надеюсь, что ты успела приготовить хоть что-то.       Оказывается, Лёша нигде не сорвал. Но при этом он тянул с тем, что должен был сказать, и именно поэтому Эля, натянув улыбку на лицо, пошла к маме рассказывать свою правду.       — Мам, надейся.       Мать, услышав это, слегка покосилась на дочь.       — В каком смысле?       — Ну, так. Ты же Лёше говорила, чтобы он передал мне?       — Да. Тебя же почему-то не было утром, когда мы уходили на работу.       — Хм… Логично. Вот только Лёша сказал мне про мясо полчаса тому назад. При этом он даже не доставал его из морозильника, потому что, видите ли, оно бы разморозилось раньше времени. А сам он гурман, потому что выбирал, какой бы гарнир посложнее дать приготовить. Бедный, так устал думать, что решил перекусить бутербродами.       Мать косо посмотрела на сына. На его лице был шок — он не ожидал, что вкусняшка от сестры на самом деле играла именно такую роль. Боясь, что мама начнёт ругать его, он начал тыкать пальцами:       — Эля сама мне его сделала. Ты же знаешь, как она не любит здоровую пищу.       Улыбка с лица девушки мигом пропала. Она с громким топотом прокричала:       — Ещё раз меня так подставишь — будешь мороженое из котлет жрать! Прям при мне!       За это она получила оплеуху от матери. Эта женщина сердито сказала:       — Элеонора, нельзя так. Своего брата, между прочим, здоровья лишаешь.       — Да? А он меня здоровья не лишает?       Молчание. Краем глаза взбешённая Эля заметила, как в зеркале на стене отражается она и её золотистые глаза. Она знала, что глаза золотели в гневе и что при этом они выглядят неестественно. Но, подумав, что терять ей уже нечего, девушка решила продолжать этот сердечный порыв до конца.       — Мам, я успела за последние две недели выжрать половину твоего снотворного, ТВОЕГО. Потому что со мной всё это время разговаривает неведомая мне женщина, которая уже начинает помогать мне выглядеть в твоих глазах не такой плохой! Зачем меня надо так принижать, мам? Скажи. А то, может, мне лучше уйти слушать голос дальше, пока ты и дальше будешь любить лишь одного ребёнка!       Женщина стояла с каменным лицом. Она не знала, как реагировать на столь эмоциональный порыв. Но вскоре словно наконец-то придумала, что может сказать.       — Эля, вы мне оба дороги…       — Тогда почему он Лёша, а я — Элеонора?!       Мать, однако, тоже не сдержалась и перешла на крик:       — Потому что ты в детстве не любила ласку! Знаешь, это тоже выматывает, когда ты к ребёнку и так, и сяк, а он только и умеет, что обижаться и говорить, что он не Эля, а какая-то там Элеонора Терра Ольхотской Первая! Всё время педантка, а сейчас — не пойми кто! То я врач, то я юрист, то я балерина… Кто следующий? Фея?       Эля прожигала мать взглядом. Немного подумав, девушка холодно процедила:       — Ведьма. И сейчас я как ведьма занята поисками подруги, которую украл Бог.       Не дожидаясь реакции матери, Эля ушла к себе в комнату. Там она направилась стремительным шагом к зеркалу, в котором уже показался силуэт разъярённой Дарлин.       — Элеонора, что это было? Я не понимаю, зачем ты рассказала им, кто ты?       Девушка смотрела на своё отражение весьма решительно.       — Значит так, Дарлин. Раз уж ты управляешь вместо меня Огнём Земли… То ты должна теперь вместо меня найти способ попасть в это твоё измерение Альфа и вызвалить оттуда Сатурн.       Лицо Дарлин перекосило от удивления.       — Я? Эй, ты… С чего ты вообще взяла, что мы это должны делать? Что я это должна делать? Что это вообще надо делать и что это вообще возможно? Тем более без магии времени ты просто не…       — У нас есть магия времени.       — Что? Элеонора, я тебя совсем не понимаю…       Эля куда-то отошла, но затем вернулась к зеркалу с палочкой Сатурн. Дарлин в удивлении не могла говорить слова, а Эля, вся заведённая, продолжала свой странный поток сознания.       — Удивительно, что ТЫ этого не помнишь. Я подобрала это на пляже, потому что Лина выронила это из рук, когда её уводили. Не особо понимаю, как пользоваться чужим оружием, но я думаю, что тебе по силам справиться с магией времени.       — Я? Эй, я же… Я маг смерти, а не времени.       — А я маг жизни — сама так сказала. А Фиона нам всем рассказывала слова Хроноса про то, что магия смерти производна от магии времени. Согласись, что тебе совладать с этой штукой будет легче, чем мне? Тем более когда эту палку можно использовать вместо твоего давно поломанного старья, верно?       Пауза. Дарлин была искренне поражена тому, что Эля, пусть и будучи на взводе, всё же проявляла дикую целеустремлённость. Протягивая сквозь зеркало руку, чёрно-розовая леди всё-таки спросила:       — Ты такая пугливая… Что тебя всё-таки толкнуло на это отчаянное безумие?       Протягивая руку с палочкой в ответ, Эля сказала:       — Да так. Мама чёт неожиданно открыла глаза на то, что я нифига не весёлая. И не жизнерадостная, видимо, тоже. Чё теперь терять?       — Хах. Я когда-то была такой же.       Наконец, их руки одновременно касались палочки Сатурн. В этот момент палочка засияла так ярко, что начала ослеплять как настоящую девушку, так и мнимую леди. Через это магическое оружие сочилось древнее волшебство…